Читаем Благословенная онлайн бесплатно

Брэнди Элледж

Серия: Академия Серафимов

Книга 1: Благослованная

Подходит для аудитории 16+

Друзья, важная информация!

Этот перевод создан с любовью к книге исключительно для ознакомления и обсуждения в кругу совершеннолетних читателей (18+).

Все права на оригинальное произведение принадлежат его законному владельцу. Если вы являетесь обладателем этих прав и возражаете против публикации, напишите нам (в сообщения сообщества), и мы сразу же всё уберем.

Наши скромные просьбы:

Пожалуйста, не копируйте русифицированные обложки и текст в социальные сети (TikTok, Pinterest, Facebook, Instagram и др.).

Нам важно ваше мнение!

Будем рады почитать ваши мысли о книге в обсуждениях. А лучшей благодарностью автору произведения будет ваш честный отзыв на сайтах вроде Goodreads (только, пожалуйста, без упоминания того, что это был любительский перевод).

Перевод выполнен телеграмм-каналом:

ЧерноКнижницы

Пролог

Каждый ангел, сидевший за круглым столом, скорбел. Все пятнадцать вложили что-то в человечество и ненавидели видеть, как страдают те, кого они считали своими детьми. Всем им было велено ничего не делать, но крики смертных причиняли боль их душам.

Неудержимая болезнь опустошала землю. Она не щадила ни молодых, ни старых, ни сильных, ни слабых. Она распространялась повсюду с беспощадной мстительностью.

Пятнадцать ангелов собрались вместе, чтобы поддержать друг друга. Это были могучие архангелы. Те, кто являлся защитниками, и всё же они были не в силах защитить слабых. Людей.

Первым заговорил Азраэль.

— Есть ли хоть что-нибудь, что мы можем сделать?

Ханиэль вздохнула. Она устала до самых костей. Её жёсткие рыжие волосы качнулись, когда она покачала головой.

— Нам велено не вмешиваться в смерть умирающих.

— Значит, мы не должны этого делать, — добавил Иеремиэль, и его лицо цвета эбенового дерева было полно сожаления.

— Не должны? — Прекрасная Ариэль начала расхаживать по комнате своей львиной походкой. — Да, нас учили подчиняться, но также и думать. Вопрос не в том, умрут ли они все, а в том, когда это произойдёт.

Михаил, который никогда не был многословен, издал короткий звук недовольства. Он ненавидел говорить, если только кто-то не задавал ему вопрос, требующий немедленного ответа.

Он сидел, откинувшись в кресле, и его мощная фигура занимала немало места. Он провёл длинными пальцами по своим песочно-светлым волосам, слушая перешёптывания братьев и сестёр.

Иофиил, красивая своей собственной тихой красотой, наблюдала за тем, как её сестра Ариэль мерила шагами пол в их небесных покоях. Наконец она больше не выдержала и сказала:

— Ариэль, если у тебя есть предложение, давай его выслушаем.

Её голубые глаза блеснули.

— Что, если мы дадим избранным Дар перед тем, как они уйдут?

Метатрон презрительно фыркнул.

— Какой Дар может понадобиться человеку, стоящему на пороге смерти?

Азраэль уловила ход её мыслей быстрее остальных.

— Ты хочешь исцелить их?

— Я понимаю, — начала Ариэль, — что для тебя, как для ангела смерти, это будет самым тяжёлым противоречием, Азраэль, но, пожалуйста, выслушай меня. Они взывают к нам о помощи, и скоро от них ничего не останется. Мы, защитники, могли бы дать им ещё один шанс на жизнь.

Слёзы текли по её фарфоровому лицу.

— Пожалуйста, братья и сёстры.

Поднялся гул голосов, но Метатрон заставил всех замолчать. Если кто-то и мог понять стремление Ариэль спасти людей, пусть даже лишь немногих, то это был Метатрон, потому что когда-то давно он тоже был человеком.

Когда он заговорил, его голос был полон сочувствия.

— Ариэль, прежде всего, любой, кого мы Благословим, останется таким навсегда. Из поколения в поколение у них будет нечто большее, чем у остальных, и…

— Я понимаю последствия.

Увидев, что завладела вниманием хотя бы части своих братьев и сестёр, она поспешно продолжила:

— Ответь мне, брат: ты считаешь совпадением, что эта чума появилась так скоро после того, как Люцифер и другие ангелы пали? Это не совпадение. Мы должны быть защитниками. Так давайте защищать. Не позволим падшим, даркенам, победить.

Рагуэль, самый рассудительный из них, откинулся на спинку кресла, пока остальные ангелы перебивали друг друга.

— Кого мы выберем для спасения? Не нам решать, кому жить, а кому умирать.

Ариэль облизнула губы.

— Что, если мы будем Благословлять тех, кто проявил какой-либо героизм во время этой битвы со смертью, обрушившейся на них?

— Должны быть правила, — сказал Разиэль.

Казалось, он всегда знал правильный ответ.

— Если установить правила, тогда, возможно, мы сможем оправдать свои действия.

Близнец Метатрона, Сандалфон, который был самым высоким из всех ангелов, поднялся из-за стола. Он был поразительно красив и, как и его брат, казался созданным вручную до совершенства в каждой своей черте. Единственная разница заключалась в том, что Метатрон был ниже ростом и менее мускулистым.

Сандалфон сказал:

— Это может обернуться против нас.

— Но?.. — с надеждой спросила Ариэль.

Сандалфон вздохнул.

— Но я думаю, что мы должны что-то сделать.

Он повернулся к Разиэлю.

— Эти правила, о которых ты говоришь. У тебя есть предложения?

Разиэль пожал своими массивными плечами.

— Я мог бы придумать несколько.

Уриэль спросил:

— Как насчёт того, чтобы разбираться по ходу дела?

— Сегодня ночью, — добавил Разиэль.

Ариэль уже собиралась что-то сказать, но он поднял руку, останавливая её.

— Иногда лучше просить прощения, чем разрешения. У нас есть одна ночь, чтобы исцелить как можно больше людей. А потом мы все согласимся, что на этом всё. Больше никакого вмешательства с нашей стороны.

Ариэль прислонилась плечом к колонне. Добросердечный и сострадательный Задкиил подошёл к ней и погладил её по спине. Он знал, что, будь воля Ариэль, она истощила бы себя до последней капли, лишь бы спасти как можно больше людей.

Габриэль, которая всё это время молчала, отбросила за плечи свою длинную гриву каштановых волос. Её неземная красота не знала равных и была столь же яркой, как её жизнерадостный характер.

Не привыкшая отговаривать других, она решила хранить молчание и позволить остальным определить судьбу людей, но, увидев, что все быстро соглашаются с планом Ариэль, сказала:

— Думаю, то, о чём ты говоришь, Ариэль, — замечательная идея, но что, если эти люди в итоге возненавидят нас?

Ариэль покачала головой.

— Как они могут возненавидеть нас за то, что мы спасли их? Нет, мы отправляемся сегодня ночью.

Габриэль тяжело вздохнула, увидев, что проигрывает этот спор. У неё было множество даров, и одним из них было предвидение.

Тихо она спросила:

— Как далеко каждый из вас готов зайти? Вы всё равно спасали бы людей, если бы это означало вашу смерть?

Согласились все, кроме Сандалфона, который внимательно наблюдал за ней. Она отказалась встречаться с ним взглядом, опасаясь, что он увидит правду.

После ещё нескольких минут обсуждения того, кого именно ангелам следует искать, они разделились на группы по двое, за исключением последней группы, в которую вошли Ариэль, Габриэль и Сандалфон. Затем ангелы разошлись, разыскивая тех, кто обладал выдающимися качествами — воинов среди людей.

Всё прошло бы согласно плану, если бы никто из них не знал, что за ними шпионил один ангел. Тот, кто больше всего на свете хотел поставить самих архангелов на колени.

Глава 1

Это был день тестирования, день, которого я боялась уже больше года. Шестнадцать лет — возраст, в котором всех отмеченных или благословлённых, которых я лично называла «заражёнными», выслеживали и заставляли поступать в одну из двух академий: Академию Серафимов или Академию Одарённых. Вербовщики из обеих академий ездили повсюду в поисках благословлённых. У Академии Серафимов был официальный способ находить нас. Академия Одарённых отправляла Даркенов искать нас на улицах. Ещё одна причина, по которой я редко покидала любой дом, в котором на тот момент жила: никогда не знаешь, что может выйти наружу ночью. Или днём, если уж на то пошло.

Тех, кто был благословлён любым из пятнадцати архангелов, называли деми. Если тебя коснулся архангел и падший ангел, также известный как Даркен, тогда на тебя вешали ярлык «полностью благословлённого». По моему мнению, в любом случае ты был обречён. Быть обычным человеком — вот как надо было жить.

Обычно признаки благословения начинали проявляться только в период полового созревания, поэтому нас обычно оставляли в покое до шестнадцати лет. Или, по крайней мере, шестнадцать лет считались нужным возрастом.

Благодаря тому, что я была затворницей и несколько раз переезжала из одной приёмной семьи в другую, мне успешно удалось избежать шести тестирований и почти два года уклоняться от своей судьбы. Я надеялась избежать и этого тоже, но мой новый приёмный родитель получил по почте письмо от Академии Серафимов, в котором говорилось, что я попала в список отмеченных и они ожидают увидеть меня на следующем тестировании независимо от обстоятельств. Никто не хотел, чтобы ангел появился у него на пороге, поэтому прошлой ночью мой приёмный родитель раз сто напомнил мне, что я обязана пойти на тестирование.

Постоянные переходы из одной приёмной семьи в другую научили меня притворяться, и помогало то, что я никогда не задерживалась на одном месте достаточно долго, чтобы кто-нибудь заметил что-то необычное. Однако если бы я не явилась в день тестирования, это стало бы огромным тревожным сигналом, и за мной кого-нибудь отправили бы.

Иногда я задавалась вопросом, как раньше выглядела Америка, до того как ангелы начали войну между собой. Она ещё не выглядела зоной боевых действий… но в каждом округе, в каждом штате были места, пострадавшие из-за ангелов. Злопамятные ангелы могли нанести огромный ущерб за очень короткое время.

Поначалу архангелы изо всех сил старались держать всё под строгим контролем, но Даркенам и их демонам было всё равно, знают ли люди об их существовании. На самом деле они предпочитали, чтобы знали. По крайней мере, тогда они могли видеть их страх.

Последние десять лет ангелы играли в своего рода игру. Что-то вроде захвата флага, только призом в ней были благословлённые. Любой, у кого обнаруживали «аномальный» ген, отправлялся в одну из академий. Сегодня Академия Серафимов проводила официальное тестирование в моём районе. Если они узнают, кто я на самом деле, что ж, по правде говоря, могло быть и хуже. Говорили, что Академия Одарённых сражается на стороне Даркенов и известна тем, что подчиняет студентов с помощью пыток.

Всё это не имело значения, потому что я не хотела иметь к этому никакого отношения.

С двенадцати лет мне снились сны. Не сны о принцессах, которых спасают из замка, а сны о детях, убивающих детей в войне, которую они не должны были унаследовать. Если бы у меня было одно желание, я бы пожелала быть человеком. Но это было не так. Так что я делала? Избегала тестирований и подавляла ту силу, что обычно гудела внутри меня всякий раз, когда мне приходилось выходить из дома, оттягивая неизбежное так долго, как только могла.

Тестирования, проводимые Академией Серафимов, проходили в школах, частных и государственных. К тем, кто учился дома, приходили сами.

Я годами пыталась выяснить, как именно они нас тестируют, но проблема была в том, что никто не знал. Стоило получить положительный результат, и тебя забирали. Но я всё равно найду способ не допустить, чтобы это произошло со мной.

Я собрала свои длинные каштановые волосы в хвост, взяла выцветший рюкзак и направилась в христианскую школу Святого, где в тот момент училась. Я никогда раньше не видела тестирования, но была уверена, что всё будет в порядке. Ничего серьёзного в этом не было. Может быть, это окажется чем-то вроде опроса. Что-то вроде: если ты считаешь, что у тебя есть аномальный ген, поставь галочку. Я нарисую маленькие сердечки над своим именем и захихикаю, заполняя бланк, подчеркнув, что со мной абсолютно ничего не так, и бада-бинг, бада-бум, я окажусь на свободе. Я рассмеялась нелепости этой мысли.

Деревья раскачивались на ветру, словно пытались протянуть ко мне свои ветви. Я ссутулила плечи и сделала вид, что ничего не замечаю. Если бы я кому-нибудь сказала, что последние шесть месяцев деревья пытаются меня обнять, меня бы сочли сумасшедшей или поняли бы, что я благословлённая. Честно говоря, я бы предпочла первое.

Когда я завернула за угол, где-то бешено лаяла собака. Я резко остановилась, увидев её лежащей на крыльце. Я встретилась с ней взглядом, с её карими глазами, и у меня скрутило желудок. Сначала я хотела просто уйти, но не могла вынести мысли о том, что она страдает.

Миссис Харрингтон в своём платье-ночнушке поливала розы. Она была слегка не в себе, так что заметит ли она в другом человеке немного такого же безумия? Сомнительно. Я поправила рюкзак на плече повыше. Был только один способ это выяснить.

— Здравствуйте, миссис Харрингтон, — окликнула я.

— Здравствуй, Габриэлла.

— Эм… — Я снова посмотрела на старого бассет-хаунда. — Я читала статью о том, что в этом сезоне очень много комаров и многие собаки заражаются, из-за чего у них появляются сердечные глисты. Думаю, вам стоит проверить Блу.

Миссис Харрингтон посмотрела туда, где лежал пёс.

— Думаешь?

— Определённо. По нему видно, что он плохо себя чувствует.

— Знаешь, а ведь он и правда ведёт себя странно. Сегодня же позвоню ветеринару.

Я тепло ей улыбнулась.

— Отлично.

Она погрозила мне худым пальцем.

— Только что слышала по полицейскому сканеру, что прошлой ночью в торговом центре была активность демонов. Такой красивой девушке, как ты, нельзя терять осторожность. Может, тебе стоит какое-то время держаться подальше от торгового центра.

У меня не было денег на покупки, так что это было проще простого.

— Да, мэм.

— Эти демоны расползаются за пределы своей территории. Начинается с пары штук, а потом, не успеешь оглянуться, бах, они уже повсюду и причиняют разрушения, как торнадо на равнинах.

— Ага. Ну, мне пора, а то опоздаю.

Она коротко кивнула, а я бросила последний взгляд на пса и продолжила путь в школу. Мне не следовало останавливаться, но проклятый пёс испытывал боль и страдал. Я была заражённой, и обычно это было проклятием, но иногда в этом находились и свои благословения. Если миссис Харрингтон позвонит ветеринару и Блу помогут, то, по крайней мере, я смогу сказать, что происходящее со мной не так уж плохо.

После двух минут быстрой ходьбы я вошла через задний вход в актовый зал. Я нашла место рядом с пухлым парнем по имени Джейк. Он был очень добрым, и я говорила это не только потому, что иногда он приносил мне домашние кексы, которые пекла его мама.

Лицо Джейка просияло, когда он увидел меня. Пока ученики заполняли актовый зал, он начал без умолку рассказывать о футбольном матче, который должен был состояться в эту пятницу. Оказалось, это был праздник выпускников, а после него собирались устроить большой костёр. Будто у меня было время беспокоиться о таких пустяках, как вечеринки после школы.

Я глубоко вдохнула. Если хронические лжецы могут проходить проверку на детекторе лжи, то и я смогу пройти одно глупое маленькое тестирование.