Читаем Билет в рай онлайн бесплатно

© Райса Каримбаева, 2017

ISBN 978-5-4483-6731-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Молода девушка лет двадцати затаилась, прислушиваясь к каждому шороху. Ничего… Только сильный, проливной дождь отчаянно барабанил по крышам многоэтажек, стекая по водосточной трубе и выл. Выл так зловеще словно стая голодных волков. Можно было бы и подумать, что именно так оно и есть, будь ты не городе, а где-то в степи или на худой конец на окраине аула в той самой его части, что упирается одним своим боком в непроходимые заросли камыша вонючей, больше похожей на жижу, речки. Откуда она берет свое начало никто толком не знает. Старожилы говорят, что с гор. Но гор от сюда не видать. Даже тени их нет. Кругом пески, куда не глянь… Вернее, вокруг города — пески…

Сильный ливень порывисто дыша холодным, ледяным ветром, бил по лицу, пряча скупые слезы.

«Нельзя… Только не сейчас…» — говорила она себе. Она знала, что стоит ей расслабиться, то уже не остановишь. На сердце давила такая печаль… Эти тяжелые дни… Сплошная черная полоса как эта ночная, беспросветная, ночная мгла и конца ей нет…

Вдруг, какой-то посторонний звук прервал ее размышления, заставив ее насторожиться…

Вскоре послышался захлебывающийся лай собак, а вслед за ними и отдельные крики людей:

— Давай! Давай! Где ты там?! Иди сюда! Мы знаем, что ты здесь! Ха-ха-ха! Иди сюда, детка! Повеселимся!

— Го-го-го!!!

— Не бойся! Весело будет! — кричали они, ругаясь, смеясь, гогоча, смачно смешивая всё грязью, отборными матами.

Ее сердце отчаянно забилось, заколотилось в груди так, что дышать стало нечем. Она застыла, спрятавшись за толстым стволом высокого, ветвистого, огромного дерева, боясь сделать шаг в сторону…

Лай собак становился всё ближе и ближе, а голоса людей — громче и отчетливее. Два огромных, горящих маяка рассеивали тьму и тоже приближались, становясь всё больше в размерах и наводя еще больший ужас на нее…

— А вот ты где! — закричали где-то позади нее так близко, что она почувствовала дыхание за своей спиной. Страх взял верх над разумом так, что она забыв обо всем, бросилась из своего укрытия прямо на открытую поляну — пустырь посреди недостроенных, полуразвалившихся, заброшенных многоэтажек и маленьких клочков леса-парка того, что осталось от некогда большого, лесного массива, окружающего город со всех сторон сплошной стеной.

А еще через минуту вырубив чем-то тяжелым и увесистым прямо по голове, поволокли ее тело словно набитый мешок картошки куда-то в сторону… И всё затихло…

В полицейский участок поступило заявление от некой гражданки Г., проживающей в этом городе, о пропаже человека.

С самого утра была одна рутина. Мелкие разбирательства соседей между собой. И чего не поделили? То топят друг друга, то кричат под окнами, спать не дают… А сегодня и вообще выкинули: поступило заявление от коммунальных служб на одного из жителей этого многострадального дома за то, что он в течении пяти лет не платит ни за отопление, ни свет, ни за воду! Всё бы ничего… да только хозяин этой самой квартиры давним давно умер! А живут там другие не по закону. Просто купили, а документы на себя не оформили. Ну как купили — вернее хотели купить, но хозяин квартиры неожиданно умер, те спокойно вселились и ни за что не платят! И дверь не открывают… Вот и разбирайся… Целых три часа простоял под дверьми. Тщетно… Так и ушел ни с чем… Конверт оставил соседям, чтоб передали и был таков…

Престарелые родители пропавшей девушки сидели за столом и молчали… Мать все время плакала, то и дело всхлипывая, шмыгая носом, а отец молчал, не издавая ни звука. Было видно, что он еле сдерживает себя. Взгляд тревожный, яростный, беспокойный. Место себе не находит.. То в окно смотрит, то на жену, то не следователя, то в пол упрется… кулаки сжаты. Того и гляди набросится на жену и убьет ее, дай только волю.

— Ты во всем виновата.. — процедил он сквозь зубы, чеканя каждую букву — Ты…

От этих слов женщина и без того маленького роста стала еще меньше, сжалась вся в комок, притихла, даже плакать перестала… и дышать тоже…

А дождь всё лил и лил, не переставая, словно плачет по кому-то… Тяжело плачет, горько, выплескивая всю накопившуюся горечь наружу, будто столько лет сдерживался, а теперь зарыдал, как по усопшему, когда потерял неожиданно дорого тебе человека, близкого, родного…

Аркадий, как звали следователя, встал из-за стола… Ноги затекли.. Размять бы.. Он подошел к окну и в течении некоторого времени наблюдал за дождем…

— Как давно она пропала? — спросил следователь, сев на стул и принявшись записывать всё. Что ему скажут.

— Да вот.. Неделя будет… На звонки не отвечает… Ушла к подружке и не вернулась… — сказала мать и слезы потекли по ее щеке. Она достала носовой платочек, который был уже мокрый от слез и вытерла их, размазав по щеке еще больше..

— Почему сразу не сообщили? — следователь посмотрел на них, ожидая ответа.

— Мы сначала хотели сами своими силами найти.. — начал было отец и замолк, его взгляд стал потерянным и тусклым. Видать что-то вспомнил, но молчал.

— Такие случаи раньше были?

— Что значит «были»? — Что Вы хотите этим сказать? Моя дочь..? — закричал старик, вцепившись в следователя.

— Спокойно… сядьте.. Я ничего не имел в виду… — спокойным, даже тихим тоном еле слышно сказал следователь.

— Нет.. Она не такая… Без спросу никуда не пойдет.. — ответила старушка, перестав всхлипывать на мгновение, а потом снова во, но во весь уже голос зарыдала, причитая — Красавица моя!, Кровиночка моя! Солнышко! А-а-ап-а! — рвала она себе волосы, стянув с головы платок и кричала плача — А-а-а!!! — так что прибежали служащие из другого кабинета и всей толпой пытались ее успокоить, но куда там… Кто-то принес стакан холодной воды и она понемногу стала приходить в себя. Так-то лучше… Но тут и старик расчувствовался… Ну и денек сегодня…

…На следующий день Аркадий собрал всю имеющуюся информацию на тот день о пропавшей. Итак, ее звали Карлыгаш. Лет двадцати от роду. Волосы черные, чуть ниже плеч, была одета в момент пропажи в черную кожаную куртку, белую трикотажную кофту с карманами, черную юбку. На ногах туфли… До подружки не дошла.. И вообще, в тот день даже не звонила. Они уже неделю не разговаривали. Так из-за пустяка поссорились. Подружку зовут Асем. Закончила колледж, работает в супермаркете кассиром-продавцом. Снимает квартиру. Вроде, официально не замужем. Тупик..

Хотя.. Кто там еще из подруг и друзей есть? Надо бы еще посмотреть всю ее переписку и соцсети тоже. Может там есть какая-нибудь зацепка…

— Смотри-ка, живая еще… — удивился один, нащупав у нее слабый пульс и, пнув ее, отошел в сторону…

Было холодно… Жертва лежала прямо на голом полу, если так можно было бы назвать обшарпанные, провалившиеся кое-где, прогнившие, старые доски, который служил подом в этом убогом, сыром, омерзительном, просто ледяном, давно неотапливаемом помещении с черными в черную большую сетку паутину, свисающую с потолка. Окна не было. Только маленькая лампочка давала еле-еле мерцающий свет, то замирая, то оживая вновь и покачиваясь в стороны от сквозного ветра. Из под зияющих дыр в полу выглядывали здоровенные, любопытные, голодные, величиной с ягненка..крысы!

Девушке казалось, что она уже была тут! Она уже убегала отсюда! И не раз! Но почему же снова здесь?

Холодную, ледяную воду прыснули ей на лицо..

Да, точно! Она была тут! Она всё вспомнила! Это всё казалось ей сплошным кошмаром! Сном, не более и хотелось побыстрее проснуться…

— Пить… — прошептала она сухими, слабыми губами, еле шевеля их. У нее не было сил…

— Открывай свой поганый рот! — прокричал один, нажимая больно на челюсть и влил ей в рот вонючую бутылку водки.

— Осторожно! Ха-ха-ха! Подавишься! Смотри-ка, как пить хочет! — ржали они, издеваясь над ней.

Она ничего не соображала. Ее тело ныло и было не послушным, ватным, словно и не ее вовсе, а чужое.. Вонючая, горькая смесь обожгла ее горло, а потом и все внутренности. Ее рвало и она блевалась прямо тут же, захлебываясь в ней сама и задыхаясь от нее.

— Мама.. — позвала она, теряя сознание — Мама…

— Что? — но было так шумно, что ничего толком разобрать было нельзя — Тихо! — скомандовал один из тройки, тот, что был ближе к ней и вмиг все стихли — Она что-то говорит… — он подошел к ней и переспросил еще раз, подставив ухо у самого ее рта, чтобы лучше услышать — Что? — прислушался он — Повтори! Признавайся! Еще хочешь?! Давай, проси!

— П-Пошёл. Ты… — только и услышал он и ярость охватила им настолько, что, вконец потерял самоконтроль, начал монотонно избивать жертву, колотить по чему только попадет: по голове, по животу, по почкам своими здоровенными, железными кулачищами, а потом и вовсе принялся пинать с еще большей яростью и отчаянием, наслаждаясь, превращая ее тонкое тело в сплошной кусок красного месива, хотя она уже давно не подавала признаков жизни, как-то странно затихнув сразу после первой порции ударов кулаками по голове. Резкий запах крови только возбуждал его ненасытную, неуёмную страсть. Он не мог уже остановиться. Бил долго и монотонно в течении еще целого часа, пока не выдохся совсем…

— Ты что натворил…? — только и успел сказать один, разводя руками — А? Ты убил ее? Тварь! — он хотел было дать тому как следует, но посмотрев на него, просто смачно плюнул — Тьфу! Дебил… — проговорил он сквозь зубы и вышел… Другой пошел следом… Через мгновение послышался шум отъезжающей машины.. Когда всё стихло, убийца.. заплакал… Завыл словно одинокий зверь в ночи — У-у-у!!! — и замолк…

Аркадий решил осмотреть все вокруг в радиусе пятисот метров, прочесать каждый куст, каждое дерево, каждый камень, каждый дом, всё. Тщетно… Дождь уже перестал. Эта осень дождливая выдалась. Уже второй месяц идут такие дожди с мелкими, не долгими перерывами, а потом снова начинают с еще больше й силой чем прежде. Вот и сейчас перестал не надолго. И пока затих, Аркадий решил просмотреть всё сам еще раз. В который раз! Решил пройтись вдоль реки. Эта недосказанность настораживала его. Что за парень у нее там? И эти родители… до конца не говорят, скрывают что-то.. Может на самом деле просто заблудилась?

— Надо же как опозорились, а? — кричал старик, гневно пожирая глазищами свою несчастную и забитую жену. — На весь грод опозорились? Все такое говорят!

— Да никто ничего не говорит.. — промямлила, оправдываясь жена

Но это только разозлило его еще больше и он со всего маху стукнул ее по голове, крича во все горло:

— Не говорит?! А следователь о чем таком, интересно, говорил, а? Что за намек такой? Позор!! На старости лет опозорила! Одной ногой в могиле стою! Умереть спокойно не дадут. Чтоб в грязь не вогнать!

— Ни о чем он не говорил… — оправдывала следователя жена

— Ты всё еще говоришь? Ты меня учить вздумала, а?! — он замахнулся было снова, чтобы ударить да посильней, но почему-то передумал — Что мать, что дочь, всё одно! — и вышел из комнаты, громко хлопнув за собой дверью.

— И сказать нельзя… — начла приходить в себя оробевшая было несчастная старушка и слезы снова захлестнули ее. Но она плакала не из-за того, что ее побил муж, а потому что вспомнила свою красавицу дочь, свою кровиночку. И набрав полную грудь воздуха закричала что есть силы неизвестно кому:

— Она ни в чем не виновата, слышишь, ты ирод! Не виновата! Это ты во всем виноват! Ты! Ты ее в могилу загнал! И-и-и-и… — завыла она в голос, закрыв руками лицо — И-и-и-и!

В последнее время старик был очень придирчив к поведению своей единственной дочери. Всё смотрел: куда пошла, зачем пошла, с кем общается, даже комп забрал у нее. Сам целыми сутками напролет сидит… Вычитал в инете невесть что, вот и сошел с ума… А в последний день до пропажи и сотку отобрал… Говорит, зачем она тебе мол, кому звонить собираешься? Пусть лучше дома лежит, нечего деньги зря переводить… Такой скряга стал… Ужас…

Но ведь раньше не был же таким! Совсем не был! И она помнит, да и дочка помнит наверняка как он ее подарками закидывал. Всё покупал1 Как куколка ходила! А потом… Как с ума сошел… Точно с ума сошел.. Бывает же начитаются и с ума сходят… Упаси Аллах!

Апашка испугавшись сама своих мыслей, начала всей душой молиться Аллаху, кланяясь в низ и падая на колени в сторону каабы.

Аркадий всё еще гулял на морозе. Мысли его не давали ему покоя. Он прохаживался взад-вперед, потом стоял часами всматриваясь куда-то в даль. Неожиданно его внимание привлек шум, который устроили вороны, истошно крича и кружась вокруг пятачка, самого затаенного и непролазного, заросшего камышами, как раз недалеко, где река меняет свое русло, и впадает в водохранилище.

Не долго думая, пошел туда, на ходу скидывая одежду и нырнул прямо с разбегу в мутные воды. Ледяная вода обжигала его, не давая пройти еще дальше к самому дну. Там внизу что-т чернело. Но что.. Не понятно.. Так сразу и не разглядишь… Что-0то зацепилось за корягу и не давало ему проплыть мимо, собирая возле себя разный мусор.

Вызвали технику. Водолазы вытащили тело. Труп разбух в воде, пролежав там некоторое время. Да и мелкие рыбки постарались. Было похоже, что труп сбросили не в этом месте, а в другом. А сюда он приплыл и должен был попасть в водохранилище где бы и пропал совсем, если бы не коряга — куска старого дерева, разбитого сильным ветром. Еще недавно был сильный ураган, который всё сносил на свое пути. Не то что старые деревья, прогнившие давно изнутри, а и целые дома уносило ветром в открытую степь. Так гудел, что выйти люди боялись! Долго еще без света сидели! Потом к вечеру дали, устранив повреждения электропередач. Даже в новостях передавали.. Эх, наш район! Только такие новости и слышишь о нем!

Аркадий проследил, чтобы труп аккуратно положили на носилки, а потом и сам сел в машину и уехал.

Асема как узнала о пропаже подруги срочно к ее родителям поехала и пыталась утешить как могла: где добрым словом, поддержкой, а сели надо то и готовила что-нибудь вкусное, убирала.

Она недавно приняла ислам, начала читать намаз, а силам запрещает думать и делать плохое. Одетая во все черное с ног до головы, она невольно обращала на себя внимание прохожих и часто слышала резкие, отвратительные реплики в свой адрес, но молчала.