Читаем Безумные Мечты онлайн бесплатно
БЕЗУМНЫЕ МЕЧТЫ – Л. ДЖ. ШЭН
Запретная любовь [2]
Переведено каналом Книжный шкаф
Просим НЕ использовать русифицированные обложки книг в таких социальных сетях, как: Тик-ток, Инстаграм, Твиттер, Фейсбук.
Текст предназначен для ознакомительного чтения. После прочтения просьба сразу удалить файл. Этот материал может быть защищен авторским правом.
АННОТАЦИЯ
Райленд
Дилан Касабланкас - запретный плод, неоспоримо вкусный, но один укус может просто убить тебя.
Она - младшая сестра моего лучшего друга, мать-одиночка и королевская заноза в заднице.
Когда маленькая мисс Багаж переезжает в манхэттенскую квартиру своего брата, мой потенциальный деловой партнер принимает нас за пару.
Ему нужен семейный человек. Мне нужен доступ к его миллиардам.
А Дилан? Ей нужен крупный, крепкий парень, чтобы отпугнуть своего бывшего неудачника.
Притворяться помолвленным со вздорной девчонкой по соседству становится неприятно, когда я откусываю от незаконного яблока.
Что я могу сказать? Я люблю мгновенное удовлетворение.
Мы договорились, что уйдем из жизни друг друга, как только я подпишу контракт.
Единственная проблема? Она может забрать мое сердце с собой, когда уйдет.
Дилан
О Райленде Колтридже не может быть и речи.
Если только ответ не звучит так: «Кто самая большая мужская шлюха, которую ты когда-либо встречала?».
Гедонист. Дикая карта. Беспредельно развращенный. И это только те черты, которыми гордится этот придурок.
Моя жизнь слишком беспорядочна для парня. Даже если бы это было не так, Райленд был бы последним мужчиной, которого я бы рассматривала.
Он должен был стать моим билетом из этого кошмара.
Но он быстро становится моей самой безумной и опасной мечтой.
Каждой девушке, которую когда-либо заставляли чувствовать себя неполноценной из-за ее выбора.
Ты - волшебница.
Сожги патриархат.
«Она была прекрасной мечтательницей. Из тех, кто держит голову в облаках, любит выше звезд и оставляет сожаления под землей, по которой ходит.»
Роберт М. Дрейк
ПЛЭЙЛИСТ
“Spiracle”—Flower Face
“Recomposed By Max Richter: Vivaldi, The Four Seasons”—Max Richter (My Brilliant Friend)
“Washing Machine Heart”—Mitski
“Soaked”—Shy Smith
“The Tortured Poets Department”—Taylor Swift
“Wildest Dreams”—Taylor Swift
“I Like the Way You Kiss Me”—Artemas
“Crazy Girls”—TOOPOOR
“Lilith”—Adeline Troutman
“Bulletproof”—La Roux
“I’m Not in Love”—10cc
1
Дилан
Бывают и худшие способы встретить гостей в собственном доме, чем застать свою мать, прижавшуюся к стеклянной двери заднего двора и растерзанной своим женихом. Но я не могла думать ни об одном из них, пока стояла у входа и сжимала кулак на дверной ручке, борясь с рвотным рефлексом - и проигрывая в этой войне.
— Да, Марти! Да. Прямо здесь, dio mio (
Моей рефлекторной реакцией было закричать: «МОИ ГЛАЗА, МОИ ГЛАЗА!» а-ля Фиби Баффей и выбежать из дома, города, штата и планеты с размахивающими в воздухе руками. К сожалению, я не смогла этого сделать. Во-первых, потому что моя трехлетняя дочка спала наверху, и я не собиралась оставлять ее без присмотра. Во-вторых, потому что в свои двадцать шесть лет я все еще жила с мамой, пусть и в роскошном мини-особняке, который построил для нее мой брат. У нее было больше прав на этот дом, чем у меня.
В-третьих? Получи, мама. Спасибо тебе за то, что ты живешь своей лучшей жизнью.
Набрав в рот побольше воды, я с тихим щелчком закрыла дверь и вернулась в свой красный GMC Jimmy 1999 года выпуска, предоставив им возможность уединиться. Я захлопнула за собой древнюю водительскую дверь. В ответ она сорвалась с петель и со злобным стуком рухнула на грязную землю.
Закрыв глаза, я потянулась к рулю, глубоко вдыхая.
Все в порядке. Более чем в порядке. Просто замечательно. У тебя есть крыша над головой. Стабильная работа. Ребенок, которого ты обожаешь...
Телефон плясал в хлипком переднем кармане моей униформы для закусочной. Она состояла из бледно-розового мини-платья, достаточно короткого, чтобы подрабатывать салфеткой, и клетчатого фартука с множеством неразличимых пятен - от томатного соуса до кофе, рвоты и жира.
Что я могу сказать? Это была роскошная экстравагантная жизнь, но кто-то должен был ее прожить.
Я перевела взгляд на изображение лица моей лучшей подруги Кэл на экране. Это была фотография, на которой она откинула голову назад, беззаботно смеясь, демоническое лицо моего брата утопало в ее шее, когда он целовал ее, а фоном служила Эйфелева башня. Я выбрала эту фотографию в качестве контактной, чтобы напомнить себе об одном-единственном недостатке в ее в остальном солнечном характере: она трахалась с двойником Люцифера, он же мой властный, контролирующий старший брат.
В смысле, они были женаты. И были чертовски милыми вместе. Может быть, меня просто раздражало то, что все вокруг разбились на пары, погрузившись в свои собственные влюбленные вселенные. Мои единственные бойфренды за последние четыре года были на батарейках и сделаны из силикона.
Я провела пальцем по экрану, но промолчала. Я боялась, что меня стошнит, если я открою рот.
— Дил, — задыхаясь, рассмеялась Кэл на другом конце линии. Роу зарычал на заднем плане, как медведь-гризли, когда целовал ее.
Я не завидовала Кэл, что она живет счастливо. Она заслужила его, приручив моего полуцивилизованного брата.
— Ты не поверишь, с кем мы только что столкнулись в Каннах! — вскричала она.
Снова закрыв глаза, я отговаривала себя от спонтанного психического срыва.
Эд Ширан? Тейлор Свифт? Король Карл? Бог?
Их жизнь была полна вечеринок со знаменитостями, отпусков, достойных Pinterest, и еды, слишком идеальной, чтобы ее есть.
Кэл не виновата в том, что я только что закончила двенадцатичасовую смену на своей тупиковой работе в закусочной «У Далии». Кэл не виновата, что я была матерью-одиночкой. Не Кэл виновата в том, что я до сих пор живу с матерью. Она не виновата в том, что моя жизнь была похожа на среднюю часть скучной книги, страницы которой слиплись в бесконечную цепочку списков дел и обязанностей.
— Дилан? Ты здесь? — Кэл застонала после нескольких секунд молчания.
К сожалению.
Мне показалось, что я услышала, как Роу пробурчал слова «стой спокойно и просто прими это». Серьезно, кого я убила в прошлой жизни, чтобы заслужить эту ночь?
Ветер вопил и кружился в неистовом танце, проникая в машину, как вор, и пробираясь в мои кости.
— Роу, — укорила Кэл, — я пытаюсь поесть.
— Я тоже.
О боже. Неужели служба защиты детей будет вмешиваться в дела двадцатишестилетней?
— Я только что застала маму и Марти, которые трахались друг с другом у двери на заднего двора, — пролепетала я.
Вот почему ты работаешь за столами, а не хранишь государственные секреты, Дилан.
— Вот дерьмо, — сказала Кэл - или Дот, потому что на ее носу и щеках было множество веснушек, доказывающих, что Бог посыпал ее волшебной пылью. — Я имею в виду, давай, Зета. Она заслуживает действий, но я также... сожалею о твоей ситуации. — Кэл фыркнула и рассмеялась. — Ну, знаешь, аппетит, либидо и так далее.
— Бывает и хуже. — Я изобразила улыбку, главным образом для того, чтобы она услышала ее в моем голосе. — А еще они оставляют следы, а ты знаешь, что именно я мою здесь окна.
Шутки в сторону, моя мама пережила ужасный брак с моим отцом. Когда он скончался шесть лет назад, я никогда не думала, что она снова попытается полюбить. Я была рада, что один из нас это сделал. Черт побери, я знала, что не прикоснусь к другому мужчине даже с десятиметровым шестом.
— Ты готова к появлению брата или сестры? — поддразнила Кэл. Судя по тишине, воцарившейся вокруг, я поняла, что Роу уже перестал приставать к своей жене и действительно внимает разговору.
— Спасибо. Меня уже стошнило.
— Я бы сказала, что ты, возможно, беременна, но я встречала монахинь, которые получали больше удовольствия, чем ты. — Кэл рассмеялась. — Разве она не знала, что ты придешь?
— Я должна была работать в две смены, но ночь выдалась неспокойной, и Далия отправила меня домой пораньше.
— Где ты сейчас? — спросила Кэл.
— Ищу убежище в комфорте Джимми. — Я потянулась, чтобы стереть толстый слой пыли с приборной панели. — Но водительская дверь только что отвалилась, так что мне даже не уютно и не тепло.
— Сегодня определенно не твой день, — сочувственно сказала моя подруга. — Я посылаю торт. — Пауза. — И зарядное устройство для твоей волшебной палочки, потому что я знаю, что ты постоянно теряешь свою.
Роу протестующе зарычал. Хорошо. С тех пор как они сошлись, мне приходилось ежемесячно видеть и слышать, как он оскверняет мою лучшую подругу детства. Самое меньшее, что я могла сделать, - это нанести ответный урон.
— У зарядных устройств есть ноги, — запротестовала я, выдавливая из себя смех, от которого у меня в горле зазвенело. Нет другого объяснения, почему они продолжают исчезать. — Так вы сейчас в Каннах?
Роу и Кэл делили свое время между Нью-Йорком и Лондоном. У Роу были рестораны, отмеченные звездами Мишлен, в обоих городах, но они любили путешествовать по всему миру.
— Да. Завтра утром мы возвращаемся в Лондон, возможно, надолго. Роу открывает новый ресторан в Эдинбурге. Он хотел бы, чтобы мы с Серафиной были рядом.
Серафина была моей племянницей. Ей только что исполнилось два года, и у нее были огромные голубые глаза мамы, дикие ониксовые кудри отца и легкие оперной певицы, живущей по соседству. Девочка могла закричать так, что могло произойти катастрофическое землетрясение.
— Дилан... — Кэл заколебалась. — У меня есть идея.
У них с Роу всегда были идеи. Все они вращались вокруг попыток исправить мою испорченную жизнь. Не то чтобы я их винила. Мое существование было настолько жалким, что требовало вмешательства.
— Нет, — вздохнула я, потирая глазницы основаниями ладоней. — Все, что у меня осталось, - это моя гордость.
— Ты уверена, что она у тебя осталась? — язвительно заметил Роу.
— Ха-ха. Пошел ты.
— Нет, спасибо, Дил. И к твоему сведению, твои стандарты сильно упали за последние несколько лет. Инцест - это не милый перегиб.
— Заткнись, заткнись, заткнись. — Я нажала на педаль газа, желая кого-нибудь убить.
— Нам понадобится кто-то, кто будет присматривать за нашей нью-йоркской квартирой, — продолжала Кэл, не обращая внимания на наши выходки. — Почему бы тебе не заняться этим? Ты всегда хотела жить в Нью-Йорке.
Да, но это было раньше.
До того, как я поняла, что никогда не поступлю в колледж.
До того, как я залетела и родила ребенка в двадцать три года.
До того, как отец ребенка публично бросил меня ради продажного мэра города, с которым у него был роман.
— Подруга, о чем ты говоришь? Я не могу позволить себе жизнь в Нью-Йорке. — Я рассмеялась.
— Что ты можешь себе позволить? — В разговор вмешался Роу, его голос был темным, хриплым и вечно усмехающимся. — Мы все равно наймем кого-нибудь. Ты не будешь платить за аренду, потому что будешь жить в нашей квартире. О продуктах мы позаботимся - они будут приходить к тебе дважды в неделю. Тебе нужно будет только навести порядок в холодильнике и кладовке. Коммунальные услуги также включены. Я добавлю тебе немного административной работы и назначу зарплату в компании...
— Нет. — Из моего горла вырвался панический писк. — Я не хочу быть еще одной твоей нахлебницей.
Эмброуз «Роу» Касабланкас ненавидел большинство людей, поэтому, когда он натыкался на кого-то, кого не ненавидел до конца, он, как правило, нанимал их на месте. Именно так он работал со своим другом детства Райлендом полдесятка лет, прежде чем они расстались. Именно поэтому он стал хорошим другом своего делового партнера Тейта. Почему он позволил маме работать на него в качестве «агента влияния в социальных сетях» за сумасшедшую сумму в 250 тысяч долларов в год, хотя у него не было ни Instagram, ни TikTok, ни Facebook, ни X-аккаунтов.
— Не знаю, как тебя расстроить, Дил, но твои жизненные обстоятельства не позволяют тебе иметь такое эго, — бесстрастно заметил Роу. — Соглашайся на работу.
Кэл вздохнула, и я услышала, как она отшлепала его.
— Роу, ну и засранец.
— Обещаю, что я скажу это сегодня вечером и куплю ей новую машину в придачу к квартире, — пробормотал Роу.
Ага. От этого разговора мне никогда не оправиться.
— Мне не нужна твоя нью-йоркская квартира, — выдавила я из себя. — Я не смогу позволить себе уход за ребенком, и я не собираюсь работать на воображаемой работе и жить жизнью содержанки в двадцать шесть лет. — Я не была сахарным ребенком. Я прокладывала свой собственный путь в жизни, даже если у меня это плохо получалось.
— Ты упряма и неразумна, — обвинил Роу.
— Ты дерзкий и грубый.
Роу фыркнул.
— Это не может быть новостью.
— Твоя любовь душит меня, — сказала я.
— Твое отношение раздражает всех нас, — ответил он.
— Пожалуйста, — вмешалась Кэл. — Просто... подумай об этом, ладно? Ты можешь устроиться туда на работу. Может, что-нибудь в сфере маркетинга? — предложила она, и я услышала, как мой брат снова покрывает поцелуями ее кожу, отчего у меня в животе забурлило от гнева, раздражения и отчаяния. — Мы придумаем, как обеспечить уход за ребенком. Вариантов много. Тебе нужно убираться оттуда, Дилан, — мягко сказала Кэл. — Твоя работа там закончена. Ты больше не нужна своей маме. Она помолвлена, черт побери. Пора позаботиться о себе.
Легче сказать, чем сделать. Я не знала, как быть. Никогда не заботилась только о себе. Всегда посвящала свою жизнь кому-то, будь то мама или Гравити.
— Нет. — Я прикусила нижнюю губу, подсчитывая в уме, сколько будет стоить починить эту чертову дверь Джимми. — А теперь, извините меня, прошло уже больше десяти минут. Они уже должны были закончить. Мне пора отправляться на кушетку для обмороков.
— Если ты имеешь в виду диван в зимнем саду... не надо. Мы с Роу испытали его в прошлый раз, когда гостили у нас.
— Кэл, — рявкнула я.
— А также всю кухню, комнату для гостей и все душевые в доме, — лениво сообщил мне Роу. — Действительно, держись подальше от всего этого гребаного дома, если тебя раздражает мысль о том, что люди будут пачкать его поверхности.
Я повесила трубку и две минуты подряд кричала в воздух.
