Читаем Без имени онлайн бесплатно

Девчонку Лейб встречает у придорожного магазина. Она задумчиво смотрит, как Лейб разворачивает и вертит в руках купленную тут же карту.

Он тихо матерится сквозь зубы — не додумался проверить сразу, а карта-то старая, лет пяти. Безопасные пути через горы на ней отмечены, как Лейб и просил. Только то было раньше, чем где-то там рухнул дирижабль с целой кучей хрупкой магической лабуды.

Можно сейчас вернуться и закатить скандал, но меньше всего хочется привлекать чьё-нибудь внимание ссорой в магазинчике, который ей-ей кто-то крышует. Уже не Герзе — с его территории Лейб, слава ушедшим богам, вроде выбрался. Кто-то из мелких шаек. Лейб никогда не запоминал, потому что передел власти у них случается едва не по разу в сезон, а то и чаще. И ещё потому что Лейб был уверен: знание обстановки в паршивых околотках Мекано ему никогда не понадобится. Всего пару недель назад он наслаждался жизнью в подаренной ему лично Герзе квартире в большом, богатом и шумном Карси и в Тайко рванул бы разве что комфортабельным дирижаблем от «Перес и ко». Точно не пешком через Красные горы.

Лейб в раздражении поднимает голову, перехватывает взгляд девчонки. Он спокойный и тёмный и напоминает почему-то ночи на окраине Карси, где Лейб обитал с десяток лет назад. Тогда он ел паршивую насквозь химозную еду, ночевал в комнате с отличной вентиляцией в виде разбитого окна и отчаянно пытался пристроить кому-нибудь свои сырые, совершенно глупые ещё разработки. Зато его грела девчонка, как будто похожая на эту. С полными чувственными губами, бёдрами, которыми могла бы давить арбузы, и вот такими вот бездонными глазами. И сейчас Лейб, ей-богу, помнит что угодно, но только не её имя.

Та девчонка была уроженкой карсийских трущоб от пят до кончика носа, а эта похожа на местную. Одета как все здесь — в невнятные серые тряпки, скрадывающие фигуру. На груди — криво пришитая эмблемка с сапогами и красными зубьями гор. Вроде курьерская. Если так, девчонка может и знать местные дороги.

— Хороший день. — Лейб цепляет одну из лучших своих улыбок.

Девчонка медлит и осторожно кивает. Будто сначала обдумав, правда ли день достаточно хорош. Чушь, конечно. Может, просто плохо знает язык. Тут какие-то свои диалекты, Лейб и сам-то местных не всегда на раз понимает. А уж если она откуда-нибудь из-за гор…

— Ты, я вижу, не занята. — Лейб старается говорить медленней и разборчивей. — Не могла бы помочь?

Он встряхивает картой и чуть разводит руками. Смотри, дескать, какой я беспомощный, безобидный, но славный малый.

— Чем помочь? — говорит девчонка совсем без акцента.

Не подходит ближе и вообще не меняет позы — всё так же стоит, привалившись к стене в тени дома.

— Карта старая. Мне б узнать, какой дорогой сейчас можно пройти.

Она снова держит паузу, прежде чем ответить.

— А мне что?

Что ж, было бы слишком хорошо, если б кто-то взялся помогать Лейбу просто так. Дураков и доброхотов тут мало.

Можно было б предложить денег, только их у Лейба не столько, чтоб лишний раз тратиться, да и кто знает, что там ему эта девчонка начиркает за звонкую монету? Лейб бы на её месте с важным видом ткнул в первый попавшийся путь, взял деньги и ушёл. Едва ли потом снова встретятся. Было б лучше взять её провожатой, а деньги пообещать потом дать. Да и то — вдруг заведёт куда?

— Я в схемах разбираюсь. — Лейб кивает на выглядывающий из-под рукава незнакомки браслет, изредка подмигивающий мутно-зелёным огоньком. — Могу починить чего, ну или добавить пару полезных штук. Если проводишь в Тайко.

— Куда в Тайко? — промежутки перед ответами уже становятся привычными.

Лейб пожимает плечами. Всё ей скажи.

— Просто проведи за горы. Сама откуда?

— Из Карно.

Лейб косится на карту — какой-то городишко у самой гряды, наверняка такой же мелкий и бедный, как этот.

— Ну вот туда и проводи.

Девчонка пытливо смотрит в лицо.

— В генераторах разбираешься? Класса Б.

Лейб растерянно пожимает плечами. Старая техника, кто вообще ими сейчас пользуется? Все давно перешли на С, а кто-то и на С2. Впрочем, неважно.

— Ну да. Я на таких учился.

— Сможешь починить?

— Смотря какая поломка. Постараюсь.

Девчонка склоняет голову набок, как птица. Из-под светлого капюшона выпадают волосы цвета горького шоколада, который так любит Герзе.

— Если я проведу тебя в Карно, ты постараешься починить генератор, на который я укажу. Достаточно ли ты постарался — решаю я. Идёт?

Лейб ещё раз пожимает плечами. И что она сделает, если он постарается недостаточно? Так или иначе, Лейб уже будет в Карно. Если время не будет поджимать — он посмотрит, что там с тем генератором, и, может, правда что-то сделает. Но вообще-то всё почти наверняка упрётся в износившиеся запчасти, а не в схему, и что ж тогда?

— Идёт.

Девчонка коротко кивает, враз став собранной.

— Жди меня тут через час. Я закончу с делами и приду.

Когда она проходит мимо, Лейба обдаёт едко-сладким, искусственным запахом клубничной жвачки. Каким-то на удивление ностальгическим.

Как же звали ту девчонку с окраин Карси?

— Ты сказала, тебя зовут Рури?

Надо ж было так задуматься о подружке десятилетней давности, чтоб прослушать имя проводницы. Раньше ведь и не вспоминал.

Девчонка поощрительно улыбается. Значит, Лейб всё-таки верно поймал краем уха.

— Необычное имя для тайчанки.

Очередное короткое молчание, будто Рури взвешивает слова буквально для каждой фразы.

— Я не тайчанка.

— Вот как. Тогда неудивительно, что ты так чисто говоришь.

Значит, дала дёру из Мекано, так же как и он. А теперь только шныряет по окраинам с курьерским контейнером за спиной. Лейб деликатно предлагал понести, но Рури ожидаемо отказалась. И ладно. По неровной каменистой тропке, поднимающейся между колючих кустов с тёмными ветками, тащить контейнер нет никакого желания. Хватит пожитков Лейба.

Замечательные, дорогие и очень удобные туфли, которыми он гордился в Карси, здесь дают прочувствовать все прелести рельефа.

— Давно переехала? — продолжает Лейб, просто чтоб немного отвлечься от страдающих ног.

— Относительно.

— Относительно чего?

— Расхожих представлений о давности.

— А у тебя другие?

Нога оскальзывается на ручейке красного песка и мелких камешков, Лейб нелепо взмахивает руками. Сумка с инструментами тянет вниз. Сердце заполошно заходится в груди. Рури хватает за плечо почти не глядя, будто как-то почувствовав. Возвращает равновесие. Держит она крепко, Лейб даже сказал бы — не по-женски.

— Спасибо.

— Смотри под ноги. Старайся ступать за мной.

Лейб нервно оглядывается на склон внизу. Он покрыт мелкими, сухими на вид ветками кустарничков, редкой травой и торчащими тут и там светлыми камнями. Упади — если и не свернёшь ничего, то уж во всяком случае рассадишь и расцарапаешь.

— Что бы я без тебя делал, — полушутливо замечает Лейб.

— Пропал бы в горах, — неожиданно отвечает Рури. — Или нашёл бы другого проводника.

Она взбирается по тропке без всяких видимых усилий, а вот у Лейба, признаться, начинает кружиться голова и сбоить дыхание. А ведь это так, взгорки — настоящая гряда тянется впереди, нависает тяжёлой бордовой тенью. Интересно здесь. Всё красное. Паршивый цвет, если честно.

— Всё равно пропал бы, — долетает сорванное с губ ветром бормотание Рури.

— Что? Почему? Хочешь сказать, ты одна здесь можешь провести? — хмыкнув, поддевает Лейб.

— Нет. Считай это дурным предчувствием.

Лейб в очередной раз пожимает плечами. В предчувствия он не верит.

Рури вдруг оборачивается и нечитаемо смотрит.

— Нехорошо, Лейб, — говорит с непонятным упрёком.

Что нехорошо? Под этим взглядом по коже пробегает озноб.

Но спросить Лейб не успевает — короткой чередой хлопков звучат выстрелы.

Рури едва успевает прикрыться — даже не нормальным щитом, просто волной чистой силы. Которую жалко до зубовного скрежета. Вот если б знать, во что всё выльется и сколько проблем обещает — так пусть бы Лейб искал другого проводника. Но он стоял там, у магазина, такой жаждущий помощи, и было слишком трудно устоять. Потому что Рури никто не подпитывал, наверное, уже с месяц. Как вернётся домой — тем более придётся терпеть и ни к кому не тянуться. А сила нужна. Да и генератор починить нужно. Рури не умеет — ни Рури, ни Есто, ни даже Дайно.

Теперь как бы не потерять больше, чем обещано.

И ведь до этого момента Лейб вообще не думал ни о погоне, ни об опасности. Ничто не дало Рури почувствовать, что его нужно не только лишь проводить.

Лейб в испуге отшатывается, шлёпается наземь. В этот раз Рури не страхует — важней набрать на браслете щит. Он расплывается в воздухе бензиновой кляксой вложенной заранее схемы. Ещё несколько пуль увязают в ней. Следующая проходит насквозь и высекает крошку из взгорка позади. Промазали с пол ладони, в Рури трудно целиться. А пули у них хорошие, непростые.

Рури резко уходит в сторону и вниз — ещё пара пуль в молоко. Дёргает за собой Лейба, скатываясь по склону. Лейб шипит и матерится. Плевать, в уговоре ничего не было про «провести целым».

Сразу несколько взглядов — пять… шесть? — как будто дробят на части. Сразу болит голова. Зато Рури точно знает, куда бросить ещё одну схему — снять с экрана браслета, наполнить силой, толкнуть. Чужой щит сминается, слышатся крики. Но это разве что выиграет время. Рури вскакивает с места, почти волоком тащит Лейба следом. Тот пытается оглянуться.

— Беги, — бросает Рури.

Царапины раздражающе жгутся, контейнер тормозит и бьёт по спине — слетел один из ремней. Можно было бы скинуть. Но неустойка кусачая.

Лейб постоянно запинается и хромает. Интуитивно Рури дёргает его в сторону — вовремя. Хлопки — стреляли по ногам. Кустарник с мелкой частой листвой скрывает. Лейб валится наземь.

— Ползи, — шипит Рури. — Ползи.

До притаившейся за ветками расщелины с резко уходящим вниз склоном. Снова падение, кубарем. Одежда за что-то цепляется и трещит. Бок взрывается болью от острого выступа. Хорошо хоть, в контейнере ничего бьющегося.

Вот бы после того, как Лейб выполнит свою часть сделки, кто-нибудь спросил Рури, нравится ли это имя.

Лейб стонет рядом. Не обращая внимания, Рури быстро выстукивает по браслету команды. Может, Сейга всё-таки права и надо было настроить голосовой ввод.

Маскировка расползается куполом за пару секунд до того, как наверху трещат кусты. Рури прикидывает радиус и прижимается к Лейбу, зажимает ему рот рукой. Последним рывком рисует чистой силой уводящие прочь следы. Её опять уходит слишком много, и кружится голова. Хоть бы только эти люди наверху пошли по дорожке. Хоть бы не использовали ничего, что ломает визуальные схемы. Сейчас они с Лейбом точно никуда не успеют уйти. Не смогут. Лейб отдал очень много сил, чтоб у Рури получилось всё правильно.

Хоть бы повезло. Лейб ведь везучий. Иначе ни за что не забрался бы так далеко — это Рури теперь понимает.

— Храт, ушли!

— Давай по следу.

— Поисковик лучше запусти, придурок.

Рури напрягается всем телом. Если пошлёт ещё сгусток силы, сможет ли сбить поисковик? Сможет ли сделать это так, чтоб списали на аномалию гор?

— Накрылся он. Когда эта стерва щит пробила.

Всё-таки Лейб везучий. Не может такой человек быть живым и не везучим.

— Хр-рат! По следу.

Уткнувшись лицом в землю и зажмурившись, Рури раскидывает зацепки, насколько только может. А потом, зная, что те люди уже идут по дорожке, просто лежит, хватая ртом воздух вперемешку с пылью.

Лейб осторожно сжимает плечо.

— Живая? — шепчет.

Рури мычит что-то утвердительное. Нет сил говорить, но и игнорировать прямые вопросы — тоже.

Тело ломит, а контейнер давит так, будто хочет размазать.

Рури заставляет себя подняться на руках. Надо уходить. Рури теперь знает, какой путь выбрать.

— Вставай, Лейб.

Сказать бы ему, как нехорошо не предупреждать о таких вещах.

Но Рури его тоже много о чём не предупреждает.

В ногу стреляет болью при каждом шаге. Лейб морщится и старается не думать, во что превратилось содержимое сумки. Части инструментов ничего не будет — больше уж Лейб пострадал от них, на бедре наверняка расплылся синяк. Но есть там штучки и посложнее. Ещё материалы для схем, некоторые, наверное, в труху. Стоило взять нормальную, армированную сумку для инструментов, но она слишком приметная. Точно привлекла б ненужное внимание.

Рури тоже едва заметно прихрамывает и держится за бок, но идёт вперёд с упорством заводной куклы. Из тех, что собирал из всякого лома Герзе, а Лейб потом вкладывал свеженькие схемы. Получалось недурно.

— Ты, значит, магичка? Тогда, первый раз, пули аж размазало.

Лейб с кряхтением перелезает через завалившие тропку камни вслед за Рури. После стычки с людьми Герзе она сначала повела Лейба через какой-то бурелом, потом — вдоль маленького звонкого ручья. Эти места Рури, похоже, вправду знает получше многих. Лейб правильно сделал, что выбрал её в проводники, прямо как сердцем чуял. И это ещё не говоря о прочих её способностях.

— Да, — коротко отвечает Рури. — Поговорим, как доберёмся до грота.

Её глубокий, грудной голос сейчас звучит хрипло и не очень располагает к беседам. Лейб послушно замолкает.

В окружении Герзе всегда много необычных людей. Лейб, конечно, уже не раз видел тех, кто способен использовать магию напрямую, без всяких приборов. Кто может рисовать схемы голыми руками на чём угодно, а не вынужден выверять материалы и пользоваться кучей примочек, как Лейб. Только идиот станет добывать огонь трением, когда есть зажигалка, поэтому чаще всего маги всё равно прибегают к готовым схемам. Просто делают это… как-то свободнее, что ли. Выставить щит или маскировку Лейб смог бы и сам, будь при нём браслет — но по браслету Герзе отследил бы его по щелчку пальцев, пришлось бросить. А вот швырнуть схему так, как это сделала Рури, у Лейба вряд ли вышло бы.

Вообще-то о многом хотелось бы расспросить её. Но тогда придётся взамен рассказывать о себе. Лейба, в общем, устраивало, что Рури не пыталась ничего узнать о попутчике раньше. Хотя теперь-то вопросы наверняка возникнут.

Ручей уходит в широкую расщелину в крутом и каменистом склоне — точней, выходит из неё. Рури смело ныряет в тёмный проход юркой ящеркой, а Лейб неуверенно останавливается.

— А ты точно знаешь, что мы тут пройдём?

Меньше всего хочется оказаться запертым в огромном каменном гробу. Или попросту раздавленным сдвинувшимся монолитом. Лейб не помнит, бывают ли в Красных горах землетрясения?

— Я не могу «точно» знать о том, что не случилось, — с усталым терпением отвечает Рури. — Я знаю, что мы «можем» здесь пройти.

Лейб по-прежнему мешкает.

— И я знаю, что этим путём мы успешно пройдём с наибольшей вероятностью, — добавляет Рури.

Она смотрит ещё мгновение, а потом отворачивается и равнодушно идёт вперёд — Лейб скорее угадывает её движения, чем видит. Выругавшись, он поспешно протискивается следом. Лейб шире в плечах, и стены кажутся ужасно близкими и тесными, хоть пока его не касаются.

— У тебя клаустрофобия? — спрашивает Рури, не оборачиваясь.

— Нет. — Лейб мрачно нахохливается.

С чего она вообще взяла? Просто неуютно.