Читаем Беременна от Братвы онлайн бесплатно

Беременна от Братвы

Серия: Шаров Братва

Автор: Мари Фокс

Аннотация

Я была незаконно похищена врагом только для того, чтобы мой босс предал меня.

Теперь этот пожилой король Братвы лишил меня девственности и заставляет выйти за него замуж.

Иван Шаров вдвое старше меня, опасен и безжалостен во всех отношениях, даже в постели.

Моя работа заключается в том, чтобы обкрадывать Братву, а не быть для них приманкой.

Когда я работала хакером на американскую мафию, кража разведданных у Братвы оплачивала мои счета.

Пока я не украла не те улики, а Иван Шаров не отомстил, похитив не ту женщину, то есть меня.

Иван жаждет мести, и я просто надеюсь, что мой босс, Кейс, сможет спасти меня, пока не стало слишком поздно.

Только Кейс посылает своих людей, чтобы убить меня до того, как я раскрою секретную информацию.

Объединиться с Иваном - единственный способ спасти мою жизнь.

Он враг, и все же я привыкаю к его жестоким прикосновениям.

Он будет безжалостно терзать мое тело, а потом погладит синяки своими большими руками.

Я ненавижу этого мужчину, он олицетворяет все, от чего я хочу убежать.

Когда я неожиданно обнаруживаю беременность, я понимаю, что пора бежать.

Но Иван заставляет меня выйти за него замуж.

Смогу ли я сломить его собственническую натуру, или он подчинит меня своей воле?

Пролог - Сара

Я просыпаюсь с острой болью, пульсирующей в голове, и первое, что я замечаю, это холодная, твердая поверхность подо мной. Мои пальцы касаются грубого бетона, текстура царапает мою кожу, когда я подталкиваю себя, чтобы сесть. В комнате темно, слишком темно, но откуда-то сзади меня исходит слабое, болезненно-желтое свечение. Я пытаюсь сориентироваться, но комната вращается, и я снова чуть не падаю.

Вот тогда я их и слышу. Тихие голоса, бормочущие на непонятном мне языке. Может быть, на русском? Мое сердце колотится, когда я оглядываюсь, пытаясь разглядеть лица в тусклом свете. Трое мужчин стоят у двери, их фигуры маячат, как тени. Я мельком вижу руку одного мужчины, когда он жестикулирует, и моя кровь превращается в лед, когда я вижу маленькую, свернувшуюся змею, вытатуированную на тыльной стороне. Рубашка другого мужчины расстегнута ровно настолько, чтобы показать такую же татуировку на груди, глаза змеи, кажется, смотрят на меня сквозь темноту.

Я мертвец. Мысль обрушивается на меня, тяжелая и удушающая. Я должна была знать лучше, должна была быть более осторожной. Данные, которые я украла, были слишком горячими, слишком опасными, и теперь я расплачиваюсь за это.

Раздается резкий скрип, когда дверь открывается шире, и мужчины замолкают, расступаясь, как Красное море, когда в комнату входит еще одна фигура. Он высокий, широкоплечий, с присутствием, которое требует внимания. Тени не скрывают острые углы его лица, жесткую линию его челюсти. Его глаза темные, пронзительные, и они останавливаются на мне с таким испытующим взглядом, что у меня мурашки по коже.

Это, должно быть, Кейс Престон. Это имя шепчут в темных углах, его боятся даже те, кто считает себя неприкасаемым. Босс мафии, который правит своей империей железным кулаком.

Я попала в его тиски.

Сначала он не говорит, просто смотрит на меня, его взгляд перемещается с моих растрепанных волос на синяки, формирующиеся на моих запястьях. Тишина затягивается, каждая секунда тянется, как смертный приговор. У меня перехватывает дыхание, но я заставляю себя выдержать его взгляд. Я не могу показать страх, не сейчас. Я переживала и худшее, по крайней мере, так я пытаюсь себе сказать.

Наконец он говорит, его голос низкий и грубый, как гравий. — Странно, ты очень похожа на мою дочь.

Это заявление на мгновение сбивает меня с толку. Я слышала о Софии Престон, укромной принцессе империи Престон, но речь не о ней. Речь обо мне и о том, как я собираюсь выбраться отсюда живой.

— Ну и что, — говорю я хриплым, но ровным голосом. Во рту пересохло, тело все еще шатается от того, чем меня накачали, но я сосредотачиваюсь на единственной важной вещи. — Мне должно быть не все равно?

Его глаза слегка сужаются, и я вижу, как в них что-то мелькает, любопытство, может быть. Оно исчезло так же быстро, как и появилось, сменившись холодным, расчетливым взглядом. Он подходит ближе, его начищенные ботинки эхом отдаются по бетонному полу, и я напрягаюсь, заставляя себя оставаться неподвижной.

— Значит, это ты решила, что можешь меня обокрасть, — говорит он ровным, почти насмешливым голосом.

Я сжимаю челюсти, сдерживая ответ. Нет смысла лгать, они поймали меня с поличным. Осталось только придумать, как продержаться достаточно долго, чтобы снова увидеть брата.

— Зачем? — Его вопрос повисает в воздухе, требуя ответа, но я не отвечаю сразу. Мой разум лихорадочно работает, взвешивая варианты, просчитывая риски.

— За деньги, — наконец говорю я, и правда вырывается наружу, как признание. — Моему брату нужна была пересадка печени. Мы не могли себе этого позволить.

Кейс долго смотрит на меня, и я не могу прочитать выражение его лица. Затем он медленно кивает, почти задумчиво. — Ты либо очень смелая, либо очень глупая. Может быть... для тебя есть другой вариант.

Слова Кейса висят в воздухе, наполненные возможностями, которые я слишком боюсь рассмотреть. Мое тело напрягается, и я с трудом сглатываю, пытаясь сохранить нейтральное выражение лица. Мой разум все еще затуманен тем, что они использовали, чтобы вырубить меня, но я сосредотачиваюсь на нем, на человеке, который держит мою судьбу в своих руках.

Он смотрит на меня так, словно взвешивает меня, оценивая каждую унцию того, кто я есть. Это нервирует, и я ненавижу уязвимость этого, но я не спускаю с него глаз. Я не буду съеживаться.

— Ты находчива, — говорит он тихим, почти разговорным голосом. — Взломаться в мою систему таким образом? Впечатляет. Потребовалось много смелости.

Я не могу понять, издевается ли он надо мной или искренне впечатлен. — Я сделала то, что должна была, — отвечаю я, мой голос ровный, несмотря на стеснение в груди.

— Теперь ты оказалась в довольно затруднительном положении, — продолжает Кейс, делая шаг вперед. Комната внезапно кажется меньше, воздух тяжелее от его присутствия. — У тебя есть навыки, и у тебя есть решимость. Это редкость, особенно для такой молодой девушки, как ты.

Я не отвечаю. Я не уверена, куда он клонит, и я не доверяю себе, чтобы сказать правильные вещи. Я видела слишком много людей, которые рыли себе могилы неосторожными словами.

Кейс наклоняет голову, его темные глаза впиваются в мои. — Мне бы пригодилась такая, как ты, Сара.

То, как он произносит мое имя, вызывает дрожь у меня по спине. Дело не только в том, что он знает кто я, но и в том, как он это говорит, словно он уже решил, что я принадлежу ему.

— Вы предлагаете мне работу? — спрашиваю я, и в моем голосе проступает недоверие. Я слышала о вербовке преступников, но это? Это что-то другое.

Он улыбается, но улыбка не касается его глаз. — В некотором смысле. У тебя есть потенциал, и у меня есть ресурсы, чтобы отточить этот потенциал. Обучить тебя как следует, дать тебе то, что нужно для успеха.

Я смотрю на него, мое сердце колотится. — Ты хочешь, чтобы я работала на тебя?

— Да, — просто отвечает он. — Ты могла бы быть ценным активом для моей организации. Ты уже доказала, что способна взламывать системы, к которым большинство людей даже не могут прикоснуться. Представь, что ты могла бы сделать с правильной подготовкой, правильными инструментами.

Предложение висит между нами, темное обещание, пронизанное опасностью. Я знаю, что значит работать на него, что это будет значить для меня. Я бы пересекла черту, шагнула в мир, где мораль, не более чем тень на периферии. Но я не могу отрицать ее притяжение, отчаянную потребность в финансовой поддержке, которая терзала меня годами.

Я думаю о Люке, его бледном лице и хрупком теле, лежащем на той больничной койке. Страх в его глазах, когда я сказала ему, что найду способ, чего бы это ни стоило. Я дала обещание, и я не нарушаю своих обещаний.

— В чем подвох? — спрашиваю я, и мой голос становится тише, в нем слышна настороженность, которая всегда была моим постоянным спутником.

Улыбка Кейса становится шире, но лишь на долю секунды. — Никакого подвоха. Ты работаешь на меня, я хорошо тебе плачу. У тебя будет то, что тебе нужно, а о твоем брате позаботятся. Знай, Сара, как только ты войдешь, выхода уже не будет. Ты будешь частью семьи, к лучшему или к худшему.

Семья. Это слово заставляет меня смеяться, но я не смеюсь. В этом нет ничего смешного. Он предлагает мне спасательный круг, и я не в том положении, чтобы отказываться. Даже если это означает потерю части себя в процессе.

Я делаю глубокий вдох, заставляя себя встретиться с ним взглядом. — Я согласна.

Кейс кивает, как будто не ожидал ничего меньшего. — Хорошо. Завтра можешь навестить брата, а потом начнешь работать на меня.

Дверь снова открывается, и мужчины с татуировками змей выходят вперед, их выражения лиц такие же холодные, как и прежде. Я поднимаюсь на ноги, не обращая внимания на дрожь в коленях. Когда я иду за ними, я не оглядываюсь на Кейса.

Мужчины обступают меня с обеих сторон, их шаги эхом разносятся по узкому коридору, пока мы продвигаемся глубже в здание. Я все еще нетвердо стою на ногах, но заставляю себя идти прямо, держать голову высоко. Каждый инстинкт кричит мне, что нужно сражаться, бежать, но в этом нет смысла. Я уже выбрала свой путь.

Мы доходим до двери в конце коридора, тяжелой, сделанной из темного дерева, и один из мужчин с татуировкой змеи, на этот раз на руке, толкает ее. Он кивает головой в сторону комнаты, безмолвный приказ мне войти внутрь.

Я колеблюсь, глядя на него, затем на другого мужчину. Его татуировка видна чуть выше воротника рубашки, хвост змеи обвивается вокруг его горла, словно петля. Они оба смотрят на меня с одинаковым пустым выражением, лишенным какой-либо теплоты или сочувствия. Они здесь не для того, чтобы утешать меня, они здесь, чтобы убедиться, что я не переступлю черту.

— Здесь ты будешь спать сегодня ночью, — говорит мужчина с татуировкой на горле, его голос низкий и отрывистый. — Босс проведет проверку биографических данных, чтобы убедиться, что нас не ждут неприятные сюрпризы.

Меня пробирает дрожь от его слов. Они будут копаться во всем, в моем прошлом, в моей жизни, в моих ошибках. Я могу только надеяться, что то, что они найдут, не приведет меня в еще худшую ситуацию.

Я вхожу в комнату. Она маленькая, голая, с одной только кроватью и тумбочкой. Стены выкрашены в тусклый серый цвет, а на дальней стене одно окно, закрытое толстыми шторами, которые блокируют внешний мир.

Я поворачиваюсь лицом к мужчинам, чувствуя, как тяжесть ситуации давит на меня. — Мне нужно позвонить брату, — говорю я, пытаясь чтобы не выдать отчаяние в голосе. — Он будет волноваться, если не получит от меня известий.

Мужчина с татуировкой на руке качает головой. — Никаких звонков. Вы увидите его завтра. Договоренности будут соблюдены.

— Но... — начинаю я, но он обрывает меня взглядом, который ясно дает понять, что этот разговор окончен. — Теперь ты здесь. Делай, что тебе говорят, и все пройдет гладко.

Я сдерживаю свое разочарование, понимая, что любая попытка спорить будет бессмысленной. Эти люди не дадут мне ничего. Ни информации, ни утешения, ни даже лучика надежды.

— Что будет завтра? — спрашиваю я, хотя уже знаю ответ. Мне просто нужно что-то, что угодно, за что можно держаться.

Мужчина с татуировкой на горле холодно мне улыбается. — Скоро узнаешь.

С этими словами они разворачиваются и уходят, а дверь за ними с тяжелым стуком закрывается, запирая меня внутри. Замок встает на место с такой окончательностью, что мое сердце замирает.

Я сейчас одна, по-настоящему одна, и нет ничего, кроме моих мыслей и тихого гудения страха, поселившегося в моей груди. В комнате слишком тихо, такая тишина, которая заставляет ваш разум блуждать в темных местах. Я сажусь на край кровати, матрас жесткий и неподатливый под моим весом.

Мне хочется плакать, но я подавляю это желание. Слезы мне сейчас не помогут. Я думаю о Люке, о его улыбке, о том, как он бежал ко мне, когда ему было страшно. Он - причина, по которой я здесь, причина, по которой я должна продолжать идти. Что бы ни случилось завтра, что бы ни запланировал Кейс Престон, я должна это пережить. Для него.

Я снова окидываю взглядом комнату, пытаясь найти что-то, хоть что-то, что могло бы дать мне чувство контроля. Ничего нет. Никаких картинок, никаких украшений, ничего личного. Это тюрьма, простая и понятная, и я заперта внутри.

Сделав глубокий вдох, я ложусь на кровать, уставившись в потолок. Тьма давит со всех сторон, но я отказываюсь позволить ей поглотить меня. Я зашла слишком далеко, чтобы сдаться сейчас. Я закрываю глаза, желая, чтобы сон пришел, хотя я знаю, что он будет неуловимым. Завтра я встречу все, что Кейс мне подкинет. Я сделаю то, что должна.

Ради Люка и ради шанса вернуть себе часть жизни, которая ускользает от меня.

Глава 1 - Иван

Воздух в комнате густ от напряжения, от которого мурашки по коже. Я окидываю взглядом длинный стол, вглядываясь в лица мужчин, которые в равной степени вызывают уважение и страх. Тусклый свет над головой отбрасывает резкие тени на их черты, подчеркивая жесткие линии, вытравленные годами насилия, власти и контроля.

Мой брат Кирилл сидит справа от меня, его выражение лица, как всегда, непроницаемо. Вайолет, его жена, сидит рядом с ним, ее осанка царственная, хотя я замечаю легкую складку беспокойства на ее лбу.

Эта встреча не была запланирована, но когда кто-то решает украсть у Братвы, мы не ждем. Мы действуем.

Я наклоняюсь вперед, кладу локти на стол, мой взгляд сужается к Максиму, моему самому близкому другу и тому, кому я доверяю свою жизнь. Если кто-то и может докопаться до сути, так это он. Напряжение в комнате нарастает, пока все ждут, что он скажет.

— Ты что-нибудь узнал? — прорезает тишину мой голос, резкий и требовательный. Здесь нет места колебаниям.

Темные глаза Максима встречаются с моими, его выражение лица серьезно, как никогда. — Мы отследили источник утечки до Нью-Йорка, — начинает он, его тон размеренный, но с оттенком разочарования, которое, я знаю, он чувствует. — Мы не смогли точно определить ответственного. Тот, кто это сделал, замел следы. Это не просто хакер, он знает, что делает.

Моя челюсть сжимается, разочарование кипит прямо под поверхностью. — Нью-Йорк. — Мне не нужно больше ничего говорить. Престоны. Название висит в воздухе непроизнесенным, но оно у всех на уме.

Кирилл откидывается на спинку стула, его зеленые глаза сужаются в раздумьях. Он не говорит, но я чувствую, как от него волнами исходит гнев. Наше соперничество с Престонами не секрет. Мы подтачивали их империю, забирали их клиентов, их власть, оставляя им объедки. Этот ход? От него веет отчаянием, и это опасно.

— Это имеет смысл, — говорит Максим. — Мы оказываем давление на Престонов, отнимая у них крупнейших клиентов. Они теряют деньги, теряют лицо. Это может быть их способом нанести ответный удар.