Читаем Белый дракон онлайн бесплатно

Воскресный вечер середины лета. Районный центр Сарбанд, как обычно, постепенно затихал, готовясь к новой рабочей неделе. Только от ресторана с вывеской «Белый дракон» доносился веселый шум. Ресторан стоял в глубине парка, посреди многочисленных аттракционов, сказочных теремков и немыслимых сооружений с восточными куполами. Это была постройка необычной архитектуры — без окон и дверей, с резкими выступами и неожиданным и впадинами на стенах. Неширокая деревянная лестница вела в двери под вывеской, как бы в пасть многоглавому чудовищу. Открытый зал своими ломаными очертаниями воспроизводил формы реального ледника Аждахор (Белый Дракон), сверкающего неподалеку отсюда.

Затейливые бра по стенам горели только там, где догуливали задержавшиеся гости. За стойкой бара меланхолично протирал фужеры молодой красивый горец. Он недовольно поглядывал в сторону единственной компании, еще не покинувшей ресторан.

Их было шестеро. Три на три.

Душой компании был, очевидно, капитан-пограничник, который по своим физическим данным не выглядел бы чужаком в олимпийской команде по любому виду спорта. Сейчас капитан лихо и с достоинством демонстрировал способности «ясновидца».

— А ну-ка, угадай, о чем я думаю? — с вызовом спросила его женщина, сидевшая напротив.

— О том, чтобы не пришлось расплачиваться твоему мужу! — улыбаясь, тут же ответил Вадим.

— А я? — строго спросила его жена.

Вадим задумчиво поджал губы, сосредоточился.

— Хочешь сказать, пора домой?

— Нет… До этого ты еще должен сообщить, о чем думает Малика.

Вадим нерешительно взглянул на Сангина.

— Не надо! Я сама скажу! — выпалила весело Малика и чуть замялась, устремив взгляд на того же Сангина.

— Папа, папа! — раздались вдруг ребячьи голоса. — Нам пора! Автобус уходит!..

К столику подбежали двое мальчиков.

Малика поспешно отодвинулась от Сангина.

— Как отдохнули? — спросил Сангин, прижимая к себе ребят.

Оба подняли вверх большие пальцы, давая понять, что всем довольны.

— Слушайтесь бабушку, — Сангин потрепал их за волосы.

— Ты обещал нам устроить разговор с мамой, — упрекнул отца старший.

— Не получилось, ледник на связь не вышел. Буран у них, наверно. Следующий раз приедете, поговорите… Бабушке от меня привет…

Дети переглянулись, помялись. Старший вздохнул и взял инициативу на себя. Не поднимая глаз от пола, тихо проговорил:

— Она просила узнать, почему от тебя нет до сих пор алиментов.

— До сих пор? — возмутился Сангин. — Я выясню в бухгалтерии.

…Чуть позже, подсаживая детей в автобус, Сангин повторил:

— Успокойте бабушку, деньги вот-вот доставят. А с мамой в следующий приезд поговорите. Обязательно! Связь установим… Ладно, орлы, пока!

Когда Сангин вернулся к столу, буфетчик уже дремал за стойкой, поддерживая голову обеими руками. А вся компания, сдвинувшись, наблюдала за манипуляциями Вадима Соколова.

Загадочно улыбаясь, он поставил на самый край стола спичечную коробку. Затем медленно, подчеркивая каждое свое движение, встал в позу каратэ и, по-кошачьи собравшись, резко выбросил правую руку вперед. Кулак застыл сантиметрах в десяти от коробка, но тот повалился.

— А ну, еще… Еще! — раздались голоса.

Короткий взмах, и коробок снова повалился.

— Дан я попробую! — отодвинула Вадима одна из женщин.

Ее попытки были безуспешными.

— Может быть, ты? — вполголоса спросила Сангина Малика.

Тот молча отказался.

— Давай, давай, Сангин, попробуй! — поддержал второй пограничник, старший лейтенант. — Не удивлюсь, если в один прекрасный день ты окажешься факиром!..

— А что? — улыбнулась Малика. — Это Аждахор! Дракон! Дремлет, но только до поры, до времени.

— А у тебя, Малика, хватит жару пробудить этот ледник? — с иронией спросила жена капитана.

Вмиг наступило неловкое молчание. Кто тут же прервал Вадим:

— Показываю!

Он сдвинул два пустых фужера. Потверже стал на ноги, затем, чуть присев, с двух сторон стал медленно приближать ладони к фужерам. В наступившей тишине вдруг раздался тонкий хрустальный звон.

Женщины восхищенно зааплодировали.

По Вадим почему-то недоуменно, растерянно опустил руки, настороженно взглянул на Сангина. Тот озабоченно пожал плечами и посмотрел на свои часы.

— Браво, браво! Еще! — просили женщины.

И хотя Вадим просто стоял, опустив руки, фужеры снова зазвенели — еще звонче. К звону фужеров прибавилось позвякивание ножей и вилок в тарелках. Растерянные женщины смолкли.

— Землетрясение? — испуганно прошептала одна из них и ухватилась за спинку стула.

Стены ресторана дрогнули от сильного толчка. Фужеры упали, скатились по столу на пол и разбились. Где-то вдалеке нарастал странный, пугающий гул.

Перепуганный буфетчик включил повсюду свет.

Первая пришла в себя Малика:

— Это не землетрясение.

Сангин кивнул.

— Да, это ледник… Дракон. Там что-то случилось… Наверно, поэтому они и на связь не вышли.

— Может, это просто обвал в горах? — попыталась успокоить его Малика.

— Нет, не обвал. Боюсь, что я имею к этому прямое отношение… — Сангин снова посмотрел на часы.

— Думаешь, это твой эксперимент?

Сангин ничего не сказал. Он думал о чем-то своем и, может быть, не слышал вопроса или скорее предпочел не отвечать на него.

— Кто будет рассчитываться? — подошел к ним буфетчик, и этот простой вопрос вывел компанию из оцепенения.

Сангин торопливо подходил к домику, где размещался филиал научного центра «Природа». Нетерпеливо постучал в темное окно. Никто не откликнулся.

— Катя! Катя! — позвал Сангин.

— Кто? — спросил наконец заспанный женский голос.

— Открой! Это я…

— Уже поздно, Сангин Исмаилович.

— Ты что, не одна?

За окном не ответили.

Потом раздался сухой щелчок отпираемого замка… Взлохмаченная со сна девушка, старательно запахивая халатик, твердила:

— Не могу! Вы же знаете! Не имею права!

— А я не могу ждать до утра.

— А я не могу раньше шести выйти на связь!

— Там беда! Понимаешь, беда! — выкрикнул Сангин.

— Ой, я ведь и забыла… Там ваша жена… Сейчас! Ключ!..

Сангин подошел к двери, ведущей в радиорубку и устало прислонился к косяку.

…Из динамика звучал сердитый мужской голос:

— Давай без паники! Какая катастрофа? Мало ли что может быть в горах! Если бы и случилось, радио есть…

— В том-то и дело — у них вышла из строя рация! — стоял на своем Сангин.

Катя старательно держала волну на шкале рации.

Наступила пауза.

— Ну, а что же там могло случиться, по-твоему? — уже не так сердито спросили из динамика.

— Понимаешь, колебания были, как при семибальном землетрясении. Но сейсмологи утверждают, что это не по их части. Остается одно… Тронулся Аждахор!

Необычно многолюдно было на следующее утро в аэропорту райцентра Сарбанд.

Возле двух стоящих рядом вертолетов маячило несколько фигур. Это были Сангин, капитан Соколов, одетая в летную форму гражданской авиации Малика. Они молча ежились от утренней прохлады и поглядывали то на взлетную полосу, то на толпу пассажиров.

Показалась легковая автомашина, и вскоре перед ними предстал сухощавый, темный от загара секретарь райкома партии.

— Здравствуйте, товарищи! — выходя из машины, сказал он. — Только что разговаривал с Душанбе, там очень обеспокоены… Если до одиннадцати над ледником не распогодится и вам не дадут вылета, то в лагерь экспедиции попросим добраться ваших людей, товарищ Соколов. Одновременно через перевал Шохдора пойдут альпинисты из Душанбе.

Малика взглянула на Сангина. Лицо у него было угрюмое, отрешенное…

По часам летний день был еще в самом разгаре, но ни один солнечный луч не пробивался над бескрайним горным плато. Сильные порывы ветра носили в дикой пляске плотную стену снежных хлопьев. Из густой пелены то появлялись, то вновь исчезали фигуры людей — экспедиция гляцеологов. Шли они тяжело и, видно, уже не первый час. Временами останавливались, чтобы переждать сбивающий с ног встречный шквал. Среди них была одна женщина.

— Ну и прогулочку ты, Олим, нам устроил! — крикнула Ширин шагавшему впереди мужчине.

Олим замедлил шаг и, когда женщина по-ровнялась с ним, устало улыбнулся:

— Зато мы на пятнадцать километров ближе к теплой ванне, чем те, которые остались. Им придется повременить с этим делом.

— Как вернемся, я сварю твой любимый белый плов, — пообещала она.

— Тогда мне придется достать рюмки.

Внезапно перед ними возникла заснеженная мужская фигура. Бородатое лицо, за спиной рюкзак.

— Я дальше не пойду, — глухо, с вызовом сказал бородач.

— Снимай рюкзак, помогу! — жестко сказал Олим и шагнул к бородачу.

Тот отвел его руку и, недобро сверкнув глазами, сказал:

— Я пойду назад.

— Саид, тут уже недалеко, — умоляюще проговорила Ширин.

Саид потоптался на месте и с издевкой спросил:

— От чего бежите? От совести?

Олим чуть смутился, но сразу взял себя в руки.

— Мы хотим скорее разобраться, — как можно мягче сказал он, — точно выяснить, почему все так случилось.

— Ты еще сомневаешься?

— Не сомневаются только нахалы и невежды! — пожал плечами Олим.

— Если бы Сангин был эти дни на станции, ничего бы не случилось… Ты испоганил его эксперимент! — воскликнул Саид.

— Могу только повторить: всё знают только нахалы и невежды!

— Олим!.. Саид!.. — пыталась примирить их Ширин.

— Оставь его, Ширин, — махнул рукой Олим. — Пусть идет. — И добавил — Тогда он тоже опоздает на наш белый плов.

Саид выдержал потяжелевший взгляд Олима и, повернувшись, двинулся в обратную сторону. Сквозь снежное марево Ширин, Олим и остальные их спутники видели, как в сумерках постепенно растаяла его фигура.

— Останови его! — крикнула Ширин.

Однако Олим решительно поправил на себе рюкзак и пошел по прежнему маршруту. Остальные, чуть помедлив, двинулись следом.

А в аэропорту райцентра Сарбанд все еще ждали летной погоды. В крохотном зале ожидания было тихо, хотя народу набилось битком. Здесь были все те, кто еще утром надеялся на вылет вертолетов на ледники Аждахор. Не было только капитана Соколова. Сюда едва доносился шум ветра, сгибавшего за окном могучие тополя.

Уставшие от ожидания люди уже свыклись с обстановкой и готовы были ждать, сколько потребуется. Только Сангин напряженно ходил из конца в конец зала, проталкиваясь сквозь толпу и нетерпеливо поглядывая в окно. За ним молча наблюдала Малика.

Базовый лагерь гляциологов, который недавно был покинут группой Олима, представлял собой сейчас жалкое зрелище. Площадку со всех сторон обступала разбушевавшаяся водная стихия. Мутная от глины вода уже давно поглотила все постройки, о них напоминали только деревянные обломки финских домиков, вывороченные телеграфные столбы и разная домашняя утварь. Лишь зеленые кроны трех чинар да макушка радиомачты без ущерба пережили удар стихии.

На крохотной площадке у основания отвесной скалы приютились пятеро гляциологов, отрезанные от остального мира. Среди них был и успевший вернуться в лагерь Саид.

Время от времени отогревая дыханием пальцы, он сосредоточенно копался в портативной рации. Сидевший рядом подросток, с виду подрабатывающий на каникулах старшеклассник или студент техникума, скептически поглядывал на старания Саида исправить рацию. Саид, казалось, не замечал мрачного взгляда Бако.

— Зря стараешься, шеф. — Бако ухмыльнулся и чуть свысока, как бывалый путешественник, продолжил: — Представляешь, шеф, когда-нибудь этот козырек назовут твоим именем. А эта бухта будет носить мое имя. А вам троим достанется вот эта гора. Других достопримечательностей здесь нет.

— Подержи! — приказал Саид парню.

Бако нехотя подчинился, и они оба склонились над рацией.

Ветер не утихал.

Бако оглянулся на троих, сидевших к ним спиной, и вполголоса сказал:

— Я знаю, почему ты вернулся. Нас пожалел…

Саид спокойно посмотрел на него и ровно, спокойно проговорил:

— Вы же струсили идти через хребет.

Бако не успел ответить.

— Вертолет! — раздался чей-то голос.

— Вертолет! Вертолет! — Все вскочили.

В мутном небе виднелась черная точка. Двигателя не было слышно, ветер заглушал все звуки.

…С борта вертолета были видны крохотные фигурки людей, махавших кто чем.

Командиром экипажа была Малика. За ее

спиной, не отрываясь, вглядывался в медленно приближавшуюся группу людей Сангин.

— Среди них женщин нет, — не поворачиваясь, сказала Малика и включила микрофон: — Центральный! Центральный! Докладываю обстановку. От ледника Аждахор оторвался примерно двухкилометровый язык и перегородил речку Яхсу. Образовалось водохранилище по ущелью километра на четыре. Базовый лагерь остался под водой. На небольшом уступе скалы вижу пятерых мужчин. Ветер сильный. Попробую снять… Захожу на посадку.

…Сгрудившись в центре площадки, гляциологи, чуть не прыгая от радости, следили за приближавшимся вертолетом.

— Отойдем к стене! — распорядился Саид. Все рады были выполнить любую команду и прижались к отвесной скале. Порывы ветра слизывали с площадки небольшие камешки.

Зашедший было на посадку вертолет неожиданно взмыл вверх. Первая попытка не удалась. Гляциологи уже не улыбались, а с тревогой и надеждой следили за тем, как вертолет заходит на второй круг.

На этот раз машина приблизилась значительно ближе, однако пилот был вынужден поднять ее над скалой.

— Ничего не выйдет, — сказал Бако, придвинувшись к Санду.

Вертолет был почти у самой цели, и люди на площадке подались вперед, словно готовясь помочь экипажу. Но подхваченный шквалом ветра, он отошел в сторону, а потом взмыл вверх и стал удаляться. Стало ясно, что он улетает совсем.

Люди на площадке старались не смотреть друг на друга. Их лица, казалось, еще более осунулись и потемнели. Саид поднял взгляд на Бако и увидел детские глаза, полные слез. Парнишка, не стесняясь, всхлипнул и уронил голову на грудь Саида.

— Эх, были бы на той стороне — сел бы! — огорченно сказал Саид. — Да как туда переберешься?

Близился вечер. Восьмерка гляциологов во главе с Олимом продолжала путь. Пурга не утихала.

Восьмерка держалась плотной цепочкой. Неожиданно шедший последним Уктам ускорил шаг и стал обгонять спутников. Он приблизился к Олиму и тихо, вполголоса, спросил:

— Ты действительно считаешь, что подвижка произошла из-за эксперимента? Этого никто никогда доказать не сможет! Зачем нам самим головы в петли совать? Ведь наука до сих пор не знает, почему ледники начинают двигаться…

Олим пристально посмотрел на Уктама, глухо сказал:

— Я успел снять перфоленту. Теперь она у меня не только в кармане, но и вот здесь… — Он коснулся рукой головы и упавшим голосом добавил — Мы виноваты…

— Да-а, влипли!

Некоторое время они шагали молча, потом Уктам, будто спохватившись, спросил:

— Ты уверен, что мы не сбились с курса?

— Километра через три последний перевал, начнется спуск в долину… Шесть-семь часов ходу. Подбодри ребят.

Уктам оглянулся и увидел, что последней, поотстав, идет Ширин.

— Попридержи… Ширин выбилась из сил…

— Нельзя. Еще хуже будет, — ответил Олим, но все-таки сбавил шаг.

Уктам остановился, поджидая Ширин. Она благодарно улыбнулась ему.

К ночи в райцентре Сарбанд собралась срочно созданная чрезвычайная комиссия. Заседала она в небольшой комнатушке при радиостанции, за простым обеденным столом радистки. Ближе всех к столу расположились четверо: председатель комиссии, седоглавый мужчина со значком депутата Верховного Совета СССР, молодой генерал, секретарь райкома партии, начальник гидрометеорологической службы республики.