Читаем Белые кони онлайн бесплатно
Яшка распахнул окно. Над темным ельником взошло солнце. Воздух был до того прозрачен, что далекие сосны, конюшня, тракторы, стоящие на пустой луговине, ивы над рекой, школа с мезонином виднелись так, словно они находились рядом. На деревянных крышах сверкала, переливалась роса. Дворняги Пират и Маратко носились друг за другом по свежей лужайке, хриплым лаем оглашая деревню. Вразноголосицу грянули петухи. И вот уже со двора конюха деда Кельси, громко квохча, выскочила молоденькая курочка, а за ней молча несся здоровенный петух. Дед с палкой в руке в одном исподнем выбежал следом и с криком: «Кыш! Кыш! Петька! Дурень!» — затопотал за петухом. Курочка ткнулась в ноги старика, и тот поволок ее во двор, на чем свет стоит браня петуха.
Со двора секретаря парторганизации, чихая, кашляя, выбрасывая копны смрада и дыма, вырвалась инвалидная коляска, в которой сидел сам хозяин Степан Гаврилович Крапивин, и с грохотом понеслась по деревне.
— Пора на поля, — сказала подошедшая Ульяна и подала Яшке ковш кислого, до ломоты в зубах холодного квасу.
Замычала в конце деревни корова. Ей откликнулась другая, третья… Пастух дедко Малиновский остановился перед избой Шамаховых.
— Ульяна, выгнала корову-то?
— Выгнала.
— Значит, выгнала… — повторил дедко, поглядывая через плечо Ульяны на стол. — Ох и встренули Яшку. Век не забуду. Голова трешшит.
— Может, опохмелишься? — предложила Ульяна.
— Премного благодарен за вчерашнее, — отказался дедко, а сам так и шнырял глазами по столу.
— Подожди ужо…
Ульяна метнулась в глубину горницы, вытащила откуда-то початую бутылку, налила стопочку и подала пастуху. Дедко лихо выпил и занюхал рукавом плаща.
— Может, грибков?
— Сойдет и так. Как Христос по горлышку прокатился. Спасибочки. Премного благодарен.
— На здоровье. Не обижай, смотри, мою коровушку. Она у меня смирёная.
— Я завсегда, Ульяна, твою корову уважал. И уважать буду. Спасибочки.
Дедко отошел от окна и гулко хлестнул кнутом по земле.
Деревня проснулась.
В шесть утра около избы Шамаховых остановился председательский ГАЗ-69, который жители Старины, к большому огорчению Ивана Дмитриевича, называли пр привычке «козликом». Иван Дмитриевич зашел в горницу и весело поздоровался:
— Здорово, солдат!
— Здравствуйте, Иван Дмитрич.
Они крепко пожали друг другу руки. Председатель начал издалека. Поздравив с возвращением, он подробно расспросил о местах, где служил Яшка, о городах, в которых ему пришлось побывать, осмотрел и даже пощупал значки, покачивал головой и удивлялся, слушая рассказы парня.
— Артиллерия, — уважительно произнес Иван Дмитриевич, посмотрев на погоны. — Бог войны. Я ведь, Яша, тоже в артиллерии служил. Наводчиком.
— Какого же орудия?
— Сорокапятимиллиметрового.
— «Сорокапятки». Валялась у нас одна. В утиль сдали.
— Во время войны за этот утиль комбаты друг другу горло грызли.
Казалось, председатель никуда не торопился, такое у него было беззаботное лицо, словно у него и всего-то дел было, что точить лясы с солдатом. На самом деле Иван Дмитриевич томился нехорошими предчувствиями, припоминая стоящие в ремонте машины, проклятую шестеренку, без которой комбайнер Никола ни в какую не соглашался работать.
— Давай, Яша, съездим на поля? — предложил Иван Дмитриевич.
— Можно, — согласился Яшка.
Он сразу смекнул, что не зря так ублажает его председатель, интересуется службой, удивляется, теряет дорогое время. «Шалишь, Иван Дмитрич, — подумал про себя Яшка. — Не выгорит твое дело».
Они вышли на улицу.
— Может, за руль? — предложил председатель. — Не забыл еще машину-то?
— С ветерком? — подмигнул Яшка, садясь на шоферское место.
— Валяй.
