Читаем Аргон онлайн бесплатно
Аргон
Телла любит три вещи: алкоголь, таблетки успокоительного и Леона. Она наслаждается, расслабляется и терпит унижения, паразитарное и похабное отношение. Вся её жизнь – сплошное недоразумение, на которое всем, собственно, наплевать. Телла смотрит на неоновую вывеску "Грэг" и не понимает, почему та неоновая. Она же сделана из аргона, чёрт возьми. Дискриминация чистой воды. Телла мечтает, что когда-нибудь сможет оставить прошлое за бортом. Но при этом знает, что, к счастью или сожалению, её мечты никогда не сбываются. Содержит нецензурную брань.
Романы / Современные любовные романыПролог.
– Хэй, Торранс, налей-ка мне ещё один стаканчик!
– А, может, лучше уже вышвырнуть тебя отсюда?
Зычный прокуренный голос бармена заставил Теллу вздрогнуть, но она всё равно упорно била по стойке.
– Ты чего такой злой? С клиентами, вообще-то, так не разговаривают.
Аквамариновые глаза были направлены на периодически мигающую неоновую вывеску "Грэг".
– Да какая ты клиентка? Издеваешься надо мной, Морган? Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Хватит на сегодня выпивки.
Раздался последний удар, и девушка слезла с высокого стула. Чуть покачнувшись, небрежно отмахнулась.
– Ну и ладно.
Грэг устало вздохнул. Подруга надоела ему до боли в животе. Отчего-то именно справа.
Светло-сиреневого цвета шевелюра в последний раз мелькнула у двери и скрылась в ночной темноте. Торранс обернулся и взглянул на светящееся нежно-голубыми тонами своё имя.
«
Мужчина взял тряпку, протёр небольшой слой пыли с ламп и улыбнулся. Ему нравился его бар, в отличии от пристрастия Теллы к спиртному.
А ведь всё из-за этого подонка, что сейчас, скорее всего, находился в обществе очередной легкодоступной девицы. Грэг стал массажировать веки. Разом навалилась усталость.
***
– Сдохнуть проще, ей богу.
Лёгкий ночной ветер растрепал волосы. Одна короткая прядь на носу, другая во рту. Телла плюнула и уставилась на слюну стеклянным взглядом. Та медленно текла, смешиваясь с грязью асфальта.
Резко подняв голову, Морган увидела усеянное звёздами небо. Только через минуту промелькнула мысль, что их как-то многовато. У неё двоилось в глазах.
Стелла растёрла слюну ботинком и, пошатываясь, побрела под тускло светящими фонарями в следующий бар.
Первая.
– Послушай, я перезвоню позже. У меня дела, Шер. Всё, давай, пока.
Телла раздражённо бросила мобильник обратно на пружинистый диван. Телефон ненадолго подпрыгнул, потом приземлился обратно.
Голова раскалывалась. Глаза опухли. Изо рта несло чем-то кислым.
После очередной попойки сначала у Грэга, а потом ещё где-то в трёх-четырёх левых барах, Морган хотела сдохнуть. Не умереть, а именно сдохнуть.
Вздохнув, Телла встала и пошла умыться. Смыть с себя всю прошлую ночь и снова отправиться покорять Сиэтл – второе после сдохнуть желание.
Сиреневые волосы были в полном беспорядке, что можно сказать и о самой жизни девушки. У неё всегда и везде царствовал беспорядок. Он душил, но жить с ним было приятно. Из-за недостатка кислорода в крови, наверно.
Холодная вода освежала, дарила бодрость. То, что сейчас было жизненно необходимо, скорее всего, не спасло бы её от похмелья, но как минимум избавило бы от навязчивых и тошнотворных мыслей о Шервуде.
Слишком слащавый парень, которому повезло прийти в жизнь Теллы в самый подходящий для него момент. Тогда, когда она была сломлена, растоптана и унижена. А теперь от него никак не получалось избавиться. Морган казалось, что Шер уйдёт от неё лишь в одном случае – если умрёт. Сдохнет.
Нет, он был хорошим. Даже чересчур. Не его вина в том, что Стелла любила другого.
Сварив себе латте, девушка села за круглый бежевый стол. Посередине стоял милый кактус, об который она всё время укалывалась, но духу не хватало убрать. Слишком милый.
Телефон, который Телла взяла с собой, чтобы полистать ленту инстаграма, разразился песней "Die Die My Darling". Морган закатила глаза и приняла вызов.
– Что опять?
– Мы не договорили. Где ты вчера была? – раздался тенор, который сегодня она уже слышала.
– У Грэга.
– Выйди, я жду у подъезда.
Шервуд сбросил, Телла хмыкнула. Возмущённый тон совсем ему не шёл. Томпсону бы в хоре петь, а не ссориться.
Но всё-таки девушка надела пальто, закинула в рот мятную жвачку и вышла из квартиры. Какая-то нелепая жалость к нему заставляла снова и снова брать трубку, идти на встречу и оправдываться, делать вид, что не всё равно.
Телла заметила Шервуда. Блондинистые волосы развевались на холодном ветру, а руки он засунул в карманы серого бомбера.
– Я говорил с Грэгом. Он сказал, что ты ушла от него в десять.
Встав рядом, парень бросил на Морган укоризненный взгляд.
– И что? – невозмутимо ответила девушка. Её не очень волновала эта избитая ситуация. Не в первый раз она пила ночь напролёт и потом выслушивала нотации от Шера.
– Ты не пришла домой в десять! Где, чёрт возьми, ты была? У
Теперь спокойное состояние Теллы как рукой сняло. При
– Сколько можно приплетать его, а? Я просто бухала! Мне не пятнадцать, имею право. Ещё хоть слово по этому поводу, и ты меня никогда, понял, никогда больше не увидишь!
От такого напора Шервуд отступил. Стелла молилась – пусть скажет ещё что-нибудь. Тогда будет причина расстаться.
– Я просто волновался.
На этих словах лицо Томпсона сделалось таким виноватым, что девушке стало тошно от себя. В конце концов, его ревность не беспочвенная. Если бы только могла, Телла и вправду была бы с
– Забей, от пары стаканчиков ещё никто не умирал.
Стелла решила пойти на мировую. Зря, наверно, но если взболтнёт чего лишнего – его проблемы. Она всё сказала.
– Сходим куда-нибудь вечером?
Шер почесал кончик прямого носа и вопросительно глянул на девушку.
Та не горела желанием идти на свидание с Томпсоном, но так было правильнее. Во-первых, изредка стоило выбираться куда-нибудь кроме баров, во-вторых, Телла чувствовала себя виноватой перед парнем.
– О'кей. Забери меня в семь.
– Замётано.
Он потянулся обнять Теллу на прощание. В его руках было тепло, но в груди девушки абсолютно ничего не щемило, бабочки в животе не порхали, только мозг автоматически отдал команду обнять в ответ. Морган услышала, как Шервуд облегчённо выдохнул.
Вторая.
Стелла в чёрных бойфрендах, в водолазке цвета хаки, которая выгодно подчёркивала её грудь, и с маленькой сумкой через плечо смотрела в панорамное окно. Там, за окном, спешили куда-то люди, медленно опускалось солнце, попутно окрашивая небо в тёмно-оранжевые тона. Этот город никогда не засыпал. Плевать он хотел на то, что буквально через час наступит ночь. Живём здесь и сейчас, как будто учил Сиэтл. И Телла училась, пускай ни одному из её друзей это не нравилось. Главное –
– О чём задумалась?
Шервуд подпирал подбородок. Сначала его взгляд упал на свисающий сиреневый локон, потом скользнул по алым губам.
– Просто любовалась видом. Когда, говоришь, принесут заказ? Уже двадцать минут ждём.
Он пожал плечами. После недолгого молчания, Телла заговорила:
– Как учёба?
Всё-таки тишина её тяготила. Девушка не любила эти многозначительные паузы, пугающие своей основополагающей пустотой. Кто бы что ни говорил, молчание не укрепляло отношения, а наоборот разбивало их вдребезги. По крайней мере, ей так казалось.
– Нормально. Скоро стану лучшим архитектором страны. У тебя как с работой? Поступать не надумала?
– Ты же знаешь, денег нет. А на работе ничего нового.
К их столику наконец-то подошла официантка.
– Извините, что заставила вас так долго ждать, – мило улыбнулась она в надежде, что чаевые ей всё-таки оставят.
Она поставила две кружки: одну с чаем, другую с кофе. Телла подвинула к себе латте, а Шер взял в руки мятный зелёный чай.
Официантка удалилась, а Томпсон сделал аккуратный глоток и спросил:
– Кто вообще пьёт кофе в девять часов вечера?
– Тот, кто не собирается спать ночью.
Телла прикусила губу, когда поняла, что сболтнула лишнего. Сейчас начнётся расспрос и расстрел в случае неправильного ответа.
– И что ты собираешься делать ночью?
Шервуд был ужасно предсказуем. Задавая явно интересующий его вопрос, неправдоподобно зевнул. Он делал вид, что доверяет. Делал вид, что всё равно. Косил под Стеллу. Это было так очевидно, что ей хотелось рассмеяться.
– Смотреть сериалы. Не хочешь присоединиться?
– Нет, не получится, извини. Мне завтра к первой.
Конечно, Телла знала ответ, иначе стала бы она рисковать своим весьма эстетичным планом напиться в одиночку. Да, послушный и правильный мальчик всегда оправдывал возложенные на него надежды. Кроме, правда что, одной – бросить её.
– Жалко.
Морган не хотела смотреть в карие глаза парня, поэтому решила изучить само помещение. Пастельные цвета, приглушённое освещение и книжные полки, стоящие вдоль стен, делали кафе уютным и родным, как бы банально это не звучало. Рядом с их столиком притаился маленький фикус. На его листочках лежал слой пыли, но это не отторгало, а напротив придавало большей чувственности общей картине.
– Стелла…
Девушка слишком резко повернулась, отчего хрустнула шея. Телла скривилась от неприятного жжения.
– Да?
– Ты сказала, чтобы я не поднимал эту тему, но… Почему ты начала пить? Я действительно переживаю.
Морган не знала, что ответить.
Телла как обычно соврала. Ложь вошла в список неотъемлемых вещей, без которых жизнь либо не имела смысла, либо была чертовски сложной.
– Разве? Извини, не так понял. – Томпсон почесал кончик носа, раздумывая над ответом. – Но ты же сокращаешь себе сроки, в чём смысл? Наполни её другими классными моментами.
Морган фыркнула. Девушке не нравилось, когда кто-то читал ей нотации. Наверное, потому, что в них была своя доля правды.
– Я сама разберусь со своей жизнью, о'кей? Это только моё дело и мой выбор. Ты либо принимаешь меня такой, либо наши пути расходятся.
Солнце незаметно, как нашкодивший ребёнок, убежало за горизонт. Небо потемнело, стало сине-фиолетовым, загорались фонари, но люди так и продолжали мчаться в неизвестность.
Шер вздохнул. Он не понимал Теллу, но почему-то был влюблён. Ему нравились её стойкий характер, острый ум, какая-то волшебная тайна, которую та берегла от посторонних взоров. Только если бы Шервуд копнул глубже, всмотрелся в детали, то осознал бы – это всё показное. Розовая пелена застелила взгляд, скрывая пороки и заставляя молча преклоняться перед идеализированной девушкой.
– Стелла, ну пойми же наконец, эти пьянки не закончатся хорошо. Поступи куда-нибудь, хочешь, я помогу? Мне не сложно. Я всего лишь хочу, чтобы ты была счастлива.
Морган встала, достала купюру и бросила её на стол. Ей надоело, нервы сдали.
– Откуда ты знаешь, что сделает меня счастливой, а? Может, мне нравится жить так. Кто дал тебе право решать за меня?
Парень молча отвёл взгляд. Он часто уступал ей, и этот раз не стал исключением. В конце концов, доводы Теллы всегда становились истинно верными.
– То-то же.
Она развернулась и выбежала из тёплого и уютного кафе на холодную улицу.
Третья.
Начался дождь.
Телла шла по улицам ночного Сиэтла и дрожала от холода. Волосы слиплись, кофта промокла. От приятного вечера и здорового настроения не осталось и следа.
Руки она засунула в карманы, сумка при каждом шаге ударялась об бедро.
По дороге мчались дорогие автомобили, и Телла предусмотрительно отошла подальше.
После поворота стала видна многоэтажка, которую девушка последние два года своей жизни называла домом, и где её ждали чудесные, терпеливые бутылки с мартини, вином и прочей дрянью. До всего Телла жила там вместе с
Морган ускорила шаг. Тяжёлые Мартинсы разбрызгивали уже успевшие образоваться лужи.
Смотря лишь вперёд, на заветное убежище, Телла упустила из виду дорогу. Целая стая брызг холодной и грязной воды окатила её с ног до головы.
Девушка остановилась. Из аквамариновых глаз брызнули слёзы, которые нельзя было заметить из-за множества дождинок, стекавших по бледному лицу.
Она почувствовала, как мощными и наглыми шагами к ней приближалась истерика. Лёгкие сжало, сердце стало биться в тысячу и один раз быстрее. Телле показалось, что всё – смерть пришла за ней. Но, к сожалению, это была всего лишь иллюзия.
Ей хотелось кричать, драть глотку, избить кого-нибудь, обмануть, напиться, изнасиловать, украсть, убить. В первую очередь – себя.
– Как же надоело, – вырвался слабый стон, и Стелла упала на колени. Прямо в месиво грязи и воды.
Она сидела так минут пять. Ни один прохожий не остановился, не подал руку помощи. На её остановке вышло одно абсолютное безразличие. Одна сплошная ненависть.
Телла захлёбывалась в слезах, тонула в своём горе. Конечно, дело было не в идиоте-водителе. Дело было только в
Всё то, что она пыталась заглушить алкоголем, вырвалось наружу. Нужен был лишь толчок, и трубу прорвало. Все воздвигнутые наспех стены канули в Лету.
