Читаем Арбин. Зов прошлого онлайн бесплатно
Владислава
- Мама, а как вы познакомились с папой?
Этого вопроса я боялась больше всего.
Мой тяжелый вдох не укрылся от только что вернувшегося мужа. Как и вопрос, заданный нашим десятилетним сыном.
- Папа приехал!
Маленький Артем тотчас же переключился на папу, едва тот вошел в гостиную. Я смогла ненадолго вздохнуть с облегчением: не все же вопросы мне одной достанутся?
- Папа, а как вы познакомились с мамой?
Я грустно улыбнулась. И смешно, и грешно.
Тем временем муж ловко подхватил маленького Артема на руки, потрепал его по волосам и… тоже не нашелся ответом. Мое настроение не укрылось от мужа.
Эта тема слишком болезненная для нас обоих. Слишком.
Но рано или поздно дети бы все равно начали задавать этот вопрос. Они же дети.
Наше упущение в том, что за все годы мы с мужем так и не придумали историю. Сказочную и красивую, где нет места подвалу и ненависти, угрозам и боли.
Я поднимаюсь с пола вместе с детскими игрушками и пытаюсь улыбнуться сквозь тяжесть дум:
- Сынок, поговорим потом. Папа приехал с работы и хочет…
…отдохнуть. Хотела я сказать.
Но сын требовательно перебил:
- Я хочу узнать сейчас! Вот Пашка всему классу рассказывал, что их родители во Франции познакомились!
- Это логично, ведь его мама – француженка, - кивнул муж.
Я приблизилась к Артему и получила и свой поцелуй тоже.
- С возвращением, - шепнула тихо.
- Но я тоже хочу рассказать такую историю! Хочу быть лучшим в классе, а то Пашка только и делает, что про Францию рассказывает! – все возмущался наш сын.
- Ты путешествовал по многим странам, Артем. Больше, чем этот твой Пашка, - продолжал муж отводить скользкую тему, - гордись этим.
Я улыбнулась: и угораздило же меня назвать сына в честь своего покойного отца? Теперь у нас в семье было два Артема. Маленький и большой.
- Так как вы познакомились? – все равно допытывался сын.
Как говорится, яблоко от яблони недалеко падает. Своим упорством и настойчивостью наш сын полностью пошел в мужа.
Вот теперь и разгребать это приходится.
Ведь не расскажешь детям, что знакомство их родителей произошло в подвале при весьма нехороших обстоятельствах.
- Довольно, сын.
Голос мужа приобрел металлические нотки. У меня отлегло на душе: теперь сын забудет об этом вопросе еще на некоторое время.
- Придет час, и ты узнаешь, - сказал Артем, - а сейчас мыть руки и за стол. Не зря же мама приготовила ужин?
С понурой головой наш сын двинулся в ванную мыть руки, а я с удовольствием была заключена в объятия мужа.
- Ты напряжена, - отмечает он.
- Ты же знаешь, с каждым разом он спрашивает об этом все настойчивее.
Поцелуй в висок не дарит должного облегчения. Я прикрываю глаза.
- Скажем ему, что я тебя похитил.
- Станем романтизировать то, что было на самом деле?
Я отшатываюсь, ругая себя и прикусывая губу. Муж опускает руки вдоль тела, пытаясь поймать мой бегающий взгляд.
Черт.
- Прости… Извини, у меня вырвалось.
- Влада? Десять лет прошло, - в его голосе горечь.
- Он спрашивает… Артем, сделай что-нибудь. Я бы не хотела, чтобы наши дети когда-либо узнали правду.
- Влада…
- Я просто не понимаю, Артем! – взрываюсь я, - зачем ты связался с той историей в Волгограде?
- Это просьба моего друга, - поясняет муж.
- Уже десять лет прошло, - повторяю я его слова, - ты обещал, что мы будем жить спокойно.
- Прости, моя девочка. Но я должен закончить это дело, - в голосе мужа появляется сталь.
Дальше говорить запрещено. И бесполезно. Он все равно сделает то, что посчитал должным сделать.
- Я тебя поняла, - мой голос дрогнул.
Артем кивнул, смерив меня тяжелым взглядом. И ушел, на ходу расслабляя галстук. Я шумно выдохнула и незаметно вытерла слезы.
Это всегда будет с нами. История нашего знакомства.
Вопрос только в том, как долго мы сможем скрывать ее от детей. Правда норовит вот-вот вылезти наружу, ведь муж вновь связался с криминалом. И вновь – из-за прошлого.
Муж возвращается из ванной вместе с сыном.
- Вы помыли руки? – натягиваю на себя улыбку.
- Да! – воскликнул сын и, не дожидаясь нас, умчался на кухню.
В гостиной мы с Артемом остались одни.
- Последнее дело, Влада, - обещает муж, впиваясь в меня своими янтарными глазами, - зов прошлого.
Артем Арбинский
- Я надеюсь, что моей семье ничего не угрожает? – уточняю я.
Хотя и сам знаю ответ. Гарантий никто мне не даст.
Собеседник размахивает руками и повторяет мои мысли:
- Я не стану давать гарантии. Только смертник пообещает тебе сладкую жизнь.
Сцепить руки в замок и материться сквозь зубы – это именно то, что мне хотелось делать в этот момент. И я это делал.
- Нет, ты издеваешься! – цежу я без наигранной злости, - сколько лет прошло, черт возьми? Даже исковая давность – и та три года!
- Одно дело закон, другое дело – мы, - вкрадчиво поясняет собеседник.
Поясняет правила, в которых я погряз.
- У меня жена, дети, - предпринимаю последнюю попытку, - я давно в этом не варюсь, понимаешь?
- Много лет истина одна и закон для нас един: мы все варимся в этом до талого. Тебе ли не знать эту мантру, Арбин?
- Не называй меня так, - хлопаю по столу.
И беру себя в руки. Нельзя так нервничать, даже если нервы ни к черту, а тебе 43 года. Возьми себя в руки.
- От прошлого не убежишь, Арбин. В юные годы нужно было думать о том, что у тебя когда-то будет семья, когда-то появятся дети, и тогда не стоило соваться в мир цинизма, беззаконья и опасности.
Я закрываю глаза. Когда-то я действительно был юным глупцом, и уж точно не о семье я думал, когда в 20 лет начинал преступную деятельность.
Да к черту. Даже в 32 я не думал о том, что у меня когда-нибудь будут дети.
Ведь я полагал, что не могу их иметь. Даже летал в Израиль в то время, как Влада, еще будучи моей гостьей, уже была в положении.
- Довольно это вспоминать, - цежу я с закрытыми глазами.
- Тяжело?
Алиев не насмехался. На его лице не было ни тени улыбки.
Этот вопрос был лишен эмоциональной окраски.
У него у самого в жизни черти что.
- Тяжело, - выдыхаю я.
- Я раньше не мог. Время не приходило, - пожимает плечами Алиев, - но я тебе жизнь спас.
- Я помню.
- Ты мне должен, Арбин.
- Это я тоже помню, - начинаю злиться.
- Я вернулся за долгом.
Я возвращаюсь в рабочее состояние, оставляя разъедающие мысли на потом. Скоро Влада вернется с прогулки, скоро дети прибегут. Говорить нужно, дело надвигается.
- Довольно, давай к делу. Какие риски? Против кого мне надо будет танцевать?
Алиев пододвигается ближе.
Я согласился.
Впрочем, выбора у меня не было.
- Ты станешь лидером группировки, действующей против Анархиста.
- Сейчас ты несерьезно, Алиев. Или ты сошел с ума, - бросаю резко.
Поднимаюсь со стула и прохожу к окну.
Черта с два.
С дуба рухнул? Какой из меня лидер? Я давно директор одной строительной компании, которая, в общем-то, даже не на слуху.
- В тебе остались нужные мне качества. Мне нужно сместить Анархиста и посадить своего человека. Эмина.
Голос Алиева становится мягким, и мыслями он уже далеко не здесь. Он уплыл. Пришлось подойти и щелкнуть перед его глазами, чтобы очнулся.
- Алиев, шутки у тебя не смешные. Эмин Шах – это не свой человек. Это сын Анархиста.
- Это тот, кого я хочу видеть во главе города.
Я прищуриваюсь.
Что тут, твою мать, происходит?
- Почему Эмин? Почему не твои дети? В целом, почему Эмин? – не понимаю я.
- Ты же знаешь: я отошел от дел, - хмурится Алиев, - мои дети здесь не причем.
- В том и дело, что ты отошел от дел, - пытаюсь понять я, - какое тебе дело, кто займет место Анархиста? Басмановы или Эмин… какая к черту разница? Это даже не твой город.
- Арбин!
Голос Алиева становится жестче.
Имеет право, ему почти шестьдесят. А еще я, кажется, копнул не туда. По каким-то причинам Алиев не может светиться, иначе бы сам сделал это дело.
- Я выбрал тебя не только по долгу. А еще по умению не задавать лишних вопросов и лезть не в свое дело.
Он поднялся, поправив полы пиджака.
Я сцепил челюсти, готовый ко всему.
- Позже я пришлю тебе своих людей. Ты будешь работать с ними. Ты поможешь Эмину избавиться от Анархиста и посадишь его на трон. Все остальное тебя не касается!
Этого и стоило ожидать. Сначала приходят по-хорошему, затем требуют по-плохому. Кажется, я потерял сноровку в общении с криминалом и перешел черту.
- И больше тебя ни один черт не потревожит. Будешь наслаждаться семьей и детьми. А не сделаешь… - голос Алиева стал вкрадчивым, - повязнешь в криминале, как в старые добрые времена.
Сжимаю руки в кулаки. Гребаный долг. Сколько лет прошло, а он вернулся за ним.
- Тебя проводят, - цежу я вежливо.
- Спасибо. Жди указаний.
У самой двери он обернулся.
- И еще кое-что, Арбин.
Я знал, что из себя представляет Алиев. Раньше представлял. Это был сумасшедший безумец, способный на все.
Хуже Арбина. Намного хуже Арбина!
- Запомни на случай, если не вернешь мне долг: не бывает старого Арбина. Бывает хорошо забытый Арбин.
Дьявол!
Уходит неторопливым шагом, напоминая о себе каждым шагом.
Когда-то он спас мне жизнь, а спустя годы это аукается мне вдвойне. Теперь на кону не только моя жизнь, но и жизнь Влады и моих детей.
- Папа! Папочка!
Я дергаюсь к двери – там стоит Влада. К ногам подбегает маленький комок и обнимает за колени.
- Алиса…
Мой голос хрипит, выдавая напряжение. Поднимаю дочь на руки под веселый смех Влады. Наш второй ребенок с рыжими кудряшками. Алиса была больше похожа на маму в то время, как сын был копией меня.
Я замираю от ее живого голоса и понимаю, что, возможно, этот смех я слышу в последний раз. Не уверен, что из этой битвы я выйду живым. Я вынужден пойти против Анархиста, чтобы посадить на его место совсем молодого Эмина.
На кой черт Алиеву понадобился Эмин? Что их связывает на самом деле?
- Папотька, я скутяла… - в мысли вторгается голос пятилетней дочери.
Я шумно сглатываю, не в силах улыбнуться. Прижимаю ее к себе и не сразу чувствую руку Влады на своем плече.
- Артем, что случилось?
Перехватываю ее ладонь, целуя нежные пальцы.
Ничего не случилось, моя хорошая.
Я не позволю чему-то случиться. По крайней мере, с вами.
Мой кабинет становится проходным двором, когда внутрь заходит Артем. Радостный отчего-то, улыбается. А у меня нет сил спросить, как прошел его матч.
Словно чувствуя мое состояние, Влада сказала:
- Команда Артема победила. Наш капитан молодец.
Киваю тяжело. Улыбнуться нет сил. Опускаю дочь на пол, перед этим целуя.
Кажется, я уже не в том возрасте, чтобы реагировать спокойно на то, что жизнь летит под откос. На кону слишком многое. Я по уши в проблемах.
- Мне не понравился гость, - шепчет Влада.
Мне тоже не понравился.
Я обнимаю ее, стремясь поскорее покинуть кабинет. Здесь не место детям, и Влада об этом помнит. Поднимает дочь на руки, и мы вместе идем ужинать.
- Все будет хорошо? Почему ты молчишь, Артем? – волнение в голосе жены стало почти осязаемым.
- Все будет хорошо, - киваю я, - тебе не о чем переживать.
Владислава
Жена Арбина не скажет о том, как сильно она счастлива в браке. Потому что это не повод для гордости, а лишь констатация того факта, что этот брак стал для нее счастливым в процессе.
Жена Арбина не сможет рассказать детям счастливую историю о встрече с отцом, потому что счастья в их встрече не было. Их встреча – лишь повод для тайны между мужем и женой.
Но жена Арбина может сказать, что она счастлива. Может. И неважно, сколько для этого пришлось пережить. Теперь у них другая жизнь.
Я так думала.
Пока в наш дом не заявился человек из прошлого.
После его прихода нам пришлось собрать вещи и оставить детей няне, чтобы следующим же утром вылететь в Волгоград.
- Артем, мне все это не нравится, - сообщаю мужу перед тем, как покинуть отель, в который заехали по приезде.
Мы были приглашены на вечер в честь бракосочетания сына важного человека. Я думала, мы в таких кругах давно не крутимся, но прошлое и не думало оставлять нас. Здесь решаем не мы, и уж точно не я.
- Влада, мы должны быть здесь, - настойчиво повторил муж.
- Мы оставили детей… я переживаю, - выдавливаю я.
И мы заходим в холл. Яркие прожектора, бьющие прямо в лицо, веселье струится по чьим-то бокалам, старые знакомые приветствуют… Арбина.
Все они знают историю нашего знакомства.
Молчат, здороваются со мной вежливо, но каждый помнит, как я была просто пленницей.
Они помнят племянницу своего злейшего врага. Моего дяди давно нет в живых, но есть я. Теперь уже жена и мать детей Арбинского.
- Здравствуй, Влада, - приветствует меня кто-то.
Я улыбаюсь в ответ, но почти следом опускаю взгляд. Напряжение витает в воздухе до тех пор, пока мы не встречаем виновников торжества.
Недавно женился сын влиятельного человека. Ради него мы приехали сюда.
- Здравствуй, Арбин. Как ты? Как семья?
Пока муж начинает разговор с Эмином, я рассматриваю его новоявленную жену. Тихая и немного запуганная… я ведь в этом разбираюсь, она напугана.
- Диана, познакомься с женой Артема. С Владой Арбинской, - представил меня ее муж.
Диана кивнула, присматриваясь ко мне.
Похожие судьбы? Не думаю. Но что-то в ней было – то, что заставило меня вспомнить себя в ее возрасте.
- Очень приятно, Влада, - произнесла она.
Я улыбнулась, и мы пожали друг другу руки.
Она показалась мне интересной. Диана Шах показалась мне близкой.
- Эмин, я бы хотел поговорить об этом в другой обстановке, - предложил муж, - сейчас мы привлекаем внимание.
- Ты предлагаешь мне союзничество? – перебивает Эмин.
- Именно.
- Я работаю один, - отчего-то выпрямляется Эмин.
- Я знаю, против кого ты работаешь. Твой старик выжил из ума, и тебе пора найти союзников, - настаивает муж, - иначе все действительно поверят в то, что ты следуешь указаниям Анархиста. А это пагубное дело, Эмин.
Мой муж усмехнулся. Я вздрогнула. Зачем лезть на рожон?
Кажется, этим взглядом он разозлил собеседника. Эмин упрямо сжал губы. Диана напряглась, да и вообще весь разговор сводился к борьбе.
- Когда-то ты поддерживал моего отца, - бросает Эмин, прокручивая в своих пальцах бокал с янтарной жидкостью, - а сейчас говоришь о свержении?
- Времена меняются. Не только я не доволен политикой Булата. Чем быстрее ты займешь его место, тем большую поддержку тебе окажут.
Лишь сейчас я начинаю понимать, с какой целью мы приехали сюда. Моему мужу поручено отговорить Эмина, не следовать пожеланиям своего отца.
Только такой пресс не нравится Эмину. А он сильный игрок, раз за него вцепились. Раз за ним стоят люди. И отнюдь не слабые.
- Анархиста любят все меньше и меньше, - добавляет муж, - и ты единственный, кто может остановить его вседозволенность. Старик реально переходит все границы, понимаешь?
- Что ты предлагаешь? – прищуривается Эмин.
- Я хочу выразить тебе свое почтение, Эмин, ведь следующим после Булата стоишь ты… или твой наследник, если ты исполнишь и эту волю старика, - усмехается Артем.
Артем усмехается, но, тем не менее, он видит в Эмине достойного соперника. Я чувствовала, что с этим Эмином никто не хочет связываться.
Безумный, бешеный, сильный и жестокий младший Шах – вот как называют этого человека, в чей город мы приехали. Поэтому муж предлагал сотрудничество.
- Ближе к делу, Арбин, - подбирается Эмин.
