Читаем Аль-Баррак онлайн бесплатно

Аль-Баррак

Октябрьские поэмы: «Коевангелиеран», «Аль-Кадр», «Джульфикар», «

Александр Борисович Кусиков

Поэзия

АвторАль-Барракоктябрьские поэмы

издание второе, дополненное

ПосвящениеАль-БарракО, время, грива поределая,Я заплету тебя стихом: –Подолгу ничего не делая,Я мчался на коне лихом.Уздой порыв, надежда – стремя,Серебряное стремя дня.И выстраданный вздох мой семя,Растущее вокруг меня.Швырнул я сердце звонко в эхо,В расстреленный раскат грозы: –И пал расколотым орехомС нагорной выси мой призыв.Я мчался на коне крылатомВ нельзя, за грани, в никуда;За мной дома и сакли, хаты,Аулы, села, города.Так что-же, разве конь подстрелен,Иль эхо выкрала заря?Все семь небес подперли ели –Моих стихов священный ряд.Я все познал, ещо познаю,Ещо, ещо, за мною все:Мы не в луну собачьим лаем,Мы в предугаданный рассвет.Я этот мир в страну другуюНесу в сознательном бреду.Я радугу, дугу тугую,Концами жилисто сведу.О, в дали белая дорога,О, сладостных томлений рок!..Нет в небе Бога, кроме Бога,И Третий Я Его Пророк.Так мчись же конь, мой конь незримыйНе поредела грива дней,В Четвертый Мир неизмеримый –В заглохший Сад души моей.

Москва 1920

КоевангелиеранПоэма причащения

1.Полумесяц и Крест,Две Молитвы,Два Сердца,(Только мне– никому не дано)В моей душе христианского иноверцаДва СолнцаА в небе одно.2.Звездный купол церквей,Минарет в облаках,Звон дрожащий в затонеИ крик муэдзина.Вездесущий Господь,Милосердный Аллах –Ля иля иля-ль ла,О во Имя Отца,Святого Духа,И Сына.3.Два Сердца,Два Сердца,Два Сердца живых,Два Сердца трепещущих равно.Молитвенно бьются в моей рассеченной груди,Вот закутанный в проседь черкес,Вот под спицами няня. –И мне было рассказано,Что у Господа Сын есть любимый,Что Аллах в облаках. Един.4.Разбрызгалось солнце в небеЛучами моей души,Надежд моих радужный гребень,Седину облаков расчеши.5.Нет во мне капли черной крови,Джин коснулся не меня –Я рядился в базу коровьемПод сентябрьское ржанье коня.Заколотым осень верблюдомЖертвой к рождению легла,В замке предугаданным чудомПрипала отмычки игла.Порешили, что буду немым я,–Но с червонным пятном на ногеЯ прильнул на сладчайшее вымя,Когда ночь была в лунной серьге.Тайну месил я в кизеки,Выглядывал в базовую щель –Но вот, на лесной засекеОтыскал я незримую Ель.Вековая в небо верхушкой,В рассыпанный солнце овес –Я взобрался и в ночь прослушалМерцающий шепот звезд.Сквозь сосцы бедуинки Галимы,Сквозь дырявый с козленком шатер,«Я» проникло в куда-то незримо,Как кизечный дымок сквозь костер.Не нагонит напев муэдзина,Не вернет призывающий звон,Если глас вопиющий в пустынеБросил «Я» в неисходное «Он».6.Высохло озеро Савской царицы,Захлебнулся Ефрат – и в простор…Помни – нельзя укрыться,Если лучится укор.Так не укрылся Ирод,Волхвы не пришли к нему –Помни, – отжившему мируНе избегнуть ответных мук.Долго будут еще над отцамиСыпаться слез газыри,Пока все не проникнут сердцамиВ апельсиновый сад зари.Пока все не умчатся за грани,За нельзя на крылатом коне, –Будет веков умиранье,Быть Аль-Хотаме в огне.Будут еще потопы,Ковчег и все новый Ной.На бессильный погибели ропотПришел уже Третий, иной.Был Назаретский Плотник,Погонщик верблюдов был,Еще один Черный РаботникНе поверил, – и молотом взвыл.Ослята словами запели,Овны поклонами в зем –Прозрели,Прозрели,Прозрели,Два глаза его, – две газелиИз колодца любви Зем-Зем.7.Сквозь мудрость сосцов ГалимыВскормленный ее молоком,В никуда я проник незримоИз база кизечным дымком.

Москва 1918–1920

Аль-КадрПоэма прозрения

Отцу моему

Борису Карповичу Кусикову.

Мы ниспослали Коран в ночь Аль-Кадр.

О, если б знал ты, как ночь эта светится.

Ночь Аль-Кадр лучше тысячи месяцев.

В эту ночь ангелы на землю сходят по

Нашему повелению.

Мир до зари и не бродят тени.

Коран. Сура 97.

1У меня на Кубани есть любимый пеньС кольцами лет на сморщенной лысине.Время-мох наклонило к нему плетень:На плетне турий череп,А в черепе истина.Есть потеря у всех,И у пня есть потеря:Снится ль хруст ему в пальцах веток,Иль как лист,Каждый лист.Умывал он в росеВспоминает теперь безответно?…Знает пень шепелявую радость в лесу.Так в глубокую тайну корнями засев,Молча, молча он думу супит.2Чвик-чивикнет рассвет на плетне воробьем,Каркнет вечер на черепе вороном,Пень и я,Мы вдвоем,Будто думу одну затая,Ловим каждой звезды оторванность.3Есть в ушедшем немая скорбь,Глаз оплывших, стеклянных глаз. –И тропа предо мною вскорь,Так в далеко дорогой легла.Мне ль не ведом излом потерь? –Конь по мне ржот один в базу.Но ведь хлесткий Октябрь теперьЗвоном зорь мне сморгнул слезу.Но ведь вздыбил и ты, мой конь,Свою буйную радость копыт.Что ж под черепом пень тайкомМолча щурит лучей снопы?4Старец,Пень мои,Скамейка детства,Это ты,Это ты меня вынянчил.На твоих обрубленных плечах,Вынашивая бред свой,Я учился у тебя молчать.Но молчу не как ты,'А иначе.Так молчит отзвук тарнПеред песней.

Я молчу перед новой строкой,Затаенно, по долгу молчу.Помнишь в сказках твоих драконНо́здрил бурю встряхать алычу.Я любил этот дождь золотой,Свист в два пальца и всхлип совы.Взор мой дятел долбил долотом,Душу иглами ежил ковыль.Люльку дум моих мамин быкПо ночам усыпляя бодал…Разве мельником труд позабыт,Когда мельницу рушит вода?Разве мог я про все забыть,Что так нежно растило меня?Но ведь конь мой не снимет дыбы,И арканом его не унять.Но ведь череп пробоями глазУже мудрость свою лучит…Знай же, пень, что сегодня иглаНе колоться должна, а шить.Знай же, пень, кто однажды позналЧто за далями дали есть –Значит новых надежд белизнаДля него распушилась в песнь.

Москва 1921

ДжульфикарНеизбежная поэма

1Никогда, никем не забывается,То, что пронзает первая любовь.О, этот всхлип подстреленного зайца,В котором дрогнул вечер голубой.2О, родина,О, степь в долине бурок,Где дыни лун злотят июль бакши. –Всегда на взводеДум твоих курок,А взор твой стынет в белую вершину.3Кто научил тебя не понимать,Что есть в ночиПродрогший страх кинжала?Напоминать,Сегодня ли напоминать,Что не о жалостьЛезвие точить?4А я твой сын.В моих тяжолых жилахТа ж непокорная от винограда кровь.Вот я пришол надеть узду реке,И берега раскинуть на весы.Кто говорит, страшна дорога?Не все ль равно,Ресниц ножиНе перед кемНе дрогнут.5Есть сладость в том,Чтобы познать себя,Есть сладость в том,Чтобы вернуть потерю: –Кубань и Волга – Енисей и ТерекВ меня впадают, как один приток.О пьянствуй, разум,Памяти колесаВскружитесь шибче,Вскружитесь разом,Кто, как не я,Молитву в завтра шепчет,Захлебываясь горечью вина?Всем с колокольни я,Всем с минарета…А чья вина? –Да и вина ли это?Но помни, ветер, не жалеть семян,Так не ласкаться в золоте колосьев?6Кто там, кто без оглядки,Вслед я взбиваю кому,Строк моих взбухшие грядкиТяпками острых мух?Я ль на ветру не вылавливалДля никого слова: –,Что бы гуси летали и плавали,Что бы месяц зарю целовал?Чтобы все было вскрыто собою.Взвейся ж в небо волчок земли,Мы пьянствовать кровью запоемБольше тебе не велим.Мы! – Но не верит вертлявая.Если не веришь – Я!И заикнулась пьяная,Будто с похмелья земля.7