Читаем Аистова башня онлайн бесплатно

Севе,

любимому сыну и лучшему другу

Произошла эта удивительная история в лесу недалеко от города. То есть, там она началась, а закончилась… Да что ты будешь делать, совсем заговорился! Она – история – ещё и не закончилась. Скорее всего.

В общем, родилась наша история в лесу, а потом встала на ножки и убежала в небольшой городок, расположенный неподалёку. Хотя… Кто его знает? Может, городок уже вырос? А возможно и нет никакого города недалече от того самого леса. Или, наоборот, нет леса поблизости от этого города. Или вообще вся история – обычная выдумка. От первого слова и до последнего…

Вот только в то, что она просто сказка, не очень верится. Потому как мне поведал историю один очень серьёзный и честный заяц. С ним мы познакомились прошлым летом на озере.

Дело было следующим образом.

Сева – так зовут моего сына – как обычно плескался в воде и не обращал на окрики ровным счётом никакого внимания. Зато услышав шум, из леса на берег вышел как раз тот самый заяц. Он не спеша приблизился ко мне и совершенно спокойно уселся рядышком на бревно. Я повернул голову и с интересом оглядел столь необычного соседа. Заяц же, ничуть не смущаясь, кивнул головой, протянул мне лапу и отчётливо произнёс всего одно слово:

– Цезарь.

Или не произнёс? Может, мне послышалось?

– Что? – на всякий случай спросил я.

Ну, чтобы развеять наваждение. Согласитесь, не каждый день с вами говорят животные. Вот и мне показалось, что мне померещилось. С детства думал, что звери по-человечески говорить не умеют.

– Цезарь, – повторил храбрый заяц. Ошибки быть не могло, он мне представлялся: – Меня так зовут. Не самое обычное имя для здешних широт, не правда ли? Зато фамилия простая. Лопоухов.

– Очень приятно, – ответил я, – Алексей.

– А вот интересно, Алексей, – сказал Цезарь, – почему вы меня не испугались?

– Отчего ж я вас должен бояться? – изумился я. – Вы ж не крокодил. Или не волк какой-нибудь, а… как бы это сказать-то? Типичный заяц. Простите, если обидел.

– Да что вы, – подумав, согласился он. – Какие могут быть обиды? Вот именно, что я – совершенно типичный заяц. Кстати, о волках! Коль вам любопытно, Алексей, могу рассказать историю о том, как мы, зайцы, с ними подружились. С волками. Тоже с типичными, как вы говорите. С обыкновенными – серыми и зубастыми.

Сказав это, Цезарь Лопоухов задумчиво посмотрел куда-то вдаль. Видать, вспомнил о чём-то очень-очень волнующем и захватывающем. И я просто не смог отказаться от такого заманчивого предложения.

– Мне очень любопытно, – ответил я. – Расскажите! А я вас от всей души угощу. У меня как раз с собой кочан капусты есть. Так, на непредвиденный случай.

– Какой-такой непредвиденный случай? – теперь пришло время удивляться Цезарю. – Странный вы человек, Алексей. Другие люди на непредвиденные случаи дубинки носят. Или толстые кошельки. А вы – капусту. Лично я, если вам интересно, морковь предпочитаю. С капустой – это к жене. Зоя на ней просто помешана… Так вы слушаете?

– Да, – кивнул я, – слушаю вас очень внимательно.

– Что ж, тогда начинаю рассказывать. Итак…

На самой красивой в нашем лесу поляне – на Круглой, в двухкомнатной норе с пристройками жила-поживала семья Лопоуховых. Папа Цезарь, мама Зоя и их сын Руська.

Лопоухов-папа летом обычно занимал кородёрством – обдирал с деревьев кору и лыко. Потом уносил добычу в кладовку и складывал стопочками. Чтобы долгими зимними вечерами было чем заняться. Надо сказать, Цезарь считался в лесу признанным авторитетом по части изготовления разнообразных игрушек, которые пользовались огромным успехом и у маленьких зверушек, и у птиц, и у ящериц. И даже у лисиц с волками. В умелых лапах искусного мастера полоски лыка превращались в замечательных плетёных куколок, а из сосновой коры острые заячьи зубы с легкостью вырезали чудесные кораблики и домики.

Лопоухова-мама натурой была более приземлённой. Она выращивала капусту. «Чем больше у зайца капусты, тем счастливее заячья жизнь, – частенько говорила она мужу с укоризной в голосе. – Ты бы свои игрушки не раздаривал, а на еду менял. А то прибыли от твоего ремесла никакой. Одно удовольствие». Но сам Цезарь капусту мерилом счастья не считал. Потому что с раннего детства предпочитал морковку, которую ночами добывал на ближайшем поле.

Кстати, Лопоухов-сын был характером больше в отца, чем в мать. Мог часами сидеть в мастерской и наблюдать, как папа мастерит удивительные игрушки из совершенно обыкновенной коры. Руське нравилось, когда на полочке рядом с окошком появлялся новый зайчонок, волчонок, совёнок или лягушонок. И он немедленно называл его каким-нибудь весёлым именем. Ведь никто, даже деревянный солдатик не сможет жить нормальной жизнью, пока его никак не зовут. Правда?

Но вернёмся к нашей истории…

* * *

Приближалась зима. Осень шуршала почти совсем уже голыми ветками и опавшими с них листьями, а Руська каждое утро провожал взглядом стройные косяки уток и журавлей, отправляющиеся в тёплые южные страны. Мама пересчитывала в погребе запасённую капусту, а папа начал задумывать новую коллекцию игрушек. И всё бы было по-прежнему хорошо, если бы в лесу не появились охотники…

Однажды ранним утром, когда все приличные зайцы ещё спят, по лесу волной прокатилась тревожная весть.

– Спасайтесь, кто может! Кто может – спасайтесь! – кричали со всех сторон перепуганные синицы.

– Что случилось, желтопузые? – зевнув, спросил Цезарь.

Разбуженный писком, он вышел из норы, но, похоже, до конца ещё не проснулся.

– Лопоуховы, бегите! – крикнула запыхавшаяся от быстрого полёта Симка. Та самая птаха, деткам которой Цезарь в прошлом году смастерил чудесный домик. – Скорее! Там охотники с ружьями!

– У нас нора глубокая, – спокойно сказала вышедшая вслед за мужем Зоя. – Нам их ружья не страшны.

– Никанор тоже так считал, – неодобрительно покачав головкой, пискнула Симка.

– И что? – зайчиха протёрла глаза.

– А то, что он теперь на поясе у охотника болтается. Человек… его… собакой!

Никанором звали весьма самоуверенного зайца, жившего на соседней поляне и разбившего там такой капустный огород, что Лопоухова кусала от зависти локти. Старый заяц, посмеиваясь, говорил, что имея столько запасов, сколько есть у него, можно жить вечно…

А теперь на поясе висит. И никакая капуста его не спасла.

– Зоя, буди Руську! – не на шутку разволновавшись, крикнул Цезарь. – Симка права. От собак нас нора не укроет. Ох, придётся бежать.

Зайчиха скрылась в дыре и через минуту выскочила, держа на руках зайчонка, ничего не понимающего спросонок.

– Давай его мне, – сказал Цезарь.

Лопоухов перехватил сына из лап жены и усадил в ивовый плетёный рюкзачок, выхваченный из открытого окна мастерской. А потом вскинул ношу на спину и бросился в сторону дальней опушки.

– Ты куда? – крикнула вдогонку Зоя. – Там же люди!

– Беги за мной! – не оборачиваясь, прокричал заяц. – Мы их обманем.

Надо сказать, что план хитроумного Цезаря был поистине гениален. Он понимал, что охотники вышли из города и направляются вглубь леса, поэтому возвращаться они решат не раньше, чем через несколько часов. И останься зайцы в лесу, их непременно выследят.

Когда Лопуховы, наконец, достигли поля, последнюю морковь с которого уже выкопал на тракторе трудолюбивый фермер, то остановились отдышаться.

– И куда дальше? – наконец спросила зайчиха.

– Надо найти Анатолия, – ответил Лопоухов. – Симка говорила, что тот живёт на вершине самой высокой сосны. В гнезде, похожем на солнце.

– Ах, заяц, – презрительно проговорила Зоя, – вчера последние птицы улетели на юг.

– Анатолий никогда на юг не улетает! И он – волшебник, – уверенно сказал Цезарь.

– И что ты хочешь у него попросить? Заячью крепость? – совсем не весело вздохнула зайчиха. – Или чтобы он превратил нас самих в охотников?

– Пока не знаю, – покачал головой Лопоухов. – Но у меня такое чувство, что нам помочь может только он. Руська, – теперь отец снял со спины рюкзак и обратился к сыну, – ты не слышал о старом аисте?

– Конечно же слышал, папа, – ответил зайчонок. – Я знаю, где его дом. Бегите за мной!

Руська самостоятельно выбрался из рюкзачка и понёсся по опушке вдоль поля. Взрослые зайцы пустились за ним. Только серые вороны, мирно клевавшие торчащие из перепаханной земли редкие корешки, увидев, как пронеслись три маленьких пушистых вихря, удивлённо раскрыли клювы и чуть не свернули от любопытства шеи.

Лопоуховы остановились на краю широкого и глубокого оврага. Никогда ещё они не заходили так далеко от дома. И дело не в том, что овраг был так уж действительно далеко, просто нормальные звери (в смысле – не хищные) этот район леса благоразумно стараются обходить. Понимают, что недаром его прозвали Волчьим Логом.

– Куда ты нас привёл, Русенька? – изумилась зайчиха.

– Вон, смотрите! – показал зайчонок на ту сторону оврага.

На самом краю, вытащив из осыпавшейся земли страшные узловатые корни, устремила в небо пушистую крону высоченная сосна. На самом верху её виднелось огромное сооружение. Гнездо аиста. Во все стороны из этого гнезда, словно лучи, торчали острые золотистые ветви.

– Это и есть дом Анатолия, – сказал Руська. – Мне Жора рассказывал, что этот аист может всё. И даже больше, чем всё!

– Жора? – удивился Цезарь. – Ты нам никогда не говорил о своём друге. Кто он такой?

Зайчонок понял, что сболтнул лишнее, и теперь сидел, зажмурив от страха глаза. Или не от страха. От волнения. Проговорился! Что же теперь будет? Маме можно было бы сказать и неправду, но папа быстренько раскусит ложь. Запираться бесполезно. Ай, чего уж!

– Жора… Ну-у… Он из лога, – прошептал Руська.

– Из какого лога? – спросил отец и, строго прищурившись, взглянул на сына.

– Из… этого…

– Из этого?! – в один голос воскликнули родители.

– Да, – кивнул зайчонок. – А что тут такого? Он хороший. Он зайцев не ест!

Цезарь вплотную подошёл к Руське и положил ему лапу на плечо.

– Позвольте вас спросить, юноша, – ехидно спросил он, – с каких это пор волки перестали нами питаться?

Зайчонок скинул с плеча лапу и смело уставился отцу в глаза.

– А вас позвольте спросить, – с интонацией, заданной Цезарем, ответил он, – с каких пор зайцы предпочитают кору капусте?

Зайчиха рассмеялась.

– Ладно вы, перестаньте ссориться, – весело проговорила Зоя. – Из всякого правила есть исключения. Так Жора – это волчонок? Ответь, сынок.

– Ну, волчонок, – кивнул Руська. – И что?

– А его родители про тебя знают? – поинтересовался отец.

– Он с дедом живёт, – пожал плечами зайчонок. – Я Рык Хрустычу, Жориному дедушке, на день рождения твою куколку подарил. Волчонка из лыка. Помнишь, ты тогда искал? Прости. Это я украл.

– Чего уж теперь-то, – отмахнулся игрушечных дел мастер. – Забыли… Только больше так не делай, хорошо? Всегда можно и попросить.

– Да, папа. Можно, – ответил Руська. – Я больше не буду.

– Чудики вы мои, – нежно произнесла зайчиха. – Скажите-ка лучше, как нам на ту сторону перебраться?

Вместо того чтобы ответить матери, зайка подбежал к стоявшему поблизости пеньку и застучал по нему лапками. Быстро-быстро! Как по барабану. В ответ на прогремевшую дробь из оврага выскочил огромный серый волк. Цезарь с Зоей аж попятились от страха. Зато зайчонок приветливо улыбнулся хищнику и запросто к нему подскочил.

– Здравствуйте, дядя Рык! – весело поздоровался он с волком.

– Привет, Руська, – гавкнул волк и почему-то облизнулся. – Уже проснулся, смотрю? А Жорик ещё дрыхнет, лентяй. Прям не знаю, что с ним и делать. Совсем от лап отбился. Вон, с зайцами дружит!

Волк пристально посмотрел в сторону Руськиных родителей. Те стояли, прижавшись спинами к толстому дереву. Боялись пошевелиться, понятное дело.

– Твои? – строго прищурившись, спросил волк.

– Мои, – ответил зайчонок. – Помогите нам, а? Дядя Рык!

– Помочь? – волк аж присел от такой наглости. – Зайцам? Да ты, парень, совсем запутался. Не забыл, с кем разговариваешь? Я ж хищник!

– Ну, пожалуйста… Дядя Рык… – жалостливо заныл Руська. – Вы ведь тоже зверь! Мы от охотников спасаемся.

– Охотники в нашем лесу? Где? – настороженно спросил волк.

Потом огляделся. На загривке дыбом поднялась шерсть, страшная пасть раскрылась, явив зайцам огромные жёлтые зубы.

– Там, – ничуть не смутившись, показал зайчонок лапой в сторону Круглой поляны.

Рык с облегчением выдохнул.

– Ф-фу, ну и напугал ты меня, заяц, – сказал он. – Нельзя ж так, право слово… Хорошо. В такой ситуации зверь должен зверю помочь. Всё верно. Но в другой я б на вашем месте поостерёгся… Так зачем я вам понадобился?

Волк перевёл взгляд с Руськи на родителей.

Цезарь, немного осмелев, подошёл поближе.

– Простите, уважаемый Рык…

– Хрустович, – подсказал волк отчество.

– Нам бы, Рык Хрустыч, на ту сторону перебраться, а? – заяц просительно посмотрел на хищника.

– Пойдёмте за мной, – позвал без лишних вопросов волк и исчез в кустах.

– Мам, ты с нами? – позвал Руська.

Чуть заметная волчья тропа вела через овраг прямо на другую сторону. Естественно, без такого провожатого семья зайцев ни за что бы не осмелилась по ней пройти. Да и сейчас было страшновато. Но задачу надо срочно решать. И надежда только на Анатолия, к дому которого другой дороги не проложили.

Когда путники оказались уже внизу, Рык резко остановился и обернулся.

– Постойте. Уж не к старому ли аисту вы собрались? – спросил он.

– К нему, – ответил Цезарь, – а что?

– Ничего, – ответил волк. – Только он здесь больше не живёт. Переехал с неделю назад.

– Куда он переехал? – подала голос наконец-то пришедшая в себя Зоя.

– Да за Буреломы. Сказал, там ему спокойнее. Но на юг не улетел, это я точно знаю.

Зайцы встали, как вкопанные.

Известно, что иногда можно договориться с волками, найти общий язык с филином и даже с коршуном… Но в Буреломы! Туда идти уж совсем небезопасно. Дело в том, что эту часть леса обходят даже некоторые люди. И не только потому, что Буреломы расположены в местах труднопроходимых – за болотами. Но ещё и оттого, что обитатели их, мягко говоря, не очень-то дружелюбны. На Топком Месте перед Буреломами живёт не слишком добрая, зато невероятно многочисленная скользкая семейка – Гадюшины. А если через топь перебраться и удастся, среди поваленных деревьев можно запросто угодить в лапы хитрых плутовок Лискиных – мамы и дочки. Лизавета с Люсей зайцев очень любят! Только не с точки зрения приятности компании, а исключительно на завтрак, обед и ужин.

Рык Хрустович здорово озадачил Цезаря. Взрослый заяц стоял теперь растерянный и не мог придумать, как его семейству поступить. Может, вернуться домой? Может, ушли охотники?

Нет, эти ушли – придут другие. Несколько лет назад в лесу охотников было полным-полном. Тогда и звери здесь селились редко. Это в последние годы люди куда-то запропастились. И только лесные жители начали возвращаться, только-только вздохнули свободно, как – на тебе! Снова несчастье… Что прикажете делать? Новый лес искать? А запасы? Да и кто ж из приличных-то зверей, глядя на зиму, дом покидает? Так и вовсе без крыши над головой можно остаться. А то и вообще погибнуть.