Читаем 30 чашек кофе онлайн бесплатно

Современный любовный роман

Современная проза

С чего начинаются отношения?

Со случайной встречи?

С загаданного желания?

С чашки кофе?

С порыва?

Или со сдержанности узнавания?

У каждой пары своя история.

Какую же расскажут Анастасия и Павел…

В тексте есть: любовь, отношения и выбор, время и узнавание

Верить. Во что-то или кого-то. Нужно ли? И я сейчас не про Бога. Я про всё остальное. Глупое и серьёзное. Смешное и несуразное. Про интуицию и приметы. Про талисманы и числа. Про своего человека и внутреннюю себяшку.

— Обнимашки, — родные маленькие ручки обвились вокруг её шеи. — Ты познакомишься и поиграешь с другими детками, а я схожу по делам и заберу тебя через час. Договорились?

Малышка кивнула. Она чмокнула дочку в носик. Воспитатель подала девочке руку, та спокойно приняла её, помахала маме и скрылась в группе.

Ребёнок пошёл в садик! В голове пока не укладывалось, внутри трепыхалось волнение и беспокойство. Ей позвонили ещё до майских праздников, сообщив, что неожиданно освобождается место и можно начинать ходить раньше запланированного срока. Она поставила галочку в уме, непроизвольно приняв за хороший знак такой поворот, потому что Поля родилась чуть раньше предполагаемого прогноза, и всё, что происходило для неё заблаговременно, в результате оказывалось к добру.

Она решила отводить её утром к восьми, чтобы сразу входить в режим. Сначала на час, а далее сориентироваться, как пойдёт.

Она медленно обошла территорию садика вдоль забора и обнаружила небольшую круглосуточную кофейню с торца трёхэтажного здания, в котором постоянно сдавались в аренду какие-то площади. Ещё один хороший знак — начать переходить на кофе без сахара.

Она зашла, осмотрелась. Уютно. Вдоль окна в пол слева от входа полка-столешница с тремя барными табуретами. Приветливая официантка улыбчиво произнесла «доброе утро!» и указала на грифельную доску над кассой.

— Основной ассортимент и напиток дня указаны здесь. Также можете занять место и посмотреть меню.

Она кивнула, улыбнулась в ответ. Прошла к зовущей барной стойке у окна и забралась на дальний стул.

— Случайно заметила это заведение. Очень кстати.

— Мы открылись в начале весны, — Таисия, как подсказывал бейджик, положила перед ней папку в кожаном переплёте. — Мы рады, что вы к нам заглянули.

— Спасибо. Я буду только чёрный кофе. Меню можете забрать.

Она облокотилась о столешницу и посмотрела в окно. Природа оживала и менялась реально на глазах. Каждый майский день дарил чудо распускания, роста и цветения. Она вытащила блокнот и карандаш из сумки. Разместила их вместе с телефоном перед собой. Проверила сообщения, понимая, что воспитатель не станет её беспокоить, и все чрезмерные волнения вызваны лишь собственной мамской опекой. Вывела на чистой странице: НН АА ЕЕЕ ОО И ТТ К С Р — и погрузилась в свои мысли.

Фоном звякнул входной колокольчик, «кофе с молоком, как вчера» и вопрос, который вывел её из задумчивости:

— Не возражаете, если я к вам присоединюсь?

Она взглянула на обращавшегося. Мужчина, в районе тридцати, интересный. Короткая стрижка. Тёмные волосы, тёмные глаза, чётко прочерченные, уверенные и одновременно мягкие губы. Она уставилась на эти губы и ответила именно им.

— Не возражаю, если присядете за эту же стойку.

Намёк на тень улыбки в уголках рта и кивок.

— Благодарю.

Она заставила себя вернуться к записям, прогоняя очертания губ случайного соседа, проявлявшиеся в линиях букв, волною прописной Е и ножками печатной Н.

— Ваш кофе, — слева появилась чашка оттенка кофейных зёрен.

— И ваш, — раздался глухой стук блюдца о деревянную поверхность.

Чашка мужчины, напротив, была цвета слоновой кости, в тон его тонкому пуловеру.

Она подцепила щипчиками кусочек сахара. Помешивала, не глядя, одновременно проводя стрелочку вниз от одной из Т и записывая под ней ТИХОЕ. Она отпила из чашки, обводя буквы в слове, и тут же посмотрела в свой напиток, едва сдержавшись не выплюнуть содержимое обратно. Рядом раздался смешок.

— Похоже, я к вам всё-таки присоединился.

Её кофейный компаньон подвинул к ней свою чашку, светлые стенки которой отражали чёрные блики. Она снова посмотрела в чашку в своей руке. Кофе с молоком в тёмной кружечке. Контрастно. Она улыбнулась.

— Похоже, присоединилась я. Или вы тоже успели сделать глоток?

— Нет, не успел. Так что пейте смело.

— Я закажу вам точно такой же.

— Не беспокойтесь, — он перехватил чашку из её руки и отпил с другой стороны. — Я достаточно брезглив, но не зря же я напросился к вам присоединиться.

Она недоумённо смотрела на него. Нет, на его губы. Да что ж они покоя ей не дают!

— Тем более вы добавили ровно столько сахара, как я люблю.

Она неопределённо качнула головой, добавила немного сахара во второй кофе и наконец получила глоток своего личного удовольствия.

— Вариация на тему латте? — она повела бровями в сторону его чашки.

— Латте в крайнем случае. Я люблю по старинке чёрный кофе с молоком, лучше со сливками. И с сахаром. Не во всех заведениях соглашаются сделать именно так, но я туда больше не хожу.

Она улыбнулась. Явно чему-то в своей голове. Теперь он повёл бровью, вопросительно.

— Ваши слова напомнили мне мысли одной небезызвестной героини, а она была категорично уверена в своём мнении. Не скажу сейчас дословно, но враги лишили её удовольствия пить настоящий кофе со сливками и сахаром, и этого было достаточно, чтобы она возненавидела их всей душой.*

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Мой человек, — усмехнулся он. — Простите, но хоть героиня и небезызвестна, назовите её.

— Это Скарлетт из «Унесённых Ветром»*.

Он продолжал смотреть на неё с тем же вопросительным выражением лица.

— «Унесённые Ветром» — слышал, но не более.

Она засмеялась.

— Зато мысли героини очень созвучны вашим.

— А вы пьёте чёрный?

— В кофе люблю чистый вкус. Надеюсь, через некоторое время приучу себя пить его совсем без сахара.

— Очистите вкус полностью, — резюмировал он.

— Точно, — она приложила усилие взглянуть бегло ему в глаза, а не на губы.

Они выпили по полчашки. Она продолжила выводить что-то в блокноте, он ответил на сообщение в телефоне.

— Позволите поинтересоваться?

Она выжидающе посмотрела на него.

— Вы что-то сочиняете или пытаетесь вспомнить?

— Почему вы так решили?

— Вы методично обводите одни и те же линии, думаете, пишете одно слово и снова обводите. Не строчите автоматом, а старательно вылавливаете.

Она широко усмехнулась.

— Вы прозорливы, отдаю вам должное. Мне нужны четверостишия на каждую из этих букв, — она приподняла и повернула к нему блокнот.

— Оригинальный набор. Он что-то значит?

— Да.

— Но что — не скажете?

— Нет.

— Покажете конечный результат?

— Думаю, что сегодня навряд ли его достигну.

— Тогда приглашаю вас завтра на чашку утреннего бодрящего в это же время. Обещаю оказать посильную помощь. С рифмой я абсолютно не дружу, но с ассоциациями порядок. Проверьте. Любая тема.

Он пригласил её на кофе и сам же вплёл это приглашение в общий разговор, не требуя ответ. Она смотрела на него с полу-улыбкой.

— Вы назначили мне новую встречу, но будто не хотите получить ответ. Или оставляете право выбора за мной сюрпризом?

— Хочу ответ. Выбор, безусловно, за вами. Себе предпочитаю оставить надежду.

Она выдержала паузу и улыбнулась.

— Что ж, посмотрим, оправдаю ли я её.

Она допила подостывший кофе.

— Ассоциации, значит. Хорошо, — она взяла карандаш, перебирая по нему пальцами. — КАРАНДАШ.

Он видел её пальцы, способные легко посоперничать в тонкости с самим предметом обсуждения.

— Дерево, рисунок, исправление, простота, шуршит.

Её глаза сверкнули смесью удивления и восхищения.

— Сегодня прибавилась еще одна: ваши пальцы, подвижные женские пальцы, но именно ваши. Вы на нём будто играете.

Она не смутилась, только хмыкнула.

— Да вы художник прозы!

— Лишь отдельными ассоциациями.

Он тоже допил кофе. Она вдруг записала несколько слов.

— Вы подкинули мне одну идею.

Она закрыла блокнот, подхватила телефон, спустилась с табурета.

— Мне пора. Завтра я дам вам прочитать, что получится по четверостишию на Т, — она подмигнула ему и прошла к кассе.

Он развернулся, делая знак принести ещё чашку кофе, провожая её взглядом и понимая, что внутри рад её согласию на встречу гораздо сильнее, чем ожидал.

Он оказался в этом тихом районе по совету своего партнёра. Требовалось найти спокойное место, подальше от центра и основного офиса, где могли бы работать их компьютерные умы в любое время суток по своему личному графику. Это здание с подходящим помещением в аренду было третьим в списке, составленном его помощником. Он прокатился по району ещё вчера, проверив очутившуюся тут же кофейню, ничего не ожидая и, скорее, будучи готовым не получить свой простой заказ. Всё произошло с точностью до наоборот. Ему даже предложили на выбор обычное молоко, сгущёнку и сливки. Собственник назначил встречу на сегодня на 09:30. Он просто приехал раньше, чтобы выпить вкусный кофе. А десертом получил необычную посетительницу, усевшуюся на подмеченное им самим место. С ней было уютно. И легко. С убранными за уши волосами до плеч, без макияжа, не девочка, лет двадцати семи, с сумасшедшими пальцами и прямым взглядом. Она не заигрывала с ним, но манила загадками в своём блокноте и мыслями в темноволосой голове. Её хотелось поразгадывать. Он правда хотел её снова увидеть, попить вместе утренний кофе. Не свидание. Общение. Завтра узнаю её имя. Сегодня как-то было не до того. Он мотнул головой и попросил счёт.

— Вы пунктуальны, — Марина Алексеевна прикрыла дверь. — Полина покушала, поучаствовала в зарядке, играет. Можете еще погулять, пока она вас не заметила.

— Я обещала ей прийти через час, — ответила она.

Воспитатель улыбнулась немного снисходительно.

— Вы думаете, в два года ребёнок пожурит вас за опоздание по времени?

— Нет, но мы с ней договариваемся. Как же я смогу требовать от неё держать слово, если не буду держать своё?

*«Янки лишили ее удовольствия пить настоящий кофе с сахаром и сливками, и одного этого было уже достаточно, чтобы она возненавидела их всей душой.» — «Унесённые ветром», Маргарет Митчелл

Он заметил её в окне ещё из машины. Она рано. Думал, что приедет первым и закажет для неё кофе. Что ж, главное, она пришла, а угостить ещё успеет.

Она заметила его из окна. По выражению его лица стало понятно, что он надеялся приехать первым. Полинка загорелась садиком, и она решила воспользоваться желанием ребёнка, проснувшегося самостоятельно до будильника, поэтому они вышли пораньше.

— Привет! — сегодня он был в строгом костюме, с расстегнутой верхней пуговицей рубашки, без галстука.

— Доброе утро! — она указала на чашку рядом со своей. — Я заказала вам кофе. Однако, уважая ваше приглашение и потакая своей женской сущности — общий счёт выпишут вам.

Он засмеялся.

— Благодарю, прекрасная дама, за столь чуткое понимание моей джентльменской природы, — он шутливо поклонился. Она величественно кивнула, стрельнула глазами и рассмеялась.

— С вами легко.

— С вами тоже, — она улыбалась.

— Может, перейдем на «ты»?

— Я за.

«Ты» казалось уместным и само собой произнесённым.

— Павел.

— Анастасия, — она протянула ему руку.

Он подхватил её своей за кончики пальцев и поцеловал.

— Назвался джентльменом — следуй этикету.

Она согласно опустила глаза, одаривая его мимолётной улыбкой. Он уселся на табурет и увидел прижатый блюдцем сложенный пополам листок в клеточку. Взялся за него двумя пальцами.

— Обещанное четверостишие?

— Оно самое. Но сначала по глотку любимого и пока что всё ещё горячего, — она подняла свою чашку.

Они чокнулись.

Он развернул записку и прочитал про себя. Они внимательно следила за ним. Он посмотрел на неё.

— У меня банально шуршит карандаш. У тебя загадочно шуршит пыль, — он слегка поджал губы, прикусил нижнюю, и она снова примагнитилась к ним. Он зачитал вслух:

«Тихое бывает, намёками,

до шуршинок пыли,

словно в тайном логове

звуки позабыли…»

— Расскажешь, о чём пишешь и зачем сочиняешь именно на заданные буквы?

— Пока нет. Есть идеи?

— И снова банально — о молчании. Хотя мне интересно подождать следующие загадки от тебя.

— Посмотрим, как пойдет, — ответила, допивая кофе, ответила и про сочинительство, и на его намёк продолжить знакомство.

— Как успехи в уменьшении сахарного компонента? — он чуть склонил голову.

— На пару крупинок меньше, — она с гордостью задрала нос.

Он фыркнул.

— Прогресс налицо!

— Я уже говорила, что люблю чистый вкус продукта. Я его получу, — серьёзно заметила она.

— Упорная, — в глазах плясали чёртики.

— Не то слово!

— Чистый вкус в кофе. Или во всём? — он развернулся к ней, слегка привалившись на край стойки.

— Наверное, во многом, — она обхватила ладонями свою чашку. — Например, в одежде у меня однотонные вещи или уж совсем классическая клетка и полоска.

— Ну, ты сейчас одета в белый свитер и синие джинсы.

— Я не против сочетать, но сам по себе мой свитер чисто белый и сами по себе джинсы в одном цвете.

— Я понял, — Павел кивнул. — Всякие разноцветные прядки в волосах и пёстрые цыганские юбки не про тебя.

— Не про меня, — она покачала головой, рассыпая волосы по плечам. — Я люблю чистый чёрный чай и чистый зелёный, в то же время обожаю чай на разнотравье. Балдею от двух алкогольных коктейлей. А это уже явно не чистый вкус.

— Позволишь попробовать угадать?

— Пожалуйста, — она взглянула на него с вызовом.

— Думаю, классика. Мохито?

— Неа. Но тоже на М, — подзадорила она.

— Маргарита?

— Один из двух, — согласие ресницами. — Классическая.

— И… Отвёртка?

— Мимо, — ей нравилась эта игра в угадайку. — Второй тоже на М.

— Мартини с тоником?

— Мартини, без тоника. Мартини Рояль.

— Не знаю такой, — он пожал плечами.

— Тогда не буду пока раскрывать другие ингредиенты.

— Загадка за загадкой, — закатил глаза.

— Легко разрешимая, стоит оживить телефон и набрать в поисковике, — она постучала ноготком по трубке.

— Так не интересно. Я лучше как-нибудь попробую по-настоящему — вдруг вычислю состав.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Пока пробуй свой кофе с молоком, — засмеялась Настя. Ему нравился её смех. Звонкий и от души.

— Ты не любишь именно кофе с молоком или молоко вообще?

— К молоку вообще равнодушна, кофе же только сам по себе. А ты пьёшь молоко?