Читаем Первая Галактическая онлайн бесплатно
Остаток дня пилот откровенно маялся от скуки. Вербицкий с сыном насобирали сухих сучьев и развели костер. Андрейка веселился, поджигая тоненькие прутики и бегая с ними между камней, полковник же вел себя совсем необычно. В глубокой задумчивости он сидел подле костра и смотрел в туманную даль, словно вспоминая какие–то далекие события.
Уже начинало смеркаться, когда до слуха задремавшего пилота долетел звонкий голос младшего Вербицкого:
— Папа, папочка, смотри, к нам идет котик!
Пилот вздрогнул, взглянув сквозь прозрачный триплекс кабины в том направлении, куда указывал Андрейка.
По противоположному краю плато шествовала странная процессия. Впереди гордо вышагивал огромный, почти двухметровый кот. Пилот никогда не видел живых представителей этого семейства, но у него почему–то создалось впечатление, что это старый проживший долгую жизнь самец, по–видимому, вожак следовавшего за ним по пятам прайда. Его великолепный рыжевато–коричневый мех лоснился, сверкая в лучах заходящего солнца; под шкурой при каждом шаге перекатывались могучие мускулы.
Прайд остановился в сотне метров от полковника, лишь вожак продолжал идти вперед, не отрывая взгляда огромных зеленых глаз от Вербицкого. Они были под стать друг другу — статные, матерые, убеленные годами борьбы, и пилот невольно залюбовался этой совершенно фантастической картиной.
А потом произошло нечто совсем невероятное, с точки зрения обычного человека.
Командир эскадры и старый кот вдруг, словно сбросив личину годов, кинулись друг к другу.
Андрейка вдруг заревел от страха, пилот рванулся с кресла, но было поздно…
Кот и полковник встретились посреди плато.
Антон обнял седеющий загривок Пуха, и тот в свою очередь ткнулся лбом в его грудь.
Антон Вербицкий впервые в жизни плакал, не стыдясь собственных слез, а огромный рыжий кот слизывал с его щек соленые капельки влаги.
20 января 1998 года, Псков
2609 год галактического
календаря. Точка
гиперпространственного
перехода системы Дабог…
Борт ракетного крейсера
«Люцифер»…
Это был страшный год для всего человечества.
Армады кораблей Земного Альянса вторглись в космическое пространство Свободных Колоний.
Война, начавшаяся внезапно, без объявления, обрушилась на молодые, едва окрепшие цивилизации, подобно грому или снежной лавине. Она не щадила никого, и никто не смог остаться в стороне от ужаса, постигшего десятки миров.
Первой на острие удара Земных эскадр оказалась планета Дабог. За ней, в списке на показательное уничтожение, следовали такие миры, как Элио и Кьюиг.
Расчет земного командования был прост, — уничтожив бомбовыми ударами с орбиты развитые колонии, оно планировало не только подорвать экономическую базу вероятного сопротивления, но и устрашить этой акцией остальные, менее развитые миры.
Однако история показала, что в этих планах крылась ошибка. Правительство и командование Альянса подсчитывало заводы по выпуску роботов, космические корабли и орбитальные станции — все, что так или иначе могло противостоять техногенной мощи вторжения, но при этом были сброшены со счетов, проигнорированы души тех, кто выжил в аду орбитальных бомбардировок.
А ведь именно эти люди решили исход первого этапа войны.
***
Ему было всего двадцать два…
О том, что такое война, он узнал год назад, когда на Элио упали первые орбитальные бомбы.
Сейчас Андрей Багиров уже не мог с точностью вспомнить, как прожил он минувший год, вплоть до вчерашнего дня, когда его нога впервые ступила на палубу этого корабля.
Просто само понятие «время» утратило свой смысл, потерялось в череде тяжких потрясений.
Дни сливались для него в тусклую, багряную череду, и не было разницы между ними… неважно, где он находился — в бомбоубежище ли, в наспех ли организованной военизированной школе или тут, на борту крейсера «Люцифер», где ему предстояло принять свой первый и последний бой…
Жизнь раскололась на две половины, по ней пролегла черная линия терминатора, страшная граница света и тьмы, разделившая его существование на «до» и «после».
Глухой толчок, дрожь в переборках и хриплый голос в надсаженных динамиках интеркома привели его в чувство.
— Внимание в отсеках! Зафиксировано возмущение гравитационной составляющей! Боевая тревога!
За полгода учебы на симуляторах Андрей успел приобрести доведенный до автоматизма навык работы. Оператор орудийно–ракетного комплекса — профессия отнюдь не творческая, если можно обозначить этим гражданским термином навязанную войной армейскую специализацию…
Добравшись до своего боевого поста и прыгнув в глубокое кресло, закрепленное внутри сложной амортизирующей подвески орудийной башни, он закрыл забрало гермошлема, вогнал пальцы рук в специальные, похожие на неуклюжие перчатки гнезда, закрыл глаза, сливаясь с компьютерной системой наведения «Прайд–12» и сухо доложил:
— Седьмая орудийная башня, комплекс активирован, к стрельбе готов!
***
На командном мостике «Люцифера» в этот момент шло короткое совещание старших офицеров корабля.
