Читаем Элита онлайн бесплатно
Что еще нового ты узнала? — поинтересовался папа.
Я взяла его под руку. Непривычно было видеть отца в
официальной одежде. Если бы я не наблюдала его тысячи раз за
работой в заляпанном красками комбинезоне, то могла бы
поклясться, что он Единица по рождению. В этом строгом костюме
он казался таким молодым и элегантным. Даже словно бы вырос.
—
По-моему, я пересказала тебе все, что нам поведали о
нашей истории. И про то, что президент Уоллис стал последним
главой Соединенных Штатов, а потом возглавил Американский
штат Китая. Я про него вообще не знала, а ты?
Папа кивнул:
—
Ваш дедушка рассказывал мне о нем. Слышал, он был
достойным человеком, но в сложившейся ситуации поделать
ничего не смог.
Правду об истории Иллеа я узнала, только попав во дворец.
Историю нашей страны почему-то передавали главным образом из
уст в уста. Я кое-что о ней слышала, но все эти сведения были
весьма отрывочными. За последние несколько месяцев я получила
прекрасное образование.
Соединенные Штаты потеряли независимость в начале Третьей
мировой войны, после того как не смогли выплатить долг Китаю,
достигший астрономических цифр. Вместо того чтобы вернуть
себе деньги, которых у Соединенных Штатов, впрочем, и не было,
китайцы ввели на территории США свое управление, основав
Американский штат Китая, и стали использовать местное
население в качестве рабочей силы. В итоге Соединенные Штаты
восстали не только против Китая, но и против России, которая тоже
хотела заполучить американских работяг, объединившись с
КИР А КА С С
Канадой, Мексикой и несколькими странами Латинской Америки.
Так разразилась Четвертая мировая война, и хотя мы не только
выстояли в ней, но и основали новое государство, ее
экономические последствия оказались разрушительными.
—
Максон рассказывал, что перед самой Четвертой
мировой у людей практически вообще ничего не было.
—
Он прав. В том числе и по этой причине наша
кастовая система так несправедлива. Многие попросту ничего не
смогли предложить в качестве помощи, поэтому столько народу
оказалось в низших кастах.
Мне не очень хотелось погружаться в эту тему, потому что от таких
разговоров папа обычно распалялся. Не то чтобы он был неправ —
система каст действительно несправедлива, — но это посещение
было нечаянной радостью, и мне не хотелось тратить время на
дискуссии о вещах, изменить которые нам не под силу.
—
Кроме основ истории, нас учат главным образом
этикету. Сейчас пошел уклон в дипломатию. Думаю, скоро
придется иметь дело с иностранными послами, если на это делают
такой упор. Я имею в виду — тем из нас, кто останется.
—
Останется?
—
Выяснилось, что одну из девушек отправят домой
вместе с родителями. После знакомства со всеми вами Максон
должен будет кого-то отчислить.
—
У тебя грустный голос. Ты думаешь, он отправит тебя
домой? — (Я пожала плечами.) — Так-так. За столько времени ты
уже должна была понять, нравишься ты ему или нет. Если
нравишься, тебе не о чем тревожиться. А если нет, зачем тебе здесь
оставаться?
—
Наверное, ты прав.
Он остановился:
—
И как обстоит дело?
Э ЛИ ТА
Мне было как-то неловко обсуждать эту тему с папой, но
беседовать об этом с мамой я бы тем более не стала. А уж от Мэй
ждать разумных суждений относительно Максона вообще смешно.
—
Думаю, я ему нравлюсь. Во всяком случае, он так
говорит.
Папа рассмеялся:
—
Ну, значит, твое дело в шляпе.
—
Да, но в последнее время он держится немного...
отчужденно.
—
Америка, милая, он ведь принц. Может, он озабочен
принятием каких-нибудь законов или еще чем-нибудь в этом духе.
Я не знала, как объяснить ему, что на всех остальных, судя по
всему, время у него находится. Это было слишком унизительно.
—
Наверное.
—
Кстати, о законах. Вам уже об этом рассказывали? О
том, как пишутся законопроекты?
Эта тема тоже меня не вдохновляла, зато, по крайней мере, не
имела отношения к моим сердечным делам.
—
Пока что нет. Но мы читаем кучу таких законо-
проектов. Иногда в них сложно разобраться, но Сильвия, та
женщина, что была внизу, — она наша наставница или что-то
вроде того — пытается объяснять нам разные вещи. И Максон тоже
никогда не отказывается помочь, если его попросить.
—
Правда?
Папа, похоже, обрадовался.
—
Ну да. Мне кажется, для него важно, чтобы каждая из
нас считала, что может достичь успеха, понимаешь? Он очень
здорово все объясняет. Он даже.... — Я заколебалась. Про
потайную комнату с книгами никому говорить нельзя. Но ведь это
мой папа. — Послушай, ты должен дать слово, что не скажешь про
это ни одной живой душе.
Он фыркнул:
КИР А КА С С
—
Кроме мамы, я больше ни с кем не говорю, а по-
скольку всем известно, что она не умеет хранить секреты, даю
слово, что ничего ей не скажу.
Я захихикала. Представить, как мама пытается удержать язык за
зубами, решительно невозможно.
—
Мне ты можешь доверять, котенок. — Он слегка
приобнял меня.
—
Во дворце есть потайная комната, битком набитая
книгами! — поведала я ему вполголоса, предварительно
оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости
никого нет. — Там есть запрещенные книги и карты мира,
старинные, на которых все страны нарисованы, как они были
раньше. Папа, я и не знала, что их было столько! А еще там есть
