Читаем Анализ современного мифотворчества онлайн бесплатно

Наиболее уязвимое место гуманитарной науки — это, возможно, близость её предмета и концептуальных выводов к острым политическим интересам. Мотивация действий ученого-гуманитария вненаучными целями (например, выполнение определенного социального заказа) играет в результате значительную роль по сравнению с хрупкой и неоднозначной истиной, которая и добросовестному исследователю дается с величайшим трудом и неизбежными ошибками.

Таким образом, порой рождаются сомнительные исследования, откровенно выдающие тенденциозность выводов, грубость инструментария, и фальшь в простейших фактах. Даже если речь идет не о фактах далекого прошлого, а о событиях сегодняшнего дня, отраженных в открытых и доступных для исследователя источниках.

Тема современного язычества, возможно, не является сегодня самой актуальной, и не делает погоды в глобальной политике, экономике и социальной сфере. Но какой бы второстепенной и частной ни казалась тема, исследователь, касающийся её в своих работах, а тем более на ней специализирующийся, должен рассматривать её как любую другую, то есть не предвзято и объективно. Он обязан добросовестно изучить материал, быть аккуратным в выводах, достойно мотивировать их и т.д.

Опубликованная в № 6 “Славяноведения” за 2005 год статья Шнирельмана В.А. "От “Советского народа” к “органической общности”: образ мира русских и украинских неоязычников", к сожалению, противоречит этим элементарным требованиям. Мы вынуждены привести её детализованную критику, хотя работу такого уровня можно было бы и просто проигнорировать. Но её автор является научным сотрудником академического института РАН, и до сих пор признается известным специалистом в изучении современного язычества, на которого ссылаются зачастую, как на авторитет в этой теме, и как мы увидим, безосновательно. К тому же в названной работе он продолжает отстаивать применимость, и более того, единственную уместность термина "неоязычество", категорически отвергает по отношению к определенным явлениям в язычестве термины "этнические верования", "родовые верования", и закавычивает популярное самоназвание "родноверие". То есть налицо претензия на терминологическую монополию.

Помимо критики оппонента, мы предложим для рассмотрения ряд уточненных фактов, и альтернативных тезисов по высказанным им положениям. Наша позиция, может быть, также пристрастна, ибо исходит от самих язычников, но, по крайней мере, требует оппонирования на более серьезном научном уровне, чем тот, который предъявляет критикуемое нами исследование.

В.А. Шнирельман включил в свою новую работу неоднократные упоминания о Круге Языческой Традиции, к которому принадлежат и авторы. В списке ссылок к его статье также названы публикации Круга. То есть, на первый взгляд, этот частный предмет исследования досконально, детально изучен. Называются имена, цифры, излагаются взгляды различных участников и лидеров КЯТ.

Однако по каким-то, не названным В.А. Шнирельманом причинам, он в процессе подготовки работы избежал живого контакта с представителями изучаемого сообщества. И потому смело пишет, например: "Характерно, что в Совете КЯТ (14 членов) состоит лишь одна женщина."

Мы не знаем, из каких именно источников извлек автор такие данные. Уже в феврале 2005 года Круг, созданный в марте 2002 года, насчитывал более 25 коллективных участников (языческих групп, общин, центров), каждый из которых делегировал в координационный Совет не менее одного представителя (а на деле и 2, и 3, и 4). На сегодня в Совет Круга Языческой Традиции входит 38 участников с правом решающего голоса, и еще 8 — с правом совещательного голоса. В Совете представлено 29 различных групп языческой Традиции, в том числе из России, Украины, Дании, Норвегии. Эта информация общедоступна — адреса электронной почты членов Совета несколько лет находятся в открытом доступе на официальных сайтах и электронных страницах участников Круга.

Не было ни одного момента в истории Круга, чтобы в его руководящих органах не состояло хотя бы 3–4 женщин с правом решающего голоса, и еще нескольких — с совещательным голосом.

На данный момент в Совете Круга из женщин состоят:

жрица богини Макоши ДОБРОСЛАВА — Марина Качаева — одна из пяти Сопредседателей Совета, координатор по вопросам женского жречества (Рязанская Славянская языческая община);

волхова ЗЛАТА ЛАДА — Елена Мельникова — руководительница Учебно-творческого Центра "Волховарн" (г. Одесса, Украина);

ведьма ВЕРЕЯ — Светлана Зобнина — член товарищеского суда Совета, одна из руководителей религиозной группы Содружество Природной Веры "Славия" (г. Москва);

жрица Марены МАРЬЯ — Мария Муратова — основательница Московской языческой группы "Родник Марены";

жрица ВЕЛЬМИРА — член товарищеского суда Совета (г. Реутов, Московской области).

Мы сознательно начали с такого простейшего факта, доказывающего, что В.А. Шнирельман не сделал и минимального усилия, чтобы извлечь крупицы истины, поработав с людьми, о которых пишет, лично или письменно.

Может быть, известный исследователь не смог войти в контакт с представителями Круга, потому что это наглухо закрытая организация? Или "разгневанные сектанты" обещали применить при встрече с ним насилие, в отместку за предыдущие выступления этого предвзятого автора в их адрес? Нам ничего не известно о подобных попытках ученого проникнуть в "логово зверя".

Зато практически общеизвестно, что Круг Языческой Традиции — объединение весьма миролюбивое, открытое, свободно контактирует с городскими и федеральными властями, общественными и правозащитными организациями, научными семинарами и периодическими изданиями, прессой и телевидением, правозащитниками и представителями любых конфессий, которые к этому готовы. Об этом свидетельствуют Самоопределение и документы Круга, открытые обращения и письма участников Круга Языческой Традиции, как, например:

* О памятнике боярину Кучке. Письмо Мэру Москвы Ю.М. Лужкову от старейшин религиозной славянской языческой группы "Коляда Вятичей" (11 ноября 2002 г.);

* Письмо Мэру Москвы Ю.М. Лужкову от старейшин московских языческих религиозных групп и общин "О предоставлении язычникам земли с целью справления религиозных обрядов" от 18 мая 2004 г.;

* Обращение Круга Языческой Традиции к членам Всероссийского экологического совета и Круглого стола экологических организаций России. 27 июня 2004 г.;

* Открытое письмо в священный Синод Русской Православной Церкви от представителей языческих объединений России (от 18 октября 2004 г.);

* Открытое письмо Президенту Российской Федерации "О необходимости восстановления исторической справедливости в отношении язычества народов России" (24 декабря 2004 г.)

Все эти тексты опубликованы в печатном виде и в Интернете, изучаются на кафедрах философии и религиоведения, как опыт современного язычества.

В течение только последнего года за информацией в Круг обращались ученые из России, Украины, Литвы, Финляндии, Франции, Бельгии.

Представители Содружества "Славия" не отказали в общении даже школьному факультативу по религиоведению, который в дальнейшем создал учебную медиа-программу по древнему и современному язычеству, получившую в 2004 году первую премию на конкурсе работ учащихся.

Кто же в этой ситуации проявил сектантскую закрытость и недоброжелательность?! Конечно, пообщавшись с представителями Круга, В.А. Шнирельману было бы неловко написать такое: "С точки зрения профессиональных ученых (историков, археологов, этнографов и лингвистов), речь идет о деятельности дилетантов, не только искажающих "научные факты", но и прибегающих к откровенным фальшивкам ("Влесова книга") в поиске псевдонаучных оснований для своих фантастических построений." Ему пришлось бы учесть признанные научные работы язычников, включая диссертации, монографии, исторические, этнографические, религиоведческие исследования, свободно обходящиеся без так называемой “Велесовой Книги”. Доступны открытые интернет-дискуссии язычников, в том числе оспаривающие достоверность "Велесовой книги", критикующие многочисленные псевдоязыческие фантазии. Язычники достаточно жестко и с приведением конкретных научных аргументов спорят между собой, и этим опровергают новейший псевдонаучный миф о безусловном признании священности "Велесовой книги", а тем более, авторских книг А.И. Асова и др.

В.А. Шнирельман вполне мог бы концептуально поспорить с имеющимися действительно научными публикациями язычников. Но если аккуратно обойти объект исследования с тыла и с флангов, то оказывается, можно просто сделать вид, что таких работ не существует, а налицо одни фантазии.

Переходя к следующему вопросу — об основной терминологии, мы увидим следствия такого упрощения действительности.

Разумеется, терминология, в отличие от объективных фактов, является результатом договоренностей и относительного произвола исследователей, в лучшем случае — устоявшихся научных сообществ. Невозможно директивно запретить или навязать использование конкретных понятий и выражений. Однако мы можем сравнивать доводы разных исследователей и школ за адекватность терминов, их применимость к тем или иным явлениям.

20 февраля 2005 года Кругом Языческой Традиции через СМИ было распространено Царицынское обращение "О "неоязычестве" и современном язычестве. Против клерикализации гуманитарных наук". Вышеприведенный маневр В.А. Шнирельмана в отношении оценки научного потенциала оппонентов, как якобы априорно беспомощных и малограмотных дилетантов, — позволил ему свести все доводы этого документа к простейшему упоминанию: "лидеры КЯТ протестуют против термина "неоязычество", утверждая, что они восстанавливают "исконную традицию" дохристианского времени".

Мы еще вернемся к языческим аргументам, которые вовсе не сводятся к этому отдельно взятому утверждению. Обратимся к аргументам В.А. Шнирельмана за термин "неоязычество" — в смысле не аутентичное древней традиции, вымышленное, сконструированное в недавнем прошлом или нашими современниками.

Итак, "… во-первых: нынешние язычники активно пользуются не только кириллической письменностью, принесенной на Русь христианами (у первобытных славян-язычников письменности вовсе не было), но и Интернетом, что для аутентичного язычества аномально." Походя, как очевидные, здесь упоминаются спорные исторические моменты, как-то "письменности не было". Противоположное мнение высказано и обосновано нашими коллегами.

В житии Кирилла (Константина философа), в частности, упоминается: "Тогда же пустился в путь и, когда дошел до Херсона, научился здесь еврейской речи и письму, переведя восемь частей грамматики, и воспринял от этого еще большее знание. Жил там некий самаритянин и, приходя к нему, беседовал с ним, и принес самаритянские книги, и показал ему. И выпросив у него. Философ затворился в доме и отдался молитве и, приняв знание от Бога, начал читать (эти) книги без ошибок. Увидев это, самаритянин возопил великим гласом и сказал: “Воистину те, кто веруют в Христа, скоро и Дух Святой и благодать обретают”. А когда сын его вскоре крестился, тогда он и сам крестился после него.

Нашел же здесь Евангелие и Псалтырь, написанные русскими письменами и человека нашел, говорящего на том языке, и беседовал с ним, и понял смысл этой речи, и, сравнив ее со своим языком, различил буквы гласные и согласные, и, творя молитву Богу, вскоре начал читать и излагать (их), и многие удивлялись ему, хваля Бога."

Итак, письменность, вполне возможно, всё-таки была. Но если бы ее и не было — сам аргумент такого сорта — глубочайшая нелепость.

Давайте для оценки этого и других аргументов В.А. Шнирельмана обратимся к знакомым явлениям. Представьте себе, что вы встретили приятеля, которого не видели лет десять, и пытаетесь доказать, что это другой человек, ведь при предыдущей встрече у него не было бороды, и он был одет в другую куртку.

Применяя эту же логику к другим религиям, получим аналогичный результат.

Можем ли мы сказать, что современные иудеи не выполняют заповеди Торы, касающиеся отношений с рабами, если у них нет рабов? Или упрекнуть их в том, что они не признают многоженства? Вмешивается ли наука "Религиоведение" в догматические споры между православно-католическими церквями и протестантами, о Троице, святых и иконопочитании, или признает их всех разными вариантами христианства (в отличие от их внутренних идеологизированных взаимных оценок)? Выполняют ли христиане в жизни все до единого постановления Вселенских соборов, включая запрет на ересь признания Земли шарообразной? Или, к примеру, требование проверять, не еврей ли лечащий врач? Причем проверять надо было бы, видимо, при полностью ортодоксальном подходе, не происхождение, а ходит ли врач в синагогу? Обновление внешних религиозных ритуалов, перетолкование понятий, изменение образа жизни происходят постоянно в любой религии, свойственной живым людям.

Еще древние греки образно и точно иллюстрировали диалектику изменчивости и постоянства. Если при ремонте корабля Арго заменить одну доску, то корабль останется тем же Арго. Если при следующем ремонте менять вторую, третью детали, то рано или поздно не останется ни одной детали от первоначального корабля. Но если при этих постепенных изменениях сохраняется общий план и основная идея, и корабль продолжает использоваться по назначению, то он по-прежнему будет иметь право носить имя "Арго".