Читаем Хитмейкер. Последний музыкальный магнат онлайн бесплатно
Хитмейкер. Последний музыкальный магнат
Томми Моттола один из крупнейших специалистов в области поиска и продвижения музыкальных талантов. Самое известное место его работы – компания Sony Music, потенциал которой он увеличил в несколько раз. С его именем напрямую связан успех выдающихся поп-звезд и рок-музыкантов, и о некоторых из них в книге воспоминаний музыкального мегапродюсера рассказано немало интересного. Также на страницах мемуаров представлен мир закулисных интриг и далеких от музыки кабинетных работников звукозаписывающих компаний. Помимо деталей собственной биографии и судьбы различных организаций, где ему довелось работать, Томми Моттола уделил внимание и анализу влияния технического прогресса на развитие музыкальной индустрии. Он оптимист и считает, что впереди шоу-бизнес ждет масса интересных метаморфоз. Кто же перед нами? Авторитарный Дон Томми, железной рукой выжимавший миллиарды долларов из таланта сотен артистов по всему миру, или благородный идеалист, который трансформировал свое юношеское стремление стать музыкантом в работу над созданием условий для раскрытия таланта других людей? Предоставим самим читателям судить об этом.
Документальная литература / Биографии и Мемуары / Музыка / ПрочееTommy Mottola
Hitmaker. The Man and His Music
Copyright © 2013 by Thomas D. Mottola
Талии – ангелу, упавшему в мои объятия с Небес.
Твоя вечная любовь и преданность и тот долгий путь, который я прошел, чтобы найти тебя, навсегда изменили мою жизнь. Te amo mucho por siempre.
Сабрине, чья искорка заставляет меня верить в то, что мечты и правда сбываются.
Когда ты встаешь утром и я слышу: «Люблю тебя, папа!» – мне кажется, что я впервые в жизни услышал музыку.
Мэтью, чья широкая улыбка и энтузиазм, с которым ты ею делишься, заставляют меня двадцать раз на дню останавливаться и задумываться, как же мне повезло в жизни.
Саре, моей прекрасной принцессе, которая научила меня большему, чем может себе представить, и которую я люблю сильней, чем она может вообразить.
Майклу с его добрейшим сердцем и соответствующей силой духа. Хоть ты мне и сын, но я уважаю тебя так же, как если бы мы были братьями.
Маме и папе, которые поддерживали меня на всем пути, наполняя мою жизнь любовью, музыкой, отличной едой и самыми замечательными рождественскими праздниками. Вы сделали меня таким, какой я есть, и я каждый день по вас скучаю.
Моим дорогим сестрам, двойняшкам Джин и Джоан, а также Мэри Энн. Хочу извиниться перед вами за то, что изводил вас первые пять лет моей жизни, и поблагодарить за то, что вы подарили мне чувство семьи. И за то, что у вас в комнате вечно верещало радио.
Названия песен, предваряющие каждую главу, – это список образцов той музыки, что вдохновляла меня и определяла мою личность в описываемый период времени. Эти песни стали саундтреками моей жизни.
Это лишь некоторые – иногда довольно нехитрые – из тех композиций, мелодий и текстов, что помогли мне совершить то, чего я добился, и стать тем, кем я являюсь.
К концу этой книги вы, таким образом, ознакомитесь с целой фонотекой, оказавшей ошеломляющее и глубокое влияние на всю мою жизнь – начиная с Элвиса и заканчивая iPod. Вне сомнения, это был золотой век музыки. Голоса же моих друзей и знакомых, которым я даю слово в конце глав, предоставят другую точку зрения на то, что происходило в это удивительное время.
Я знаю, что вам любопытны мои отношения с Мэрайей, Майклом, Брюсом и Билли Джоэлом… и еще многими великими артистами этого золотого века, который больше уже не повторится. Я коснусь и этих тем.
Может быть, вы интересуетесь тем, на что было похоже создание звезд до того, как стало возможным просто выпустить песню и распространить ее через YouTube.
Или тем, как начался «латиноамериканский бум». Или тем, что случилось, когда с появлением Napster монополия на распространение музыки была отнята у исполнителей и звукозаписывающих компаний. Я чувствовал приближающиеся потрясения, и в то время у нас было множество планов по реструктуризации, включая попытку работать вместе с Apple на острие цифрового прогресса, – и, возможно, вам будет интересно знать, почему этого не случилось. И об этом я тоже напишу.
За те пятнадцать лет, в течение которых я возглавлял Sony Music, было продано 8 миллиардов компакт-дисков и аудиокассет. С моей стороны понадобятся некоторые разъяснения, чтобы понять стратегии, которые мы использовали в тот период для того, чтобы достичь показателя в 65 миллиардов долларов прибыли.
Но мои слова не будут иметь смысла, если вы вместе со мной не прогуляетесь в то место, где я впервые услышал музыку, – в Бронкс. Так что мой рассказ начнется на пересечении Сто восемьдесят седьмой улицы и Артур-авеню.
“Only You (And You Alone)”
“Rock around the Clock”
“Sincerely”
“Cherry Pink and Apple Blossom White”
“Maybellene”
“Bo Diddley”
“Tutti Frutti”
“Earth Angel”
“Folsom Prison Blues”
“Hound Dog”
“Don’t Be Cruel”
“Heartbreak Hotel”
“Love Me Tender”
“The Great Pretender”
“Memories Are Made of This”
“Why Do Fools Fall in Love”
“Blueberry Hill”
“My Prayer”
“I Walk the Line”
“Please, Please, Please”
“In the Still of the Night”
“I’m Not a Juvenile Delinquent”
“Oh What a Nite”
“To Be Loved”
“Blue Christmas”
“All Shook Up”
“Jailhouse Rock”
“You Send Me”
“Wake Up Little Susie”
“Bye Bye Love”
“Diana”
“All the Way”
“Whole Lotta Shakin’ Goin’ On”
“Great Balls of Fire”
“Searchin’ ”
“Peggy Sue”
“Silhouettes”
“Come Go With Me”
“I’m Walkin’ ”
“Rock ’n’ Roll Music”
“That’ll Be the Day”
“I Wonder Why”
“Johnny B. Goode”
“At the Hop”
“Get a Job”
“Sweet Little Sixteen”
“A Lover’s Question”
“Rockin’ Robin”
“Tears on My Pillow”
“Tequila”
“It’s Only Make Believe”
“All I Have to Do Is Dream”
“Twilight Time”
“One Night”
“You Are My Destiny”
“Yakety Yak”
“Splish Splash”
“Fever”
“Little Star”
“Lonely Teardrops”
“Good Golly, Miss Molly”
“16 Candles”
“One Summer Night”
“Stagger Lee”
“Smoke Gets in Your Eyes”
“Mack the Knife”
“Maybe Baby”
“Witchcraft”
“Wear My Ring around Your Neck”
“Put Your Head on My Shoulder”
“It’s Just a Matter of Time”
“What’d I Say”
“Charlie Brown”
“Poison Ivy”
“Dream Lover”
“A Teenager in Love”
“There Goes My Baby”
“Sorry (I Ran All the Way Home)”
“Personality”
“Don’t You Know?”
“Since I Don’t Have You”
“Lavender Blue”
“What a Diff’rence a Day Makes!”
“I’m Sorry”
“It’s Now or Never”
“The Twist”
“Only the Lonely”
“Where or When”
“Walk, Don’t Run”
“Chain Gang”
“Let It Be Me”
“Beyond the Sea”
“Please Help Me, I’m Falling”
“Harbor Lights”
“Let the Little Girl Dance”
“Georgia on My Mind”
“Step by Step”
“Doggin’ Around”
“Money (That’s What I Want)”
“Short Fat Fannie”
“So Fine”
“Will You Love Me Tomorrow”
“Save the Last Dance for Me”
“Shop Around”
“At Last”
“He Will Break Your Heart”
“Stay”
“Finger Poppin’ Time”
“This Magic Moment”
“Are You Lonesome Tonight”
“A Fool in Love”
“Angel Baby”
“Tonight’s the Night”
“Bye Bye Baby”
“Lonely Teenager”
“Alley Oop”
“Stand by Me”
“Crazy”
“The Wanderer”
“Runaround Sue”
“Crying”
“Hit the Road Jack”
“Quarter to Three”
“Running Scared”
“Please Mr. Postman”
“Can’t Help Falling in Love”
“Blue Moon”
“Duke of Earl”
“Mother-in-Law”
“Unchain My Heart”
Прелесть посещения Артур-авеню состоит в том, что она всем готова раскрыть объятия и располагает к себе даже тех, кто там прежде никогда не бывал.
Подростки больше не напевают ду-воп на углу, а во всех ресторанах и барах теперь висят плоские телеэкраны. Но, не считая этого, Артур-авеню мало изменилась с тех пор, когда я был ребенком.
Лавка мясника. Пекаря. Рыбная лавка. Магазинчик пасты. Прилавки с фруктами внутри огромного крытого рынка. Проверенная временем кофемашина в кондитерской Де Лилло. Мало где в Америке можно найти ресторан, вывеска которого повидала пять поколений. Захотелось моллюсков? Их продают со льда свежими прямо на улице – вон там, перед рынком «Козенца». Возьмем дюжину. Попробуйте с соусом из хрена, толики уксуса, лимонного сока и капельки «Табаско». Что я вам говорил? Так лучше всего!
В Casa della Mozzarella сыр для вас достанут прямо из рассола. А каков луковый хлеб у Madonia Brothers! Но помните: его выпекают лишь по субботам. Глядите – вот пиццерия «Полная луна». Когда я был ребенком, именно с этого места мне переставало быть так грустно после похорон. В этих краях пиццерия есть почти в любом квартале, но в каждой готовят чуточку иначе, и это в каждом случае дает вам особую причину заглянуть. Это похоже на музыку.
Артур-авеню одной из первых начала формировать мой вкус – она учила меня узнавать хорошее.
Мы все ходили в церковь Богоматери Кармельской. Те, кто венчался здесь, когда я был ребенком, никогда потом не разводились.
Мои родители прожили в браке семьдесят лет. Это важный факт, ведь именно семья определила мою юность. Музыка гоняла меня по всему миру, и мне повезло повстречаться и поработать вместе с величайшими звездами и влиятельнейшими представителями бизнеса. Но мои успехи часто сопровождались просчетами личного характера, иногда становившимися даже слишком известными широкой публике. Во многих отношениях я потратил значительную часть своей жизни на попытки стать таким человеком, каким был мой отец.
Мой отец, Томас Моттола-старший, был тихим человеком, чьим единственным предназначением в жизни была забота о семье. Я не мог бы и представить себе лучшего отца. Ни для кого не была тайной причина его преданности своим детям, а особенно – мне.
Ведь своего отца мой папа не знал. Все, что у него было, – фотография в рамке, где его отец был одет в итальянскую униформу. Я даже не думаю, что папа смог выяснить обстоятельства смерти своего отца. Мой же отец родился на Бликер-стрит, Манхэттен, в то время, когда экономика страны переживала нелегкие времена. Его брата и сестру забрала к себе добрая женщина, владевшая фермой в Бронксе, – она могла лучше позаботиться о них. Вот так в те времена делалось.
Подростком мой отец посещал школу имени Рузвельта на Фордхем-Роуд. Ему приходилось делать это вечерами, поскольку днем он работал курьером в таможенно-брокерской фирме. Он доставлял на таможню заявки на ввоз импортных товаров. Накопив 750 долларов, он уволился и основал собственную фирму, назвав ее Atlas Shipping. Его контора была воплощением изнурительной бумажной работы. Каждый ящик спиртного, поставленный корпорацией «Сигрем», каждый контейнер с индийской мебелью – все это придирчиво документировалось. Хотя эта работа и не вызывала энтузиазма, она позволяла кормить семью, и неплохо. Каждое утро, как часы, он уходил, и мы с матерью по вечерам часто отправлялись на станцию его встречать.
Его стараниями мы смогли покинуть небольшую квартирку в паре кварталов от Артур-авеню. Сначала мы переехали в таунхаус всего в нескольких милях, на Пэлем-Парквей. Потом, спустя восемь лет, в уютный пригородный дом в тридцати минутах к северу, в Нью-Рошелл, и это для моего отца, должно быть, явилось воплощением американской мечты.
Создание семьи отец не откладывал в долгий ящик. Он встретил мою мать, Лену Бонетти, которую все звали Пегги, когда ей было пятнадцать. Это случилось в Бронксе, в районе Фордхем. Мама тогда хотела стать певицей, но ее отец был человеком строгих правил, чтил традиции и считал, что шоу-бизнес – недостойное занятие для молодой женщины. Когда она рассказала ему о своих планах, он выразил свое отношение к ним, закатив ей пощечину.
Я помню, как сильно моя мать любила петь, но пела она лишь в церкви, когда была еще ребенком. И конечно, дома, в кругу семьи и друзей. Отец умел играть на рояле, а потом научился и на укулеле, тогда как мои дядюшки аккомпанировали на своих гитарах. В выходные гостиную нашего дома наполняли угощения, гости, снова угощения, музыка, угощения, смех и опять угощения. Фундамент брака моих родителей не мог быть более ясным или прочным.
У них также было общее происхождение, так как предки матери происходили из Неаполя и Бари, а отца – из Неаполя и Авеллино. У них была своя церковная община и религиозные традиции. Их объединяла непоколебимая преданность своим детям. Но помимо всего этого и «химии» личных отношений Томаса и Пегги Моттолу объединяли семейные обеды и музыка.
Задолго до меня родители успели обзавестись тремя дочерьми: Джин и Джоан, близняшками, и Мэри Энн. Но отец с матерью всегда хотели мальчика, и мое появление на свет стало для них даром Небес. Крестный отец, которого мне подобрали, мало походил на Марлона Брандо или Аль Пачино. Его звали Виктор Кампионе, и в более юные годы он работал в ФБР. Вот вам и стереотипы…
