Читаем Встреча на Эльбе. Воспоминания советских и американских участников Второй мировой войны онлайн бесплатно

Со страниц этой книги на нас смотрят молодые лица солдат сорок пятого года Великой Победы над жесточайшим врагом всех миролюбивых народов — гитлеровским фашизмом. 25 апреля советские и американские армии соединились в едином порыве в районе города Торгау на берегу Эльбы в самом центре Германии. Это историческое событие венчало нараставшее и успешно развивавшееся на протяжении всей войны боевое содружество государств антигитлеровской коалиции, их сплоченность и их общую решимость добиться окончательной победы над силами ненависти, разрушения и зла.

Подчеркивая историческое значение встречи войск союзников, главы государств антигитлеровской коалиции СССР, США и Великобритании — выступили со специальными обращениями. В Москве был дан салют двадцатью четырьмя артиллерийскими залпами из трехсот двадцати четырех орудий.

А на Эльбе между тем продолжались волнующие и радостные встречи воинов двух армий. Дружеские рукопожатия, братские объятия это был поистине звездный час в жизни сотен и тысяч воинов союзных армий. Люди, которых разделяли идеологии, языковой барьер, были охвачены чувствами человеческого братства и единства устремлений к миру.

И сегодня, спустя несколько десятилетий, советские и американские ветераны не могут забыть атмосферу искренности тех дней. Воспоминания участников встречи на Эльбе (некоторых из них уже, к сожалению, нет с нами) легли в основу этой книги. Ряд материалов написан специально для этого издания, другие много лет назад. Среди авторов генералы и рядовые, писатели-профессионалы и люди, впервые взявшиеся за перо. Естественно, что их воспоминания в чем-то повторяются, а в чем-то отличаются друг от друга. Однако всех авторов объединяет одно все они прошли огонь войны и искренно поведали о том, что помнят, что пронесли через всю жизнь. Годы могут стереть из памяти малозначительные детали. Но главное осталось навсегда — Клятва, данная тогда, в апреле 1945-го: всемерно крепить дружбу между народами СССР и США, не допустить возникновения новой войны.

Тернистым был путь солдат 1-й американской армии от Нормандии до Эльбы. Еще более длинной и кровопролитной была дорога к Эльбе подразделений Красной Армии от Сталинграда. Встретившись в апреле 1945 года как боевые соратники, воины двух армий остались верными друзьями и в мирные дни. Целью их жизни стала борьба за самое дорогое для всего человечества мир на Земле.

Генерал Д. Эйзенхауэр в своей книге «Крестовый поход в Европу» писал, что война существенно сблизила народы наших стран и что этим следует дорожить и никогда не забывать… К сожалению, по разным причинам, объективным и субъективным, советско-американские отношения после второй мировой войны часто омрачались, обострялись. Но даже в самые трудные времена «холодной войны» советские и американские ветераны встречи на Эльбе оставались верны своей дружбе и своей Клятве, которую впервые дали на Эльбе в 1945-м и повторили там же в 1985-м: «Во имя памяти павших на полях сражений и ушедших из жизни и от имени их потомков преградить путь войне!»

Семен КРАСИЛЬЩИК

Через два дня после встречи американских и советских войск в сердце фашистской Германии, в речи по радио, посвященной этому историческому событию, президент США Гарри Трумэн сказал: «Народы, которые могут вместе разрабатывать планы и вместе сражаться плечом к плечу, перед лицом таких препятствий расстояния, языка и затруднений связи, какие преодолели мы, могут вместе жить и вместе работать в общем деле организации мира для мирного времени».

Выпуск в свет книги «Янки встречают красных»[1] очевидное свидетельство того, что слова, сказанные более 40 лет назад, так же справедливы, как и в те годы. Дух встречи, возникший в 1945 году, дух Эльбы, сыграл решающую роль в создании этой книги. Он объединил бесчисленное количество людей, представляющих разные страны и различные идеологии, людей из Москвы и Монтерейя, Армавира и Торгау, Колки и Чикаго. Как и полагается союзникам, они с успехом преодолели расстояние и языковой барьер, чтобы поведать нам о своей первой встрече.

Большинство наших американских авторов наверняка скажут, что они самые обычные люди. Среди них водитель такси, страховой агент, вышедший на пенсию врач, писатель, владелец магазина мужской одежды, бывшие военные корреспонденты. Время идет, но эти мужчины и женщины живо помнят тот день, когда они впервые пожали руки русским, когда вторая мировая война подходила к долгожданному концу и многие думали, что прочный мир не за горами.

Именно эти вполне обычные люди и еще многие, подобные им, и есть подлинные герои этой удивительной истории. Некоторые из них писали свои воспоминания, сидя в современных офисах и пользуясь персональными компьютерами. Другие — за кухонным столом карандашом на листах из блокнота. Один из авторов признался: «Я пишу довольно плохо, но уж для такого случая постараюсь». Другой извинялся: «Простите, что получилось так много. Но мне просто надо было написать все». Некоторые записывали свои воспоминания на диктофон. Удивительные получились рассказы! Их герои — славные люди — разделены таким количеством разного рода барьеров, что их общение поначалу кажется невозможным. Несмотря на препятствия, они, как мы видим, в конце концов нашли общий язык. Разве не похожи они чем-то на глинистые берега Эльбы, связанные полуразрушенными, но до конца не сметенными мостами? В рассказах очевидна взаимосвязь противоположностей Восток и Запад, друг и враг, американцы и русские.

Все, к кому мы обратились с предложением написать что-нибудь для книги «Янки встречают красных», приняли его не раздумывая. Энтузиазм возрос, когда они узнали, что в издании примут участие также советские ветераны и мэр города Торгау. Я верю, такого рода бескорыстное международное сотрудничество и подтверждает наличие огромных резервов доброй воли у миллионов людей во всем мире. Как написал один из наших ветеранов: «Я верю, что наступит такое время, когда нас не будут делить на русских, американцев, немцев и так далее, а будут говорить просто о людях. Это случится, когда дух братства возобладает на берегах Эльбы, Волги, Миссисипи и всех друг их рек на нашей планете».

Марк СКОТТ

Наступление 1-го Украинского фронта успешно развивалось. Танковые армии генералов Рыбалко и Лелюшенко и общевойсковые армии правого крыла и центра ударной группировки фронта вели стремительное наступление на север, на Берлин.

Наша 5-я гвардейская армия получила новое, более северное направление наступления. Обстановка восточнее Дрездена осложнилась. Немцы наносили удар по тылам главной группировки фронта с юга. Это было опасно. Для отражения контрнаступления противника A.C. Жадов перебросил с правого фланга армии корпус Родимцева и танковый корпус Полубоярова, прежнюю полосу действий которых заняла 118-я стрелковая дивизия генерала Суханова, вновь вошедшая в состав 34-го гвардейского стрелкового корпуса.

Я выехал к командиру 118-й дивизии генералу Михаилу Афанасьевичу Суханову, чтобы уточнить задачи дивизии и ориентировать его на случай возможной встречи с американцами.

Командарм приказал главным силам 118-й и 58-й дивизий Эльбу не форсировать, а вести лишь активную разведку на западном ее берегу. При необходимости же действовать по обстановке, но немедленно докладывать ему. Американцы должны были оставаться на рубеже реки Мульде, что в 30–40 километрах западнее Эльбы. Перед дивизией Суханова противника практически уже не было. Оказывали некоторое сопротивление группы или части, оставшиеся в лесах у нас в тылу и прорывавшиеся к своим. 58-я дивизия генерала Русакова своим правым флангом выходила к городу Торгау. 15-я дивизия генерала Чиркова вместе с кавалеристами корпуса генерала Баранова, преследуя отходящего противника, форсировала Эльбу и захватила плацдарм на западном берегу, в районе города Риза.

Таким образом, корпус 23 апреля занял весьма широкую, километров 70 по прямой линии, полосу от изгиба Эльбы у города Эльстера, восточнее Виттенберга, до города Риза, имея две дивизии по восточному берегу Эльбы, а одну, 15-ю, на плацдарме, где она вела тяжелые бои западнее и южнее Ризы.

Весь день я провел на колесах. От Суханова поехал к Русакову.

— Как дела, Владимир Васильевич? — спросил я Русакова, поздоровавшись с ним и находившимся тут же начальником политотдела дивизии Иваном Ивановичем Карповичем.

— Все три полка выходят на Эльбу. Перед дивизией противника почти нет, — ответил он. — А вот тылы наши воюют. Только что сообщили, что какая-то группа немцев напала на наш медсанбат. Целая война там часа два шла.

— Ну, отбились медики? — спросил я.

— Отбились! Жаль, врача одного ранили, хороший доктор. Выручила, как сообщили, команда выздоравливающих. Там у нас человек восемьдесят, наверное.

— Да, тылам нашим достается, — покачал головой Карпович.

— А вы знаете, — перешел я к делу, — не исключено, что нам предстоит встретиться с американскими войсками.

Я сообщил все сведения, полученные от командарма, дал сигналы опознавания, предупредил, чтобы были внимательны ночью, если придется открывать огонь, особенно артиллерийский.

— Вдруг по американцам ударите вместо немцев. Что тогда будет? — полушутя-полусерьезно спросил я.

Мы тщательно обсудили все детали и возможные варианты.

— Владимир Васильевич, — посоветовал я, хорошо бы подобрать самых опытных и грамотных разведчиков на тот берег. Может быть, есть знающий английский язык? Обязательно с ними пошлите. А вас, Иван Иванович, — обратился я к начальнику политотдела дивизии, — прошу разъяснить всем красноармейцам и офицерам значительность того исторического события, свидетелями, а может быть, и участниками которого мы скоро будем.

— Лишь бы именно на нас вышли союзники, — сказал Русаков. — В грязь лицом не ударим! Глядишь, и действительно в историю попадем!

— Смотрите в другую «историю» не попадите, — предупредил я. — Максимум внимания во всем и ко всему. — И, прощаясь, добавил: — Будут искать, скажите, поехал к Чиркову, а лучше сообщите, где я, Миттельману, в штаб корпуса.

Машина понеслась в расположение дивизии Чиркова, откуда доносилась канонада, а я размышлял над последними фразами разговора. История. Историческая встреча. Кто из нас, защищая родную Москву, в битвах за Сталинград, на Курской дуге и в других сражениях думал, что участвует в событиях действительно исторического значения? Тогда об этом просто не думалось, мы выполняли свой солдатский долг, присягу на верность Родине, приказ своего командира. А оказывались непосредственными участниками исторических событий, которые были действительно поворотными пунктами Великой Отечественной войны, успехами не только стратегическими, но и крупными политическими, оказывающими влияние на соотношение сил воюющих коалиций, на всю мировую политическую атмосферу того или иного периода.

Но встреча с союзниками по второй мировой войне, в частности с армией США, уже тогда всеми нами ожидалась как событие исторического плана, как важный не только военный, но и политический акт, приближающий победоносное окончание войны. Предстоящая встреча разрезала весь стратегический фронт немецко-фашистской армии на две изолированные группировки: северную, где еще судорожно, но яростно оборонялся Берлин, в подземельях которого задыхался в предсмертной агонии Гитлер, и южную, которой руководил фельдмаршал Шернер, позже не подчинившийся решению о безоговорочной капитуляции фашистской Германии и продолжавший сопротивление в Чехословакии даже после Дня Победы.

Вскоре мы добрались до командного пункта генерала Чиркова.

— Семь сильных контратак отбили уже, — доложил П.М Чирков, — но держимся. Прошу усилить дивизию противотанковой артиллерией. Было бы спокойнее.

— Петр Михайлович, помощи не ждите. Вы знаете о контрударе немцев восточнее Дрездена. Там сейчас главное для командарма, а просить у него помощи я не буду. Совестно.

Уточнив обстановку и задачи дивизии, дав некоторые советы, я отправился на свой командный пункт, находившийся километрах в двадцати пяти восточнее Торгау.

Добравшись «домой», я узнал, что из штаба фронта приехали корреспонденты «Красной звезды». Один из них, Константин Симонов, хотел встретиться со мной лично.

— Скляров, — сказал я адъютанту, — приглашай сразу. Можем быть, и поужинаем вместе.

Вскоре появился высокий, стройный и подтянутый подполковник. Константин Симонов уже был широко известен как талантливый и разносторонне одаренный литератор: поэт, очеркист, писатель, драматург. Но, разумеется, не так, как теперь, когда за его спиной добрых четыре десятилетия большой творческой работы, десятки произведений, нашедших признание у миллионов людей как у нас в стране, так и за рубежом, активная общественно-политическая деятельность. Однако тогда уже был написан роман «Дни и ночи», особенно близкий и дорогой каждому, кто участвовал в защите Сталинграда, и тогда расхватывались томики его стихов, и тогда шли в театрах нашей страны его рожденные горячей любовью к Родине пьесы.

Мы пожали друг другу руки. Рука писателя-солдата была мягкой, но сильной.

— Я слышал, товарищ генерал, что вы выходите на американцев? — спросил он, немного грассируя.

— Не исключено, — усмехнулся я.

— И когда же этого можно ждать?

— Да уже ждем. Может, сегодня, а может, завтра…

— Сегодня-то вряд ли, — усмехнулся Симонов, глядя на посиневшие окна. — Ночь уже скоро.

— И то верно, — поддержал я его. — Давайте-ка ужинать, Константин Михайлович. Утро вечера мудренее. Авось поутру новости будут. Объявятся, может, наши союзники…

Около четырнадцати часов 25 апреля генерал Русаков доложил, что в тринадцать часов тридцать минут в районе Штрелы (четыре километра северо-западнее Ризы) гвардейцы 6-й роты 175-го гвардейского стрелкового полка во главе с командиром роты старшим лейтенантом Г. Голобородько встретили группу военнослужащих, следовавшую с запада. Как выяснилось, это были разведчики 69-й пехотной дивизии 1-й армии США, которыми командовал лейтенант Котцебу.