Читаем Измена. Ты нас предал (СИ) онлайн бесплатно

Пролог

Говорят, любить можно лишь раз за всю жизнь.

Любовь — это дар свыше.

И если она настоящая, разлюбить невозможно, невзирая ни на какие трудности между влюбленными.

На стенах приглушенный свет.

Легкий ветерок еле слышно колышет вуальную тюль.

В комнате прохладно, но моя кожа пылает жаром.

Я слышу его шаги из ванной, и волоски на руках встают дыбом. Мое тело дрожит и требует ласки. Я больна им. Моим мужем. Я схожу с ума от тоски по нему. Он постоянно находится в разъездах. И от этого наши встречи особенно долгожданны и трепетны. Но сегодня особенный вечер. Сегодня он узнает, что скоро станет папой. Что я ношу под сердцем нашего ребенка, зачатого во взаимной любви и горячей страсти. Наш ребенок. Плод нашей любви. Наша кровиночка. От одной мысли на лице появляется улыбка и по телу разливается нежное тепло.

Подходит сзади, проводит ладонью по моему животу, прижимается к моей попе всем своим естеством. Мурашки пробегают по позвоночнику. Я выгибаюсь ему навстречу, еще больше трусь о тяжелый член. Завела руку назад и нежно провела по твердому стволу.

Он прерывисто вздыхает и касается губами моей шеи, ведет руку под кружево сорочки, стягивая крошечные трусики за тонкие резиночки.

Опустился передо мной на колено, отбросил белье в сторону и нежно улыбнулся, смотря на меня снизу вверх.

— Потрясающий ракурс, малыш, — с хрипотцой говорит он, поднимается, ведя руками по моим ногам снизу вверх, задирая на мне шелк. Взял руками мое лицо, и возбужденно шепчет, — Как же я хочу тебя, Ни-ка.

Поддел сорочку и нетерпеливо снял ее с меня, продолжая жадно покрывая мое лицо, шею, плечи поцелуями, оставляя мокрые дорожки.

Шелковое белье полетело на ковер, муж обвел руками мою грудь, слегка сжимая ее.

Мысли путались, мое тело отвечало на его искусные ласки. Разгоряченная кровь текла по моим венам, бросая в жар. Любимый подхватывает меня на руки и несет на кровать. Аккуратно кладет и какой-то момент просто молча смотрит на меня. Непривычно задумчив сегодня.

Я поднимаюсь на локтях и раздвигаю ноги, облизываю губы. В глазах обоих огонь, дыхание тяжелое, кожа горит, низ живота до боли сжимает в желании слиться в единое целое.

— Иди ко мне, — голос срывается, и я тяну руки к нему, чуть не сорвалось с языка «будущий папочка», но вовремя осеклась.

Эту приятную новость я оставила на десерт. После акта любви, когда оба, изможденные мы будем лежать на кровати, обнявшись, я посмотрю в его серые глаза и робко сообщу: «Артем. Я беременна.»

И буду впитывать его реакцию. Как он обрадуется и с новой силы будет меня целовать и крепко обнимать. От одной этой мысли мурашки по коже. Боже, как я счастлива. Так счастлива, что готова плакать. И скоро это счастье испытает и муж.

Артем навис надо мной, пристроившись между ног. В его глазах прыгали чертята, а меня еще больше возбуждал тот факт, как сильно я его зажигаю.

Его губы накрыли мой сосок, я откинула назад голову и тихо застонала, выгибаясь ему навстречу в немом призыве. Перешел ко второй груди, обвивая языком круги вокруг твердой горошины. Рукой провел между моих ног. Подхватил меня под попу и резко вошел одним толчком.

Я схватилась ногтями за его плечи, оставляя глубокие следы на его коже. Извивалась и подавалась ему навстречу. Волна дрожи нарастала все больше и больше, а он двигался все быстрее и быстрее.

Закричала под ним, накрываемая волной оргазма. Мое тело словно расщепило на мелкие атомы и наступила сладкая расслабленность. Время застыло. Ничего вокруг не существует. Только я и он. И влажные удары нашей плоти, наших потных тел. Еще один сильный толчок, муж издал глухой рык, я всхлипнула и почувствовала, как он пульсирует внутри меня.

Он медленно поднимается передо мной и наклоняется к тумбочке, чтобы взять сигареты и зажигалку. Нам нужно в душ, но он закуривает, выдувает дым в потолок и молча смотрит на меня, с прищуром.

— Ника, — еще тяжело дышит, крепкая грудь поднимается и опускается. Лицо серьезное, и даже холодное. — Нам нужно с тобой поговорить.

Подошел к шкафу, достал полотенце и одной рукой медленно протер мои бедра и между ног. А я ничего не понимала. Еще не отошла от горячего секса, а тут такой резкий переход.

Я села на кровать и подтянула к себе простынь. Почему-то захотелось прикрыться. Тон мужа и его слова не сулили ничего хорошего.

— Что-то случилось, Артем? — дрожащими губами спросила я, наблюдая за ним. А он прячет глаза и курит, скидывая пепел в хрустальную вазочку у кровати.

Сделал долгую затяжку и затушил сигарету, тяжело вздохнул, поправил волосы назад, и глядя мне в глаза, ответил.

— У меня есть сын и вторая семья.

Я сморщила лоб. Чего?

— Вторая семья? Ты о чем? — я начала подниматься с кровати, продолжая придерживать простынь на груди. Подошла к нему близко и посмотрела в глаза. — Что еще за вторая семья, Артем? Я твоя семья, я и ты!

Голова начинала кружиться. Это какой-то страшный сон. Или чья-то злая шутка.

— Ника, — он взял меня крепко за предплечья и повторил. — Я больше так не могу. Смотреть тебе в глаза и молчать. Видеть, как ты ни о чем не догадываешься, и лететь к ним, быть с ними. Пока ты здесь.

— Я ничего не понимаю, — завертела я головой.

— Ребенок. Ему один год. Я узнал о нем не так давно. Но он мой. Моя кровь. И я его не могу оставить. Ты ведь мудрая, все понимаешь. И это поймешь.

Сын. У него есть сын. Мы три года в браке. А у него годовалый сын. Он изменил мне. Был с другой женщиной. Занимался с ней любовью. От этой мысли, как он прикасается к ней, целует ее, под ногами пол зашатался.

Мой токсикоз снова вернулся. Я ведь ему всю душу отдала, все сердце, я ведь ему была верна. Любила его, как сумасшедшая и ждала. И сейчас люблю. Я ведь под сердцем его ребенка ношу. О котором он еще не знает.

— Ты говорил про вторую семью. Значит, не только сын?

— Не только, — обреченно ответил он, продолжая держать меня, а я злобно сбросила его руки с себя. Отошла в сторону и заплакала, хватаясь за волосы. — Мама моего ребенка. Они моя вторая семья. Там у меня семья, ребенок. Здесь ты. Звучит бредово, но я не готов вас терять. Никого.

Он словно резал меня изнутри своими словами. Он не просто изменил мне. Он продолжал ездить к ним, спать с ней. Пока я тут жду его. Он испытывает к ней чувства. Любит ее.

— А я? Кто я в твоей бурной жизни, Артем? — я ревела навзрыд и трясла перед ним руку, на которой блестело обручальное кольцо на безымянном пальце.

— Ты моя жена, Ника. Я люблю тебя, — он заходил по комнате кругами, схватившись руками за голову, а я уже ничего не понимала, какая такая любовь, когда изменил и продолжает это делать. — Я не могу тебя потерять, малыш. Ты моя жена. Но и их я люблю. Они дорогие мне люди. Родные.

Мой телефон завибрировал на столике у кровати.

Дрожащими ногами я подошла и нажала на пришедшее СМС. Открылось фото девушки, красивая брюнетка, с размазанным макияжем и в разорванной одежде, крепко держит на руках маленького мальчика и плачет.

И текст под фото:

'Любовница твоего мужа у меня, Вероника. И ее судьба в твоих руках.

Я говорил, что могу тебе дать гораздо больше, чем просто подарки)).'

Голова дико закружилась. Вторая семья. Любовница. Подарки. Ее судьба в моих руках. Я не выдержу этого. Мой ребенок. Мой бедный ребенок. Он ведь ни в чем не виноват.

Почувствовала резкую боль внизу живота. Выронила телефон. Тело меня уже не слушалось, я начала оседать на ковер. Последнее, что я увидела: как Артем подхватывает меня, а в его глазах — застывший ужас.

Затем наступила темнота…

1

Пол года назад.

— Вероника, ты употребляла наркотики?

— Никогда, — с вызовом ответила я, скрестив пальцы рук перед собой.

Спрашивается, и какого черта меня сюда занесло? Лучше бы поехала в клуб с Ритой. Сейчас танцевала, отдыхала по — полной и не видела бы эти занудные физиономии с их хитро выдуманными вопросами. Ну, зачем я повелась на уговоры Дениса и согласилась на участие в передаче? Только потому, что его тоже пригласили. Меня тоже приглашали, но я отказалась. Сначала. Не люблю подобные передачки, где обсасываются чьи-то проблемы, копошатся в грязном белье и открывают шкафы со скелетами. У каждого есть право на тайны, на свое личное.

И есть много других тем, гораздо выше всего этого. Но обсуждать искусство, музыку и книги не так интересно людям. К сожалению. Спрос рождает предложение. И наше телевидение испещрено такими вот низко моральными передачами, потому что их любят смотреть.

— А как ты относишься к наркоманам? Наверняка в твоем окружении есть люди, которые употребляют? — назойливый ведущий надеялся вытянуть из меня то, что было скрыто от других.

— Среди людей, приближенных ко мне, нет тех, кто принимает наркотики.

— На самом деле, Ника лукавит. Теперь нам следует задуматься над правдивостью остальных ее слов, — вмешался в разговор, взъерошенный «желтый» репортер Федор Голубев, который считал святым долгом вторгаться в скрытые уголки личной жизни звезд, особенно те, что они скрывали наиболее тщательно.

— Ни для кого не секрет, что Вероника около трех лет замужем за солистом и гитаристом группы «Лабиринт» — Артемом Коршуновым. И «Коршун» не раз признавался, что употреблял наркотики. Он не стесняется этого, доказывая присутствие запрещенных веществ в их жизни текстами песен и безбашенным поведением. Он и его коллеги по группе спокойно выходят на сцену в состоянии алкогольного опьянения, курят, ругаются матом и плюют на общественное мнение. Их поведение перешло все мыслимые и немыслимые моральные границы.

— Ника, получается, ты скрываешь тот факт, что Артем Коршун наркоман? — поддержал репортера ведущий, наигранно взглянул в одну из камер для смены плана по периметру студии. Настоящий актер и каждое его слово, каждый жест направлен исключительно на собственную славу и привлечение к себе внимания. — И мы задавали вопрос о наркотиках, не потому что не знаем правду, а потому, что рассчитываем на честность с твоей стороны.

— Я ответила, что в данный момент в моем окружении нет людей, употребляющих наркотики. Сейчас Артем чист и их не употребляет.

— То есть? Коршун все же был наркоманом? — вмешался Голубев. В широко раскрытых глазах горел огонь триумфа — он получил желаемое. Он разоблачил меня. — Вы это подтверждаете?

— Я не буду отвечать на этот вопрос, — я повернулась к репортеру и посмотрела на него так, что он засмущался и отвел взгляд. — А вам, господин Голубев, я посоветовала бы побриться, умыться и заняться личной жизнью, вместо того чтобы лезть в чужую.

— Вы знаете, я… заметил удивительную тенденцию, — задумчиво и, глядя вверх, заговорил репортер. — Вероника сильно изменилась. Скромная и наивная девочка, приехавшая в столицу, превратилась в дерзкую женщину, которая всем хамит. От журналистов до известных людей. Она не стесняется в выражениях, поливает грязью соперницу, Арину Золотову. Налицо негативное влияние Коршунова. И боюсь, что если так пойдет дальше, то и до наркотиков не далеко. Пару дней назад я общался с Ариной, и она сказала, что болезненно переживает эту ситуацию с Вероникой. Ей пришлось обратиться за помощью к психологам.

— Ее переживания, не больше, чем очередной спектакль драмы… это она развязала войну, — с пренебрежением в голосе, ответила я, начиная заводится. — Она оскорбила Артема и приписывала мне то, чего не было и быть не может. Ни в одном интервью она не забывает обо мне. Поливает грязью. — Я уставилась на Голубева, который, не ответив, лишь поправил огромные очки. — Она делает мне черный пиар, пытаясь опустить в глазах публики и за счет этого подняться самой. Я сделаю все, чтобы она заткнула свой грязный рот. Я не могу молчать, когда оскорбляют моих близких. И да, меня этому научил Артем. И я люблю его, потому что он настоящий. Не фальшивый, как многие в этом шоу-мире.

— Погодите-ка! Все знают кто такая Золотова! Арина занимает определенное положение в поп-культуре. И если она кого-то не возлюбит, ее все всегда поддержат. Но разве это справедливо? Она заведомо права, изначально. Не взирая ни на что! — Денис почти подпрыгнул в кресле, так был заведен от происходящей вакханалии в студии.

В зале наступило настороженное молчание. Кто-то из зрителей начал кричать «Правильно! Долой дедовщину! Дорогу молодым!». Голубев опустил голову, думая, что на это ответить, Дэн засмеялся и захлопал с гордой улыбкой на лице.

— Но сейчас Арина только отбивается от твоих обвинений, — осенило Голубева. — Я буквально вчера брал у нее интервью, и она призналась, что устала от твоего хамского поведения и надеется, что ты оставишь ее в покое. Я передаю дословно. Тогда невольно появляется вопрос — если ты, как выразилась, «плевать на нее хотела», кстати, слова весьма грубые, по моему мнению, артистка твоего уровня не имеет права так выражаться, то почему ты продолжаешь ее цеплять и оскорблять?

— Не я первая это начала, и это ей урок, чтобы следующий раз в ее голову, больше не приходила мысль клеветать на меня и моих близких. А Вас, господин Голубев, я сильно разочарую: я не намерена прощать вашу любимицу Арину. Она этого не заслуживает.

Преследование делает и мудрого безумным.

Вальтер Скотт

— Чтобы я еще повелась на твои уговоры! — за кулисами я решила высказаться Денису по дороге в гримерку.

— Да ладно тебе, Ника! Даже смешно было наблюдать за этим цирком. — улыбнувшись, Дэн щелкнул пальцами и открыл передо мной дверь, пропуская меня вперед. Здесь, сидя на диване, меня ожидал мой водитель.

— Создается впечатление, что против меня ополчился весь российский шоу-биз. Только что я им сделала? Не знаю.

— Ты сама говорила, что это больше инициатива твоего лейбла.

— Да, они подхватили то, что я не стала молчать и ответила Арине на оскорбления моего мужа. И раздули это недоразумение до состояния войны. Я бы уже хотела закрыть эту тему. Очень. Но похоже лейблам ее и моему этот конфликт только на руку.

— Естественно. Это все пиар, детка. Но ты молодец. Ты первая осмелилась разворошить старое осиное гнездо, в глаза высказала что и о ком думаешь. Они привыкли к лести, к тому, что им целуют руки и им поклоняются. А ты идешь против системы, не пресмыкаешься перед ними. Вот они и бесятся.

В комнату постучались. Мой водитель отложил книжку и поправил брюки. Дверь открылась и на пороге нарисовался мой давний «знакомый». Вернее, тот, кого я однажды встречала и очень не хотела видеть снова. Все почему-то считают, что я у меня есть охрана. Это даже смешно. У меня есть только шофер, который везде старается быть рядом. Но он может помочь уберечься от сумасшедших фанатов, от «птиц» покрупнее и со связями охрана не поможет, тем более мой водитель.

Молодой мужчина в синем строгом костюме, едва заметно улыбнулся. За ним вошли два крепких парня с большим букетом красных роз и пакетами с подарками с броскими логотипами, чтобы сразу дать понять, что там внутри. Вот кто мог бы защитить меня от любого, но увы эти крепыши были по другую сторону баррикады от меня, куда я точно переходить не собиралась.