Читаем Евреи в войнах тысячелетий. Очерки военной истории еврейского народа онлайн бесплатно

«Военная история еврейского народа» — такое словосочетание у многих вызовет недоумение. Принято думать, что военная история еврейского народа закончилась разгромом восстания Бар-Кохбы. А в остальные века н. э. евреи военным делом не занимались: постоянные унижения, изгнания, истребление превратили их в непротивленцев, пораженцев и трусов: народ с таким менталитетом не мог сражаться с оружием в руках, служить в армии, совершать геройские подвиги и командовать войсками.

Однако история последних девятнадцати столетий опровергает такое представление о евреях. Имеются достоверные свидетельства о существовании еврейских государств в Азии и Африке, население которых отважно защищало свою независимость. Многочисленные и мощные еврейские общины на протяжении столетий упорно боролись за свою свободу. Наконец, евреи в некоторых государствах первого тысячелетия н. э. составляли правящую олигархию, в том числе — военную, из них формировались элитные войсковые части, в битвах они демонстрировали отвагу и военное мастерство.

В средневековых Европе и Азии до конца XVIII столетия евреев, как правило, не допускали в вооруженные силы. Но и в те времена, когда случалось евреям участвовать в обороне стран, где они проживали, евреи сражались отважно и умело. В последующем за тем периоде еврейской эмансипации в Европе и Северной Америке евреи уже широко участвовали в военных действиях. Даже в царской России, где их унижали и теснили более всего, они не раз демонстрировали отвагу и мужество в войнах, которые она вела. Так было в крымскую кампанию, в русско-турецкой и японской войнах. Так было и в Первой мировой войне.

А уж Вторая мировая война была тем временем, когда евреи-солдаты и евреи-командиры проявили величайшую отвагу и высокое военное искусство в боях с врагами своего народа — немецкими нацистами, их союзниками и прислужниками.

Так что боевая доблесть израильских воинов нашего времени является естественным продолжением героического военного прошлого еврейского народа, его многовековых боевых традиций.

Тем не менее о четырех тысячелетней военной истории еврейского народа почти ничего не известно. Изредка выходили отдельные издания, посвященные евреям-воинам стран Запада. Издавались они ничтожными тиражами, на другие языки, как правило, не переводились, стали библиографической редкостью. Но ни в одной стране до сих пор не вышло книги, в которой военная история еврейского народа рассматривалась бы обобщенно, на всем своем почти четырех тысячелетнем протяжении.

И вот такая книга перед вами — первая книга, в которой сделана попытка осветить военную историю еврейского народа во все времена и во всех государствах.

Ее написал Марк Штейнберг, в прошлом — кадровый офицер, отдавший большую часть жизни службе в вооруженных силах СССР. Он, однако, не новичок и в литературе. Писал и в армии, больше десяти лет после увольнения посвятил журналистике. За четыре года жизни в США М.Штейнберг сумел добиться известности как военный комментатор и военный историк, регулярно выступающий в русскоязычной прессе и на радио Соединенных Штатов.

Автор проделал большую, серьезную работу, изучив множество литературы, документов и архивных материалов на разных языках, ответственно отнесся к достоверности помещенных в книге фактов, цифр и личностей.

Он назвал свою книгу «Очерками военной истории еврейского народа», очевидно, потому, что это не капитальное многотомное академическое исследование. Это — очерки, и читаются они именно как очерки — короткие и живописные описания событий, сражений и войн, в которых принимали участие евреи. Перед читателем проходит большая череда полководцев-евреев, почти неизвестных нам дотоле.

Книга написана в стиле, который наработан за годы журналистской деятельности, а потому читается легко, журналистская манера автора отнюдь не упрощает материал. Приводимые имена, даты, цифры зачастую сенсационны, так как были совершенно неизвестны прежде. Автор преисполнен чувством гордости за боевое прошлое своего народа, и это чувство он горячо и искренне передает читателю. И это — весьма своевременное и нужное дело.

Рост антисемитизма в мире, исламский терроризм и военное противостояние свидетельствуют, что не исключены обстоятельства, когда евреям еще придется взять в руки оружие, чтобы защитить свое государство, свой народ. Для этого необходимы высокий боевой дух, готовность к сражению. Думаю, что книга М.Штейнберга — отличное пособие для воспитания таких качеств именно у тех, кому придется сражаться, — у нашей молодежи, у детей, у внуков. Именно им необходимо прочесть эту книгу. А в том, что старшее поколение ее прочтет и будет не раз перечитывать, я не сомневаюсь.

Книга Марка Штейнберга достойна того, чтобы стать настольной в каждом еврейском доме и быть переведенной на языки тех стран, где сегодня живут евреи.

Анатолий Рыбаков

Импульс к тому, чтобы написать эту книгу, был получен мною еще в начале пятидесятых годов. В ту пору я был командиром взвода, занимавшегося разминированием. И служил в моем взводе Семен Минкин. Сема был маленький, отнюдь не богатырского сложения солдатик, картавый, носатый — типичный еврей в представлении антисемитов.

После войны прошло несколько лет, и земля была буквально нашпигована минами, фугасами, неразорвавшимися снарядами и авиабомбами. Чем больше времени пролежала эта ржавая смерть в грунте, тем опаснее становилась. Мы несли потери, саперы погибали, становились калеками.

Было у нас такое неписаное правило: если попадался особо опасный фугас, мина замедленного действия или ловушка-«сюрприз», я вызывал добровольца, который решался первым подойти к этой страшной находке.

И первым выходил, нет — выскакивал из строя Семен Минкин. Он знал, что я не откажу ему в сомнительной льготе — первому подвергнуться смертельному риску. А то ведь могут подумать, еврей-командир прячет от опасности еврея-солдата.

Но как-то раз я спросил Минкина:

— Скажи, Сема, что ты лезешь на смерть? Тебе жизнь надоела, что ли? Кого хочешь удивить? Разорвет ведь на куски, или калекой останешься.

И он ответил:

— Я не хочу, товарищ лейтенант, чтобы кто-то посмел сказать: смотрите — этот Минкин, этот еврей — трус. Нет, я не трус. И вообще, мы, евреи, не трусы, мы смелые, хорошие солдаты. Это про нас так думают многие, что мы слабаки трусливые. А я знаю — евреи всегда честно и храбро сражались, не хуже других. Пусть меня лучше разорвет на куски, чем кто-нибудь посмеет сказать или подумать, что я, еврей, трус.

И я запомнил на всю жизнь слова этого маленького солдата, у которого было такое мужественное сердце. И я вспомнил о своем отце, тоже офицере, который сражался доблестно и погиб на войне. И про других известных мне евреев-воинов я вспомнил. И стал присматриваться к тем евреям, которые служили рядом, чтобы понять, хорошие ли они воины, храбрые ли солдаты.

А времена были глухие, страшные для евреев. Нас травили — космополиты безродные, врачи-убийцы, как только ни обзывали, устно и печатно. Но командиром нашей дивизии был Герой Советского Союза гвардии генерал-майор Семен Давидович Кремер. Но батальоном нашим гвардейским командовал Аркадий Маркович Гольдин, бывший цирковой борец, на богатырской груди его с трудом помещались заработанные на войне боевые награды. И много было вокруг фронтовиков-евреев, и все мои родственники погибли в боях, и сам я занимался делом не для робких…

Вот с тех пор стал я собирать всё, что удавалось найти о героизме, о мужестве, о боевом мастерстве, о доблести сынов и дочерей моего народа. Трудное это было занятие. Нигде и никогда не встречались мне в книгах, в газетах упоминания о том, что воин, совершивший подвиг, — еврей, что доблестный генерал — еврей. А между тем такие и еще более высокие слова свободно говорили об узбеках, о грузинах или чувашах.

Но и кроме того — как узнать, что речь идет о еврее, если и имя, отчество и фамилия — нетипичные?

Это были нелегкие изыскания. Уже потом, когда я стал офицером более высокого ранга, получил доступ к архивным документам, моя картотека стала пополняться интенсивней. Но всё равно — в ней были почти исключительно советские, разве что российские, воины-евреи.

В 1991 году я стал постоянным жителем США. И в библиотеках Нью-Йорка отыскал множество свидетельств о боевой доблести евреев других стран, других времен. Хотя и здесь, в свободной стране, об этом написано скупо, собрано из других источников мало. Неизмеримо больше — о евреях-ученых, музыкантах, врачах, художниках, писателях, религиозных деятелях.

Но уж совсем не встретилось мне такой книги, где бы сведения о боевой деятельности евреев всех времен были собраны воедино. Может, и есть где-то такая книга, но мне она не попадалась и слышать о такой не довелось.

И тогда я решил написать такую книгу сам. Вот она перед вами. Было бы крайне самонадеянно с моей стороны думать, что я сумею собрать все или большинство таких сведений за всю бездну веков, пройденных моим народом. Вот, понимая, что мои знания отнюдь не полны и весьма фрагментарны, я и назвал эту книгу «Очерки военной истории еврейского народа».

В ходе работы над ней я столкнулся с проблемой, занимавшей немало людей и до меня. Кого считать евреем? К этому вопросу есть несколько подходов. Наиболее древний и четкий: еврей — тот, кто рожден еврейкой. Но как быть, если и в этом случае он сам себя евреем не считает? А таких особенно много было в Советском Союзе, где национальность являлась для человека одной из определяющих характеристик. Она фиксировалась в основных документах, и многие евреи, имевшие возможность уклониться от этого дискриминирующего ярлыка, так и поступали. К примеру, дважды Герой Советского Союза летчик-космонавт Борис Волынов, сын еврейки, который по всем документам проходит как русский.

И я принял для этой книги такое правило: люди, в СССР и в нынешней России по документам и исследованиям числящиеся в евреях, пусть ими и остаются, безотносительно к тому, кем они являются этнически.

Но для других стран, для других времен, правило: «еврей — это тот, кто рожден еврейкой», сохранено нерушимо.

Нацисты ведь не считались с тем, принял ли еврей христианство или стал буддистом. Их интересовали только этнические корни. И только от этих корней зависела жизнь или смерть данного человека.

Поэтому в книге всех выкрестов я отнес к евреям, всех, обращенных в неиудейскую веру, считаю евреями же. «Рожденный еврейкой — еврей» — я придерживался именно этого правила.

Наконец, хочу особо подчеркнуть, что не обольщаюсь насчет полного и абсолютно точного выполнения задачи, которую поставил перед собой. Чтобы рассказать о тысячелетней боевой деятельности евреев, одной книжки явно недостаточно. Каждая глава в ней достойна нескольких книг. Льщу себя надеждой, что эта книга явится первой ласточкой в таком благородном деле как утверждение великой вековой военной доблести нашего народа. Это необходимо для воспитания наших детей и внуков перед лицом грядущих испытаний.

Я глубоко благодарен за советы и поддержку, оказанную мне, выдающемуся русскому писателю, ныне покойному Анатолию Рыбакову.

Я благодарю за присланные в письмах документы и воспоминания, фотографии и сведения, которые я смог использовать в этих очерках, бывших фронтовиков, партизан и тружеников военного тыла, ныне живущих в Соединенных Штатах Америки.

Хочу также поблагодарить жену Ларису, которая была безотказной и добросовестной переводчицей всех использованных для книги документов и материалов не на русском языке.

Марк Штейнберг

В сознании множества людей на протяжении столетий н. э. облик и менталитет евреев никак не сочетался с представлениями о воинском мастерстве, боевой доблести и отваге. И на протяжении этих столетий трудно найти примеры боевых действий еврейских подразделений и отыскать имена отдельных представителей еврейского народа среди военачальников, да и в числе отважных воинов.

По крупицам собирая факты военного мастерства и мужества на поле брани моих соплеменников, я обнаружил, однако, таких фактов множество в различных энциклопедиях, в описаниях сражений, в истории народов и войн. Их оказалось вполне достаточно, чтобы опровергнуть устоявшееся замшелое представление о евреях как о людях, заведомо непригодных ни для службы военной, ни для действий в бою.

Но если говорить о событиях до н. э. и самого ее начала, то история евреев рисуется как почти непрерывная цепь сражений, больших и малых войн за сохранение и расширение пределов своей страны — Израиля. Моисей был первым вождем, осознавшим необходимость военной силы для евреев и сформировавшим их войска. Это, собственно, была еще и не армия, а народное ополчение, с ядром из отряда отборных, физически крепких мужчин.

Годными для боя считались мужчины в возрасте от двадцати до пятидесяти лет. Периодически, раз в 2–3 года, производился подсчет по коленам и родам таких воинов, но ополчение собиралось только в случае войны. Причем определялось и число бойцов, которое должно было выставить каждое колено. К примеру, для войны с мидианитянами по приказу Моисея оно равнялось по тысяче человек для каждого из колен. От выполнения этого долга освобождались только левиты и священники.

Созыв производился через гонцов и выставлением специальных знаков на шестах, установленных на горных высотах. Зачастую они служили также и указанием места сбора. Воины собирались вокруг знамен, особых у каждого из колен. Об этом в Библии сказано: «Каждый у знамени своего, со знаками родов своих, пусть располагаются сыны Израилевы». Мидраш говорит о знаменах колен: «Каждый из князей колен имел знамя, окрашенное в цвет того камня, который соответствовал его колену на нагруднике первосвященника».

Однако настоящая организация регулярных вооруженных сил начинается в эпоху Царей. Их необходимость была доказана тяжелым военным поражением, которое еврейское ополчение племен Центрального Ханаана потерпело от филистимлян в середине II века до н. э. Оно показало непригодность ополчения для сражения со сравнительно хорошо обученными войсками, к тому же вооруженными железным оружием.