Читаем Черная вдова (СИ) онлайн бесплатно

Пролог

Престон

— Ким, пожалуйста, не делай этого!

Я подбегаю к мосту «Золотые Ворота» (Прим. пер.: Мост Золотые Ворота — висячий мост через пролив Золотые Ворота. Соединяет город Сан-Франциско на севере полуострова Сан-Франциско и южную часть округа Марин, рядом с пригородом Саусалито), умоляя, и наклоняюсь через край, чтобы схватить Ким, но она стоит на выступе, и ограда мешает добраться до нее. Туман настолько густой, что я не могу видеть на расстоянии вытянутой руки.

Сумасшедший туман Сан-Франциско, из-за которого воздух плотный и влажный.

— Я не могу продолжать. Не так, Престон. — Ее слова сильны, но движения слабые, вялые.

— Ты ведь не имеешь в виду что… — Мой голос заикается в неверии. — Пожалуйста. Ты не сделаешь этого, ничто не заслуживает того, чтобы лишать себя жизни.

Ким — любовь всей моей жизни. Мое все. Как я мог упустить хоть намек на то, что она чувствует себя плохо? Мы были так счастливы… По крайней мере, я так думал. Действительно ли я настолько слеп?

— Да. Ты заслуживаешь, — отвечает она, бросая через плечо, и холод бежит по моему позвоночнику.

Я опешил. Для того, кто действует настолько неуверенно, Ким ясно произносит каждый слог.

Мы даже никогда не ссорились. Этот день был таким же, как и другие дни, до момента, пока я не пришел с работы и не увидел записку, что моя жена решила лишить себя жизни.

Я никогда не ездил так быстро по сумасшедшим улицам Сан-Франциско. Мысль, что Ким на самом деле может это сделать, — единственное, из-за чего я не сошёл с ума и не врезался во встречный автомобиль. Несмотря ни на что, я должен остановить ее.

Моя черная Tesla стоит с включенными фарами, направленными прямо на нас; из-за них еще труднее что-то разглядеть в тумане. Если бы я выключил их, то мог бы видеть Ким лучше и, возможно, даже смог бы подняться по ограждению, вытащить ее, но я не оставлю жену одну. Ни за что на свете. Проклятого тумана слишком много.

— Если я не могу иметь тебя всего, тогда я не хочу жить, — говорит Ким, смотря вниз на темную пропасть.

— Не понимаю, что ты имеешь в виду, — говорю я и тянусь к ней снова.

Я и так весь ее. Я не стал бы заводить эмоциональные отношения с другими женщинами. Никогда. Подождите, черт возьми, прямо сейчас она серьезно?

— Ты говоришь о клубах, в которые мы собирались пойти? — спрашиваю, полностью сбитый с толку, но пытающийся понять смысл.

Да, мы женаты, но я думал, нам нужно немного освежить отношения. Я хотел, чтобы Кимберли исследовала новые страсти, и надеюсь, это не та причина, которая привела нас сюда. Я чувствовал, что мои потребности удовлетворялись, но и ее тоже, делая наши отношения лучше, чем когда-либо.

Это просто не имеет смысла. Я ходил только с Ким. Я даже и не думал, чтобы идти одному, и она была связана с каждой сценой, в которой я участвовал. Мне казалось, ей действительно нравится.

А теперь?

Какого черта?

Почему она просто не сказала мне?

Я молю снова:

— Пожалуйста, мы можем справиться с этим. Просто поговори со мной.

— Мы не можем. Ты просишь о вещах, которые я не могу больше делать. Откажешься ли ты от этого?

Отказаться?

Дерьмо, конечно! Я наслаждался, но я хочу Ким.

Если бы она только сказала прежде, чем решиться, у меня было бы больше времени, чтобы все выяснить. Показать ей, что я серьезен, а не просто говорю так, чтобы помешать ей прыгнуть.

Я так сильно люблю ее. Я не хочу, чтобы она сделала это. Серьезно, рассмотрел бы я отказ от собственных потребностей вместо того, чтобы жить без нее?

Да, даже не задумываясь.

Я тянусь к ней.

— Перестань, это безумие. Пожалуйста, спустись. Давай поговорим.

Она смотрит на меня. Ее взгляд не выражает ни смерти, ни страха, ни печали. Этот взгляд я никогда не видел раньше, а сейчас буквально чувствую, как трясутся мои поджилки, когда замечаю его.

Ким помешалась. Ее глаза сияют восторгом, даже предвкушением.

Посмотрев вниз, она снова с ухмылкой оглядывается через плечо на меня, после чего ясно заявляет:

— Я покажу тебе, что на самом деле значит безумие. — И, отпустив руки, прыгает с моста.

Я подаюсь вперед и перепрыгиваю через ограду с протянутыми руками в попытке схватить ее и дернуть назад, но ничего не вижу. Ни воды внизу, ни даже собственных рук. Все, что я могу чувствовать, — тяжесть в груди и одиночество в душе.

Ее нет.

Она, блядь, спрыгнула.

По моей вине.

Глава 1

Камии

Партнер…

Повторяю это слово снова и снова. У меня получилось! Я стала партнером! Вот чего я добивалась так долго и упорно. Годами мечтала и стала им. Наконец-то.

Улыбка расползается по лицу, пока я выключаю компьютер. Но я не иду домой. Нет. Никогда не иду домой. А зачем? Для чего? Там никого нет. Поэтому я и стала партнером. Ведь в моей жизни больше ничего нет.

Работа. Вот оно. В течение пяти лет моя жизнь заключается в работе. Я уже привыкла. Привыкла к одиночеству. Просто это моя вина, и мне надо смириться.

А еще у меня есть книги. С ними я счастлива. Мне больше ничего не нужно. Больше ничего. С тех пор как я потеряла Ника.

Он был моей жизнью. Моим мужем. Моим всем.

Но больше ничего нет.

Я иду в фитнесс-зал, как и каждый вечер. Хоть и не зациклена на своем теле. Я держу это при себе и занимаюсь только на велотренажере.

Я прихожу сюда почитать. Провожу несколько часов на велотренажере, не слишком утомляясь. И никто не обращает на меня внимания. Но я и не думаю об этом. Больше никогда.

Для меня это счастливое место, куда можно сбежать. Проживаю жизнь через жизни героев в романах. С ними моя жизнь не такая несчастная, я радуюсь за персонажей, но сама не должна больше никогда чувствовать подобное.

Моя жизнь — целая куча этих «больше никогда».

Как обычно выбираю свой велотренажер в дальнем углу, где никто не ходит и не тревожит. Усевшись, я включаю Kindle и жду, пока загрузится книга.

Черт побери, как же здорово, что изобрели электронные книги! Если бы не они, я бы потратила на печатные маленькое состояние.

Мне в них нравится больше всего то, что людям не видно, какую именно книгу я читаю. Мне было бы стыдно показывать обложки. Я не ханжа, но стесняюсь говорить, какие книги мне нравятся. Для меня, чем развратнее, тем лучше. Дайте мне современный любовный или эротический роман, и я окажусь в раю.

Когда переполняют эмоции от прочитанного, мне не с кем поделиться и, возможно, это одна из причин, почему я читаю в тренажерном зале. Странно, но мне нравится, что я окружена людьми. Здесь они приближены ко мне максимально.

За вечерним чтением, вернее, тренировкой, понимаю, что книга меня не разочарует.

Девушка, которую я часто тут видела раньше, подходит и хочет заговорить со мной. Я внимательно читаю книгу и надеюсь, что она не решится.

— Что читаешь? — спрашивает она, наклоняясь ближе.

Я смотрю с улыбкой. Не хочется показаться грубой, но и признаваться не хочется тоже. Если ответить односложно, может она отстанет?

— «Обнаженные», — говорю я. Надеюсь, девушка поймет намек, что я не хочу общаться.

Я ошибаюсь.

— О, Стэйси Кеннеди? Обожаю эту книгу. — И она широко улыбается мне.

Гляжу на девушку в упор и поспешно улыбаюсь, вздыхая. Видимо, она знает сюжет.

— Где ты сейчас? Я догадывалась, что ты читаешь подобное. Знала это, — девушка немного взбудоражена: подпрыгивает на месте, что, видимо, вполне привычно для нее.

— Как ты догадалась? — смотрю я с недоверием.

— Просто знала. Я вижу тебя здесь каждый вечер. Всегда на этом тренажере, а на щеках румянец. Ты улыбаешься, грустишь, щеки розовые, но это не от велика. Я знала, это что-то… — Она пододвигается ближе и шепчет: — Сексуальное.

Я смотрю на девушку и стараюсь не выдать своего шока, но ее смех показывает, что она меня раскусила.

— Извини. Слишком личное? Иногда я такая. — Она пожимает плечами. — И не стыжусь. Если тебе нравится секс или читать про него, то пожалуйста. Никто не должен стесняться любить или свободно говорить об этом.

У нее улыбка до ушей, и меня зависть берет: девушка такая открытая в плане секса.

Я никогда и ни с кем этим не делилась. Даже с Ником. У нас была восхитительная сексуальная жизнь, но даже ему не говорила, чего я хочу.

Фантазии…

Пыталась намекнуть, но видимо, не так намекала.

А теперь слишком поздно.

Сижу тихо и не знаю, что сказать.

Девушка снова улыбается и спрашивает:

— А что ты еще прочитала? У Стэйси целая серия романов «Клуб «Грех».

Улыбаюсь. Да, я знаю эту серию. Моя любимая.

— Все прочитала, и «Обнаженные» — моя любимая книга. Но я соврала. Извини. На самом деле я читаю «Дотронься до меня». — И чувствую, как краснею от возбуждения.

Похоже, она не заметила моего замешательства, потому что ведет себя, как ни в чем не бывало.

— Кто написал?

— Оливия Каннинг. Серия «Одна ночь на единственное раскаяние».

— О, да, люблю. Кто больше всех нравится?

— Мне нравится Шейд. Жду не дождусь, когда она закончит всю серию, чтобы узнать, что же случилось с ним дальше.

— Да, мне понравился роман о нем. Его дочка и остальные прикольные, но боже, Гейб и все те игрушки просто потрясли меня. Или, подожди-ка, кто из них был в секс-клубе?

— Это был Оуэн.

— Ух ты, подожди. Ты знаешь, что такие места существуют в реале?

Я посмотрела на нее с удивлением, поглощенная этой мыслью:

— Серьезно?

— Конечно, существуют! Все, что описано в книгах, существует. А как ты думаешь, откуда писатели берут такие идеи, это их муза per se! (Прим. пер.: с лат. «в чистом виде»)

— Честно говоря, никогда не задумывалась. Для меня это мир, полный фантазий, — я сразу же пожалела, что так разоткровенничалась.

— Фантазии, да? — подмигивает она с всезнающей улыбкой.

Что, господи, я делаю? Я даже не знаю эту девушку, а рассказываю ей свои книжные фантазии.

Она чувствует мой дискомфорт и, слава богу, меняет тему, на еще менее приятную для меня.

— Итак, расскажи о себе. Чем ты еще занимаешься, помимо того, что сидишь и читаешь тут каждый вечер, прикрываясь тренировкой?

Я протягиваю руку, манеры и профессионализм у меня в крови:

— Я Камии. А тебя как зовут?

Девушка пожимает мою руку и мягко говорит:

— Бекка.

— Привет, Бекка. Я адвокат по защите в уголовных делах в Сити. А ты чем занимаешься?

— Ух ты! С ума сойти. Ты, наверное, наслышана обо всех этих сумасшедших преступлениях. А когда-нибудь защищала виновного?

Я прищуриваюсь с видом «не-спрашивай-меня-о-таком». Бекка понимает и продолжает:

— Я стилист. Занимаюсь волосами, — говорит она с огромной улыбкой на лице. — Обожаю это. Болтаю целый день со своими близкими друзьями, пока делаю из них конфетку.

Я прекрасно вижу, что именно этим она зарабатывает себе на жизнь. Могу поклясться, она знает свое дело — ее волосы выше всяких похвал. Бекка одета в тренировочный костюм, ее платиновые волосы перевязаны на голове черной лентой. И это выглядит стильно, хоть она их и перекинула вперед вместо того, чтобы просто откинуть назад. У нее тело, за которое любая девушка удавится, в том числе и я, и в то же время Бекка выглядит естественно и сногсшибательно.

— Ну и где находится салон, в котором ты работаешь? — спрашиваю я, ведь понимаю, что Бекка еще не скоро уйдет, а я не знаю, что бы еще сказать.

— Отличное место недалеко отсюда. Сразу после здания «Трансамерика».

— Серьезно? — Я смотрю на нее с удивлением. — Я работаю в этом здании.

— Вот совпадение! Тогда ты должна прийти. Могу сделать все, что пожелаешь.

Я остановила тренажер и задумалась. Потрогала свои волосы, как всегда собранные в пучок. Прошло уже лет сто, когда я ухаживала за ними должным образом. Они у меня длинные и прямые, и я сама ими занимаюсь. Печально, знаю. Может, мне стоит сделать что-то новое?

— Возможно, я и решусь. У тебя есть с собой визитка?

Бекка смеется, оглядывая свой откровенный спортивный костюм.

— Нет, с собой нет, но вот. — Она берет мой телефон из подставки для стаканов, вбивает контакт и набирает свой номер. — Теперь у тебя есть мой номер, а у меня твой.

Улыбаюсь. Что сейчас произошло? У меня появилась подруга?

У меня нет друзей, но эта девушка вбивает свой контакт в мой телефон? Для чего?

— Ладно, позволю тебе вернуться к книге. Позвони мне. Наслаждайся Оуэном! — Она подмигивает и исчезает так же быстро, как и появилась.

***

На следующее утро я рассматриваю себя в зеркале. Теперь я жалкое подобие той, какой была раньше. Теперь я такая некрасивая. Редко пользуюсь косметикой. Светло-каштановые волосы тусклые, безжизненные и выглядят неухоженными. Если их распустить, они доходят до талии, но не важно, что бы я ни делала, все равно пробор по середине, и волосы лежат как пакля. Вздыхаю и делаю свой обычный пучок, фиксируя спреем выбившиеся пряди.

Надеваю обычный брючный костюм, который болтается на мне, и это не комплимент. Несколько лет назад я похудела, но не стала обновлять гардероб. Зачем? Кого мне впечатлять?

Смотрю на телефон и думаю, позвонить ли Бекке? Может, пора меняться? В конце концов, я должна себя вознаградить за то, что стала партнером в фирме. Знаю, Ник сказал бы, что я этого заслуживаю. Однако я больше задаюсь вопросом: стала бы я партером, если бы он был жив? Стала бы я так усердно работать, если бы он ждал меня дома?

Отодвигаю эту мысль. Не нужно думать о том, чего я никогда не узнаю. Теперь вот это — моя жизнь.

По дороге на работу заглядываю в салон Бекки. Может, получится увидеть ее мельком. Рядом кто-то резко поднялся и испугал меня. А затем я слышу жизнерадостный голос:

— Шпионишь за мной?

Тут же разворачиваюсь и начинаю краснеть, но Бекка не замечает моего румянца.

— Доброе утро, — говорю я и приглаживаю волосы. Смотрю на носки своих туфель, мне просто стыдно стоять рядом с такой красивой девушкой. Ладони потеют, в желудок будто камень свалился, когда я смотрю на эту роскошную красивую девушку с идеальным макияжем, в модном костюме (сексуальном, но не вульгарном), и с укладкой, за которую можно умереть. Даже не знаю, зачем я сюда зашла. Я не в ее лиге, даже как знакомая.

— Доброе утро, — говорит она весело. — Знаешь, клиентка на девять утра отменила встречу. Давай я займусь тобой?

Я задумалась. У меня на сегодня ничего важного нет. И теперь, когда я стала партнером, загруженность не такая высокая. Поэтому я робко улыбаюсь ей и говорю:

— Конечно, почему бы и нет.

— Здорово! Следуй за мной, чика. — Бекка вся как будто светится изнутри, и этот свет заразителен. Невольно улыбаюсь и следую за ней.

Салон красоты богато обставлен, жемчужно-белый кафель повсюду, и в каждом углу кресло для клиента и столик для стилиста. Между столиками стоят хрустальные вазы, а в них длинные сине-зеленые цветы. Напротив каждого кресла висит зеркало с вензелями. Было непросто притворяться девушкой, которая является постоянным клиентом подобных заведений.