Читаем Сталин. Человек, который спас капитализм онлайн бесплатно

На рубеже веков капитализм сотворил свое первое чудо XX века, многомиллиардную корпорацию United States Steel. И сегодня, благодаря усилиям американского банкира Дж. П. Моргана и необходимой поддержке магната сталелитейной индустрии Эндрью Карнеги, Америка остается главной капиталистической державой мира. Объемы продаж корпорации United States Steel на сегодня превышают дефицит государственного бюджета США в 1900 году. Еще сто с небольшим лет назад миллиард долларов был всего лишь условной суммой, в которой может измеряться заоблачная «голубая» мечта американского бизнесмена. А сегодня активы фирмы Билла Гейтса, одного из основателей компании Microsoft, оцениваются более чем в 50 миллиардов долларов. В настоящее время существует более 300 долларовых миллиардеров но данным журнала Forbes (на 2007 год по всему миру их около 900 человек, по данным того же источника. — Прим. пер.). По данным исследовательской компании TNS, число «домохозяйств» с доходом более 1 миллиона долларов превышает в США 8 миллионов, без учета стоимости их частных жилых домов.

Если добавить эти цифры к состояниям европейских богачей, разжиревших на нефтяных потоках арабских шейхов Персидского залива, и к холдингам российских олигархов, которые получили свое богатство в результате «приватизации» бывшего имущества Советского Союза, то получится ошеломляющая сумма. Откуда пришло это несметное богатство, исчисляющееся в десятках триллионов долларов? Может, тут помог некий дух с волшебной лампой Аладдина? Или, вопреки здравому смыслу, усилия одного человека смогли создать такой впечатляющий капитал?

Не правы будут те, кто воспримет заголовок этой книги за проявление иронии, желание подорвать какие-либо устои и так далее. Нет. Эта книга написана о человеке, который навсегда изменил формы капитализма и методы их реализации, что, в свою очередь, привело к невероятному и невиданному процветанию США и части остального мира.

Если допустить подобное предположение, то это поставит под вопрос коллективный разум, здравый смысл в целом. Однако повторим еще раз: коллективный разум существует лишь до тех пор, пока его не опрокинут. Но, в конечном счете, история есть изложение цепи неких событий, иногда простодушно перевранных, иногда нет, но в целом соответствующее тому необходимому порядку, в котором ученые их размещают, чтобы понять, что же вообще произошло. Проследить за прошедшими событиями не представляет особого труда, поскольку у историков есть физические данные (имеются в виду не только документальные, археологические изыскания, но и радиоуглеродный метод установления возраста предметов и геолого-химические исследования слоев культурных пород. — Прим. пер.). Нет, именно интерпретация полученных данных часто является причиной ошибок историков. В конечном счете объективность теряется, потому что победитель наконец откладывает меч и берется, условно говоря, за перо.

Сегодня Иосифа Сталина описывают как диктатора, правившего Советским Союзом железной рукой ради своей цели — возникновения социалистического государства под властью (или хотя бы в интересах) некоего пролетариата. На самом деле это была попытка правящей клики, возглавляемой Сталиным, создать новое общество, в котором понятие «экономической справедливости» будет превосходить по значимости то, что на Западе называется моралью.

И это есть фундаментальная ловушка марксизма. Вместо использования плодов труда многих некоторыми немногими предполагается их (плодов) распределение по справедливости среди всех для достижения общего благосостояния народа. Это была попытка Карла Маркса и других перехватить струю течения европейского романтического движения на рубеже XVIII–XIX веков, направить ее в русло философского понимания (и придать этому соответствующую базу). Или же это был воинственный клич французской революции, с ее знаменитым лозунгом «свобода, равенство, братство», которому придали оболочку германской детерминистской философии.

Это звучало достаточно романтично и необычно, чтобы привлечь небольшую часть тогдашней интеллигенции, которая восприняла (мессианский по сути) призыв Маркса к социальной (и экономической) справедливости. Это испугало буржуазию того времени, поскольку этот новый пророк «Ветхого Завета» предрекал неизбежность такого переворота в жизни.

Это не книга о Марксе, который и сегодня еще в некоторых академических кругах считается авторитетным ученым. Нет, эта книга написана о Сталине, о его взглядах на Советский Союз и на мир капитализма, в окружении которого происходил этот эксперимент по созданию «социалистического» общества. Здесь не преследуется цель критиковать или оправдывать его действия, в книге сделана попытка оценить действия этого человека в определенной перспективе последствий. Если посмотреть на Сталина таким образом, можно будет понять, почему уже после полувека после его смерти сохранился неизгладимый отпечаток на современном обществе — пусть отчасти и стертый неумолимым временем — в результате его деятельности. Возглавив стремление людей попасть из России в землю обетованную, он привел в движение все народы на земле. В отличие от Маркса, который сейчас выглядит лишь теоретиком, упрощенно рассматривающим мир вещей, Сталин был прагматиком. Он создал нечто, не существовавшее ранее, — жизнеспособное социалистическое государство.

Маркс предрекал, что приход пролетариата к политической власти неизбежен, а Сталин понял, что только сила может принести желаемые результаты. Жестоко-честный и отчасти цинический взгляд на вещи был воспринят внешним миром как разнузданное варварство. По мнению Сталина, насилие было необходимо, чтобы социалистическая экономика достигла расцвета. Но он не имел ни времени, ни желания ждать, пока пролетариат осознает уготованную ему участь. Как он потом обронит в разговоре с писателем Джоном Гантером, «миллион смертей — это статистика. Одна смерть — это трагедия».

По мнению тех на Западе, кто резко критически относился к Сталину, и тех, кому удалось выжить в условиях советской системы, созданной им, это был человек, абсолютно лишенный морали. Никто не хотел принять мысль, что его целью было создание новой породы людей, лишенных «самости», которые будут способны постепенно обучиться подчинять свои желания и личностное своеобразие общественной пользе в целом. Именно так Маркс описывал людей будущего в своих произведениях, а Сталин решил воплотить это в реальности.

Он увидел себя, после смерти Ленина, единственным оставшимся дееспособным большевиком, который может внести порядок в царящий хаос. Российская империя, которой теперь управляли большевики, объединила совершенно разные народы, различные культуры, религии, языки и обычаи. И он был уверен, что только ему суждено справиться с этой невероятно сложной задачей, поскольку он хорошо знал эту множественность, эту дробность культуры страны. Если удастся великий эксперимент по созданию социалистического государства из того несчастного наследия, что осталось от прогнившего царского режима, то тогда первейшей задачей станет объединение этих разрозненных и порой враждебных национальностей в великую Россию, где, однако, всем будет позволено сохранять важнейшие элементы своей национальной идентичности. Сталин был по национальности грузином и прекрасно знал о центробежных силах, которые могли разорвать Советский Союз еще прежде, чем он создаст прочную основу для развития.

Великие люди обычно не ожидают, что власть преподнесут им «на блюдечке с голубой каемочкой». Не стоит заблуждаться — когда историки лет через сто станут обсуждать век двадцатый, Сталина назовут, пожалуй, самым значительным политиком своего времени. Что же до сегодняшних суждений, когда некогда могущественная империя оказалась выброшенной на свалку истории, то Сталина оценивают лишь по невероятным жестокостям во времена его правления — по отношению к гражданам СССР и стран-союзников. Его достижения похоронены под толстым слоем исторической пыли. А ведь всего за примерно пятнадцать лет, начиная со второй четверти XX века, была создана мощная индустриальная империя. Бесплатное образование стало доступным даже в отдаленных уголках огромной по территории страны. Бесплатная медицинская помощь также стала доступна всем гражданам. А высшее образование не только не требовало оплаты, а строилось на основе выплаты учащимся стипендий. Наконец, всякий трудоспособный человек имел право гарантированно получить работу.

Вот за такое небольшое время одна из самых отсталых стран Европы получила шанс стать современным государством. Московское метро, открытое в 1936 году, было самым лучшим в мире. Плотины с гидроэлектростанциями обеспечивали миллионы людей электроэнергией. Совершить подобный «подвиг Геракла» в короткое время — о, для этого потребовалась строгая дисциплина. И те, кто только пытался противиться этой системе, были раздавлены. Он мог бы сказать: «Вам не сделать революцию в шелковых перчатках». Да, затем последовала гибель миллионов так называемых «кулаков» на Украине, которые противились осуществлению государственной программы коллективизации их частных хозяйств. В Советском государстве вся власть сосредотачивалась в правительстве. Маркс, в своем романтическом представлении о социализме, мог называть пролетариат правящим классом. Но в Советском Союзе правили Сталин и те, кто сумел избежать его чистоте.

И здесь — ахиллесова пята всякого почитаемого или внушающего ужас вождя. Пока он жив, он может поступать, как посчитает нужным, не обращая внимания на возможные вопросы по поводу этого. Но когда он, не терпевший никакой оппозиции в период правления, покидает сцену, там образуется вакуум, который практически невозможно заполнить. Сокрушая всяческую оппозицию своему режиму, Сталин оставил после себя только последователей, но не лидеров, и они оказались не способны самостоятельно мыслить. Политбюро было в своем роде «уанмэн-шоу», театром одного актера.

Для западного человека непросто понять его статус. Ведь он был не человеком, а человеко-Богом. Буквально почти из ничего он выковал современную державу. Да, он сделал это посредством массового устрашения и жестокостей. Но мощь его власти позволила Советскому Союзу после Второй мировой войны стать второй по силе ведущей державой на земном шаре. В Политбюро каждый шаг, предпринятый его наследниками, оценивался в сравнении с тем, как поступил бы Сталин в аналогичных обстоятельствах. Он продолжал оставаться вполне живым призраком. Хрущев был отстранен от власти членами Политбюро из-за того, что они считали, будто он подвержен «волюнтаризму», бросая вызов Соединенным Штатам во время Кубинского ракетного кризиса. Они не принимали во внимание, что США были вынуждены в ответ убрать свои ракеты из Турции, в качестве равноценного обмена quid pro quo. Но Сталин никогда не делал прямых выпадов против США в их полушарии (все Западное полушарие, в соответствии с доктриной Монро, еще во второй половине XIX века было объявлено зоной стратегических интересов США. — Прим. пер.). Сталин всегда применял некие заменяющие средства, если хотел противодействовать колоссу Америки. Подход к ведению «холодной войны», заложенный Сталиным еще в 1950-е годы, мумифицировался, словно в капсуле времени. В отличие от китайского стратега Дэн Сяопина, который вовремя распознал ограниченность возможностей социалистической экономики, наследники Сталина поддерживали заданный курс до последнего, пока режим не рухнул.

Принцип «враг моего врага — мой друг» объясняет суть неправедного альянса между Советским Союзом, Соединенными Штатами и Британией, который имел место во время Второй мировой войны. В тот момент нужно было отбросить идеологию. В те страшные дни 1943 года, когда судьба Европы зависела, похоже, от способности Советской армии[1] остановить германскую армию, до того казавшуюся непобедимой, образ Сталина как безжалостного диктатора был забыт. И Голливуд, и пресса взяли на себя задачу реабилитировать Сталина. Буквально за ночь он стал Дядюшкой Джо, с неизменной трубочкой в уголке рта, защитником свободы и демократии. Вероятно, Сталин немало позабавился такому своему образу. Он ведь прекрасно знал, что до вторжения нацистов в Советский Союз его портрет зачастую висел бок о бок с портретом Гитлера.

Говоря о подписании советско-германского Пакта о ненападении и последующем разделении Польши в 1939 году, Уинстон Черчилль скажет радиослушателям, что не может описать Россию, поскольку «это головоломка, окутанная тайной и помещенная в загадочную оболочку». Да, Черчилль был великолепным оратором, но, несмотря на эту его броскую фразу, не было ничего загадочного в поведении Советского Союза. Это была единственная социалистическая страна в мире. Здесь была отменена частная собственность (на средства производства. — Прим. пер.) и признаны недействительными все внешние долги, сделанные при царском режиме. Эту огромную державу исключили из процесса в момент Мюнхенского кризиса 1938 года, когда Чехословакию просто пустили по ветру. И это Гитлер, опасавшийся войны на два фронта, как в 1914 году, инициировал советско-германский Пакт о ненападении. Сталин принял это предложение, поскольку понимал, что Советскому Союзу нужно еще время для перевооружения, прежде чем нацистская военная машина обрушится на Россию. Конечно, ни Сталин, ни Черчилль не ожидали, что французская армия рухнет так быстро, в течение всего шести недель настоящей войны.

Лицемерие старо как мир. В Ялте президент Франклин Рузвельт, британский премьер-министр Черчилль и Сталин будут поднимать тосты за вечную дружбу. Эти три человека будут причастны к созданию Организации Объединенных Наций, и пять ведущих стран в ней станут отвечать за поддержание мира во всем мире. Согласившись с такой жесткой формулировкой, три Больших Человека продолжали снова и снова поднимать бокалы друг за друга.