Читаем История СССР. Лекции Льва Лурье. Том I. Шпаргалка по русской истории для любопытствующих онлайн бесплатно

0. Предисловие

1 августа 1914 года началась Первая мировая война, которая стала завершением истории старой императорской России, основанной Петром Великим.

Причины того, что страна ввязалась в Первую мировую, надо искать в русской политике начиная с XIX века. Последняя война, которую Россия выиграла, – Отечественная война 1812 года. С тех пор, за исключением небольших локальных войн с Персией и Турцией в 1820-е годы, Россия не имела никаких крупных успехов на поле боя. Россия – государство военное, как говорил Петр I, и стабильность политического строя в значительной степени зависит от внешнеполитической экспансии. Так было со всеми империями, так было и с Российской империей.

В 1856 году Россия терпит поражение в Крымской войне, затем сосредотачивается, как говорил министр иностранных дел Горчаков, и в 1877 году решает снова появиться в качестве европейской сверхдержавы, вступив в войну все с той же Турцией на Балканах. Война 1877–1878 годов, которая известна нам по словам «Шипка» и «Плевна», закончилась победоносно, хотя и с очень большими потерями. Русский турка всегда бивал, как говорит русская пословица, но здесь он бивал как-то недостаточно эффективно, не за несколько месяцев, а за два года, и пришлось на войну вызывать гвардию, что было редким случаем. Но так или иначе, в 1878 году русские войска стояли перед проливами Босфор и Дарданеллы и казалось, что план еще Екатерины II – выход России в Средиземное море – увенчается успехом.

У России были сильные козыри на Балканах: большая часть населения Балкан были славяне и православные. Но дипломатическая ситуация сложилась таким образом, что все великие державы были против усиления роли России на Балканском полуострове и против появления русского флота на Средиземном море. Как и во время Крымской войны, России нанесли удар в тыл ее союзники. На совещании, которое решало итоги войны, Берлинском конгрессе 1878 года, и королевство Пруссия (к этому времени Германская империя), и Австро-Венгерская империя выступили на стороне Англии и Франции. В результате Россия не получила сколько-нибудь существенного приращения своих территорий, во всяком случае на Балканах, и вскоре была вынуждена вывести войска с Балканского полуострова.

На Балканах стала доминировать Австро-Венгерская империя. Это послужило причиной глубочайшего кризиса (как всегда, неуспехи вовне отражаются внутри) и одной из причин того, что в советской историографии называли «второй революционной ситуацией»: гибели Александра II. Его престиж был подорван и сложными итогами реформ, и результатами войны 1877–1878 годов. С тех пор Россия, естественно, жаждала как-то подтвердить свое величие на поле боя, снова стать сверхдержавой, и для этого требовались военные успехи.

Одной из попыток такого возвращения на мировую арену стала Русско-японская война 1904–1905 годов, которая тоже привела к поражению. После войны наступила эпоха Столыпинской реформы. Столыпинская империя, Россия – «новая Америка», быстрый экономический рост, милитаризация, рост армии, перевооружение. И казалось, что Россия снова вернется на европейский театр, тем более что у нее появились новые союзники и новые враги. Новыми союзниками становятся Франция и вековечный долгий противник Англия, а противниками становятся те, кто на протяжении всего XIX века считался друзьями, то есть Германия и Австро-Венгрия. Главное их соперничество – все те же Балканы. Там есть объективные противоречия, балканские народы все еще находятся под игом турок, там сильные прорусские симпатии, и кажется, что Россия может помочь своим славянским балканским братьям воцариться на Балканах и таким образом снова подобраться к Средиземному морю.

В 1908 году Австро-Венгрия аннексирует часть бывших турецких владений, нынешнее независимое государство Босния и Герцеговина, которое находится на границе Австро-Венгрии и независимой прорусской Сербии. На территории Боснии и Герцеговины живет три народа. Это мусульмане-босняки, хорваты (они католики) и дружественные нам сербы. Большая часть населения Боснии и Герцеговины – это краинские сербы. Среди краинских сербов, живущих теперь на территории Боснии и Герцеговины, очень сильное желание присоединиться к своей матушке-Сербии. Там существуют сильные автономистские настроения. После того как в 1908 году Австро-Венгрия аннексирует эту территорию, Россия уже готовится вступить в войну с Австрией на стороне Сербии.

Тогдашний премьер-министр Петр Аркадьевич Столыпин считал, что Россия не готова к Первой мировой войне, что не надо рисковать политической стабильностью и экономическим подъемом, надо подождать. Однако большая часть депутатов Думы, не только монархисты и реакционеры, но и либералы, и сторонники Столыпина считали, что то, что Россия пропустила такую оплеуху, позорно и дурно скажется на ее международном престиже.

Так или иначе, боснийский кризис миновал, наступил 1914 год. Провал России и всего мира в катастрофу Первой мировой войны до сих пор трудно объясняется историками, на эту тему существует огромное количество работ. Но вот эта прекраснаяBelle Epoque, замечательная эпоха двигателя внутреннего сгорания, радио, дредноутов, появление, собственно, Европы, Эйфелевой башни, городов, залитых электричеством… Все это прерывается страшной катастрофой – Первой мировой войной, за которой следует и Вторая мировая. Весь XX век проходит под знаком того, что началось в 1914 году.

В 1914 году в Сараево, столицу Боснии и Герцеговины, должен был прибыть наследник австрийского престола Франц Фердинанд, который считался возможным наследником престарелого императора Франца Иосифа и довольно опасным для России политическим деятелем. Франц Фердинанд понимал, что многонациональная Австрийская империя – карточный домик, который в любой момент может развалиться, и что славяне хотят отделиться от Австро-Венгрии и образовать независимое государство. Поэтому он предполагал ввести реформу, при которой Австро-Венгрия станет Австро-Венгрией-Словакией-Словенией. В общем, третья часть будет славянской. Она будет не двуединой немецко-венгерской, а триединой немецко-венгерско-славянской.

Сербское правительство знало, что готовится покушение на Франца Фердинанда, и помогало тайно прибывшим из Сербии террористам. В Сараево Франц Фердинанд и его морганатическая жена София Хотек были убиты. После этого, совершенно очевидно, должен был последовать австрийский ответ. Ультиматум, который предлагал провести расследование о степени участия сербских силовиков в убийстве Франца Фердинанда. Причем это расследование должно было вестись на территории Сербии австрийской полицией, что, несомненно, является вмешательством во внутренние дела другого государства и ставит ситуацию на грань объявления войны. Австрийский ультиматум из 20 пунктов был предъявлен Сербии.

В это время в Петербург приезжает президент Франции Раймон Пуанкаре и происходит, можно сказать, братание русских и французских союзников. Когда президент отбывает из Петербурга обратно на броненосце, этот ультиматум и предъявляется, чтобы французы и русские не могли столковаться. Россия дает сербам довольно умеренный совет: она предлагает принять все пункты ультиматума, кроме одного, а именно – участия австрийцев в следственных действиях на территории Сербии. Этого достаточно для того, чтобы Австрия начала бомбить Белград.

Надо сказать, что момент лета 1914-го года был для династии Романовых и для существующего порядка довольно тяжелым. Потому что экономический подъем способствует подъему революционного и рабочего движения. Рабочему гораздо проще бастовать, когда существует экономический подъем и когда фабрикант не может осуществить локаут, закрыть фабрику, потому что каждый день приносит ему огромные прибыли. Проще заплатить рабочим, пойти на уступки и получать прибыли снова. До прибытия Пуанкаре в Россию Петроград был на грани революции.

Знаменитый американский историк, профессор Колумбийского университета Леопольд Хеймсон написал известную статью о том, что было бы, если бы революция произошла не в 1917-м, а в 1914 году. Не было бы вооруженных людей, солдат. Не было бы крестьян в столице, и это, вероятно, спасло от каких-то кошмаров, которые произошли в 1916-м и 1917-м. В Думе было довольно много сторонников продолжения и усиления реформ. И может быть, если бы что-то случилось в 1914 году это пошло бы России на пользу. Но так не случилось. Патриотические чувства возобладали, движение пошло на спад, и главными дискутантами по вопросу, вступать России в войну с Австро-Венгрией или не вступать, были представители верхов.

Были, конечно, в окружении Николая II люди, которые считали, что есть очень большой риск. Среди них – знаменитый политический деятель Петр Дурново, написавший Николаю II письмо, которое считается одним из воплощенных пророчеств, где он прямо пишет, что эта война, скорее всего, приведет к гибели России. Противником войны был также Григорий Ефимович Распутин. Он восстановил против себя всех великих князей или, во всяком случае, подавляющее их большинство, он был чужим для царской бюрократии, никто не понимал, что он делает при дворе. Объяснять публике его выдающуюся психотерапевтическую роль в общении с Александрой Федоровной, у которой был почти смертельно больной ребенок, царевич Алексей, и облегчение, которое он вносил в жизнь царевича Алексея, было невозможно, поэтому все держалось в секрете. Николай II не был таким фанатическим сторонником Распутина, каким была его супруга. И поэтому, уговариваемый премьер-министром Коковцовым, а потом премьер-министром Горемыкиным, он в конце концов сказал Распутину, чтобы тот поехал куда-нибудь и не мозолил глаза некоторое время.

Распутин поехал к себе на родину, в село Покровское, откуда он собирался вывезти свою семью в Петербург, что и сделал. А в Покровском как раз в тот момент, когда надо было решать, воевать или не воевать, на него нападает религиозная фанатичка Хиония Гусева, примерно из такой же секты, как распутинская. Она тяжело ранит его несколькими ударами ножа. В результате в критический момент, когда Распутин мог оказать влияние на Николая II, он оказался в больнице и выбыл из игры. Император колебался серьезно, и в августе 1914 года казалось, что можно договориться.

Объявление войны. Публика перед редакцией газеты «Вечернее Время». Виктор Булла. 1914. МАММ / МДФ

До сих пор мы не знаем, кто является виновником Первой мировой войны. Английская, французская и русская историография обычно приписывали это агрессивности Германии. Немцы считали, что поджигателями войны являлись англичане, французы и русские. Так или иначе, велись переговоры, и все время было ощущение, что вот-вот будет достигнут компромисс.

Мы готовились к войне в течение многих лет, но у нас не было плана мобилизации только против Австро-Венгрии. Был план всеобщей мобилизации. С другой стороны, вся германская стратегия на случай войны строилась на так называемом плане Шлиффена. Германия должна сначала нанести сокрушительный удар по французам, а потом перебросить свои войска из побежденной Франции на русский фронт, в Восточную Пруссию, и уже приняться за Россию. А Россия огромная, до нее, что называется, доходит как до жирафа. Поэтому она мобилизоваться сможет по-настоящему только где-то на второй месяц. За это время, пока русская армия не будет мобилизована, можно будет по прекрасной системе немецких железных дорог перебросить войска с Западного фронта на Восточный, и потом уже нанести окончательный удар по России. Поэтому начало русской мобилизации – как сигнал во время шахматного поединка на шахматных часах, когда кнопка нажата и время пошло.

В конце концов Николая II убеждают объявить всеобщую мобилизацию. Он объявляет ее, потом, обменявшись письмами с Вильгельмом II, отменяет. Его снова убеждают ввести всеобщую мобилизацию, он снова дает согласие. Министр иностранных дел Сазонов и военный министр Сухомлинов боятся, что он снова возьмет свое согласие обратно, и, чтобы этого не произошло, ломают свои телефоны. Но он не воспользовался этими телефонами, так что зря сломали.

1 августа 1914 года государь делает то, что, как написал Александр Исаевич Солженицын, ему следовало сделать 9 января 1905 года, во время Кровавого воскресенья. То есть он выходит на балкон Зимнего дворца, тот балкон, который обращен к Александровской колонне. Если мы стоим на Дворцовой площади спиной к арке Главного штаба, это левый балкон, ближе к Адмиралтейству. Николай говорит, что Германия объявила войну России. Утром, после объявления о мобилизации, к русскому министру иностранных дел пришел посол Фридрих фон Пурталес, который заявил России, что всеобщая мобилизация является сигналом для объявления войны. Собственно, с этого момента и начинается Первая мировая.

И вот Дворцовая площадь заполнена теми самыми студентами, гимназистами и рабочими, которые еще недавно требовали «Долой царя!», которые еще недавно выступали против режима в целом. И когда император объявляет, что Германия объявила войну России, вся площадь опускается на колени, звучит гимн «Боже, царя храни». Ликующее население, которое представляет себе, что эта война будет легкой прогулкой, устремляется по самой шикарной улице тогдашнего Петербурга, Большой Морской, к немецкому посольству, которое находится напротив гостиницы «Астория» на Исаакиевской площади, и начинает разгром. В посольстве уже нет немецких дипломатов, они эвакуированы, и бессмысленное варварство заканчивается тем, что здание подожгли.

Есть воспоминания жандармского генерала Спиридовича, начальника дворцовой охраны, который в это время был на Дворцовой площади и своим жандармским нюхом почувствовал: дурно. Было понятно, что темперамент толпы не сильно зависит от объекта ненависти на данный момент, что как они громят немецкое посольство, так они будут громить и правительственные здания, произойди революция. И генерал Спиридович был совершенно прав.

В 1914 году война с немцами и австрийцами на Восточном фронте закончилась ничьей. С одной стороны, попытка помочь французскому союзнику, нападение на Восточную Пруссию (нынешнюю Калининградскую область, которая была аннексирована уже после Великой Отечественной войны) со стороны Первой и Второй русской армии приводит к тяжелому поражению. Вторая армия генерала Самсонова была окружена в так называемых августовских лесах, и генерал Самсонов покончил жизнь самоубийством, а солдаты попали в плен. С другой стороны, на фронте против Австро-Венгрии Россия одержала несколько побед и заняла большую часть Галиции, нынешней Западной Украины. С третьей стороны, план Шлиффена, план быстрой победы Германии над Францией, тоже не удался. Французам удалось остановить немецкую армию на реке Марне, и немцы так и не взяли Париж.