Читаем Опасные джунгли онлайн бесплатно

Джип ехал по дороге, покрытой гравием, которая вела через джунгли, словно маленький сосуд сквозь мощное тело величественного леса. Древесное царство окружало их сплошной стеной. Здесь были исполины высотой в несколько десятков метров с широкими корнями и огромными ветвями. Их мощные стволы, покрытые гладкой и блестящей корой, достигали в диаметре нескольких метров. Деревья средней величины и изящные пальмы, густо опутанные лианами, возвышались над ярусом, состоящим из цветущих кустарников, папоротников с огромными перистыми листьями и всевозможных трав. Красные бегонии, белые и золотистые орхидеи, розовые бромелии были повсюду, придавая джунглям неповторимое очарование.

Стволы гигантов уходили ввысь. Там, наверху, они раскидывали свои огромные кроны, связанные между собой лианами или растениями-эпифитами, растущими прямо на ветвях. Из-за этого с высоты птичьего полета джунгли выглядели сплошным зеленым массивом.

Мелисса много раз за свою жизнь любовалась этим удивительным творением природы – во время пеших прогулок, экскурсий на машине и даже с борта вертолета, но этой красотой нельзя было насытиться. Это был другой мир, где время и пространство ощущались иначе, а душу переполняли восхищение и восторг.

Одно путешествие было самым запоминающимся. Во время празднования дня рождения – ей тогда исполнилось двенадцать лет – отец устроил необыкновенный сюрприз и арендовал воздушный шар. Это было незабываемое приключение. Маршрут был проложен по одному из красивейших мест Колумбии – озеру Гуатавита, расположенному в пятидесяти километрах к северо-востоку от столицы Боготы в горах Кундинамарка. С этим округлым и тихим озером, находящимся в кратере потухшего вулкана и со всех сторон окруженным лесной чащей, было связано много мифов и сказаний, в том числе знаменитая легенда о стране золота – Эльдорадо.

Озеро Гуатавита в давние времена являлось священным озером муисков – индейских племен языковой группы чибча, которые были создателями одной из самых высокоразвитых древних цивилизаций Южной Америки. Муиски, как и все индейцы чибча, поклонялись силам природы. Выше всего они почитали солнце и воду, и в их честь при восшествии на трон очередного царя-жреца устраивали торжественную церемонию. С помощью тонких трубочек верховного жреца с ног до головы покрывали золотым песком. Затем, в лучах восходящего солнца он погружался в воды священного озера, при этом с него смывалась «золотая» кожа. После в воду бросались статуэтки, кольца, ожерелья, изготовленные из золота и украшенные драгоценными камнями, в качестве подношения богам. Церемония устраивалась крайне редко, но фантазия любителей наживы сделала ее ежедневной. Так родилась легенда о мифической стране Эльдорадо с ее несметными сокровищами и «золотом человеке», правящем этой сказочно богатой страной.

Взлетали они недалеко от маленького городка Гуатавита, расположенного на берегу рукотворного водохранилища и построенного в шестидесятых годах прошлого века на месте затопленной старой деревни. Белые оштукатуренные домики с крышами, покрытыми красной черепицей, аккуратные дорожки, мощеные булыжником, изящные кованые фонари и уютные таверны создавали изысканную красоту и прелесть Гуатавита.

До этого Мелиссе еще ни разу не доводилось летать на воздушном шаре, и ее переполняли эмоции. Когда шар начал подниматься в небо, она вцепилась в край корзины. Но совсем скоро ощущение полета и необычайной легкости вытеснили страх из сознания.

Это было незабываемо – парить над океаном зелени. Они подлетали почти к верхушкам самых высоких деревьев, слышали крики обезьян, трели птиц, а потом перед ними неожиданно открылся великолепный вид на озеро. По форме оно напоминало блюдце, а вода имела насыщенный изумрудно-зеленый оттенок.

Этот полет навсегда остался в ее памяти, как нечто волшебное.

Детство Мелиссы отличалось от детства многих других детей. Ее отец – подполковник военно-воздушных сил Колумбии – был приверженцем строгих правил воспитания. Он был уверен, что только домашнее образование сможет обеспечить уровень знаний, достойный его дочери, а также огородит ее от отрицательных влияний извне.

И, начиная с трех лет, половину дня девочка проводила в занятиях с репетиторами и учителями, а вторая половина была посвящена чтению, рисованию и танцам.

Мама постоянно ругалась с отцом, считая, что такая нагрузка опасна нарушениями здоровья вследствие морального и физического истощения, но отец был непреклонен. Он уверял, что раз дочь ведет себя спокойно, и у нее наблюдается хорошее восприятие и усвоение новой информации, то никакого перенапряжения нет. Тем более что занятия обычно чередовались с прогулками или проходили на свежем воздухе, который сам по себе способствовал снятию напряжения.

К семи годам Мелисса владела не только базовыми знаниями, которые были необходимы для поступления в школу, но также говорила, читала и писала на испанском, английском и французском языках. Но самым любимым ее занятием было рисование.

Мелисса никогда не жаловалась родителям, что устает, не отлынивала от занятий и не устраивала истерик. Все, что пытались вложить в нее родители, опытные педагоги и репетиторы, она принимала спокойно, с чувством неподдельного интереса и желанием вобрать в себя эти знания. А когда занятия проходили на берегу океана, в парке или музее, это радовало ее еще больше.

Мелисса любила изучать языки. Было так здорово разговаривать на французском с мамой, на английском с тетей Изабеллой – родной сестрой матери – а потом всем вместе петь веселые песенки на испанском. Тетя жила в Нью-Йорке и приезжала к ним в гости, и тогда это были поистине волшебные дни, полные радости и приключений. Именно Изабелла привила племяннице любовь к живописи. Сама она только начинала преподавательскую деятельность в школе искусств Нью-Йоркского университета на кафедре живописи и композиции.

Когда Мелиссе исполнилось семь лет, она переехала к Изабелле и поступила в расположенную в восточной части Нью-Йорка школу Дальтона, в которой учащихся готовили к университету.

О том, чтобы поступить в школу в Колумбии, даже не говорилось, и поначалу отец вообще хотел устроить ее в Leman Manhattan Preparatory School – элитную школу-пансион, расположенную в центре Нью-Йорка. Он считал, что так будет лучше для девочки и ее воспитания, но Виктория с Изабеллой были категорически против этого, настаивая на том, что Мелисса домашний ребенок, и резкое изменение образа жизни плохо отразится на ее психо-эмоциональном состоянии. В конце концов, им удалось убедить его, чтобы девочка поступила в школу Дальтона, тем более что в школе была хорошая художественная студия, в то время как уровень преподавания живописи в Leman Manhattan Preparatory School был недостаточным.

Так в жизни Мелиссы начался этап, полный открытий и новых свершений, но в то же время омраченный разлукой с родителями.

Мама, работающая анестезиологом в частной клинике по пластической хирургии в Боготе, не могла навещать дочь так часто, как бы ей этого хотелось. Отец редко приезжал в Нью-Йорк, и в основном они виделись, когда Мелисса сама приезжала в Колумбию на каникулы. Поэтому ее воспитанием почти полностью занималась Изабелла и ее муж Джейсон, с которым у девочки сразу сложились хорошие отношения. Их дочери – близняшки Джессика и Даниэлла – были младше ее на четыре года, и она была их любимой старшей сестренкой.

Только спустя годы Мелисса осознала в полной мере, какой опорой и поддержкой были для нее Изабелла и Джейсон, и какой любовью она была окружена в те непростые времена. Были моменты, когда ей хотелось все бросить и уехать обратно в Колумбию к родителям, особенно в первый год, но Изабелле всегда удавалось подобрать нужные слова, от которых на душе становилось легко и спокойно.

В школе, где училась Мелисса, была замечательная художественная студия. Занятия вели опытные преподаватели, и девочка продолжала развивать свои способности в живописи. Ее работы постоянно занимали почетные места на выставках, проводимых в самой школе, и побеждали в конкурсах, которые устраивались между художественными школами.

Уже в двенадцать лет у Мелиссы была своя небольшая выставка, и она стала заключать контракты на иллюстрирование книг. Сначала это были детские сказки про животных, учебные пособия, затем несколько крупных изданий, где она трудилась в группе с профессиональными иллюстраторами. Много работ в то время были посвящены красотам родной Колумбии, ее необычайно разнообразной флоре и фауне. Во время обучения в школе, занимая призовые места на многих конкурсах, Мелисса участвовала в организации совместных выставок с другими художниками.

После окончания Preparatory School в семнадцать лет она поступила в школу искусств Нью-Йоркского университета на бакалавриат. А через год директор музея современного искусства на Манхэттене предложил ей должность куратора.

Виктория и Изабелла помогали ей наладить необходимые связи как в США, так и в Испании, где жили бабушка и дедушка Мелиссы по материнской линии. Но в большинстве случаев контракты и договора были заслугами самой Мелиссы.

В восемнадцать лет в жизни девушки произошло по-настоящему грандиозное событие – покупка квартиры на Манхэттене. Это была ее заветная мечта, но стоимость подобного жилья была очень велика. И каково же было удивление Мелиссы, когда на восемнадцатилетие отец подарил ей большую часть стоимости квартиры, причем указал, что мог бы купить квартиру и полностью, но знал, что дочь захочет внести и свою лепту.

Покупка не расценивалась как баловство или излишество – это было практичное вложение денежных средств, обеспечение дочери собственным жильем и осуществление ее давней мечты.

Девушка была весьма удивлена тогда этому щедрому папиному подарку. А когда через три года отец купил в Колумбии шикарную виллу на берегу океана, ее удивлению вообще не было предела. Как объяснял тогда отец, квартиру он купил на собственные сбережения, накопленные за годы военной службы, а на покупку виллы взял ссуду под небольшие проценты, которую ему предоставило министерство обороны.

Мелисса обожала свою квартиру. Это было ее царство, ее маленький мир, где она жила, работала и творила.

Родители Мелиссы развелись полтора года назад, когда она как раз заканчивала магистратуру. Мама долго терпела трудности жизни жены военного, а самое главное – сложный и иногда деспотичный характер мужа. В основном причиной развода стали нервные срывы Энрике, которые происходили все чаще, и его постоянная раздражительность по малейшему поводу. Частые скандалы истрепали ей нервы. Все последние годы она, перешагнув через свою гордость, пыталась помочь мужу, но натыкалась на глухую стену. Ее попытки уговорить его поделиться своими проблемами заканчивались ничем. Энрике отказывался идти навстречу, грубо обрубал все разговоры, которые начинала Виктория. В конце концов чаша терпения была переполнена, и она подала на развод.

Мелисса понимающе отнеслась к маминому решению. Она много раз сама пыталась поговорить с отцом, но, как и мама, натыкалась на холодную стену нежелания общения. Конечно, она все равно продолжала любить отца, даже несмотря на его поступки и поведение.

Все завершилось почти безболезненно для обеих сторон. Необходимое бумаги были подписаны, имущество поделено. Около двух месяцев Виктория жила у дочери, а потом улетела в Испанию, где в Севилье жили ее родители. Дядя Виктории – директор кардиологического центра клиники Вирген дель Росио – предложил ей должность ведущего анестезиолога, от которой она не смогла отказаться. Первоначально планируя жить в Нью-Йорке, Виктория изменила планы и осталась в Испании.

Мелисса продолжала работать в музее современного искусства, а также преподавала в университете и одновременно писала кандидатскую диссертацию. К двадцати двум годам за ее плечами была организация более пятидесяти выставок, причем двадцать из них составляли ее работы.

В декабре мама сообщила Мелиссе приятную новость – было получено согласие на организацию выставки ее картин в музее абстрактного искусства в Куэнке. Девушка была в восторге от этого музея и уже давно планировала устроить там выставку. Теперь перед ней стояла задача отобрать картины, приехать в Испанию, подписать все необходимые документы и продумать все тонкости организации.

Затем были напряженные пять месяцев работы, курирование выставок в Канаде и Франции, создание новой серии работ. Все это полностью вымотало Мелиссу и физически, и морально, поэтому она решила съездить в Колумбию навестить отца, а заодно отметить там день рождения и отдохнуть.

Прилетев, девушка выкинула из головы все, что так или иначе было связано с работой, и с упоительным наслаждением погрузилась в отдых.

Первые три дня Мелисса провела, нежась под ласковыми лучами солнца на берегу океана или совершая прогулки на яхте отца. Восстановив физические силы, девушка каждый день уезжала любоваться достопримечательностями, посещала свои любимые с детства места, встречалась с родственниками и знакомыми. Когда им удавалось поехать куда-то вместе с отцом, она была просто счастлива. В эти часы она словно возвращалась в детство, но для полной идиллии рядом не хватало мамы.

К ее великому сожалению, за неделю, которую она провела здесь, отец смог составить ей компанию только два раза. Первый раз они съездили в Медельин, где жил двоюродный брат отца с семьей. Второй раз – в день ее рождения – прогулялись по парку Симона Боливара в Боготе, где отец арендовал карету с четверкой лошадей, а потом поужинали в ресторане. Все остальное время ее всегда и везде сопровождал один из его людей.

Мелисса прекрасно понимала, что отец приставил его к ней в качестве охраны, и поначалу это немного тяготило ее. Намекнув отцу, что она спокойно может обходиться и без телохранителя, и получив в ответ его категоричное «нет», девушка сначала просто смирилась с этим. Но по прошествии пары дней ее отношение изменилось на позитивное. Андрес оказался весьма доброжелательным, учтивым и интересным в общении молодым человеком двадцати восьми лет. Он мог поддержать любой разговор и обладал потрясающим чувством юмора. Они быстро нашли общий язык, хотя иногда Мелисса хотела поехать куда-нибудь одна. Особенно после неприятных разговоров с отцом, которые за это время происходили несколько раз. Девушка видела, что отец сильно изменился, и пыталась помочь ему, но, как и раньше, натыкалась лишь на отрицание и агрессию.

Пролетели десять дней. Мелисса была полна впечатлений и эмоций, и руки сами потянулись к кисти и мольберту, а душа загорелась жаждой творчества. Закупив в городе Кали, который располагался в часе езды от дома, все необходимое, она с наслаждением погрузилась в свою любимую стихию.

Вилла, построенная на небольшой возвышенности, утопающая в зелени и напоминающая дворец, белоснежная яхта, океан и все, что с ними связано, было запечатлено на бумаге во всевозможных ракурсах.