Читаем Два развода Айрин Фокс онлайн бесплатно

Карета ехала по отвратительным дорогам баронства Шегистэд, я смотрела на унылые осенние пейзажи за окном и думала о том, когда уже в этом мире хоть кто-нибудь начнет производить рессоры. Задница откровенно болела, но проще было потерпеть, чем выслушивать недовольные сентенции спутников.

– Ах, – притворно вздохнула девица. – Барон, вы такой необузданный!

Господи, и где она слово-то такое нашла? “Необузданный”! Еле удержалась, чтоб не хихикнуть и не скривиться. Правильнее было бы сказать проще: “похотливый козел”. Тогда сразу все понятно.

Не удержалась, бросила взгляд на парочку напротив. Мужчина тискал девицу за коленки, тяжело дышал, уткнувшись носом в обнаженное плечо, и косился в декольте, а та закатывала глаза и вяло отбивалась, глупо хихикая.

М-да, ставлю весь свой багаж на то, что если бы не мое присутствие, барон Шегистэд уже разложил бы девицу прямо в старой скрипучей карете.

Кашлянула, привлекая внимание, и мужчина отстранился от спутницы, создавая видимость приличий. Та бросила на меня гневный взгляд, но поймав в ответ мой насмешливый, отвернулась к окну.

Барон же смотрел на меня, видимо, надеясь пробудить совесть. Или стыд? Уж не знаю, что он хотел сообщить, я в ответ лишь закатила глаза и сделала вид, что мы не знакомы. Он расправил плечи, оправил шитый золотом дублет и важно сообщил:

– Подъезжаем.

Откровенно говоря, барон Шегистэд был недурен собой, и при желании производил самое благоприятное впечатление. Во всяком случае, когда мы познакомились, был настолько учтив, вежлив и располагающ, что я поверила в его благородство. Все это оказалось иллюзией, но поняла я это, к сожалению, далеко не сразу.

Попутчица, которой барон предложил присоединиться к нам на прошлой остановке, тоже начала прихорашиваться, посылая мужчине зазывные улыбки. Благо, на подъезде к городу дорога стала значительно лучше, трясти перестало и можно было нормально привести себя в порядок. Я пригладила волосы и поправила шляпку, девица – грудь.

Ну-ну, милая, не стоит так стараться, он и без того поведет тебя в “Кривой Омар”, единственное место, по мнению барона, способное достойно принять его. На самом деле на что-то более изысканное у Колинса Фокс, барона Шегистэд, просто нет денег и это его неимоверно злит. Ну, а виновата в этом, по его мнению, я.

Карета остановилась, барон вышел первый, подал руку девице, осыпая ее комплиментами, помог выйти из кареты, и они неспешно двинулись прочь. Я же собрала многочисленные свертки и пакеты и при помощи кучера тоже выбралась наружу.

Посмотрела вслед идущей под руку и воркующей парочке.

“Да, Ирка, – подумала я. – И эта сволочь – твой муж!”

***

Ирина Лисунова

Познакомимся?

Я – Айрин Фокс, баронесса Шегистэд, в недавнем прошлом Ирина Лисунова, 28 лет от роду и мне категорически не везет с мужьями.

Мой первый муж оказался полным психом, о чем мне поведала его секретарь. Сама я, как водится, о некоторых пристрастиях супруга до поры до времени не логадывалась, хотя провела с ним в браке три года и родила очаровательную дочку Дашеньку.

Но вот как-то вернулась я домой, а дверь в квартиру не заперта. Я испугалась, жили мы не бедно и грабителям поживиться было чем. Достала телефон, собираясь вызвать полицию, но любопытство заставило заглянуть в приоткрытую щель.

Постояла, посмотрела, оценила увиденное. Бесшумно спустилась вниз по лестнице, вызвала такси и поехала к секретарю моего мужа. В этом городе это был единственный человек, который относился ко мне тепло и с участием.

Лариса Константиновна встретила меня понимающей и невеселой улыбкой.

– Я предполагаю, ты немного больше узнала о своем муже, – сказала она, затягиваясь сигаретой.

– В общем, да, – согласилась я.

Я понятия не имела, как расценивать увиденное. Когда я заглянула в щель, там мой дражайший супруг со спущенными штанами у стены в коридоре, прямо стоячком трахал какую-то девицу. И я не верю, что он забыл закрыть дверь в порыве страсти. Не такой он человек. Слишком хитрый, слишком осторожный и продуманный. Одним словом, лис.

Женщина молча включила и положила передо мной планшет.

До вечера, пока не пришла пора забирать Дашку из детского сада, я сидела в полутемном кафе и изучала тайную жизнь моего мужа. Это были видео с камер в его кабинете. Я видела, как после совещания из-под стола выбирается одна из его “личных помощниц”. Даже знать не хочу, что она там делала, но догадываюсь. И понимаю теперь, для чего они нужны, а то все недоумевала, зачем мужу такое количество бестолковых сотрудниц, он же постоянно жаловался на них и менял как перчатки. Наблюдала, как Олег сворачивает в трубку бумаги со стола и сует ей в зубы. Что-то говорит, но звук или камера не пишет, или Лариса отключила. Опрокидывает ее грудью на стол и лупит по заднице свернутыми в трубку документами. Лицо его перекошено злостью и… удовольствием.

Тогда я задумалась, что совсем не знаю своего мужа.

Видео оказалось самым невинным в череде других. Лариса пила кофе, и пролистывала их, как ничего не значащие эпизоды чужой жизни.

– Но Олег же знает, что это могут увидеть, – сказала я, отодвинув планшет. Смотреть не хотелось, мне и того, что я в своей квартире видела, хватило.

– Разумеется, он знает об этом, – согласилась Лариса. – То, что ты сейчас смотрела, это нарезка из обработанного видео, сделанная по его просьбе. Категория “лайт”, так сказать.

– Есть и другие категории? – горько усмехнулась я. Для меня все было решено, я собиралась подать на развод.

– Конечно, – невозмутимо ответила женщина. – Понимаешь, Ирина, твоего мужа заводит осознание того, что его могут увидеть, когда он занимается сексом. И ему нравится делать это при свидетелях или на камеру. Неужели он не предлагал тебе записать “хоум видео”?

– Предлагал, – призналась я. Вот уж чего я точно не ожидала, что секретарь так хорошо знакома с пристрастиями моего супруга. – А вы давно знаете?

Спросила и оглядела женщину с подозрением. Ей было сильно за сорок, но выглядела она отлично. Всегда в деловом костюме, ухоженная, подтянутая, уверенная в себе и безукоризненно вежливая. Истинная королева приемной, в подчинение которой еще несколько “личных помощниц” босса.

– А он и не скрывал никогда. Просто не закрывал двери, когда приглашал к себе помощниц. Когда я спросила, признался, что да, его это возбуждает.

– И как вы с ним работаете? – ужаснулась я.

– Мне отлично платят, так что я готова потерпеть некоторые неудобства, – усмехнулась секретарь. – И потом, у многих людей есть предпочтения или необычные потребности в интимной жизни, это нормально, пока не переходится грань. Меня же никто не заставляет сидеть и наблюдать за развлечениями начальства. В отличие от тебя, я вольна уйти или закрыть дверь, или сделать вид, что ничего не заметила.

– Вы так говорите, будто у меня такого выбора нет, – заметила я.

– Боюсь, что это так. Задумайся, почему за столько лет ты ничего не узнала, а сейчас он вдруг решил раскрыться?

И я подумала – а действительно, почему? Как я уже говорила, в забывчивость мужа я не верила, а планировка нашего дома такова, что из соседей вряд ли бы кто-то мог случайно подойти к дверям.

– Леди Фокс! – ко мне со всех спешил Брук Хоул, шустрый мальчишка, прислуживающий в лавке господина Ривот. – Вы позволите, леди?

Он кивнул на свертки в моих руках, и я с удовольствием отдала ему их. Они были не тяжелые, просто объемные и нести все разом было неудобно. Кучер не мог отойти от лошади, барон не дозволял этого, а сам муженек уже скрылся со своей пассией в дверях недорогой ресторации.

– А хозяин ждет вас, леди, уж как ждет, – тараторил мальчишка, одновременно неся пакеты и умудряясь ногой открыть передо мной дверь. Впрочем стоило ему только показаться в проеме, как нам навстречу вышел сам хозяин лавки господин Гордес Ривот.

– Леди, я так рад вас видеть! – он ловко перехватил у меня свертки и сгрузил их на столик возле прилавка. – Принесли что-то новенькое? Не терпится увидеть, что на этот раз.

Но проявить нетерпения он себе не позволил, сначала проводил меня до диванчика и, усадив, предложил чаю.

– Если только немного мятного, Гордес. Никак не могу привыкнуть к местным дорогам, меня ужасно укачало, – я сняла перчатки и шляпку и подтянула к себе один из свертков. – Сегодня я привезла вам зайцев.

Развязала бечевку на свертке, развернула бумагу и стала доставать мягкие игрушки. Длинноухие зайцы-тильды в разных нарядах, милые и смешные зайчики-пузанчики, симпатичные пушистые кролики… Зайчихи в шляпках, зайцы во фраках и с тростями, зайчатки в перчатках занимали свои места на диване.

Хозяин лавки, господин Ривот, сложил руки на объемном животе и с умилением разглядывал семейства длинноухих.

– Леди Фокс! Айрин! Вы волшебница! – с чувством сказал он. – Я разошлю их по лавкам сегодня же! Посмотрим, как быстро они разойдуться и тут же начнем шить и их. Брук, закрой лавку, я еще не решил, где разместить такую красоту! Айрин, пойдем же в кабинет, моя дорогая девочка!

Кабинет мужчины мне нравился. Он был похож на склад антикварных кукол с фарфоровыми лицами, с одним лишь отличием, что тут собирались игрушки с дефектами. Фарфор хрупок, куклы из него дороги, и выставляют и перевозят их с большой осторожностью, но все же неприятности случаются. Иногда на производстве могут не прокрасить лицо или нарисовать его не слишком удачным, да и долгое хранение оставляет следы. Хоть и стоят красавицы в витринах, но пыль, она такая, рано или поздно везде проберется. А еще краски тут не очень стойкие… В общем, все что подлежало замене и реставрации оседало здесь. А я каждый раз, когда приходила сюда, жалела, что не умею реставрировать игрушки. Но, к счастью, я умела их шить. И это то единственное наследство, что мы с Дашкой привезли сюда из прошлой жизни.

За крохотным столиком в полутемном кафе моя жизнь стремительно неслась под уклон. Лариса Константиновна демонстративно не смотрела на меня, давая возможность самой сделать выводы.

– Я разведусь, – твердо сказала я.

Поразмыслив, я поняла, что Олег ждал меня. Он прекрасно знал, что я всегда прихожу в одно и тоже время, отведя дочку после обеда на несколько часов в детский сад, чтобы она там постепенно знакомилась с другими детьми. Садик был дорогой, частный, и у персонала там было свое представление, как надо приучать ребенка к коллективу. Хотя я бы вообще спокойно сидела с дочкой дома, на мой взгляд до трех лет отдать ее куда-то – слишком рано, тем более, что Дашутка была непростым ребенком. Роды прошли с осложнениями, моя девочка часто болела и отставала в развитии. Поэтому я сама занималась с ней дома, и развивающие игрушки тоже делала для нее сама, в том числе и мягкие. Вообще, шить игрушки я начала еще до знакомства с Олегом, сначала это были сувениры знакомым, потом на продажу. Мне заказывали портретных кукол, похожих на именников, зверушек в форме к профессиональным праздникам и прочее. Меня устраивало, что я работаю дома и ребенок со мной, но Олег настоял, и теперь я каждый день после сончаса отводила Дашу в сад.

– Он не отпустит тебя, – уверенно ответила Лариса. – Олег слишком долго ждал, когда ты созреешь для того, разделить его интересы.

– Лариса, он бьет их, связывает и они делят девушек на троих. Ты правда думаешь, что я на это соглашусь?

– Не будь ханжой, Ирина. Подумай о ребенке. Но если что – ты знаешь, как меня найти.

В тот вечер я вернулась домой только вечером и мялась, объясняя, где я была пол дня. Олег делал вид, что верит, а ночью впервые взял меня против воли…

Я подала на развод. Муж узнал. Оскорблял, грубил, стал запирать меня дома, но до рукоприкладства не доходил. Днем все было терпимо и более-менее благопристойно. А вот ночами супруг не церемонился… Месяц я терпела и искала, куда мы поедем после суда. Через интернет нашла уютную квартиру на окраине, оплатила, прикинула, что возьму с собой.

Суд отказался нас разводить и дал срок для примирения.

Я сделала вид, что смирилась, выбрала момент и попыталась удрать с дочкой. Он нашел меня тем же вечером. И я на себе прочувствовала, что значит категория не “лайт” и что имела в виду Лариса Константиновна.

– Еще одна выходка, Ирина, и я отправлю жить дочь с моей мамой. А тебя запру здесь и оставлю без планшета и телефона. Сама понимаешь, что никто тебе тогда не поможет. Ты моя и это не измениться.

Он был прав. Заступиться за меня было некому. Родни у меня не было, друзьями тоже как-то не обзавелась и вообще в этом городе никого не знала, даже заказы клиентам отправляла только почтой. Смазывая бадягой синяки на запястьях, я думала, что делать дальше. Решила быть послушной и выждать время. Он берег меня, по-своему. Срывался и забирал свой супружеский долг нечасто, но мне хватало и этого. Я все рассказала Ларисе, она обещала подумать, как мне помочь.

На втором суде Олег был убедителен, рассказывая, как я тяжело перенесла роды, как расстроилась, что ребенок родился слабый, что после этого стала мнительна и тревожна… Предъявил кучу справок, по которым оказалось, что у меня тяжелая форма послеродовой депрессии, я прохожу лечение и вообще в целом не совсем адекватна. И подал встречный иск об признании меня временно недееспособной. Суд снова отложил решение.

А потом Олег все-таки отправил дочку к матери.

Господин Ривот усадил меня в кресло и достал учетные книги.

– Так, Айрин, девочка моя, мид-ви-дей твоих нарядных всех продали, и на новые заказов полно, – он похлопал пухлой ладошкой по такой же пухлой тетраде для записи заказов. – И для запуска пошива тестового образца все готово. Осталось разрешение Надзора получить. Но без тебя тут никак, ты все-таки мой полноправный партнер.

Ну да, так уж получилось, что я снова шью мягкие игрушки, но на этот раз в другом мире. С господином Ривот мы познакомились случайно. Не смогли с Дашкой пройти мимо лавки, в витринах которой были выставлены фарфоровые куклы. Они были потрясающе красивы, настоящие принцессы с золотыми кудрями. Конечно, дочка застыла напротив, завороженная нарядными фарфоровыми барышнями.

А когда мы вошли внутрь, так и я дар речи потеряла.

– Какие они красивые! – сказала дочка.

– Милая, мы пока не можем себе позволить такую куклу, но хочешь я сошью тебе другую?

– Принцессу? Хочу!

Дочка захлопала в ладоши, чем и привлекла внимание полноватого мужчины, что тоже зашел полюбоваться на кукол.

– Госпожа умеет шить кукол? – по-доброму улыбнулся он.

– Мама все умеет, – заявила моя егоза, с гордостью демонстрируя своего плюшевого медведя.

– Можно взглянуть? – уважительно спросил дочку мужчина, присев перед ней на корточки.

На дочку снизошел приступ великодушия, и она протянула игрушку незнакомцу. Он рассмотрел и ощупал ее.

– Мягкая, – резюмировал он после изучения. – Вы сделали ее сами?

Я кивнула.

– Я понял, – обрадовался он. – Вы – попаданка! Сможете и для меня сделать пару кукол, я выставлю их в этой лавке. Ну, или таких игрушек, – он показал на медведя.

– Таких нет, у меня нет материала для него. Но я могу предложить несколько других образцов, которые уместно смотрелись бы здесь.