Читаем Сто тысяч лучей солнца: жизнь и учения мастера Чод, ламы Церинга Вангду онлайн бесплатно

Сто тысяч лучей солнца: жизнь и учения мастера чода ламы Церинга Вангду

Рождение и годы юности

Посвятить себя, тело, речь и ум, делу Святой Истины -

Лучшее и Высочайшее занятие, о народ Дингри.

Если у вас не получается ухватить смысл, молитесь Гуру

И не сомневайтесь, что понимание придёт, о народ Дингри!

Падампа Сангье, X век

Рождение и ранние годы

Я родился в деревне под названием Палкири, что в долине Палкор, которая расположена в центре региона западный Дингри в Тибете. Этот регион окружен священными местами. На юге возвышается гора Эверест, а на западе – Лапчи. За Дингри расположен Ципри. На северо-западе Понгронг, а на севере Бутра. Дингри, сама по себе, священная область, чье образование было предсказано самим Буддой Шакьямуни. Когда Он давал Учение о Совершенстве Мудрости на пике Стервятников рядом с Раджгиром (в Индии), его ученик Рабджор спросил: «Ранее Ты обучал нас Совершенству Терпения, Усилий и другим совершенствам. Почему сейчас, Будда, Ты учишь нас совершенству Мудрости?»

Будда ответил: «Из всех совершенств, это Учение – самое важное».

«Если оно настолько ценное, где оно распространиться в будущем?», - спросили ученики.

Будда ответил: «Мое учение распространится от Пика Стервятников на север, и затем снова на север».

Рабджор снова спросил: «Ты уйдешь из этой жизни, и я уйду. Кто же обучит Совершенству Мудрости эти северные регионы?»

И тогда Будда дал предсказание: «На северной земле мое Учение о Совершенстве Мудрости будет распространяться моей младшей сестрой, Богиней Гор, и моим учеником Мипамом Гонпо. Эти двое будут распространять Дхарму на севере».

Когда Будда произнес это, его сестра не ответила, но его ученик Мипам Гонпо заговорил: «Если нам двоим предстоит распространять Дхарму в Тибете, в каком именно месте нам предстоит учить?».

В ответ Будда подобрал камень размером с кулак, и сжал его, оставив на камне отпечатки, словно это было масло. «Там, где приземлится этот камень, вы и будете обучать Совершенству Мудрости в будущем, и моя Дхарма распространится».

В те времена Дингри еще представлял собой озеро. Когда Будда бросил камень, он упал в это озеро со звуком «Динг!», который разнесся по окружающим горам. Из этого звука и возникло название региона Дингри. После того, как Будда ушел в Паринирвану, озеро постепенно высохло и люди стали заселять эту область. Как и было предсказано, Мипам Гонпо был рожден как Падампа Сангье, один из величайших 84-х махасиддхов, знаменитых практиков из Индии.

Через несколько сотен лет после времени Будды, все эти существа достигли полного Просветления, следуя священным путем Махаяны и Тантраяны. Практикуя в лесах и ведя бродячую жизнь, эти великие мудрецы встречались раз в год, в южном Палкири в горах Палки, чтобы рассказать о своих чудесах и достижениях перед махасиддхами Нагарджуной и Сарахой. Пока другие рассказывали о своих силах, Падампа Сангье хранил молчание. Сараха, наконец, спросил у него: «А как насчет твоей практики?».

«Я не занимаюсь никакими практиками Просветления, ведущими в Чистые Земли», - ответил Дампа. «Также я не хочу заниматься практиками ламы, сидящего на высоком троне. Я хочу Дхарму, которая моментально прекращает страдания живых существ. Вот что я практикую».

Тогда Сараха ответил: «Твоя практика воистину велика. Такой вид любви и сострадания, на самом деле, является основой для разрешения страдания живых существ. Твоя практика подобна мускусу оленя. Есть много разных животных, но мускус оленя имеет большое значение, поскольку является целебным и лечит многие болезни».

Нагарджуна также похвалил практику Дампа Сангье и сказал: «Твоя Дхарма избавляет от страданий в один момент. Я назову ее умиротворение, Шидже».

Когда Падампа Сангье совершал паломничество вокруг Ципри, он увидел Дингри с вершины горы. Покрытый снегом, сверху Дингри выглядел как горшок с молоком. Однако Дампа заметил отрезок темной земли на западе, свободный от снега, в форме спящего слона. Сейчас это место называется Лангкор, долина слонов. Падампа спустился с горы, чтобы попробовать отыскать знаменитый камень, который Будда выкинул в предыдущей жизни. Когда Дампа Сангье пришел к берегу реки, он увидел место, где шесть мускусных оленей ходили по кругу и делали подношение мандалы. Как только Дампа подошел ближе, шесть оленей растворились в одном, который, в свою очередь, растворился в том самом камне, брошенным с Пика Стервятников давным-давно. Так, Дампа Сангье нашел камень. По этой причине, это место сначала назвали Ла Кор: «Ла» означает «олень», а «кор» - «ходить по кругу».

Есть также еще одна версия того, как Лангкор получил свое название. Когда Дампа Сангье позже основал там монастырь и давал там Учения, король Поронга поднес ему белого быка, без единого черного волоса. Этот бык доставлял воду сотням практикующих, от двери к двери, в летнее время. А зимой он доставлял лёд. Закончив работу, бык отправлялся в монастырь Дампа Сангье и обходил его по кругу. «Ланг» означает «бык», а «кор» - «ходить по кругу», так эта область получила название Лангкор. Так что одинаково правильно говорить и «Лакор» и «Лангкор». В этом месте я и родился.

Мои родители

Хотя моя мать была родом из богатой семьи в Лангкоре, она работала прислугой в семье моего отца. Она была средней из трех сестер, братьев не было. Мать моя была не слишком красива и получила прозвище «свиное рыло». Мой отец был старшим из семи братьев и самый богатый человек в деревне Пенак в Дингри. Его семья носила имя Пенакпа, но люди звали его Топгье. Младший брат был монахом в монастыре Шелка Чоде, в котором жили около 300 монахов.

В то время, пока моя мать работала прислугой в семье Пенакпа, у нее были тайные отношения с моим отцом Топгье, и так она забеременела мной. Его законная жена, чья семья была родом из Линг-Шар на севере (рядом с Цирпи), не имела детей. Имя ее семьи – Чупонда.

У этой жены был брат, который, в основном, жил с семьей Пенакпа. Он тоже утверждал, что является мои отцом, то есть у меня, в общем-то, два отца. Один был сыном семьи Пенак, а другой был его шурином. Оба спали с моей матерью, служанкой, и поэтому оба считали себя моими отцами.

Когда моя мать забеременела, она прекратила работать и отправилась к своей семье в Лангкор. Оба моих отца совсем не заботились о ней во время ее беременности. Акушерками на родах были ее сестры.

Есть линия прямых потомков Пакье Гонпа в Лангкоре. Пакье Гонпа был великим практиком во времена Дампа Сангье, и его линия преемственности все еще существовала в семье в лице одного мирянина и одного монаха. С точки зрения семейственной преемственности Дхармы, его семья считалась святой. Моя мать к ним обоим обращалась словом «дядя», хотя я не знаю точно, была ли это форма вежливого обращения или же они на самом деле были родственниками.

Незадолго до моего рождения у моей матери открылось сильное кровотечение, словно менструация. Она попросила сестру сходить к дяде, чтобы тот погадал. И он дал такое предсказание: «Перед тем, как она родит сына, у нее будет кровотечение, называемое «первой кровью». Вам не нужно волноваться. Вскоре после этого она родит сына. Выкидыша не будет».

Роды

Ранним утром солнце пролилось в окно маленькой комнатки, где я был рожден. Это был 10-й день 1-го месяца тибетского лунного календаря, 1936 год.

Ламы проводили церемонию подношений в монастыре, что является традицией для 10-го дня каждого лунного месяца. Меня родили без осложнений, если не считать того, что я был завернут в карман из кожи. Моя мать вспоминала с ужасом, что я выглядел «как желудок». На самом деле, и мать, и тетя боялись ко мне прикоснуться, поскольку я не выглядел как человеческое существо!

Они позвали одну деревенскую старуху и та сказал им: «Если что-то рождается таким образом, и если это мальчик, то это хорошо. Карман нужно открыть». Эта старая женщина вскрыла «желудок», и там был я ] амниотический мешок к этому моменту был все еще цел]. Однако когда меня вытащили, пуповина все еще обвивала меня, как медитационный шнур, и я плакал. Старая женщина сказала: «Если сын рождается с пуповиной, обвязанной таким образом, - это очень благоприятный знак. Поскольку у мальчика, по сути, нет отца, тебе следует заботиться о нем особым образом».

Затем моя мать отправила тетю к ламе за именем для меня. Когда она прибыла в дом ламы, ламы практиковали там Чод линии Па Дампа Шидже. В тот момент, когда она приехала, они читали отрывок из практики Чод, включающий практику «Вангду», что означает покорение и подавление препятствий. Моя тетка объяснила: «Сын был рожден, обвязанный пуповиной, словно поясом для медитации, не могли бы вы дать ему имя?». В соответствии с тем, что лама читал в момент ее приезда, он сказал: «Его имя будет Церинг Вангду». Так я получил это благоприятное имя, означающее «могущественная длинная жизнь».

Ранние годы

В процессе моего развития на моем теле возникли естественные шрамы. Одни люди говорили «у тебя тело словно раскрашено под тигра», другие говорили «как листья», или «прямо как шрамы».

Однажды, когда я уже знал несколько слов, я разбудил свою мать после того, как мы уже отправились спать: «Не спи, вставай, мы должны молиться!» Мать ответила: «Я не знаю, какую молитву мне говорить?» И тогда я сказал ей: «Дэва чен по кьи по шор» (Пусть я обрету рождение в чистой земле Будды). Этой мантре, которой, по словам моей матери, я обучил ее как только начал говорить.

В возрасте, когда я уже мог ходить и бегать, другие дети моего возраста играли в разные игры. Но я не играл. Вместо этого я сооружал много ступ из камней и совершал перед ними простирания. Однажды двое представителей деревни Лангкор прибыли из центрального правительства в Лхасе. Чиновник и его жена обходили наши поля. Они увидели меня, делающего простирания, и подумали, что я, должно быть, инкарнация какого-то ламы, очень преданного практике. Я помню, что они были очень добры ко мне и подарили мне много сладостей.

Даже будучи маленьким, я давал учения по Дхарме пяти или шести мальчикам и девочкам, которые со мной играли. Дети приходили с цампой, чтобы лепить пирожки. Но вместо пирожков мы делали церемониальные подношения для ритуалов. Вскоре они дали мне прозвище «лама лама». Когда другие дети приставали к деревенским курам и разбивали их яйца, я плакал и просил их не вести себя так. Вскоре, если я был неподалеку, они воздерживались от убийства животных или разбивания яиц. Среди моих друзей, которых я обучал Дхарме, была одна слабослышащая девочка. Мы играли в такую игру: я сажал ее себе на колено и рассказывал на ухо истории, связанные с Дхармой.

Но мое детство ожидали большие перемены. Была одна семья по имени Угьен Шика на севере Дингри, члены которой каким-то образом приходились родственниками моей семье. Сын Угьен Шика хотел перевезти мою мать в их семью, и он также хотел забрать меня с собой. Когда члены семьи Пенак об этом узнали, то отобрали меня у моей матери, несмотря на то, что я все еще питался ее молоком.

14-й день 6-го месяца тибетского календаря – годовщина паринирваны Падампа Сангье под названием «религиозный праздник Лангкор». В основе данного праздника – события, произошедшие после того, как Падампа умер. Когда деревенские жители и преданные ученики плакали от горя, Дампа Сангье вдруг ожил и сказал им: «Не плачьте обо мне! Лучше, в этот праздничный день танцуйте, пойте и возносите молитвы!» Так что в этот день жители всего региона Дингри собираются вместе и празднуют. И в этом году на праздники люди распевали такие комментарии: «Есть обычай не позволять пони пить молоко кобылы. А это обычай Пенакпы - прервать кормление ребенка молоком матери» - эти слова были о том, как Пенакпа забрал меня от моей матери в то время, пока я еще кормился грудным молоком.

Боль взросления

Так я остался с моим отцом Топгье и его официальной женой. Я также жил с моим дядей Норбу Тондрупом, который делил одну жену с моим отцом. Полиандрия была обычной в Тибете того времени. Они были бездетны, и поэтому растили меня с огромной любовью. Семья Пенакпа была очень богатой и поэтому в этом сообществе жило очень много людей, включая бабушек, дедушек и так далее – в целом около 18-ти членов семьи. Поэтому в течение нескольких лет обо мне заботились очень хорошо. Я очень хорошо помню смерть моей бабушки, за которой, почти сразу, последовала смерть официальной жены моего отца. Эти две женщины особенно сильно заботились обо мне. После их смерти в семье Пенакпа появилась новая жена, но так сложилось, что ей не было дела до меня. По правде говоря, она предпочитала посылать меня присматривать за стадами овец на пастбищах, чем со мной пересекаться.

Пять или шесть других детей гуляли со мной, пока я пас овец. Я находился внутри каменной стены, окружающей наше поле, и использовал камни со стены для возведения маленьких ступ. В своей пастушьей сумке я носил маленький барабанчик и колокольчик, и совершал свои религиозные практики прямо на пастбищах. Мне говорили, что когда я был маленьким, я был как йогин и не любил носить много одежды. В нашем доме на первом этаже жили овцы. Я жил на втором этаже и сделал из своей комнаты алтарь, используя маленькие глиняные статуи и абрикосовые косточки в качестве подношений. Я даже делал небольшие одежки для статуй из фантиков конфет.

Поскольку у моей семьи были стада овец, в определенный период некоторых животных уводили на убой. Обычно мои родители выбирали овцу, а в мои обязанности входило удерживать животное на каменной глыбе. Сначала я плакал от жалости к животным и умолял, чтобы овцу не убивали. Позже, я прямо противодействовал тому, чтобы овцу уводили на убой. Моим родителям приходилось выбирать овцу и прятать ее от меня, пока я не проснусь. В день, когда овцу убивали, я не улыбался и не смеялся. Мои родители говорили: «лама зол, его лицо потемнело» и называли меня «лама с черным лицом». В это время мне было восемь или девять лет».