Читаем Земля сердечных мук (ЛП) онлайн бесплатно

Клод Клэйтон Смит

ПРЕДИСЛОВИЕ

УРОКИ ВОЖДЯ

Глава I

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Клод Клэйтон Смит

ЗЕМЛЯ СЕРДЕЧНЫХ МУК

ПРЕДИСЛОВИЕ

Когда я был мальчиком, вырастая в Стрэтфорде, Коннектикут, отец часто брал меня на рыбалку, вместе с братом и дедушкой, на озеро Зор в Саутбери. Мы брали напрокат лодку у человека по имени Берне Ингрэм, который жил в старом домике на холме у озера. Берне Ингрэм был чистокровный индеец сиу. Я помню этого крупного, молчаливого мужчину с сетью пересекающихся морщин на коже лица и шеи. Он сам делал лодки, которые мы брали в аренду.

Как-то раз Берне Ингрем пригласил моего деда на охоту. «У меня нет разрешения», – стал отнекиваться тот. «У меня никогда не было», – спокойно ответил Берне Ингрем. И оба они отправились на охоту; Берне Ингрем подстрелил оленя, а арестовал лесник моего деда.

Позже дед объяснил: «Индейцам не требуется разрешение, потому что леса и так принадлежат им!»

Этот урок остался в моей памяти. Некоторые люди живут здесь так давно, что обладают особыми правами на землю.

Но столь давний опыт лишь принёс с собой вопросы. Что делать индейцу в Коннектикуте? Разве родина индейцев не на Западе? Единственные индейцы, которых я изучал в школе, были те, кто помогал отцам-пиллигримам в первый День Благодарения. Потом они все словно исчезли.

И лишь тогда, когда я занялся исследованиями для своего исторического романа «Стрэдфордская ведьма», (Уокер и Компания, 1984), я в полной мере осознал печальную правду об американских индейцах, наших Коренных Американцах, чья борьба далеко не закончена. «Земля сердечных мук» документально подтверждает эту борьбу, сосредоточив внимание на современном настоящем потомке индейцев, выведенных в моем романе; на Ауреулисе Пайпере, вожде Большом Орле, и племени индейцев погассетов.

В 1925 году, в девятнадцатилетнем возрасте, мистер Пайпер бежал из резервации Золотой Холм в Трамбуле (Коннектикут), чтобы пожить вольной жизнью в лесах Мэйна. В 1973 г. он возвратился, чтобы сражаться против узаконенного расселения своего племени, для защиты земли предков от грубого вторжения на нее. В ходе этой борьбы ему удалось превратить старейшую (1659 г.) и мельчайшую (1/4 акра) резервацию в Америке в международно известный «живой музей» индейской культуры.

Вождь Большой Орел – одновременно страстная и противоречивая натура. За работу с городской детворой полиция Милфорда, Коннектикут, особо отмечала его заслуги. Как-то раз он осуществил мечту неизлечимо больного мальчика из Нью-Джерси, буквально сняв рубаху со своего плеча. И тот же человек обвинялся в поджоге резервации Золотой Холм, и подвергался нападкам в связи с печально известными убийствами черной молодежи в Атланте. Последнее закончилось осуждением Уэйта Б. Уильямса.

И страсть, и противоречивость, мне кажется, происходит от того, что Вождь Большой Орёл решил сражаться за народ погассетов – за их право существования и достойную жизнь. Жители Трамбулла либо приняли сторону Вождя, либо выступили против него. Середины не было. Но в беспристрастных глазах закона, после судебных битв, затянувшихся больше чем на десятилетие, Вождь Большой Орел был оправдан.

«Земля сердечных мук» рассказывает историю Вождя Большого Орла и индейцев Золотого Холма племени погассетов. Это – прошлое и настоящее, рассказ о насилии и кровопролитиях. Уильям Кунстлер, известный гражданский адвокат, поддержал законные шаги племени, а саму резервацию взяли под защиту в боевом противостоянии Клайд Белкурт и Рассел Мине, активисты Движения Американских Индейцев (ДАИ), которые обороняли Вундед Ни против ФБР в 1973 году.

Я выбрал форму от первого лица, следуя голосу Вождя Большого Орла, каким я его узнал, позволив говорить ему самому. Ибо, как заключил федерально созданный Комитет по пересмотру политики в отношении Американских Индейцев, «только сами индейцы могут рассказать свою историю».

Я хочу поблагодарить мистера Пайпера за время и терпение, за долгие часы магнитофонных записей, за возможность ознакомиться с архивами резервации и народными промыслами, и за прочтение рукописи по мере ее продвижения. Больше всего я благодарен ему за опыт, который иначе мог бы меня миновать.

Надеюсь, что эта книга поможет высветить борьбу сегодняшних коренных американцев у истоков их истории, на востоке, в контексте современного города, на задворках которого она была все это время.

Клод Клэйтон Смит Шоусвил, Виржиния, Август 1985 г.

УРОКИ ВОЖДЯ

(Предисловие к русскому изданию)

Книга о Большом Орле пусть и невелика, но насыщена. За историей, которую он рассказывает, на самом деле скрывается много историй. Но все равно, самая главная из них – это рассказ о мужестве одного человека – Большого Орла, вождя племени погассетов.

Нет, этот человек – не «Последний из могикан», он – современный индеец, хотя по мужеству и цельности характера мало кому уступит. Он сам рассказывает свою историю, и сила ее в том, что история обращена к современности. За чувствами и поступками Большого Орла, отстаивающего свои права и права горсти соплеменников на клочке родовой земли, в единоборстве со всей системой власти, стоят столетия притеснений и обманов, совершенных против его народа. В обществе насилия «только сами индейцы могут рассказать верно свою историю. Именно это я и пытаюсь сделать», – говорит вождь. Он ведёт свой рассказ в форме автобиографической исповеди – так, как делали великие вожди-патриоты прошлого – Джеронимо, Джозеф, Чёрный Ястреб. И в определенном смысле рассказ Большого Орла – продолжение той же нескончаемой истории, полной сердечной боли – за судьбу народа, за его культуру.

Конечно, досужий глаз углядит, что вождь словно бы смешивает обычаи нескольких племен (например, будто индейцы не едят собак); и носит он ирокезский головной Убор, хотя сам происходит из племени алгонкинов; а изготовленные им вампумы – и вовсе авторские, нетрадиционные (правда, очень красивые)… Что же, в этом

– тоже история племени погассетов. Однако Большой Орёл " всё равно чистокровный индеец, он мыслит по-индейски, и действует по-индейски, защищая свой собственный дом. Поэтому-то и дым его трубки – так же, как и ружья – достигает Создателя.

И так же, как в былых индейских автобиографиях, чью традицию продолжает эта книга, понадобился белый человек, способный передать историю Белого Орла на бумаге, потому что не каждому доверил бы Вождь свою историю.

Клод Клэйтон Смит (для друзей – Бад) – сам выходец из штата Коннектикут. Он считает: есть высшая воля в том, что именно ему, потомку первого губернатора края, лишавшего предков Большого Орла исконных угодий, выпало рассказать его историю и тем искупить вину перед погассетами. Смит – профессор университета Огайо-Северный, где он ведет курсы лекций по истории американской литературы. Но он – ещё и писатель, автор книг для детей: «Чайка, которая потеряла море» (1984), «Корова и слон» (1983), романа из жизни ранних пуритан «Стратфордская ведьма» (1984). Уже здесь писатель вышел на тему аборигенов, тему сосуществования культур. Отсюда нить привела его к «Земле сердечных мук».

… Мы познакомились с Бадом в Огайо, на древней земле индейских курганов и богатого алгонкинского наследия. Под полыханье ярких красок осени и беседы о Хемингуэе мы задумали перевод книги на русский язык. Путь этот был долгим и непростым – книгу о Вожде несколько раз откладывали издательства, а накануне волнующего момента долгожданной презентации (август 1944 г.) рукопись была украдена…

К тому времени писатель уже начал работу над новой книгой о Большом Орле – теперь его увлек вопрос о том, отчего из множества других стран, в России особенно силен интерес к культуре и жизни аборигенов Америки? Замысел привел Смита дважды на русскую землю – именно в пору глубоких перемен, происходивших в русском обществе. Большого Орла и его преданного летописца пригласила Академия Наук и обширный круг российских индеанистов. Многие участники Всероссийского слета (по-индейски «цау-вау») под Ленинградом в 1991 году помнят их, особенно Большого Орла, в индейском наряде, среди российских берёз, в индеанистском типи. Несмотря на семидесятилетний возраст, вождь с удовольствием шутил, прогуливаясь по лагерю, мастерил удивительные браслеты из металла и бисера. А как забыть страшную ночь, когда Большому Орлу внезапно стало плохо с сердцем, и вот он, опираясь на руку приемной дочери, облачившись в лучший наряд, уходит в туман, чтобы, как он полагал, в последний раз встретить рассвет… И он встретил его – с молитвой и мужеством. Дым его трубки снова достиг Создателя.

Все эти события, московские встречи и многое другое, описаны в новой книге Смита – «Краснокожие на Красной площади» (1994).

Но вернемся к первой книге о Большом Орле. Как говорит он сам на последних страницах книги, «сердечная боль продолжается» – впереди новые гонения, конфликты с властями, а значит, – ежедневный подвиг служения своему народу, борьба за выживание. Большой Орел пишет: «Вы тоже можете помочь – тем, что узнаете правду». Другой известный индейский вождь сказал в своей автобиографии: «Чтобы рассказать правду, не надо много слов». Нужен честный и мужественный человек с болью в сердце – его уроки непременно найдут внимательных учеников: они всегда ко времени.

А.Ващенко

Воздать человеку

по его достоинствам -

вот главнее всего.

Вождь Сидящий Бык

Глава I

Меня зовут Аурелиус Пайпер. Я родился в 1916 году, на триста лет позже того образа жизни, какой хотел бы вести. Такого образа жизни, который больше невозможен. Образа жизни моих предков.

Я – коренной американец. Свои волосы я ношу обернутыми в кожу и заплетенными в две косы. За лентой моей широкополой шляпой я ношу заткнутое орлиное перо. А в последние годы мне приходилось носить для самозащиты и револьвер.

Мне хочется объяснить и это.

Но это – долгая и часто запутанная история, так что наберитесь терпения. Торопливому охотнику не добыть оленя. А из маленьких шагов складывается длинное странствие.

Я живу в одном из богатейших пригородов Соединенных Штатов, в том предместье Трамбулла, штат Коннектикут, который зовется Николсом. Это – место очень хорошее для белых людей – очаровательный на вид городок Новой Англии. Каменные изгороди окаймляют леса и поля. Кругом – сельские луга, старинные церкви с высокими шпилями, дома, крытые деревянной дранкой. Люди, живущие здесь, высокообразованны и благовоспитанны.

Я люблю сидеть на веранде моего маленького бревенчатого домика и следить за движением по автостраде Шелтон-роуд. Каждым утром мимо проходят школьные автобусы, среди других – машины, совершающие регулярные рейсы в Бриджпорт. Между ними пробираются грузовики с прицепами, развозя товары на рынки и супермаркеты. Время от времени на Шеврон-стейшн въезжает длинный фургон, с хорошо одетой белой женщиной за рулем; когда она задевает за змееподобный шланг на той стороне улицы, звенит колокол. Этот, а потом и другие фургоны вроде него, отвозят соседских детей на музыкальные занятия и конную езду.

Неподалеку – горный лавр и белый дуб коннектикутских окраин под натиском новых квартирных комплексов. Ни один из замечательных домов, по его завершении, не продается менее чем за сто тысяч долларов, а многие стоят – до трёхсот тысяч.

Трамбулл – очень хорошее место для белых людей. Но никогда оно не было хорошим для индейцев.

Автобусы, полные школьников, все время прибывают отовсюду, чтобы поглядеть на эту мою бревенчатую хижину. Сидя на крыльце, в ожидании их прибытия, я часто думаю о том, как буду им объяснять, чтобы они научились судить о том, что истинно, а что ложно. Чтобы они узнали правду об индейцах. Потому что, если малые дети познают правду, они вырастут вместе с нею. Тогда эта правда станет известна всем – и возобладает.

Почтовые ящики, которые я вижу со своего крыльца, напоминают мне своей батонообразной формой вигвамы моих предков. С них-то и начинается моя история – с предков.

В течение десяти тысяч лет коренные американцы, от которых я веду свое происхождение, населяли эту местность в Новой Англии. Европейские исследователи, считавшие, будто нашли новый путь в Индию, назвали их «индейцами» – они были самыми первыми из американцев.

Они пришли бродячими охотниками с севера и запада. Прошли по широким долинам, возникшим по мере отступления ледника в ледовый век, и прибыли на восток, в Землю Восходящего Солнца.

Земля здесь в то время была тундрой – покрыта лишайником, мхами и низкорослым кустарником. Но за сотни лет выросли хвойные деревья – сосна, хемлок и ель. Затем появились деревья, знакомые нам сегодня – дуб, берёза и ясень – деревья, которые сбрасывают листву ежегодно.

Мои предки жили охотой на лесную дичь и рыболовством на реках и ручьях. Они были красивы – низкорослы на наш взгляд, но стройные и сильные, с темными волосами, глазами и кожей. С годами они научились возделывать почву, растить в земле кукурузу, бобы и тыкву.

Все овощи, выращиваемые в Америке сегодня, выращивались моими предками до Колумба. Картофель, кукуруза, даже чилийский перец. Коренные американцы научили белых людей выращивать его.

Мои предки делали лекарства из более чем двухсот видов растений. Они использовали каждую часть растения – от корня к листьям, и нашли снадобья против болезней, язв и ран разного рода.

Конечно, поскольку они не имели письменности, то не оставили свидетельств своей культуры. Но их древние погребальные курганы-муанды хранят следы кремирования – сжигания трупов. Подобная практика говорит об уважении к смерти. А значит, и уважения к жизни. А об этом уважении ко всем живым существам мы никак не должны забывать.

Множество инструментов, используемых моими предками, были уничтожены за тысячелетия в богатой кислотами почве Коннектикута. Другие были утрачены из-за примитивных методов изучавших их археологов. Какая жалость! В вещах, которые удалось сохранить, в глаза бросается простая красота – в костяных ножах, каменных топорах, глиняной керамике.

Многие фермеры, возделывавшие эти земли в Николсе, обнаруживали нередко интересные индейские вещи. Сегодня они находятся в их домах. Некоторые из фермеров имеют больше таких предметов, чем я, потому что у них больше земли. Эти вещи помогают представить себе ту жизнь, которую вели наши предки.

Она сильно отличалась от современной и определялась прохождением цикла времен года.