Читаем Бороться, чтобы остаться (ЛП) онлайн бесплатно

Автор: Кэси Миллстед

Книга: «Бороться, чтобы остаться»

Серия: Вне серий

Главы: 22 + Эпилог

Переводчики: Дарья Воробьева, Александра Елизарова (20-22), Тори (Эпилог)

Редактор и оформитель: Оксана Коблина, Дарья Федюнина и Александра Кузнецова

Вычитка: Александра Елизарова

Глава 1

Я укладываю дочь и выхожу из комнаты, но останавливаюсь у не до конца закрытой двери. Мне не хочется, чтобы они знали, что я тут. Я просто хочу послушать. Правда послушать. Мне хочется узнать, какой он с ней. Вот и все. Он вернулся спустя долгих четыре года. Я все так же сломлена, как в тот день, когда он сломал меня.

— Давным-давно жила прекрасная принцесса, — начинает Роам.

— Это мамочка, — вставляет Лола.

— Однажды она переехала в маленький городок и встретила там принца.

— Это ты, — говорит она взволнованно. Я слышу, как он усмехается.

— Принц был высокий, с темными волосами и бородой. Он водил большой мотоцикл и носил кожаный жилет. Принцесса любила голубые глаза принца; в их уголках появлялись морщинки, когда он улыбался. Принцесса влюбилась в привлекательного принца. Она любила его так сильно, что родила от него ребенка. Самого красивого ребенка на свете…

— А это я! — Лола хлопает в ладоши, перебивая Роама.

Он снова посмеивается и продолжает:

— Принцесса посмотрела на свою малышку и назвала ее Лолой. Крошка была похожа на своего отца: у нее были темные волосы и ясные голубые глаза. Принц и принцесса были счастливы с их ребенком. Они не могли дождаться, когда же повезут малышку домой, чтобы познакомить ее со старшим братиком. У принца был сын, которого звали Джаспер. Джаспер тоже был похож на своего отца, вот только волосы у него были светлые. Он жил в другом городе, но часто навещал семью.

Я задерживаю дыхание, когда он приближается к концу рассказа, который я знаю наизусть, ведь читаю ей его вот уже четыре года с того самого дня, как ей исполнилось десять недель. Но он мне знаком не только по этой причине — я сама написала этот рассказ. Это была наша история.

— Однажды у принцессы заболело сердце. Ей было очень грустно, потому она забрала прекрасную малышку и уехала далеко-далеко, чтобы снова обрести счастье. Однако принцесса не переставала любить принца. Каждый раз, глядя в мерцающие голубые глаза дочери, она вспоминала его и оттого улыбалась. Конец.

До меня доносятся его пожелания спокойной ночи, так что я на цыпочках отхожу от двери. Он найдет меня, когда будет готов поговорить. Я знаю, он этого хочет. Именно поэтому он здесь. Поэтому, и для того, чтобы увидеть дочь. Ему нужны ответы. Он зол, и у него есть право злиться. Я больше не злюсь. Я простила его, но простить кого-то не значит быть прощенной.

Я наливаю себе стакан молока и жду. Слышу его тяжелую поступь по паркету, когда он спускается в коридор. Я чувствую, как он останавливается, когда достигает двери на кухню, где сижу я. Потому я разворачиваюсь, чтобы сидеть к нему лицом. В его глазах больше нет нежности, с которой он смотрел на нашу дочь, теперь в них жесткость, холод и ярость.

— Роам, — шепчу я.

Мне больше нечего сказать. Я не знаю, что еще сделать. Он мне не навредит. Я знаю, Роам не причинит мне боли. Но мне не нравится, как он на меня смотрит, и не нравится, что причиной, по которой его лицо приняло такое выражение, являюсь я. Тишина оглушительно неуютная. Мне снова хочется убежать, но на этот раз я этого не сделаю, потому что дала себе обещание. Я никогда больше не сбегу — ради моей дочери. Я буду сталкиваться с проблемами лицом к лицу. И не сбегу.

Глава 2

6 лет назад

Когда дела идут плохо, я бегу. Только так. Так было, когда я, будучи еще ребенком, сбегала от домашних проблем на улицу. Так было, когда я сбегала в другой штат, чтобы разорвать отношения, которые пошли не так. Если все плохо, я бегу.

Стабильность... что это? У меня никогда ее не было — никогда. Забавно, но многие люди считают: если вы живете в доме, окруженном белым забором, если ваша мама сидит дома, а папа все время проводит на работе, — то у вас счастливая, стабильная жизнь. Что ж, скажу вам правду: это не так. Я выросла именно в такой семье, но моя жизнь была далеко не идеальной.

Мама и папа были влюблены друг в друга со средней школы. Мама была застенчивой и наивной. Отец был нервным, властным и помешанным на контроле. Она поступила в тот же колледж, что и он, даже не задумавшись, чего же она на самом деле хочет от жизни. Она жила ради него. Они поженились сразу после окончания колледжа, а год спустя появилась я. Мама сидела дома, в то время как отец превратился в весьма успешного бизнесмена. Для всего мира он был харизматичным и обаятельным. Мама поддерживала его и гордилась своим мужем, а я была их прекрасно воспитанной принцессой. Однако за закрытыми дверями нашего дома все было совсем иначе.

Каждый раз, когда мой отец кричал на нее или, хуже того, избивал, я убегала так далеко, как только могла. Я пряталась до тех пор, пока не была абсолютно уверена, что он успокоился. Только тогда я прокрадывалась домой и, свернувшись клубочком в собственной постели, ждала, что мама придет и ляжет рядом. Она заключала меня в объятия, а я смотрела в ее полные слез глаза.

— Никогда не останавливайся, Лэйси. Обещай мне. Обещай прямо сейчас, что всегда, когда жизнь будет становиться хуже, ты будешь двигаться дальше. Никогда, никогда не останавливайся.

— Я обещаю, — поклялась я. Затем я гладила и обнимала ее, чтобы успокоить, пока мы обе не засыпали.

После таких ночей отец возвращался домой только следующим утром. Он принимал душ, одевался и уходил на работу, даже не взглянув на нас. Став старше, я поняла, что он проводил время с другими женщинами.

Мой папа… он был умным, даже избивая мою мать. Он никогда не оставлял следов на видных местах, дабы избежать вопросов, которые, несомненно, возникли бы в случае появления синяков. Также он никогда не прикасался ко мне, пока я была маленькой. Не волнуйтесь, он хотел — просто не рисковал. Вот что он сказал мне однажды, когда был в ярости:

— Тебе повезло, Лэйси, что я не могу рискнуть, тронув тебя. Если бы я знал наверняка, что ты не сможешь сбежать, то непременно избил бы и тебя. Я бы свернул твою гребаную шею, если бы точно знал, что мне за это ничего не светит.

Все же один раз он меня ударил: мне было пятнадцать, и удар пришелся прямо между лопаток, оставив синяк в форме его руки. Учительница заметила его, когда я переодевалась после физкультуры, и позвонила домой. Не знаю, как он объяснил это, но она больше никогда не упоминала этот случай, а он больше никогда не касался меня.

Через неделю после моего восемнадцатого дня рождения мама сделала так, чтобы он не мог навредить нам снова: она убила его, выстрелив в его грудь три раза. Затем повернула пистолет и покончила с собой. Позже, уже зная все подробности, я поняла, что она все спланировала заранее. Все было в порядке — полисы страхования жизни, завещания, дома, автомобили. Абсолютно все дела были закончены. Вместе со всеми документами, которые она оставила в моей комнате, была и ее предсмертная записка. Она заканчивалась теми же словами, что она всегда говорила мне, когда держала в своих объятиях.

«Никогда не останавливайся, Лэйси. Обещай мне. Обещай прямо сейчас, что всегда, когда жизнь будет становиться хуже, ты будешь двигаться дальше. Никогда, никогда не останавливайся».

— Я обещаю, мама, — прошептала я в пустоту. И в тот момент я думала именно так. Ни один человек никогда не будет контролировать меня. Ни один человек не заставит меня чувствовать себя слабой или плохой. И ни один человек никогда не ударит меня более одного раза. Я не моя мать.

~*~

После потери родителей я не могла допустить даже мысли о том, чтобы продолжать жить в этом доме. Я пыталась, но все, на что бы я ни взглянула, вызывало море воспоминаний, наполненных запахом крови. Даже после того как бригада профессиональных уборщиков вычистила дом от пола до потолка, я все равно ощущала этот запах. В итоге, продав дом, я переехала в городок, который располагался в часе езды, в Шелли Бич.

Говорят, не стоит принимать какие-либо серьезные решения сразу после трагедии. Мне же понравилось нарушать правила. В первый год после смерти родителей я переезжала четыре раза. Однако нигде не чувствовала себя комфортно и поэтому не могла остаться. Я пробовала жить и в больших городах, и в маленьких, и даже в других штатах — ничто не могло успокоить мою душу. Поэтому я продолжала бежать.

Спустя четыре года после смерти родителей мой парень избил меня и продал некоторые из моих вещей, чтобы купить наркотики. И я убежала снова. На этот раз я решила поехать к кому-то знакомому.

С Дженн мы подружились, когда нам было по восемь. Она была единственным другом, который у меня когда-либо был. И единственным человеком, который точно знал, какой была моя жизнь дома. То есть она точно понимает, что я делаю, а главное — почему. После смерти моих родителей она скорбела вместе со мной, а затем помогала мне исцелиться. Не имеет значения, где я нахожусь, я знаю, что всегда могу позвонить или написать ей.

Пару лет назад Дженн переехала из нашего родного города ФортЛон в Солт-Рок. Я никогда не была в Солт-Рок, но она казалась такой счастливой, живя там, что я решила вернуться в Алабаму. И вот, упаковав вещи, я покинула Флориду, даже не задумываясь.

Я чувствовала вину, оставляя своего начальника без объяснений, но такова жизнь. Я поступала так раньше, и, несомненно, при необходимости поступила бы так снова. Эта мысль меня немного опечалила, но, закинув леденец в рот, я увеличила громкость магнитофона и сосредоточилась на Шутере Дженнингсе, поющем «Четвертое июля».

~*~

Я прибыла в Солт-Рок на следующий день. Было уже темно, а Дженн сказала, что будет работать допоздна, поэтому я поехала по адресу, который она дала мне. Найти место для машины было испытанием не из простых. Был вечер пятницы, и парковка была переполнена. Однако, объехав стоянку три раза, я наконец нашла место недалеко от входа. Большой яркий щит оповещает о том, что я прибыла в «Бар Джо». Схватив косметичку, я быстро нанесла тональный крем, подкрасила глаза и губы. Затем заперла машину и направилась к огромному темнокожему мужчине, охраняющему вход.

Я убрала леденец, который всегда держала во рту.

— Я здесь, чтобы увидеть Дженну Мейсон, — сообщаю я ему.

— Имя? — рявкает он в ответ.

— Лэйси Монро, — отвечаю я.

Он проверяет, есть ли мое имя в списке гостей, и лишь потом говорит, чтобы я проходила. Сделав несколько шагов вперед, я возвращаюсь к нему.

— Э-э, где я могу найти ее?

Его тон становится мягче, когда он объясняет, куда идти.

— Поверните налево. Третья дверь справа от вас.

— Спасибо.

Захожу внутрь, и меня сразу оглушает музыка, доносящаяся из глубины огромного помещения. Музыка настолько громкая, что я борюсь с желанием закрыть уши руками. Поворачиваю налево и ищу третью дверь. Как только собираюсь постучать, дверь неожиданно распахивается, и выходит Дженн.

— Лэйси, — визжит она, увидев меня.

— Дженн, — кричу я, и мы бежим в объятия друг друга. — Я так по тебе скучала.

— О! Я тоже скучала по тебе, девочка. Я не могу поверить, что ты наконец здесь. Отойди и дай хорошенько разглядеть тебя.

Она держит меня на расстоянии вытянутой руки и внимательно разглядывает. На мне черные джинсы с бордовым топом, который, уверена, помялся от долгого сидения в машине. Темно-каштановые волосы свободно спадают по спине. Я тоже внимательно рассматриваю ее. Она почти не изменилась с тех пор, как мы виделись в последний раз. Дженна все так же великолепна. Ее светло-коричневые волосы подстрижены по плечи, на ней черные брюки с широкими штанинами и легкая красная блузка с логотипом бара Джо на левой груди.

— Ты выглядишь потрясающе! Вы наконец-то округлились, мисс Пышные формы, — смеется она.

Я широко улыбаюсь и киваю. Когда я была моложе, то была кожа да кости. Только неуклюжие ноги и руки. Только локти и колени. Однако теперь мои формы округлились. Красиво, как мне кажется. Сейчас я определенно выгляжу гораздо лучше, чем когда была подростком. Дженн ведет меня назад по коридору, и мы проходим через большие стеклянные двери. Оглядываясь, я замечаю бар, растянувшийся по всей длине одной из стен, а напротив него — большой танцпол, заполненный людьми. Скользнув на табурет, Дженн подзывает молодого парня и заказывает «как обычно».

— Ты будешь что-нибудь? — спрашивает она меня.

— Я бы не отказалась от пива.

Как только бармен подает наши напитки, я делаю большой глоток.

— Как дела? Ты была расстроена, когда сказала, что приедешь сюда. Что-то случилось?

Я качаю головой.

— Ничего, что не могло бы исправить расстояние.

— Ты уверена? Я переживаю за тебя, Лэйси. — Она выглядит встревожено.

— Эй, я в порядке. Не беспокойся обо мне.

Я поднимаю свою выпивку, чокаясь с ней. Она понимает намек, и раздается звон стекла.

— Ура.

— За лучших друзей, — добавляет она с улыбкой.

— За лучших друзей, — повторяю я.

— Как у тебя дела? Все еще с горячим байкером, который согревает тебя по ночам? — Я подталкиваю ее плечом и улыбаюсь. Дженн знакома с этим парнем уже несколько лет. Он состоит в каком-то мотоклубе, расположенном в Солт-Рок.

— Да, Свитч удивительный. Ты скоро встретишься с ним, — улыбается она.

— Ты выглядишь счастливой, — говорю я, глядя на ее сияющее лицо.

— Да. Он делает меня счастливой. — Дженна пожимает плечами.

Если бы все мужчины были, как он. Если бы все они были неплохими и посвящали жизнь поиску прекрасной дамы, а найдя, обращались бы с ней, как с королевой… не то чтобы я хотела быть королевой… Простого, человечного обращения было бы вполне достаточно.

Позже, выпив еще несколько кружек пива и потанцевав, дабы разогнать выпитый алкоголь, мы возвращаемся к Дженн. Поскольку Свитч привез ее на работу, обратно она поехала со мной.

— Как долго планируешь оставаться? — спросила Дженн.

Мы немного проветрились за время короткой поездки из бара домой и теперь отдыхаем на диване, продолжая разговаривать.

— Я думаю остаться на некоторое время. Я скучала по Алабаме, — признаюсь я с сожалением.

— Ерунда, ты скучала по мне.

— Да, и это тоже. Если поможешь найти мне какую-нибудь работу и жилье, думаю, я могла бы остаться, — говорю ей.

— Ну, ты можешь оставаться так долго, как захочешь.

— Спасибо, Дженн.

Я потягиваюсь и зеваю.

— Думаю, мне стоит пойти отдохнуть, если ты не против. Я вымоталась.

— Конечно. Пойдем, я покажу тебе комнату для гостей.

Дженн провела меня в комнату, и я бросила сумку на кровать. Достав свои принадлежности для душа, пижаму и полотенце, я пошла в душ, расположенный в моей комнате.