Читаем Проект «Папа» онлайн бесплатно

Если перечислить всех, кому я хотела бы выразить благодарность, получится книга, равная по объему целому роману. Но нескольких человек все же нужно здесь упомянуть.

Это Мелисса Рамирес, Сюзан Хатлер, Эллисон Бреннан и Мишель Экер, без которых я бы до сих пор сидела тихо как мышь где-нибудь в темном уголке. (Особенно благодарю Мелиссу за то, что критиковала меня не только по долгу службы.)

Пэрис Золфагари и Чак Джаффи, убедившие меня в том, что эту историю следует описать в книге.

Стив Грант, который руководил моей работой и не жаловался на мою надоедливость (по крайней мере, в лицо).

Рон Черри, Джойс Старлинг, Лори Змрзел и Боб Хейнрих, которые не просили меня замолкнуть, когда я зачитывала им свои черновые наброски, – почти не просили. (А также Бабетта, Джина и Ларри.)

Все работники компаний «Сьерра Райтерс» и «Сакраменто Вэллей Роуз», в частности Лиза Соренсон и Филис Варади.

Но более всего я признательна Нейту Пери-Систлу, твердо верившему, что этот день настанет.

Начальница моя – просто сука ненормальная.

Впрочем, не совсем. Не по-настоящему ненормальная, а так, слегка с приветом. Она часто зацикливается на своих навязчивых идеях. Но в ее безумии всегда есть некая последовательность, методичность.

Так что позвольте перефразировать вышесказанное: моя начальница – ужасная сука.

Сегодня я готова повторять это снова и снова, как мантру. Лидия Эшворт, глава корпорации «Эшворт Коммуникейшнс», моя многоуважаемая начальница и пример для подражания (Господи, спаси и помилуй!), – мерзкая сука.

Не важно, нравится или не нравится мне Лидия и ее поручение, я просто обязана его выполнить.

Я вздохнула и повернулась к парню, стоявшему рядом со мной у стойки бара. Уставилась на его щеки. Интересно, есть ли на них ямочки?

– Простите, пожалуйста...

Он посмотрел на меня сверху вниз.

Голубые глаза – и даже весьма привлекательные.

– Не было ли у вас в роду психических заболеваний?

Его красивые глаза расширились от ужаса. Он схватил свой стакан и поспешно удалился.

Вероятно, это был не самый подходящий вопрос для начала беседы.

Я порылась в сумке фирмы «Коуч», приобретенной по дешевке в универмаге «Филмор», в отделе уцененных товаров, и вытащила карманный персональный компьютер. Включила и открыла таблицу, составленную еще днем. Нажала несколько клавиш – и переставила вопросы местами.

Так-то лучше.

Я одернула прямую черную юбку, тронула нитку искусственного жемчуга, которую надела как последний штрих к своему наряду, поправила очки на носу и огляделась в поисках следующей жертвы, вернее, кандидата. Я искала мужчину, а времени было в обрез.

Возле самого конца стойки двое парней наблюдали за танцующими. У них были вполне открытые, дружелюбные лица. Схватив свой карманный ПК, я ринулась к ним сквозь толпу.

– Привет! – пискнула я, подобравшись поближе.

Блондин взглянул на меня и отвернулся, не сказав ни слова.

Другой улыбнулся и кивнул.

Похоже, это будет даже легче, чем я думала. Воодушевленная, я продолжала импровизировать.

– Э... Я вот подумала... – Я заглянула в свою таблицу. Вот черт! Так можно и совсем глаза испортить!

Мужчина посмотрел на меня приветливо.

– Я могу вам чем-то помочь?

– Ну да. Вы курите?

– Нет, извините. Но тут за углом я видел магазинчик. Там наверняка продают сигареты.

Я обернулась и посмотрела, куда он указывает.

– О, хорошо, спасибо. – Я поставила минус рядом с вопросом о курении в моей анкете и в графе «заметки» записала, что он любезен и готов помочь.

Следующий вопрос:

– Где вы учились?

В его глазах появилось замешательство.

– В государственном университете Сан-Франциско, а вы?

– В Стэнфорде.

Образованный. Я это тоже отметила в анкете.

– А вы знаете, что в Стэнфорде есть традиция: старшекурсники целуют первокурсниц в первое полнолуние осеннего семестра, ровно в полночь?

Он взглянул на меня прищурившись, поэтому я записала в анкете, что он близорук.

– Вам когда-нибудь приходилось зачинать детей?

Он поморщился, но прежде, чем я успела сказать что-нибудь еще, друг ткнул его в бок и они оба скрылись в толпе.

– Так! – Я закрыла эту таблицу, открыла следующую и окинула взглядом клуб.

Если бы мне пришлось рисовать ад, вышло бы похоже, только не так страшно. Рассеянный красный свет и громкие басы, отбивающие ритм, – по крайней мере, я только их и слышала. В тусклом красном свете я различала очертания человеческих тел, но вид у них был какой-то потусторонний.

– Что я здесь делаю? – пробормотала я и покачала головой. Сама виновата, больше пенять не на кого. Это была моя гениальная идея – пойти в «Джи Вай-Эр [1]». Днем, когда я стряпала свой план, все казалось предельно простым. Я пойду в самый модный клуб города, найду какого-нибудь мужчину и, удовлетворенная, вернусь домой.

Можно было догадаться, что ничего не выйдет.

– Крепись, крошка, – подбадривала я сама себя, – это твой билет в лучшую жизнь!

Все эти годы я ждала подобного шанса, чтобы укрепить свое положение в компании. Ждала возможности доказать, что я, Кэтрин Мерфи, – достойный и умелый работник. Лидия предоставила мне такой шанс на серебряном блюдечке, а получалось, что я отталкиваю его с вежливым «спасибо, не нужно».

Я снова вздохнула и подумала, не заказать ли мне что-нибудь покрепче. Но я совершенно не переношу алкоголя. Я пьянею уже от одного запаха спиртного.

Я помахала рукой одному из барменов. Он прекратил флиртовать с долговязой блондинкой и подошел ко мне. Окинул меня с ног до головы таким особенным, «мужским» взглядом, но явно не счел меня сексуально привлекательной.

– Съезд библиотекарей дальше по улице, в «Хилтоне».

Да, я неподходяще одета для того, чтобы всю ночь отплясывать под то, что в наше время называется музыкой, но и уродиной меня не назовешь. Я надела свои лучшие туфли-лодочки (они продавались в стоке «Нордсторм Рэк» с такой большой скидкой, что я взяла две пары и меняла их в течение недели).

Я посмотрела на него самым свирепым взглядом из своего арсенала: «делай, что я велю, или тебе не поздоровится», позаимствованным у Лидии, и помахала рукой перед его физиономией.

– Сделайте мне коктейль «Ширли Темпл» [2].

Эй, это сработало на раз!

Несколькими быстрыми движениями он взбил коктейль, и бокал скользнул ко мне по стойке бара.

Так-то лучше.

Я вынула несколько долларов и с неохотой протянула бармену. Утешало то, что я смогу внести их в подотчетную сумму, так же, как и двадцатку, уплаченную за вход в клуб.

– А вы знаете, что в прическе Ширли Темпл всегда было ровно пятьдесят шесть локонов?

Бармен снова оглядел меня с ног до головы, покачал головой и отошел к женщине, выглядевшей более модно и обеспеченно.

Я хмыкнула, сделала глоток и осмотрела бар.

Большинство мужчин держались группами по четыре и больше человек. Я съежилась. Я ни за что не подойду к большой компании. У меня желудок свело от одной только мысли об этом.

И тут я увидела мужчину, сидевшего в дальнем углу бара в гордом одиночестве. И, что еще лучше, у него была бородка клинышком. Я с энтузиазмом отметила это в своей таблице.

– Я знала, что мне сегодня повезет! – Я проталкивалась сквозь толпу, то и дело останавливаясь и делая пометки. Например, что он лениво потягивает пиво маленькими глотками, а не жадно пьет его залпом. Одет он в костюм, сшитый на заказ (работая на Лидию, я научилась более-менее разбираться в дорогой одежде).

К счастью, высокий табурет рядом с ним был пуст. К несчастью, я переоценила вес своей сумочки, который вовсе не так велик, как всем кажется, и чуть не шлепнулась с другой стороны табурета.

– Осторожнее! – Он поддержал меня и помог усесться.

У меня ладони вспотели от волнения. Глубокий голос, большие ладони. Большие ладони ведь много значат, правда? Я внесла это в графу для особых заметок.

Я почувствовала его взгляд, подняла голову и даже искренне улыбнулась – настолько была взволнована.

– Привет!

– Привет, – усмехнулся он.

Боже, он просто очарователен!

– Вы часто сюда приходите? – Вопрос, конечно, банальный, но я хотела узнать, не гуляка ли он. Мне не нужен какой-нибудь завсегдатай баров.

– Вообще-то нет. Я обычно работаю допоздна, а потом иду в спортзал.

Сердце забилось чаще, и я с трудом удержалась, чтобы не поежиться. Трудоголик, да еще и за здоровьем следит. Что может быть лучше?

– А чем вы занимаетесь?

– Я юрист.

Да, это идеальный кандидат.

– А в какой области права вы специализируетесь?

– Международное финансовое право.

Я была так взволнована, что чуть не забыла это записать.

– Наверное, вы много путешествуете.

Я была весьма горда собой. А Люк еще говорил, что я никудышный собеседник.

– Да, но не в августе. В это время в делах обычно затишье.

Я наклонилась ближе к нему. Уже открыла рот, чтобы спросить о семье, как вдруг сзади на него налетела какая-то высокая блондинка.

– Привет, лапочка, – манерно протянула она и поцеловала его.

Боже, это был такой ненасытный поцелуй!

У меня запылали уши, но я с жадностью продолжала наблюдать. Может, научусь чему-нибудь этакому.

Когда они наконец прекратили целоваться, блондинка взглянула на меня свысока. Видимо, она не посчитала меня опасной, потому что дала мне понять, что я свободна, привычным движением откидывая волосы назад.

– Пойдем. – Она потянула парня за рукав.

– Приятно было поболтать. – Он улыбнулся мне и исчез в толпе с этой девкой, то есть женщиной.

– Это моймужчина! – Я с негодованием удалила его анкету.

Потом вздохнула и оглянулась в поисках следующей кандидатуры.

В какой-то момент мне захотелось заказать себе что-нибудь покрепче, чтобы взбодриться. Но это было только мимолетное желание. В последний раз меня развезло всего-то от полбокала пива, и я до сих пор не помню, как оказалась тогда на пляже.

– Ну ладно, – пробормотала я себе под нос. – Тот, кто мне нужен, наверняка где-то здесь. Надо просто его найти.

Я осмотрела зал. Да уж, легко сказать.

– Я могу это сделать! – Я пригубила коктейль, чтобы подбодрить себя.

Рядом со мной какой-то мужчина склонился к стойке, пытаясь привлечь внимание бармена. Я поджала губы в раздумье. Неплохо. Он был без бородки, но зато аккуратно одет и довольно симпатичен.

Наверное, почувствовав мой взгляд, он обернулся ко мне.

– Вы когда-нибудь страдали венерическими заболеваниями?

Он побледнел и кинулся прочь от меня, по направлению к туалету.

– Бедняжка, – покачала я головой, – должно быть, слишком много выпил.

«Меня сейчас стошнит». – Я уставилась на дверь в кабинет Лидии и прижала руку к животу, пытаясь его утихомирить.

Джессика, личный секретарь Лидии, смотрела на меня, нахмурив брови.

– Лидия сказала, что примет вас немедленно, – повторила она.

Это уже не шутки. Я ее и в первый раз услышала. Я понимаю, что следить за расписанием Лидии – это часть ее работы, но все равно подгонять меня не следует. Я хотела сказать ей «отстань», но вместо этого просто улыбнулась.

– Спасибо, Джессика.

Я глубоко вдохнула и вошла в кабинет, сжимая в руках картонную папку.

Лидия оторвала взгляд от монитора ноутбука.

– Садитесь, Кэтрин. Я сейчас закончу, – сказала она, не прекращая печатать.

– Спасибо.

Как ей удается сохранять маникюр? Я посмотрела на свои короткие ногти. Интересно, почему они не выглядят ухоженными?

Я села напротив начальницы. Скользнула пальцами сначала по кожаной обивке кресла, потом по прохладному хромированному подлокотнику. Прелестно. Богато. Когда-нибудь...

У меня тоже есть свой кабинет, но я подозреваю, что раньше он был просто кладовкой, пока не потребовалось дополнительное рабочее помещение. В эту каморку без окна с трудом вошел мой рабочий стол. Там стоит застарелый запах лизола, который невозможно устранить никакими освежителями воздуха. И все же это лучше, чем кабинка в общем зале.

Так я думала, пока не увидела кабинет Лидии. Он больше, чем вся моя квартира. Обставлен мебелью в стиле ретро-модерн – кожа, металл и стекло. Этот кабинет – воплощение всего, о чем я мечтала: денег, больших денег.

– Итак, – Лидия закрыла ноутбук и откинулась на спинку кресла, – что у вас есть для меня?

Я сжалась, снова почувствовав, что возложенное на меня задание невыполнимо. Я с трудом подавляла нестерпимое желание сообщить ей, что в 2001 году существовало 384 клиники искусственного оплодотворения, – а теперь их, вероятно, еще больше, – в которых ей наверняка помогут лучше, чем я.

– Я составила анкету – вот, это копия для вас, – каким-то чудом мне удалось произнести это спокойным тоном профессионала, невзирая на панику. Я открыла папку и положила листок на стеклянный стол.

Лидия едва взглянула на него и снова устремила на меня свои невозмутимые, холодные серые глаза.

– Анкету?

Я кивнула.

– Я считаю, что это наиболее эффективный способ опроса... вероятных кандидатов с целью выяснить, удовлетворяют ли они всем перечисленным вами критериям. – Я сползла на краешек кресла и указала на список. – Я расположила их по степени важности, в соответствии с перечнем, который выдали вчера.

– Хорошо. – Она откинулась на спинку своего трона – точнее, кресла – и скрестила ноги, обтянутые колготками «вулфорд». – И каковы же ваши успехи?

Успехи? Я, конечно, молодец, но не настолько! Она дала мне задание только вчера. Чего она ожидала? Что я за один вечер соберу для нее целую очередь доноров спермы? Я прочистила горло.

– Ну, мне удалось опросить нескольких мужчин вчера вечером...

– Отлично! – Она откинула за плечи светлые прямые пряди волос и принялась постукивать ногой по деревянному полу. По сравнению с ее туфельками мои, хоть и были от Феррагамо [3]выглядели жалкой дешевкой из супермаркета «Кмарт» [4].

– Но ни один из них не показался мне перспективным.

– Понятно, – мягко произнесла Лидия, однако я почувствовала, что в этом коротеньком замечании есть глубокий смысл.

– И все же я полагаю, что менее чем за сутки с момента получения задания я достигла существенного прогресса...

– Кэтрин, вы догадываетесь, почему я дала вам это задание?

«Потому что ты хочешь превратить мою жизнь в ад?»

– Нет, не догадываюсь.

Действительно, очень странное поручение для подчиненной, которую едва знаешь: найти отца твоему будущему ребенку. И зачем такой роскошной и успешной женщине, как Лидия, поручать кому-либо поиски партнера? Ей достаточно просто поманить пальцем, и любой мужчина тут же падет ниц и возложит себя на алтарь ее любви.

К счастью, телепатия не входила в длинный список достоинств Лидии.

– Я наблюдала за вами все эти семь лет, что вы работаете на меня...

Через месяц будет уже восемь, но кому какое дело?

– ... и меня поражает ваша цепкость и напористость. Вы упорно карабкаетесь по служебной лестнице и добрались уже до поста главного аналитика. Неплохое достижение.

– Спасибо, – еще немного, и я бы лопнула от гордости. Однако не годится задирать нос перед собственной начальницей, даже если она только что сказала тебе комплимент, что для нее совсем не характерно.