Читаем Генералиссимусы мира XVI-XX веков (Исторические портреты) онлайн бесплатно

Люди по природе своей любознательны, хотя и не все в одинаковой мере. Мы хотим знать все — от температуры невообразимо далекой звезды до свойств мельчайших частиц материи. В окружающем мире нас интересуют прежде всего явления и факты необычного порядка, а в человеческой истории — наши предшественники, чем-либо отличившиеся, выделившиеся среди остальных, независимо от того, каким знаком теперь помечается их деятельность — положительным или отрицательным, героями они были или злодеями.

В ряду исторических деятелей, чья жизнь вызывает если не интерес, то любопытство, стоят и люди, о которых эта книга. Те, кто носил высшее воинское звание генералиссимуса или был им по должности. Таких людей в истории человечества было не так уж и много — если б собрать всех вместе, получилась бы всего лишь сводная рота. Рота генералиссимусов. Но большинству наших читателей не все они известны. Школьник, даже старшеклассник, назовет, пожалуй, не более трех-четырех имен. Ну, Суворова знают. О Сталине, Чан Кайши, возможно, слышали. О Франко и… И все.

Вот мы и решили представить в одной книге всю роту генералиссимусов, сообщить хотя бы краткие сведения о каждом из великих полководцев всех времен и народов мира.

«Генералиссимус» в переводе с латинского — общий, наиглавнейший в армии. В словаре В. И. Даля это слово истолковывается как «главнокомандующий, начальник всей военной силы государства».

Впервые звание генералиссимуса было пожаловано французским королем Карлом IX в 1569 году его восемнадцатилетнему брату Анри (впоследствии король Генрих III).

Во многих справочных и энциклопедических источниках к числу генералиссимусов относят тайюаньшуяней в Китае и сердар-эскремов в Турции и Египте, хотя эти понятия и означают лишь верховных главнокомандующих. Первым генералиссимусом в Китае стал Сунь Ятсен, а в Турции — Мехмед, посланный султаном на должность наместника в Египте.

В русский язык слово «генералиссимус» было внесено иноземными начальниками наемных отрядов, служившими при царе Алексее Михайловиче: обращаясь по службе к Большому, то есть главному, воеводе А. Н. Трубецкому, они величали его по-своему. Сестра Петра I царевна Софья Алексеевна, будучи правительницей при малолетних братьях, уже официально, на военном Совете, назначила генералиссимусом В. В. Голицына, посланного с войском в Крымский поход.

В присвоении высшего воинского звания не было единообразия: в одних случаях генералиссимусами становились пожизненно, а в других — только на период той или иной военной кампании. Венецианский полководец Морозини, к примеру, носил титул генералиссимуса четырежды — в 1678, 1681, 1684 и 1694 годах, а эрцгерцог Карл Австрийский — дважды.

В период народного восстания во Франции в 1668 году вождь повстанцев Антуан Рур принял звание «генералиссимус угнетенного народа». Были и случаи, когда диктаторы сами присваивали себе это высшее воинское звание. Так поступили Ф. Франко — в Испании, Р. Трухильо — в Доминиканской республике, Чан Кайши — в Китае. Там же, в Китае, Тан Цзияо сам присвоил себе звание главного генералиссимуса!

Происхождение высшего воинского звания связано с развитием государства, при котором складывались определенные социальные отношения. Как правило, эти отношения оформлялись атрибутами социального этикета своего времени: титулами, чинами, денежными и иными наградами, знаками различия и т. п. Особенностью большинства из них является то, что поначалу они означали не звания или титулы, а реальные должности, от которых в дальнейшем оторвались. Так, титул князя когда-то означал и выделял племенного вождя, позже — реального главу княжества. И лишь после создания единого Русского государства стал почетным титулом, указывающим на происхождение.

Должность королевского наместника в раннем средневековье обозначалась словом «граф», впоследствии превратившимся в дворянский титул. Некогда каждый полковник командовал полком, а верховный главнокомандующий во время войны имел должность генералиссимуса. С появлением постоянного войска эти должности переходят в ранг звания. И в свою очередь они указывают место его носителя в общественной иерархии, на заслуги перед государством или правящей элитой.

В России воинское звание генералиссимуса юридически было закреплено в 1716 году указом Петра I, в котором говорилось, что «сей чин коронованным только главам и великим владейшим принцам только надлежит, а наипаче тому, чье есть войско. В небытии же своем оной команду дает над всем войском своему генерал-фельдмаршалу…»

До 1945 года в Советской России и СССР такого звания не было. Лишь когда И. В. Сталин пожелал стать генералиссимусом, Президиум Верховного Совета СССР издал соответствующие указы, внес дополнение в Устав внутренней службы Вооруженных Сил.

Итак, знакомьтесь: перед вами генералиссимусы всех времен и народов.

Анри Анжуйский — он же Генрих III, последний король Франции из династии Валуа, сын Генриха II и Екатерины Медичи — родился в Фонтенбло 19 сентября 1551 года.

Жизнь его была полна сложных событий. В ту пору Францию раздирали религиозные и гражданские войны. Если точнее, гражданские войны вызывались религиозными противоречиями. Над французской монархией нависла угроза распада из-за целого клубка дворянских заговоров, крестьянских бунтов и городских восстаний. В конце концов все это привело к «войне трех Генрихов»: за власть дрались, втягивая всех, король Франции Генрих III, Генрих I Гиз и Генрих Наваррский.

На политической арене страны беззастенчиво орудовали три крупных партии: возглавляемая адмиралом Колиньи партия протестантов, королевская партия во главе с Карлом IX и Екатериной Медичи и партия католиков герцогов Гиза. Это противоборство и породило многолетнюю вражду между католиками и гугенотами, породило целую серию кровопролитных войн.

Период первых трех войн (1562–1563, 1567–1568 и 1568–1570 годы) завершился мирным договором в Сен-Жермене, в чем была и немалая заслуга Анри Анжуйского. По этому договору гугеноты получили право владеть крепостями на юге Франции и смогли создать свою федеративную республику, которая помогала ограничивать несколько королевскую власть, до этого безраздельную. Католики же в противовес гугенотам образовали свою Католическую лигу.

Да! Мир был заключен.

Но противостояние оставалось, и оно было залогом новых войн. Ибо клятвы при заключении договора произносились не от чистого сердца, но с камнем за пазухой. Теряющий из-за этого безраздельную власть король Карл IX лишь подливал масла в огонь конфликтов, натравливая гугенотов на католиков и католиков на гугенотов. О! Король прекрасно понимал, как отнесутся обе стороны к браку его сестры Маргариты Валуа, католички по вере, с протестантом Генрихом Наваррским. Этот брак изумил всех, как и предполагал король. Этот брак шел вразрез всем общепринятым тогда нормам морали и нравственности. Это был вызов обществу. Как мог, к примеру, молодой принц Конде простить Анри Анжуйскому смерть отца, убитого в Жарнаке капитаном Монтескью? Или как герцог Гиз простит адмиралу Колиньи гибель своего отца в Орлеане? Слишком уж много было смертей католиков от гугенотов, а гугенотов от католиков. К тому же и королева Наваррская, мать протестантского лидера Генриха IV, была отравлена католичкой Екатериной Медичи, матерью Анри Анжуйского!

Неразрешимыми казались и противоречия в отношениях между королем Карлом IX и адмиралом Колиньи, ведшими в течение пяти лет ожесточенную войну между собой. Лишь битва под Монконтуром и в Жарнаке в 1569 году, где королевским войском командовал Анри Анжуйский, примирила их. Тогда-то Карл IX на радостях и учредил первым в мире чин генералиссимуса и присвоил его своему брату Анри, показавшему полководческое искусство в неполных восемнадцать лет. Анри стал главнокомандующим в более молодом возрасте, чем становились ими знаменитые Цезарь и Александр Македонский!

Анри Анжуйский (Генрих III).

В 1573 году Анри Анжуйский был избран на польский престол в качестве ставленника от католической партии Польши. Заносит же судьба человека! Коронование проходило в торжественной, даже пышной обстановке. Но Анри Анжуйского трон не радовал, а огорчал — почему он, наследник французского престола, воспитанный в атмосфере утонченных нравов, любимый красивейшей женщиной Франции (кстати, женой принца Конде), должен носить корону чужой страны? Зато поляки были довольны. Еще бы! Их король — герой Монконтура и Жарнака, участник осады Ла-Рошели. На его счету — победы в сражениях под Жизнейлем, Фонтене-ля-Конт в 1570 году и Булонский мирный договор, положивший конец четвертой гражданской войне (1572–1573 годов) во Франции.

Новый король Польши, проезжая Германию, довольно недружелюбно был встречен здешними князьями, немедленно потребовавшими от него внести ясность в причины резни гугенотов в Варфоломеевскую ночь и рассказать о своем личном участии в этом кровавом событии. Анри Анжуйский остро почувствовал, что это может стоить ему власти. И когда сел на польский трон, немедленно издал брошюру, в которой постарался оправдать резню гугенотов и свою причастность к этому гнусному делу.

Когда заболел король Франции Карл IX, к французской короне потянул было руки его брат Франсуа Анжуйский. Но королева-мать Екатерина Медичи жаждала видеть на троне только Анри, и Карл IX не посмел ослушаться матери. Он оставил завещание, в котором до возвращения Анри во Францию регентом[1] назначался Генрих Наваррский, а Франсуа советовал заточить в крепость, дабы тот не сеял смуты в королевстве. Но условием регентства умирающий король ставил переход Генриха Наваррского в католичество, чтобы тот мог опереться на большинство французского населения. Вряд ли Генрих стал бы истинным католиком! Екатерина Медичи это понимала и предприняла свои меры — опережая события, она разослала по трем дорогам королевства трех гонцов с вестью о возвращении Анри Анжуйского в Париж.

30 мая 1574 года Карл IX умер. Получив эту весть, Анри немедленно оставил польский трон и ринулся в столицу Франции. Сев на престол под именем Генриха III, он первые полтора года предавался приятному времяпровождению, гораздо больше, чем государственным делам, уделяя время своей старой любовнице — жене принца Конде Марии Клевской. Претендент же на регентство оставался в Наварре. И в Париже на какое-то время стало спокойно.

Но в начале 1576 года вновь резко обострились противоречия между католиками и гугенотами. Север Франции оставался католическим лагерем, а на юго-западе распространился реформизм гугенотов. Обе партии, враждуя между собой, одинаково стремились ослабить абсолютизм, расширить дворянские вольности за счет центральной власти. Войну начала Католическая лига. Генрих III, обеспокоенный стремительным ростом влияния лиги, попытался было осадить ее вводом в восточные регионы королевства отрядов швейцарских и германских наемников. Но герцоги Гизы этого не допустили. Тогда Генрих III махнул на все рукой, уединился в хорошо охраняемом Лувре и предался полностью внутридворцовым интригам амурного характера. Любовные похождения короля в конце концов кончились браком с дочерью графа Водемона. Этот брак сыграл на руку Гизам, сразу же добившимся огромного влияния при дворе. Резко усилились и междуусобные войны.

Можно сказать, что Генрих III этим браком проиграл Католической лиге и ухудшил отношения между Францией и Испанией. Потому что испанский король Филипп II опасался, что Генрих III в союзе с Гизами сможет «прижать» Генриха Наваррского, а затем посягнуть и на его собственное благополучие.

Но опасения испанского монарха не оправдались. Генрих III, как потом оказалось, пошел на союз с Гизами только для того, чтобы при поддержке все того же Генриха Наваррского возглавить Католическую лигу, стать большим католиком, чем их лидер Франсуа Гиз, объявивший себя ни много ни мало, как потомком Карла Великого. Но Гиз оказался не менее хитрым, и секретные переговоры двух Генрихов — французского короля и Наваррского вскоре для него перестали быть тайной. Разведка и в те времена работала неплохо!

В конце концов оказалось, что хитрость Генриха III окончательно запутала обстановку. Гизы в ответ спровоцировали создание еще двух лиг: католических принцев и сеньоров — одна, парижской буржуазии — другая. Потом эти лиги слились в одну. А в политику теперь активно влезли главы первой лиги — три сына Франсуа Гиза. Католики теперь имели явный перевес над гугенотами. Сама же объединенная лига 31 декабря 1584 года заключила тайный договор с испанским королем для защиты католиков и полного истребления гугенотов как во Франции, так и в Нидерландах. И началась новая война. — «Наша религия главнее!» — орали распаленные католики. «Ну уж, нет! — неслось в ответ от озверевших гугенотов. — Наша справедливей…» Два года ушло на это очередное вооруженное препирательство! А страна меж тем не становилась богаче. Какое уж там, если мужики бряцали оружием вместо того, чтобы заниматься хозяйством. Одним словом, массы были окончательно доведены до разорения неподъемными налогами на войну и выступили против своих угнетателей-сеньоров.

Крестьянские восстания вспыхнули в Нормандии, Бретани и других областях Франции. 12 мая 1588 года в Париже восстали ремесленники и городская беднота. Гизы, естественно, тут же оказались у руководства восстанием — авось да удастся под шумок спихнуть с трона короля! Восстание оказалось шумным, громким и навеки осталось в истории как «День баррикад». Как Гизы и рассчитывали, Генрих III удрал из Парижа. Власть в столице демократическим путем перешла к «Комитету шестнадцати». Но претензии Франсуа Гиза на французский престол были отвергнуты.