Читаем Комендант Холодной Башни. Рассказы онлайн бесплатно

В этой книге собраны рассказы Юлии Тереховой (Юлия Соль, @salt_jt). Юлия писала в жанре городское фэнтези и так называемое «низкое» фэнтези, по законам которого магия и прочие чудеса хоть и присутствуют, но не являются естественной частью мира. Порой его еще называют «низким» из-за несвойственного фэнтези отсутствия пафоса (типа обязательной борьбы Добра со Злом), а также наличия «чернухи» и неоднозначной морали.

Все это вы здесь найдете!:)

Свои произведения Юлия публиковала только в Неназываемой Сети, и после ее смерти (и сети и Юли, печальное совпадение) весной 2022 г., я приняла решение сохранить ее творчество для мира. Для вас.

Юлия слишком рано ушла туда, где нет бурь, но ее герои навсегда останутся с нами.

Рассказы идут в порядке публикации. Все фотографии и рисунки взяты из блога автора.

Москва, 1995 г.

Последние дни августа, утопающие в золоте. Пьянящая радость жизни на краю могилы.

Дорога шла между скошенных полей. Простор. Сумасшедшая воля.

Я смотрел из окна рейсового автобуса, как громоздятся на горизонте грозовые облака, обрамленные лучами солнца. Красиво.

Гораздо удобнее и проще было бы ехать в машине, не связываясь с общественным транспортом. Общественный транспорт чреват неожиданностями. Не всегда приятными. Но рука еще слишком болела, не давала долго быть за рулем.

Я созерцал пейзаж, когда автоматная очередь прошила крышу автобуса.

В проходе, у кабины водителя, стоял человек, небрежно держа изделие Калашникова.

— Кто встанет с места или откроет пасть — будет трупом, — изрек он.

Ему вняли. Никто не шевельнулся. Никто не проронил ни звука.

— Отлично, — сказал стрелок, — вы, как я вижу, ребята понятливые. Тем лучше. Для всех. Автобус захвачен. Вы все — заложники. Если есть вопросы, лучше оставьте их при себе. Ни я, ни мои товарищи все равно не собираемся на них отвечать.

Товарищи… У каждой двери было по человеку. И никто из них не мог пожаловаться на отсутствие огнестрельного оружия. Ну и водитель. Четверо. Не так уж и много. Но что можно с ними сейчас сделать? Ничего. Плыть по течению. И не слишком барахтаться.

Автобус заложил крутой вираж, съехал с шоссе на грунтовку. Солнце уплыло вправо. Мы взяли курс на юго-запад. Или что-то вроде того. Я откинул голову на спинку кресла и закрыл глаза.

…Пару раз автобус тряхнуло так, что дальше притворяться спящим было просто глупо.

Мы въезжали в ангар. Не слишком просторный, полутемный, душный. Мотор захлебнулся последней судорогой и заглох.

— О’кей, — сообщил стрелок, — прибыли.

Он прошел по проходу между кресел, оценивающе глядя на своих пленников.

— Ну а теперь, кто из вас Джей Тайсон?

Что же, ситуация была интересной, а стала еще интереснее.

— Ну?

Он ткнул дулом автомата парня, попавшегося ему под руку.

— Ты?

— Нет.

— Уверен?

— Конечно.

— А я не уверен.

— Я говорю правду.

— А я тебе не верю.

Стрелок развернулся и подошел к здоровяку, который сидел во втором ряду.

— Ты?

Тот только отрицательно покачал головой.

Стрелок прищурил глаза, еще раз осмотрел салон. Больше подходящих кандидатур не было. Кроме меня. И он шагнул ко мне.

— Ты?

Я кивнул.

Он улыбнулся. Прикладом автомата врезал по зубам. Очень профессионально. Достаточно, чтобы причинить боль. Недостаточно, чтобы нанести вред.

— Ну ладно, это так, для знакомства. Идем.

Когда мир перестал быть черно-белым, я поднялся и шагнул за ним. Кто-то в спину мне прошипел проклятия и наилучшие пожелания поскорее сдохнуть. Люди наконец-то нашли безопасный объект, на который можно выплеснуть страх вперемешку с ненавистью.

Стрелок провел меня через весь ангар, в ярко освещенную комнату без окон.

Посередине пустого пространства стояло металлическое кресло. Конструкция с высокой спинкой, спаянная из трубок.

— Садись. Этот трон для тебя. Только сначала сними куртку.

Я расстегнул молнию и осторожно высвободил левую руку.

— Я буду разговаривать с тобой?

— Какое-то время да.

— О чем?

— Узнаешь.

— Когда прибудет хозяин?

— Сейчас для тебя хозяин я. И не просто хозяин, а прямо господь бог.

— Не нужно заговариваться.

— Ты прав.

Он взял мою куртку и отшвырнул в сторону.

— Теперь садись.

Кресло выглядело отвратительно.

— Есть возражения?

— Сколько угодно.

Тогда стрелок взял меня за левую руку, немного выше локтя, и несильно сжал пальцы. Возражений больше не было.

Наручники вдавили запястья в холодную сталь подлокотников.

— Чего мы ждем? — спросил я. — Когда звезды начнут падать с неба?

— Малыш, ты ждешь меня.

Он стоял за моей спиной. Я не видел его, но чувствовал запах. Запах дорогого табака и дорогой туалетной воды. И, совсем невесомо, запах виски.

— Мне кажется, — проговорил я, — я видел вас. Дважды.

— Да? Возможно. Где?

— Первый раз в «Метрополе», зимой.

— А второй раз?

— В приемной господина Шенки. Как раз после…

— Заткнись!

Он стремительно шагнул вперед, и его пальцы сжали мой подбородок.

— Тебе бы следовало свернуть шею, — заявил он. Вместо этого его рука скользнула вверх к виску, коснулась моих волос. — В следующий раз я именно так и поступлю.

Наконец он появился передо мной. Действительно, тот самый. С Шенки они терпеть друг друга не могли.

— Хорошо, малыш, тебя я немного знаю и, полагаю, тебе не составит труда выполнить одно небольшое поручение.

— А именно?

— Пойдешь и убьёшь своего шефа.

— Что я сделаю?

— Застрелишь господина Шенки. Разве я непонятно изъясняюсь?

— Нет. Просто… Просто хотел бы знать, с какого перепугу мне это делать.

— Тебе нужна мотивация? Тогда вспомни о тех людях в автобусе. Если начнешь привередничать — им будет плохо. Не веришь?

— Почему же, верю.

— Вот и отлично. Будем считать, что договорились.

— Нет.

— Понимаю. Хочешь поторговаться. Этого требует твоя совесть. Что же, облегчу тебе задачу. Сережа!

— Да? — Стрелок подался вперед.

— Сережа, будь умничкой, приведи кого-нибудь из пассажиров.

Идиотская ситуация. Меня они трогать не собираются, будут отыгрываться на других. Со своей болью я еще могу справиться. А вот с чужой?

— Не нужно, — я старался не смотреть на них, — я согласен.

— Вот видишь, как все просто.

После этого он ударил. Сначала, вскользь, левое плечо. Потом солнечное сплетение. И, после того как я согнулся пополам, ребром ладони по основанию черепа. Выждал минуту, а потом за волосы поднял мою голову.

— Ну что, теперь не так тошно?

Я промолчал. Было больно дышать, не то, что говорить.

— Твою руку следует показать хирургу. Сережа, освободи его.

Стрелок снял наручники.

— Я дом тебе револьвер, три пули, машину и восемь часов времени. Что скажешь?

— Щедро.

— Да. Так вот. Если ты вдруг исчезнешь или что-то пойдет не так, я начну убивать заложников. Медленно и со вкусом. Это будет на твоей совести, малыш.

— Угу.

— Время пошло. И не переживай, убьёшь одного — спасешь восемнадцать. Не так уж и плохо. На небесах зачтется.

***

Я хотел его убить. Видит Бог, сколько раз я хотел его убить. Не думал, что когда-нибудь до этого дойдет.

Я гнал машину на предельной скорости. Впереди был поворот. Там-то они меня и ждали.

Я начал плавно входить в вираж. Не справился с управлением и врезался в дерево. Удар был ощутимый, но особого вреда не принес. Во всяком случае, мне. Машине пришлось хуже. Дереву тоже. Оно осыпало меня желтой листвой, качаясь в вышине.

Когда перестал созерцать крону, я наконец-то заметил их. Автоинспекция. Как всегда, вовремя.

Один из них подошел и вежливо постучал в окно.

Я открыл дверь. Он стоял у моего левого плеча. Неприятное ощущение.

— Инспектор Килеев, — представился он, козырнув по старой памяти, — в чем дело?

— Вы же видите, не вписался в поворот.

— Вы пьяны?

— Вряд ли.

— Что означает «вряд ли»?

— Думаю, это последствия анестезии.

— В самом деле?

— Что в этом странного?

— Если вы собирались вести машину, вам следовало отказаться от нее.

— Когда мне ее делали, я не собирался садиться за руль.

— Когда это было?

— Несколько часов назад.

— Вам удаляли зуб?

— Зуб? Нет.

— А вид у вас именно такой.

Я невольно прикоснулся к губе. После встречи с прикладом она выглядела не лучшим образом.

— Так получилось, — криво усмехнулся я.

— Вылезайте. Руки на машину, шаг назад.

Я ему не понравился. Явно. А если ему рассказать о заложниках в автобусе? Вот бы он мне поверил.

— Я сказал, шаг назад!

Не везет мне сегодня на встречи.

Подошел второй инспектор.

— Что у нас здесь? — поинтересовался без особого энтузиазма.

— Сейчас посмотрим.

Килеев быстро и профессионально обыскал меня. Очень заинтересовался кобурой подмышкой.

— Повернись. Быстро.

Я повернулся.

Он распахнул мою куртку и извлек из-под нее тот самый револьвер с тремя патронами.

— Жизнь становится интересной, — все так же пассивно прокомментировал находку второй.

— Есть разрешение, — сообщил я.

— Проверим.

— Проверяйте.

— Заткнись.

— Пожалуйста.

— Что с ним делать? — спросил Килеев у собрата.

— Вези к капитану. Пусть с ним сам возится, если хочет.

— А ты?

— А я подожду здесь.

— В машине есть бар, — подсказал я.

— Тебе же сказали заткнуться.

— Просто поставил в известность.

— Садись в машину. Поехали.

— В эту?

— Нет, в эту! — он толкнул меня в сторону «москвича» с синей полосой и гербом Москвы на боку.

***

— Не повезло тебе, парень. Нет начальства. Придется подождать. Вон там, — Килеев кивнул на «обезьянник». Выглядел он не очень эстетично. Ладно, переживу. — И долго мне сидеть?

— Кто знает?

— Ну, хорошо. Могу я позвонить? Всего один телефонный звонок.

— Потом. Если капитан разрешит.

Вот дьявол!

— Я хотел позвонить домой.

— Домой?

— Да. Что в этом плохого?

— Ладно. Даю две минуты. Не успеешь — твои проблемы.

И он пододвинул мне аппарат цвета слоновой кости.

Две минуты, боже мой. Меня сегодня просто преследует дефицит времени.

Я набрал номер. Гудки. Неужели они отключили прямую линию?

Щелчок.

— В чем дело? — Голос сухой и резкий, как удар кнута.

— Это Джей.

Молчание. Потом голос Шенки смягчился. Так, чуть-чуть.

— Ты где?

— Сейчас я арестован за превышение скорости. Дело не в этом. У меня меньше минуты.

Килеев наконец догадался, что разговариваю я отнюдь не с бабушкой. Потянулся к рычагу телефона. Я перехватил его руку и отбросил.

— Мне сейчас не дадут говорить. Но речь идет о вашей жизни, моей, и еще восемнадцати человек.

В этот момент Килеев вырвал у меня трубку. Но кроме гудков ничего не услышал. Шенки уже отключился.

— Хорошо, — сказал я, — теперь можешь запирать.

Прошло двадцать пять минут. За это время Килеев успел позвонить кому-то дважды. Совсем не по служебным делам. Ему звонили три раза. В данный момент он сидел с трубкой у уха, откинувшись на спинку стула и водрузив ноги на заваленный бумагами стол. И к своему собрату, уничтожающему запасы спиртного в баре моей машины, не очень торопился.

А я думал о плитке шоколада, которую инспектор изъял у меня вместе с револьвером, платком и ключами.

Килеев нехотя поднялся, гремя ключами, отпер решётку. Провел меня в одну из комнат, втолкнул в нее и запер дверь за моей спиной.

Маленькая чистая комната, пропахшая табаком. На окне глоксинии, белые и серебристо-розовые.

На столе телефон. На этот раз зеленый. Трубка лежит рядом. Когда я поднял ее, услышал хорошо знакомый голос.

— Теперь потрудись объяснить, о чьих жизнях шла речь.

Я объяснил.

— Чего ты хочешь? — спросил Шенки.

— Есть и спать.

— Не валяй дурака.

— Я должен убить вас, сэр.

— Ну и что?

— Я вынужден это сделать.

— Восемнадцать жизней в обмен на одну?

— Что-то в этом роде он как раз и говорил.

— Подожди.

Шенки повесил трубку.

Я сделал тоже самое, и стал ждать.

Солнце, окутанное голубоватой дымкой, уже скрылось за крышами домов. Неумолимо наступал вечер.

Прошло еще четверть часа. Звонок.

— Да?

— Джей?

— Я, сэр.

— Сколько осталось времени?

— Пять часов, сорок две минуты.

— Через два часа будь в «Белой розе», это бар…

— Я знаю.

— Очень хорошо.

— И этот бар?..

— Я буду там. Можешь стрелять.

— Шеф, простите? Стрелять?

— Да, конечно. Восемнадцать жизней взамен одной.

— Сэр!

Кажется, Шенки просто наслаждался ситуацией.

— Не вздумай целиться в голову. Будешь стрелять в область сердца. Это понятно?

— Кажется, да. Но пули настоящие.

— Разумеется. Все будет учтено.

— Хорошо. Ровно через два часа. Только каким образом я отсюда выйду?

— Обычно. Через дверь.

— Угу.

— Кстати, позвони своим дружкам. Пусть поприсутствуют на шоу.

Отлично, значит, я должен выйти через дверь. Я попытался. Дверь была заперта. Пришлось постучать. Никакого результата.

Я выругался. Очень тихо. И после этого шарахнул дверь ногой.

На этот раз цель была достигнута. Килеев выглядел не очень дружелюбно, но вполне терпимо.

— Вы можете идти, — сообщил он.

Мне вернули револьвер с тремя пулями, платок и ключи. Шоколадка исчезла безвозвратно. Впрочем, ни я, ни инспектор не стали заострять на этом внимания.

Я нашел телефонную будку на углу улицы. Огромный клен укрывал ее своей листвой.

Напротив, через дорогу, был вход в метро. Мне пришлось спуститься под землю за жетонами для таксофона. Потом вернулся к стеклянной будке, проигнорировав те аппараты, что висели на стене, выложенной грязно-серой плиткой. Толпа людей. Ненавижу толпу.

Для начала я позвонил Ольге, секретарю господина Шенки. Если играть, то играть до конца. И потом, кто знает, может те стрелки каким-то образом следят за мной. Хотя, вряд ли. Зачем им лишние хлопоты? У них проблем сейчас хватает. Там, в ангаре.

— Нужен шеф? — удивилась Ольга. — Зачем?

— Поверь, это необходимо. Где я смогу найти его?

— Сейчас он здесь.

— Нет, только не контора! Я даже близко к ней не подойду.

— Ну, хорошо, у него назначена встреча в «Белой розе». Попробуй перехватить его там. Продиктовать адрес?

— Давай.

Просто так. На всякий случай.

После этого звонок заказчику.

Я достал из кармана визитку. Оскар Иващеев. Как досадно! А мне в его внешности почудилось что-то испанское. Ошибся.

Начал накрапывать дождь. Со всех сторон над Москвой сползались серые тучи, пряча небо. Отблески вечерней зари скользили по ним, вспыхивая багровым, добавляя трагизма всей картине.

Я набрал номер.

Два гудка. Щелчок. Голос поинтересовался, что мне нужно.

— Господин Оскар?

— Это ты, малыш? Мне нравится, когда ты называешь меня господином.

— Это всего лишь форма вежливости. Общепринятая.

— И тем не менее.

— Если я вас назову ваша светлость, вам это доставит еще большее удовольствие?

— Давай остановимся на господине.

— Да ради бога!

— Где ты был столько времени?

— Сидел под арестом.

— Что-что?

— У вашей машины, мой господин, рулевое управление ни к черту не годится. Я тут ни при чем.

— И как же ты выбрался из-под стражи?

— Дал взятку.

— Надеюсь, ты не только об этом хотел мне сообщить?

— Нет, конечно. Я хотел пригласить вас на спектакль.

— В самом деле?

— Да. Бар «Белая роза». У меня где-то был адрес…

— Я знаю, где это.

— Тем лучше. Там состоится представление по вашему заказу. Приблизительно в 21:00.

— Почему бы и нет? Наверно, я приеду посмотреть. Скоро встретимся, малыш.

— Да, мой господин.

Я первый повесил трубку. Потом стоял и смотрел, как капли дождя бегут по стеклу, оставляя за собой прозрачный след.

***