Читаем Жизнь с отцом онлайн бесплатно

Перевод с японского Мари Йонэхара

Литературная переработка перевода Елены Кузнецовой

Мицуэ. Папочка, страшно!

Раздвижные дверцы стенного шкафа открываются. На верхней полке сидит Такэдзо.

Такэдзо. Мицуэ, сюда, сюда, прячься скорее!

Такэдзо в белой рубашке и костюме, накрывает голову подушкой, чтобы уберечься от грозы. Другую подушку кидает Мицуэ.

Такэдзо. Что же ты медлишь? Скорее влезай на нижнюю полку, накрывайся подушкой!

Мицуэ(слегка удивленно и обрадовано). Неужели ты здесь, папочка?

Такэдзо. А где же мне быть? Для тебя я готов прийти куда и когда угодно. Как же без меня?

Мицуэ. Но это так неожиданно, непредсказуемый мой папочка…

Такэдзо. Что ты бормочешь? Скорее полезай сюда… (Сверкает молния.) Видишь, опять!

Мицуэ(влезая в шкаф). Папочка…

Постепенно гроза уходит. Мицуэ и Такэдзо продолжают разговор, прерываемый далекими раскатами грома.

Такэдзо. У тебя, доченька, три охранника — я, стенной шкаф и подушка. С ними гром и молния не страшны.

Мицуэ. Мне уже 23! Взрослой женщине неприлично бояться грозы. Это невыносимо стыдно. Я презираю себя за это!

Такэдзо (твердо). Но ты не виновата.

Мицуэ. Однако же…

Такэдзо. Ты до недавнего времени слыла бравой спортсменкой в легкоатлетическом клубе женского института и в любую грозу бегала по стадиону.

Мицуэ. Да, это потому, что в клубе было всего три члена, и на мою долю выпали короткая и длинная дистанции. Некогда было думать о грозах и молниях.

Такэдзо. Почему же тогда, отважная моя доченька, ты стала так бояться грозы?

Мицуэ. Не знаю, но мне невыносимо страшно…

Такэдзо. С каких пор ты стала такой?

Мицуэ. Кажется, три года назад.

Такэдзо(осторожно). Может быть, с момента взрыва?

Мицуэ. Ты тоже так думаешь?

Такэдзо(кивая головой). Ты помнишь Нобу, хозяина фотостудии Томита?

Мицуэ. Конечно, наша семья часто у него снималась.

Такэдзо. По мастерству он один из пяти лучших фотографов в Хиросиме.

Мицуэ. Да-да, и еще он с папочкой занимался опасными делами.

Такэдзо…Опасными делами?

Мицуэ. Ты, папочка, нашу гостиницу Фукуёсия целиком сдавал в аренду офицерам сухопутной армии. Они там регулярно проводили собрания. Благодаря этому тебе доставалось много ценного.

Такэдзо. Ну да, да. И рис, и рисовое вино, и консервы, кета, говядина, сигареты, конфеты. У нас в закромах было все. Доченька, твоя мама умерла, когда ты была младенцем. Я жалел тебя, и поэтому старался, чтобы ты ни в чем не чувствовала недостатка. Ты ведь и так страдала от недостатка материнской любви…

Мицуэ. Ты, папочка, с помощью риса и сигарет привлекал женщин на горячие воды, а когда они, обнаженные, купались, дядя Нобу их фотографировал, а снимки показывал офицерам. Вот поэтому…

Такэдзо(перебивая). Вот поэтому Нобу сейчас продает на рынке у железнодорожного вокзала фальшивые картофельные кексы.

Мицуэ. Я это знаю.

Такэдзо. Почему Нобу, прекрасный фотограф, должен кормить себя теневой торговлей?!

Мицуэ. Это наказание за то, что он фотографировал голых женщин.

Такэдзо. Я серьезно спрашиваю.

Мицуэ. Извини, папочка.

Такэдзо. Каждый раз при фотосъемке, когда магний вспыхивал у него в руках, он видел взрыв над Хиросимой. А это ужасно. Именно поэтому ему пришлось закрыть фотостудию. Так говорил Нобу… Я хочу сказать, доченька, что вспышка магния и грохот грозы очень похожи на взрыв атомной бомбы. Поэтому и Нобу, и ты не выносите…

Мицуэ. …Это так.

Такэдзо. Все люди, бывшие в том ужасе, остро реагируют на все сверкающее, даже на светлячков. Боязнь твоя имеет причину, ее не надо стыдиться. Это право всех Хибакуся — пострадавших.

Мицуэ. Разве существует такое право?

Такэдзо. Если еще нет, тогда его надо утвердить. Если появится Хибакуся, который не боится грозы, значит, это — Хибакуся без лицензии и патента.

Мицуэ(решительно). Папочка, это слишком.

Такэдзо. И правда, доченька… (Подходит веранде, осматривает небо.) Солнышко появилось.

Мицуэ(тоже подходит к веранде). Действительно.

Такэдзо. Гроза ушла к морю Удзина.

Мицуэ. Как я рада.

Успокоившись, Мицуэ встает, заходит на кухню, приносит глиняные чайник и чашку.

Мицуэ. Сегодня утром, перед тем, как идти в библиотеку, я приготовила овсяный чай. Будешь пить?

Такэдзо. Как хорошо!

Мицуэ разливает чай по чашкам. Из своей выпивает залпом. Такэдзо подносит чашку к губам, но не пьет, а ставит чашку обратно на стол.

Такэдзо. Ведь я не могу пить…

Мицуэ. Прости, я забыла…

Мицуэ с удовольствием пьет чай Такэдзо. Он внимательно следит за движениями дочери.

Такэдзо. Ой, доченька!

Мицуэ. Что случилось?

Такэдзо. Пирожок. Его подарил тебе Киносита-сан. В библиотеке. Боюсь, ты его раздавила.

Мицуэ. Да, пирожок!

Из сумки, которую она не выпускала из рук все это время, достает завернутый в газетную бумагу пирожок и разворачивает его. Большой пирожок остался невредим.

Такэдзо(восхищенно). Какой увесистый, аппетитный!

Мицуэ. Киносита-сан сказал, что купил его на привокзальном рынке.

Такэдзо. Давно я не видывал таких великолепных пирожков!

Мицуэ. Вот и Киносита-сан рассказал, что, когда он увидел этот пирожок, он остолбенел. Не мог сдвинутся с места. Он купил один пирожок. Но ноги все еще отказывались ему служить. Ему пришлось купить еще один. Тогда он смог двигаться.

Такэдзо. Да, действительно, у этого пирожка должна быть такая сила.

Мицуэ. Киносита-сан подошел ко мне, когда я дежурила в библиотеке, и сказал: «Я не смогу съесть два пирожка. Один, пожалуйста, скушайте вы, Фукуёси-сан». (Делит пирожок пополам.) Угощайся, папочка.

Такэдзо. Ведь я не могу есть.

Мицуэ. Опять забыла.

Мицуэ съедает половину пирожку, вторую половину заворачивает в бумагу.

Такэдзо. Ты, кажется, говорила, что этот молодой человек, по имени Киносита, который подарил тебе пирожок, преподает в здешнем университете.

Мицуэ(кивая). Только с сентября будет внештатным преподавателем физической кафедры.

Такэдзо. Что значит нештатный преподаватель?..

Мицуэ. Ассистент.

Такэдзо(часто кивая головой). У него стекла очков толще дна молочной бутылки. Всегда ходит с огромным портфелем, говорит тихо, спокойно. Поэтому-то я подумал, что он должен быть интеллигентом. Видишь, какой я проницательный!

Мицуэ. За год до взрыва он работал преподавателем в учебном центре по подготовке кадров для военно-морского завода в Куре. Был старшим лейтенантом-техником.

Такэдзо. Но в нем не чувствуется элегантности и изысканности, свойственным офицерам морского флота.

Мицуэ. Среди них бывают разные офицеры. После капитуляции он два года учился в императорском университете Тохоку, а в начале июля вернулся сюда. Он говорил, что сразу после взрыва целый день ходил по сожженной красноземной равнине Хиросимы.

Такэдзо. Сколько, ты думаешь, ему лет? Тридцать?

Мицуэ. 26. Так написано в библиотечной карточке.

Такэдзо. А тебе, доченька, 23. Видишь, как хорошо сочетается?..

Мицуэ(сначала улыбается, но улыбка исчезает с лица, она начинает сердиться). Что ты говоришь, папочка? Киносита-сан самый обыкновенный читатель.

Такэдзо(решительно). Обыкновенный читатель обычно не угощает сотрудниц библиотеки пирожками.

Мицуэ. Не хочу тратить время на такие глупые разговоры! Пора готовить ужин. Папочка, ты еще побудешь у меня?

Такэдзо. Тут все зависит от тебя.

Мицуэ. Тогда, пожалуйста, отправляйся в столовую.

Мицуэ, надев фартук, идет в кухню и начинает мыть деревянную посуду. Такэдзо тоже повязывает фартук, достает метлу. Но убираться он не собирается, а продолжает разговор.

Такэдзо. Знаешь, доченька, ты очень нравишься Киносита-сан. Вот он и подарил тебе пирожок. Должна же ты соображать хоть немножко.

Мицуэ. Папочка, ты ищешь глубокий смысл в простом пирожке.

Такэдзо. И в пирожке есть и смысл, и значение. Просто у тебя не хватает смелости извлечь из пирожка его начинку.

Мицуэ. Киносита-сан подарил мне пирожок в знак благодарности — вот в чем суть этого подношения.

Такэдзо. Разве можно так прямолинейно судить?

Мицуэ. Папочка!

Мицуэ возвращается из кухни в столовую.

Мицуэ(серьезно). Папочка, иди сюда и садись… На прошлой неделе, четыре дня назад, в пятницу, после обеда в библиотеке появился молодой человек и спросил у меня: «У вас есть материалы по атомной бомбардировке? Я был в мэрии, но там мне посоветовали обратиться в библиотеку». Это и был Киносита-сан. Обычно на такие вопросы я просто отвечаю: «У нас нет таких материалов». И все. Но в голосе Киносита-сан чувствовалась такая искренняя заинтересованность, что я ответила: «Оккупационная армия строго следит за сбором материалов по атомной бомбардировке. Из этого следует, что, даже если вы благополучно соберете такие материалы, их запретят придать огласке. Кроме того, как человек, переживший этот кошмар, я стараюсь как можно скорее забыть тот август. То, что было тогда, невозможно рассказать словами, невозможно изобразить живописными средствами, невозможно сделать предметом поэзии, прозы, объектом науки. Ведь все исчезло с поверхности земли моментально. Поэтому материалов здесь не собирают. А если остались какие-то материалы, я готова сама уничтожить их. Я сожгла все, что связано с памятью отца». Пирожок я получила в благодарность за свой ответ. Вот и все.

Такэдзо. В библиотеке дежурят двое. Там сидела еще одна девушка.

Мицуэ. Да, действительно, я и Такагаки-сан. Ну и что?

Такэдзо. После взрыва у тебя совершенно изменился характер, доченька. Ты стала молчаливой, угрюмой и сухой, ты все время смотришь вниз, на людях никогда не смеешься. А Такагаки-сан, напротив, веселая и жизнерадостная девушка. Она всем нравится.

Мицуэ. Ну и что? Что ты хочешь сказать, папочка?

Такэдзо. Почему Киносита-сан не обратился к приветливой Такагаки-сан, а заговорил с тобой, нелюбезной и хмурой? Вот на это обрати свое внимание. Обычно читатели обращаются к ней.

Мицуэ. Это дело Киносита-сан.

Такэдзо. Я хочу сказать тебе, доченька, что Киносита-сан не просто великолепный человек, но еще и очень умный и проницательный. Ты, доченька, по природе своей добрая девушка, с умной головкой и жизнерадостным характером. Ведь по окончании женского института ты получила серебряную медаль! Киносита-сан с первого взгляда понял подлинную твою натуру и заинтересовался тобой. Вот какой смысл, оказывается, содержится в этом увесистом пирожке.

Мицуэ. Папочка, нет конца твоим бредовым идеям. (Уходит в кухню.) Можешь бормотать свои глупости сколько угодно. Меня они не касаются.

Такэдзо. Что за тайный смысл заключен в пирожке?

Мицуэ. Папочка, хватит! Не говори больше о пирожке!

Такэдзо. Нет, доченька, эта задача для тебя — важнейшая из важнейших. Поэтому я должен разъяснить этот пирожок.

Мицуэ. Последнее время ты, папочка, стал появляться очень часто. И при этом непрерывно и постоянно говорить глупости. У меня от них голова болит.

Такэдзо. Тебе тоже нравится Киносита-сан. Вы оба влюбились с первого взгляда. Скоро вы будете любить друг друга по-настоящему. Выглядит это грубовато и черство, но внутри очень мягко и сладко. Твоя душа очень похожа на пирожок.

Мицуэ(кричит). Этого не может быть!.. Я строго запретила себе влюбляться в кого бы то ни было.

Такэдзо. Если бы тебя не интересовал Киносита-сан, ты бы наверняка отказалась бы от пирожка.