Читаем Я — легионер, или Восемь лет в европейском футболе онлайн бесплатно

Перед вами плод моей первой попытки рассказать о жизни, которую я прожил в футболе. Эта книга в основном посвящена восьми годам, проведенным за границей — в Италии, Германии, Швейцарии. Попав в профессиональный футбол, я с первых же дней осознал, насколько этот новый для меня мир не похож на тот, в котором я вырос. Но для того, чтобы понять и постичь его, мне потребовались годы. Теперь, оглядываясь назад, я сам поражаюсь тому, сколько неожиданностей, трудностей и проблем подстерегали меня на пути. О них и пойдет речь в этой книге. А начать, пожалуй, стоит с самого конца, поскольку история, приключившаяся со мной совсем недавно, думаю, памятна многим любителям футбола.

Как выяснилось впоследствии, в апреле 1999 года я, будучи игроком «Наполи», получил трехдневный отпуск и приехал в Москву. Уже собираясь в обратный путь, я вдруг почувствовал себя плохо. Впрочем, «плохо» — совсем не то слово. Моя жизнь находилась в опасности. Разрыв пищевода привел к обильному внутреннему кровотечению, и я был срочно госпитализирован. Попав в военный госпиталь, я два дня провел в реанимации под капельницей. За это время я потерял столько крови, что потребовалось обильное вливание донорской.

Когда все осталось позади, я вернулся в Неаполь, взяв с собой медицинскую справку, чтобы оправдать опоздание из отпуска. И вот тут-то мною была допущена первая ошибка: не подумав о возможных последствиях, я не стал просить у врачей подробную информацию о лечении, решив, что будет вполне достаточно обычной справки с указанием даты поступления и даты выписки. Действительно, на первых порах этого хватило: в клубе сочли причину моего опоздания уважительной, и претензий ко мне никто не высказал.

Клубный врач «Наполи» обследовал меня, взял кровь на анализ, однако почему-то не догадался проверить ее на наличие запрещенных препаратов, а лишь установил, что в ней не хватает железа, и дал мне соответствующие лекарства, чтобы этот недостаток восполнить.

Прошло несколько недель после моего возвращения. Я уже перестал думать о своем здоровье, чувствовал себя прекрасно и даже немного удивлялся этому. Мой вес увеличился примерно на два-три килограмма, однако, вопреки обыкновению, я этого абсолютно не почувствовал.

Я спокойно отыграл пять игр чемпионата, а после шестой на меня пал жребий, определяющий, кому следует сдавать пробу на допинг. Делать это мне приходилось не первый раз, так что, не испытывая ни малейшего беспокойства, я сдал анализ и отправился отдыхать.

А вскоре в клуб пришло официальное письмо, уведомляющее о том, что в моем организме был обнаружен запрещенный препарат — нандролон.

Я мог лишь теряться в догадках. Врач «Наполи» тоже. Он уверял, что ни с витаминами, ни с какими другими лекарствами, которые он давал мне, этот злосчастный нандролон попасть в мой организм не мог. Мы обратились за помощью к консультанту по вопросам допинга, но и он не смог дать никакого разумного объяснения. Никто почему-то не подумал о том, что нандролон мог быть в тех препаратах, которыми меня лечили на родине. С того момента прошло уже полтора месяца, и, вероятно, медики решили, что если нечто подобное и было, то за такой срок организм уже успел бы очиститься.

В общем, в комиссию по вопросам допинга мы пришли совершенно неподготовленными, не смогли предложить никакого путного объяснения случившемуся, и в итоге, как гром среди ясного неба, — дисквалификация на два года.

По закону мне предоставлялось право подачи апелляции. Естественно, я этим правом воспользовался и вместе с адвокатом начал усиленно искать источник всех своих неприятностей. Мы связались с тем госпиталем, в котором я лежал во время отпуска, и попросили полную выписку из истории моей болезни. Ситуация несколько прояснилась. Действительно, борясь за мою жизнь, врачи в числе прочих препаратов ввели мне большую дозу ретаболила, в котором содержится нандролон. Если бы я догадался взять эту выписку сразу же!

Впрочем, я был абсолютно уверен, что меня непременно оправдают. Но не тут-то было. Закон предусматривает четкие сроки на исполнение всех формальностей. Так, например, с того момента, как я получил необходимые документы из футбольной лиги, мне предоставлялась неделя на то, чтобы собрать все бумаги и отправить их в комиссию на повторное рассмотрение. Неделя — значит, неделя: ровно семь суток и ни часом больше. Времени вполне достаточно, но…

Ирония судьбы: в тот момент, когда почтальон принес документы моему доверенному лицу, адресата не оказалось дома. Ему оставили записку с просьбой зайти на почту, что он и сделал на следующее же утро. Взял пакет, расписался и ушел. Но никому не пришло в голову посмотреть на дату записи о получении. А дата стояла неправильная — на день раньше. Почтальон, отправляясь по адресу, заранее заполнил извещение, а на следующий день позабыл внести исправление.

Мы же ни о чем не догадывались, и ровно через неделю после фактического получения письма отправили все бумаги в комиссию. Но повторное заседание закончилось, по сути не начавшись: нам указали на ошибку (по документам получалось, что мы не уложились в отведенные семь дней, затратив на день больше) и сказали, что даже не будут рассматривать дело.

И снова началась канитель: нужно было идти на почту, брать справку о том, что произошла ошибка, и уточнять дату вручения письма. Справку мы получили, однако комиссия уже была настроена против нас, поэтому третье заседание было посвящено обсуждению не существа дела, а вопроса, какой из двух документов является более правильным — первичное уведомление о вручении или принесенная нами справка об ошибке. В итоге заседатели решили, что большего доверия заслуживает первая бумага, и дело было закрыто.

Вот так после многих лет выступлений в профессиональном футболе я пал жертвой формальностей, о существовании которых и не догадывался. Конечно, совершенно невинной жертвой меня не назовешь: все-таки я допустил ошибку, не придав должного значения тому, что со мной произошло в Москве, и не позаботился обо всем заблаговременно. Привези я с собой сразу же все необходимые документы, ничего этого, наверное, не произошло бы. И все-таки согласитесь: наказание, которое я понес, слишком сурово.

Это лишь один из многочисленных примеров того, какие неожиданные трудности могут подстерегать игрока в незнакомом ему мире. Если вы дочитаете книгу до конца, то узнаете еще много того, что должен знать футболист, отправляющийся за границу. Собственно говоря, именно ради этого я и взялся за перо — ради того, чтобы каждый, кто захочет пойти по моему пути, представлял, с чем ему придется столкнуться. Надеюсь, мой опыт будет полезен и поможет многим избежать повторения моих ошибок.

И еще эта книга — результат долгих размышлений на тему: отчего Россия, огромная, великая страна, в которой футбол необычайно популярен, не может превратиться в большую футбольную державу. Все дальше в прошлое уходят редкие победы советских клубов и сборных, а нынешнюю ситуацию в нашем футболе иначе, как кризисом, не назовешь.

За годы выступлений за границей я смог сравнить российскую и европейскую системы организации футбола. В вопросах юридической, медицинской, социальной защищенности игроков футбол в России всегда отставал от заграницы. Кроме того, за последние несколько лет футбол высшего класса в мире очень изменился, стал более силовым, возросли требования к физической и тактической подготовке игроков, тренировочный процесс стал более интенсивным, увеличилось психологическое давление на футболистов. В России же этого, кажется, еще не осознали. Мое пребывание в семи европейских командах убедило меня в том, что между уровнем организации футбольного клуба и его успехами есть прямая связь. Именно безупречная организация всего спектра клубной деятельности, в которой нет абсолютно никаких мелочей, позволяет ведущим клубам держаться на своем уровне и с завидным постоянством добиваться успехов.

А почему нашим лучшим футболистам не удавалось надолго закрепиться в ведущих иностранных командах, стать в них подлинными лидерами, полностью раскрыв свой потенциал? И это при том, что талантов у нас во все времена было очень много. Парадокс? Возможно. Однако для того, чтобы быть «звездой», недостаточно лишь успешно играть, выходя на поле, нужно еще и не проиграть в жесткой конкуренции с сильнейшими игроками своей же команды, необходимо правильно понимать доктрину тренера и уметь подстраиваться под нее, соизмерять свои решения с задачами клуба, контролировать свое поведение в общении с представителями средств массовой информации и просто «на людях», чтобы необдуманным словом или поспешным действием не нанести ущерба своему имиджу или имиджу клуба. Спортсмену в одиночку таких нагрузок не выдержать. «Звезд», как говорится, делают. Кто делает? Его окружение, в котором ключевой фигурой является прокуратор — мудрый опекун, помогающий правильно пережить неизбежные спады и старающийся оградить от психологического кризиса. Когда же речь идет о российских футболистах, воспитанных в иной среде и не знающих западного образа жизни, прокуратор должен порой брать на себя и функции воспитателя. Об этом мы еще часто будем говорить на страницах этой книги. Как и о том, что наши игроки по незнанию обычно доверялись случайным маклерам, заинтересованным лишь в разовых заработках от продажи футболистов.

Во всем этом я убедился на собственном опыте. Сегодня, оглядываясь с высоты прожитых в европейском футболе лет, я осознаю все свои ошибки и понимаю, как их можно было бы избежать. Имей я несколько лет назад тот опыт, который имею сейчас, я мог бы добиться гораздо большего. Что ж, пусть я не могу повернуть время вспять, зато могу помочь тем, кто пойдет за мной. Пусть мои знания станут достоянием всех футболистов, находящихся в начале пути.

А еще мне очень хочется рассказать вам об итальянском футболе, о его величии и красоте, о незабываемых, ни с чем не сравнимых ощущениях, которые охватывают тебя, когда ты надеваешь футболку прославленного клуба и выходишь на переполненный стадион, чтобы забивать голы и выигрывать, даря несказанную радость болельщикам.

Многие годы футбол составляет смысл и счастье моей жизни, и я буду делать все, чтобы этот прекрасный вид спорта процветал. Если мои знания и размышления окажутся полезными для развития футбола в России, цель этой книги будет достигнута.

В детскую команду «Спартака» меня в 1979 году привел старший брат Павел. Мне было тогда десять лет. Я очень волновался, зная, что нам предстоит встреча с одним из величайших игроков в истории советского футбола. В глазах мальчишки, Нетто, о котором столько говорили старшие, о котором писали в газетах и книгах, снимали фильмы, представлялся могучим и грозным титаном, чей один только взгляд заставлял трепетать.

И в действительности Игорь Александрович оказался человеком непростым, со сложным характером, требовательным, но его первые слова меня приятно удивили: «Ну как же, помню тебя, помню. Ты ведь нам забил». Действительно, незадолго до нашей встречи я забил гол команде воспитанников Нетто, играя за «Локомотив», в котором занимался к тому времени два года.

Так началась моя жизнь в «Спартаке». Игорь Александрович открывал для меня футбол — красивую, изящную, комбинационную игру Львиную долю времени на тренировках мы посвящали работе над техникой, отрабатывали различные приемы обращения с мячом, играли в квадрат, причем тренер всегда играл с нами.

Он постоянно говорил о бразильцах, восхищался их техникой, культурой паса. И требовал от нас подражания кудесникам мяча. Если в игре мяч, отправленный одним из нас другому, вдруг подпрыгивал, Нетто мгновенно вскипал. «Что это такое? — кричал он. — Разве так можно? Ведь мы бразильцы! Мы должны быть бразильцами!»

Не знаю, были ли мы похожи на бразильцев, но уроки Игоря Александровича не могли пройти даром. Под его руководством мы дважды выиграли чемпионат Москвы в своей возрастной категории.

И вот пришло время показать себя перед тренерами главной спартаковской команды. Мы провели игру с дублем. Ее результат значения не имел — разумеется, опытные старшие товарищи разгромили нас. Мы проиграли — 1:10, и единственный наш гол забил я. Это был последний гол в матче, причем забил я его головой.

Тренеры первой команды обратили на меня внимание. Наверное, Игорю Александровичу действительно удалось научить меня чему-то. И в 17 лет я попал в дубль «Спартака».

С тех пор и навсегда «Спартак» для меня — это прежде всего Нетто. Но не только. Это и Константин Иванович Бесков, при котором я провел первые свои минуты на поле в команде мастеров. Случилось это в 1986 году, вскоре после появления в дубле. «Спартак» играл в Киеве против своего извечного соперника — «Динамо». И вот за шесть минут до конца я вышел на замену. Эти минуты, проведенные перед стотысячными трибунами, я не забуду никогда.

В том же сезоне я забил и свой первый гол — в ворота «Торпедо». Но игроком основного состава мне предстояло стать еще не скоро.

1987 год я провел в дубле, и лишь потом Константин Иванович доверил мне место в своей команде, отведя роль атакующего полузащитника. Я принял эстафету из рук самого Федора Черенкова, кумира спартаковских болельщиков (и моего, конечно же), которого Бесков перевел на правый край полузащиты. Не знаю, решился бы кто-либо другой на такую серьезную тактическую перестановку, но именно благодаря этому ходу Константина Ивановича я смог попасть в основной состав.

«Спартак» для меня — это и Олег Иванович Романцев, под руководством которого мы стали чемпионами СССР в 1989 году. Я буду всегда благодарен ему за поддержку в трудную минуту. Тяжелая травма надолго вывела меня из строя, я медленно и мучительно восстанавливался, разумеется далеко не сразу набрав оптимальную форму. Но Романцев терпеливо ждал, когда я приду в себя, продолжал выпускать на ноле даже после неудачных для меня матчей. Пожалуй, его вера в меня и помогла мне полностью вернуть былую форму. Как часто футболисты, получая травму, теряются в дубле на долгие месяцы, а то и годы.

Я благодарен всем, кто своим добрым отношением внес вклад в мое становление как футболиста. Всем, без чьей поддержки я никогда не смог бы стать тем, кем стал. Но в кругу тех, чьего участия в моей судьбе я никогда не забуду, Игорь Александрович Нетто занимает особое место. Мой первый тренер, открывший для меня замечательный мир футбола.