Читаем 'Варшава' - курс на Берлин онлайн бесплатно
Мейснер Януш
"Варшава" - курс на Берлин
Перевод с польского Эткало И. Д.
{1}Так помечены ссылки на примечания. Примечания в конце текста
Аннотация издательства: Автор книги "Варшава" - курс на Берлин", написанной в форме воспоминаний участников боев - летчиков сформированного в 1943 году в СССР польского истребительного авиационного полка "Варшава", рассказывает о боевых буднях этого полка, о трудном боевом пути польских летчиков, бок о бок сражавшихся с советскими летчиками за освобождение своей родины от немецких фашистов. Книга Мейснера - это волнующий рассказ о братстве по оружию польских и советских воинов в минувшей войне. Автору в достаточной мере удалось передать обстановку, в которой создавался и воевал авиационный полк "Варшава". С большой теплотой пишет Мейснер о советских летчиках-инструкторах, о том большом труде, который они вложили в дело подготовки и сколачивания полка. Автор повествует на страницах книги, что советские летчики, сражавшиеся в рядах полка, своим героизмом увлекали польских летчиков и всегда стремились, чтобы эта польская часть стала одной из лучших.
Содержание
К советскому читателю
Немного истории
Танки под Варкой
Патрульный полет над Варшавой
Капитан Матвеев
Ловушка под Науэном
Батька
"Неэффектные" бои
Над переправой
"Як" без номера
Остров Гристов
Коза М. П. над Вриценом
"Фокке-вульф", рубашка и две пары носков
Примечания
К советскому читателю
Перевод этой книги на русский язык и издание ее в Советском Союзе большое событие для меня. Я питаю самые искренние чувства дружбы и уважения к советскому народу и его славной Советской Армии.
Дружба между Советским Союзом и Польшей, закаленная в годы борьбы с фашизмом, будет развиваться и крепнуть. Укреплению этой дружбы немало способствовали летчики обеих стран.
Я буду счастлив, если мой скромный труд послужит делу укрепления этой великой Дружбы.
Януш Мейснер
Немного истории
22 июля 1943 года с Григорьевского аэродрома под Рязанью впервые поднялся в воздух учебный самолет, пилотируемый польским летчиком. В этот день начала проходить обучение 1-я польская истребительная эскадрилья, сформированная в Советском Союзе. Ей вскоре предстояло принять участие в боях за освобождение Польши.
Необычайный энтузиазм курсантов и неутомимый труд советских летчиков-инструкторов сделали невозможное. Всего через месяц после первого учебного полета, в конце августа 1943 года, курсанты, овладев теорией и техникой пилотирования учебного самолета, перешли к освоению истребителей.
В сентябре началась подготовка 2-й, а затем и 3-й эскадрильи истребительного авиационного полка "Варшава". Одного аэродрома уже не хватало для выполнения летной программы. Советское командование решило использовать для обучения польских эскадрилий ближайший аэродром в Житове. А над Григорьевском день и ночь ревели моторы "яков". Это продолжали совершенствовать свое мастерство польские курсанты.
Инструкторы, лучшие советские военные летчики, считали своим святым долгом как можно быстрее и лучше обучить своих польских друзей. Чрезмерная нагрузка буквально валила инструкторов с ног.
Советские летчики, прибывшие в полк "Варшава", отдали много сил, чтобы эта польская часть была одной из лучших. Они стали патриотами полка.
В конце осени две эскадрильи овладели основой воздушного боя - фигурами высшего пилотажа.
К сожалению, зимой 1943/44 года плохая погода сильно затрудняла обучение молодых поляков. Только весной на аэродроме в Волосове, где имелась бетонная взлетно-посадочная полоса, летчики-истребители сдали последний экзамен по теории и технике пилотирования.
Но вот наконец наступил долгожданный час: в торжественной обстановке курсантам присвоили офицерское звание. Это был незабываемый день в их жизни.
Восемь месяцев занятий, трудных еще и тем, что они велись на русском языке, которым подавляющее большинство курсантов владело плохо; первые полеты с инструктором, первые трудности в воздухе; неуверенность новичка и последующий успех, когда машина становится послушной воле летчика, - все позади. Все только воспоминания. И они тем дороже и ближе, чем дальше уходят в прошлое.
Под командованием подполковника Талдыкина полк вылетает в Гостомель, под Киевом, на боевую подготовку.
Иван Талдыкин! Он был не только командир и наставник польского полка! Этот человек, с открытой славянской душой, обладавший необыкновенным тактом, завоевал к себе такую любовь, уважение и доверие подчиненных, какими дарят лишь старшего друга или отца. Талдыкин знал каждого, о каждом заботился и каждого ценил по достоинству. Прекрасный организатор, он нашел путь к сердцу молодежи так скоро и незаметно, как может это сделать только человек с врожденным талантом воспитателя. Отважный солдат, человек справедливый и умный, он сумел создать в полку образцовый порядок, не злоупотребляя дисциплинарными взысканиями. Благодаря его большому опыту первые боевые успехи пришли с минимальными потерями для полка. Обаятельная простота и скромность Талдыкина немало способствовали тому, что в очень трудной обстановке первого боевого крещения в полку установилась атмосфера дружеского участия. В Гостомеле истребительный полк оставался до 19 августа - дня вылета части на фронт.
Аэродром Дыс, под Люблином, - первый аэродром полка на освобожденной от оккупантов польской земле. Оттуда, после двухдневной стоянки, - перелет ближе к линии фронта, на аэродром в Задыбе-Старе под Желехувом. Здесь, на варшавском направлении, вела бои 1-я Польская армия. Ее боевой путь, начавшийся под Смоленском, проходил уже по родной земле, между Западным Бугом и Вислой. Именно здесь, вместе с 1-й армией, начал боевые действия 1-й польский истребительный авиационный полк.
23 августа полк вылетел на свое первое боевое задание. Он должен был прикрывать действия 3-го штурмового авиационного полка, получившего задачу нанести удар по укреплениям гитлеровцев в Варке.
Каждый хотел принять участие в первом бою. И не удивительно, что все завидовали счастливчикам, назначенным в полет. Подполковник Талдыкин послал на задание только командиров эскадрилий, командиров звеньев и летчиков, обучавших их летать в Григорьевском. К этой группе подполковник добавил еще двух старых летчиков, чтобы те сверху прикрывали своих молодых товарищей.
- Вас слишком мало, чтобы я мог рисковать вами в первом же бою, сказал Талдыкин.
Он и впредь вводил молодежь в бой постепенно, нередко лично возглавляя полеты.
Продолжая и здесь обучать летчиков сложному искусству воздушного боя, командир учил их не только драться с врагом в воздухе и на земле, но и бороться с собственным страхом, с легкомысленным бравированием, со всем тем, что мешает продуманно и осмысленно вести бой.
С первых же дней сентября полк вместе с 3-м штурмовым авиационным полком защищал Варшаву и ее героических повстанцев{1} от огня артиллерии противника, вел воздушные бои с немецкими самолетами над пылающей польской столицей. 2-й авиационный полк ночных бомбардировщиков "Краков" в это время сбрасывал повстанцам продовольствие и боеприпасы. Прославленные "кукурузники" делали за ночь по три и даже по пять вылетов. Умело маневрируя, они на малой высоте пробирались к столице, сбрасывали контейнеры и возвращались за новым грузом.
В Варшаве и ее пригородах у гитлеровцев было много зенитной артиллерии. Стоило нашему самолету приблизиться к городу, как его тут же окутывало сплошное кольцо разрывов. Машины часто возвращались на аэродром с пробоинами в крыльях и фюзеляже, поврежденными моторами и электрооборудованием, пробитыми баками.
Но героические усилия технического состава на другой же день возвращали самолеты в строй. Польские механики работали не покладая рук. Они недосыпали, недоедали, работали ночи напролет, и машины всегда были готовы к выполнению боевых заданий.
В боях за Варшаву полк потерял два самолета. 24 сентября вражеские зенитки сбили машину майора Вихеркевича, совершавшего свой четвертый боевой вылет. Долгое время летчика считали погибшим. Но, как потом оказалось, ему удалось спастись. Майор успел выпрыгнуть из пылающей машины и спуститься на парашюте, но был захвачен в плен. Из лагеря для военнопленных он бежал и до прихода Советской Армии скрывался в тылу врага.
С октября 1944 и до начала январского наступления 1945 года командование 1-й армии основное внимание уделяло авиационной разведке. Для выполнения этой ответственной задача подполковник Талдыкин выделил постоянные пары, которые вели разведку в указанных для них районах. Разведка, организованная таким образом, позволяла каждой паре тщательно изучить местность в своем районе и замечать самые незначительные изменения, происходящие на земле. Малейшая перегруппировка сил противника, передвижение транспорта и частей, движение моторизованных колонн, скопление войск - ничто не ускользало от внимания воздушных разведчиков.
На такие задания в постоянных парах вылетали лучшие летчики полка: поручник Бобровский - хорунжий Брох, поручник Гашин - хорунжий Журавский, поручник Габис - хорунжий Лазар, капитан Матвеев - хорунжий Хромы, поручник Калиновский - поручник Козак, поручник Штакхауз - хорунжий Вешхницкий, поручник Баев - подпоручник Госцюминьский, капитан Лисецкий - поручник Шпаковский, поручник Вербицкий - хорунжий Городецкий.
Разведка велась в трех направлениях: в южном, западном и северном. Главное взимание уделялось населенным пунктам: Гродзиск, Прушкув, Блоне, Надажин, Мокотув, Пясечно, Груец, Велишув, Модлин, Яблонна и Новы Двур.
Последним, пожалуй самым трудным, заданием полка в 1944 году была аэрофотосъемка вражеских укреплений вдоль Вислы, в полосе предстоящего наступления 1-й Польской армии. Это задание было выполнено одним звеном в составе капитана Матвеева (командира звена), хорунжего Хромы и поручников Калиновского и Козака.
"Фотополеты" над позициями противника были отнюдь не безопасны. Фашисты, разумеется, не сидели сложа руки в своих укрытиях, когда над ними на высоте 800 или 1000 метров появлялось звено наших самолетов. Все зенитные орудия противника в то же мгновение извергали в небо сотни снарядов, все зенитные средства направлялись на четыре машины с польскими бело-красными опознавательными знаками. К счастью, большинство снарядов не попадало в цель. И это происходило отнюдь не потому, что гитлеровцы плохо стреляли, а потому, что самолеты все время маневрировали. Летчики, искусно укрываясь за облаками, быстро производили фотографирование и опять уходили в облака, делали короткие выходы на цель и снова фотографировали. Они неожиданно появлялись над позициями противника и заходили на объект со стороны солнца, чтобы затруднить вражеским зенитчикам вести по самолетам прицельный огонь. Летчики прибегали к различным уловкам, чтобы сфотографировать почти недоступные объекты, делая по два, по три и даже по десять заходов.
Звено капитана Матвеева оправдало надежды командования: будущая полоса наступлений польских дивизий была со всеми деталями зафиксирована на фотопленку. По этим аэрофотоснимкам позже составили подробную карту, на которой хорошо были видны не только сеть дорог и рельеф местности, но и все окопы, проволочные заграждения, противотанковые рвы и огневые точки. Эта карта давала достаточно четкое представление о системе обороны противника.
Карту размножили и раздали командирам всех частей и подразделений, вплоть до командиров взводов. Это, бесспорно, содействовало успеху наступления соединений 1-й Польской армии в январе 1945 года.
В это время началось крупное наступление Советской Армии. Земля стонала от мощного огня артиллерии и глухо гудела иод гусеницами танков. Тучи самолетов закрывали все небо. 3-й толк каждый день вылетал на штурмовку немецких позиций в Варшаве, Модлине, Прушкуве и Лешно. Его прикрывали истребители 1-го полка. Противник уже не мог бросать в бой помногу истребителей, поэтому 1-й полк не только выполнял свои задачи по прикрытию, но и принимал участие вместе со штурмовиками в уничтожении наземных объектов врага.
Самой грозной опасностью для штурмовиков были зенитные батареи противника. Поэтому в то время когда "илы" сбрасывали бомбы и обстреливали цели реактивными снарядами, истребители держали зенитчиков под обстрелом до тех пор, пока "илы" не заканчивали свою работу и не выходили из зоны огня. Только после этого истребители наносили удары по скоплениям эшелонов на станциях, колоннам пехоты и автомашин.
С каждым днем гитлеровцы все дальше откатывались на запад. Район действий польских самолетов настолько увеличился, что горючего едва хватало, чтобы долететь до аэродрома.
Прикрытие переправ, патрулирование над своими коммуникациями было последним, но очень важным и ответственным заданием полка в это время. Правда, фашистские самолеты теперь редко атаковали наши объекты с воздуха. Если же они и отваживались на это, то только внезапно и всегда превосходящими силами. И все же встречи в воздухе оканчивались, как правило, их бегством. Гитлеровские летчики удирали отнюдь не по-рыцарски - не принимая боя. В то же время польские летчики с каждым днем дрались все увереннее, со все возрастающим энтузиазмом. Ведь бои шли на территории Польши! Ведь теперь и от них, польских летчиков, в большой мере зависело изгнание жестокого врага, столько лет топтавшего их порабощенную родину. Вот почему они сражались упорно, яростно; сражались за все обиды, за "невинно замученных, за издевательства и унижения, за обесчещенных женщин, за лагеря смерти, за все!
Героизм летчиков 1-го истребительного авиационного полка, проявленный в боях за освобождение Варшавы, был отмечен в приказе Верховного Главнокомандующего Советской Армии.
В первых числах февраля полк перебазировался на новый аэродром в Санниках (между Сохачевом и Плоцком). Через несколько дней самые опытные летчики полка перелетают на недавно освобожденный аэродром в Быдгощи.
Руководить полетами на аэродроме в Быдгощи было нелегко. Кроме польской авиационной дивизии здесь базировались еще три советских истребительных полка и штурмовая дивизия. Сотни самолетов по нескольку раз в день вылетали на боевые задания. А аэродром имел всего одну взлетно-посадочную полосу.
Несмотря на эти трудности, самолеты регулярно вылетали на задания. А хорошая работа обслуживающего состава и отличная выучка летчиков предупреждали несчастные случаи.
