Читаем США: собственность и власть онлайн бесплатно

И. И. Беглов (1904—1968 гг.) — видный советский журналист-международник, провел в США более 10 лет, заведуя бюро ТАСС с Нью-Йорке, Глубокое знание экономических, политических и научных проблем американского общества дало возможность И. И. Беглову воссоздать в широком плане структуру современной финансовой олигархии США в многообразных ее формах. Большое место автор уделил показу механизма всевластия финансового капитала, анализу функционирования незримого, но реально действующего двухпартийного «истэблишмента», который диктует важнейшие политические и экономические решения Белому дому.

АКАДЕМИЯ НАУК СССР

ИНСТИТУТ СОЕДИНЕННЫХ ШТАТОВ АМЕРИКИ

Редакционная коллегия:

Г. А. АРБАТОВ (ответственный редактор)

Ю. И. БОБРАКОВ, В. А. ФЕДОРОВИЧ, E. С. ШЕРШНЕВ Н. Н. ЯКОВЛЕВ

В августе 1968 г. автор настоящей книги Иван Иванович Беглов должен был прийти на работу в наш институт. Но именно в те дни, на которые планировался его переход, .он заболел, и 21 августа И. И. Беглова не стало. Смерть сразила его, в полном смысле этого слова, на боевом посту — в разгар напряженной работы над большим трудом, которому этот талантливый ученый и блестящий публицист отдал последние 12 лет своей жизни...

Коллектив Института США, которому близкие И. И. Беглова передали этот труд, счел своим долгом сделать его достоянием читателей. И не только в силу творческой дружбы, которая связывала нас с его автором. Главным соображением было другое — высокие достоинства рукописи, практически завершенной автором и не увидевшей света раньше исключительно из-за его невероятной требовательности к себе и скрупулезности, заставлявшей снова и снова возвращаться к написанному, оттачивать каждую страницу и каждый абзац, дополнять работу все новыми данными, отражавшими быстротечный ход развития современной действительности.

Значение монографии «США: собственность и власть» трудно переоценить. Руководствуясь ленинскими указаниями об общих тенденциях развития капитализма на стадии империализма, автор провел кропотливый анализ структуры современной финансовой олигархии США и соответствующих ей политических институтов. Центр исследования — попытка рассмотреть механизм всевластия финансового капитала, указать на место незримого, двухпартийного «истэблишмента», который принимает важнейшие решения в экономике и политике американского империализма. В этом отношении И. И. Беглов был первооткрывателем: несмотря на кажущееся обилие работ советских и зарубежных прогрессивных исследователей, проблема еще не получила должного освещения в таком объеме и под таким углом зрения, соединяющим ее экономические, социологические и политические аспекты в их комплексе и всей полноте сложных взаимосвязей.

Исследование строилось на чрезвычайно широком круге источников и литературы — начиная от официальных отчетов, в том числе отчетов банков и промышленных корпораций, и кончая статьями в малоизвестных периодических изданиях. Глубокое знание предмета позволило не только нарисовать широкую картину современной структуры финансово-промышленного капитала и его экономического всевластия в Соединенных Штатах, но и подвергнуть научно обоснованной критике различные теории американских буржуазных экономистов и социологов. Автор вскрывает предвзятый характер этих теорий не ссылками на общие положения, а обращаясь к документальной базе, к фактам, которые произвольно толкуются американскими буржуазными исследователями.

Те, кто готовил труд И. И. Беглова к печати, старались бережно донести до читателя авторскую мысль, ограничиваясь самыми минимальными, как правило, чисто редакционными изменениями и поправками. Редакторы были далеки от стремления «причесать» рукопись, сделать бесспорными для каждого все ее положения и формулировки. Они отдавали себе отчет, например, в том, что у отдельных исследователей встретит возражения полемика И. И. Беглова против чрезмерного, на его взгляд, выпячивания разногласий и борьбы между группировками финансового капитала США (прежде всего «новыми» и «старыми»).

Не является бесспорной и позиция автора книги в вопросе о так называемом военно-промышленном комплексе, который, по его мнению, составляет органическую часть общего финансово-монополистического «истэблишмента», а не какую-то самостоятельную силу. Есть в книге и некоторые другие положения и выводы, которые могут рождать дискуссию.

Но редакторы книги И. И. Беглова считают это не ее недостатком, а большим достоинством: подлинное монографическое исследование призвано, помимо всего, будить мысль, стимулировать дискуссию и обмен мнениями, даже заставлять возвращаться к тому, что уже стало привычным, для критической проверки и перепроверки. В этом отношении работа И. И. Беглова не закрывает пути для новых исследований и поисков, а, наоборот, способствует им — способствует даже тем, что ставит под сомнение некоторые новые мысли других исследователей, заставляет их отнестись к себе и к своему труду еще более требовательно.

Совершенно очевидно одно: каждое положение, каждое слово книги — это результат большого труда и длительных раздумий серьезного ученого, который последовательно руководствуется марксистско-ленинской методологией.

Выход в свет книги И. И. Беглова на рубеже 70-х годов особенно своевремен: американский империализм, развязав военную агрессию в Юго-Восточной Азии и наращивая ее эскалацию, испытывает ныне дальнейшее обострение политического, социального и экономического кризиса, происходящего в необычной обстановке — обстановке полной загрузки военно-промышленного производства. Книга И. И. Беглова раскрывает глубинные процессы, происходящие в структуре и функционировании финансово-промышленного капитала США, и его неразрывную связь с внешнеполитическим курсом главной страны капитализма, который привел к глубокому расколу в американском обществе и невиданному ранее в истории падению престижа этой страны на мировой арене.

Советским людям, выросшим в условиях социалистического общества, трудно составить себе представление о все возрастающей «власти денег» в буржуазном обществе, о той огромной магнетической силе, которой наделено крупное богатство. Контролируя обширные промышленные «империи», магнат финансового капитала располагает возможностью с помощью предоставления «тепленьких местечек» или просто посредством подачек подкупать сотни профессиональных корпорационных администраторов, политиков, ученых, журналистов и военачальников. При «дворах» современных финансовых «феодалов» всегда толкутся толпы слуг, прихлебателей, вассалов и приживалок. Влияние и связи богатства образуют невидимую паутину, обволакивающую президентов, министров, сенаторов и генералов.

Однако в условиях общего кризиса империализма буржуазия нуждается не только в прикрытии эксплуататорской сущности капиталистических производственных отношений, но и в особом вуалировании взаимосвязи между частной собственностью и политической властью. Современный «просвещенный» капиталист хорошо понимает, что для сохранения власти в обществе лучше всего отрицать обладание этой властью. На протяжении последних 30 лет появились разные варианты «теорий», провозглашавших наступление эры «нового капитализма». Отчеканены и пущены в оборот различные названия: государство «всеобщего благосостояния» или «изобилия», «народный капитализм» и т. д., но суть их одна — замаскировать господство капитала во всех сферах буржуазного общества.

Апологеты современного капитализма, выступая против теории марксизма-ленинизма и ее революционных выводов, утверждают, что социальная структура капиталистического общества в течение последних 50 лет якобы изменилась: класс капиталистов будто бы исчезает, мирно уступая свое господствующее положение в обществе группе «профессиональных управляющих».

Суть тезиса об отделении собственности на акции от контроля над корпорациями сводится к следующему. Развитие акционерной формы, говорят буржуазные экономисты и социологи, привело к тому, что собственники капитала якобы утратили контроль над крупными промышленными предприятиями; что в результате распыления акционерной собственности контроль над компаниями перешел в руки наемных профессиональных администраторов. Поскольку профессиональные администраторы не являются собственниками капитала и относятся к категории наемных служащих, мотивы прибыли якобы не определяют их поведение в такой степени, в какой они определяли в прошлом поведение предпринимателей-капиталистов.

Поэтому современные крупные корпорации, во главе которых стоят проникнутые «сознанием общественного долга» профессиональные администраторы, будто бы служат не частным, эгоистическим устремлениям капиталистов, а интересам всего общества. Утратив экономическую власть, капиталисты якобы потеряли и политическую власть в обществе, сохранив лишь право на получение дивидендов.

Один из главных авторов этой концепции — американский социолог Адольф Берли. Еще в 1932 г. он опубликовал в сотрудничестве в профессором Г. Минсом книгу, озаглавленную «Современная корпорация и частная собственность»[1]. Именно в этой книге был выдвинут тезис об отделении собственности на акции от контроля над корпорациями. Четверть века спустя Берли вернулся к этой теме в работах «Капиталистическая революция XX века» (1955 г.) и «Власть без собственности» (1959 г.)

В наиболее сжатой форме суть своей концепции Берли изложил в одной из статей, опубликованных в 1959 г. Карл Маркс, говорится в ней, был прав в отношении капитализма его времени, когда в промышленности преобладали алчные единоличные капиталисты-фабриканты. Но Маркс, по словам Берли, не мог предвидеть того, что акционерная форма капитала создаст новую форму капитализма, свободную от тех пороков, которые отмечали критики капитализма в середине XIX в. Новым элементом, пишет Берли, «прежде всего стало развитие американской системы корпораций. Она действовала удивительно. В течение одного поколения она заменила единоличных собственников предприятий. Во второй период своего развития она сместила финансовых моголов, заменив их профессиональными управляющими ... Управляющие и группы, контролирующие корпорации, — не собственники. Они почти всегда являются наемными служащими, превращающимися в своего рода негосударственных общественных слуг. Система корпораций в настоящее время, таким образом, действует в направлении «социализации» американской промышленности, но без вмешательства политической власти государства. Ни один марксист не мог когда-либо предвидеть подобную возможность»[2].

Большинство американских буржуазных экономистов и социологов приняли на вооружение концепцию А. Берли. Некоторые из них не только дополняют и развивают его аргументацию, но и отстаивают ее от любой критики. Профессор Дж. Гэлбрейт, прочно занявший место одного из ведущих экономистов — теоретиков Запада, настаивает: «В последние три десятилетия неуклонно накапливаются доказательства того, что в современных крупных корпорациях власть переходит от владельцев к управляющим ... Управляющие, хотя обычно обладают крайне незначительным количеством акций, прочно держат в своих руках предприятия. По всем видимым признакам власть принадлежит именно им»[3]. Декларировав это положение, Гэлбрейт обрушился на тех, кто не верит теориям берлианцев, особенно «на всех марксистов», которые-де не видят очевидного. Дабы критики усмотрели истинный свет, он и написал свою работу «Новое индустриальное общество», значительная часть которой посвящена защите концепций А. Берли.

Даже те экономисты либерального толка, которые когда-то выступали в роли радикальных критиков капитализма, приняли теперь на вооружение апологетическую и в своей основе фальшивую теорию берлианцев. К их числу относится и известный американский экономист Стюарт Чейз. В письме редактору газеты «Нью-Йорк тайме» в октябре 1959 г. он писал: «Американская экономическая система ныне более не управляется собственниками капитала. Она управляется наемными администраторами, как это показали четверть века тому назад Берли и Минс ... То, что видел Маркс ... и то, на чем продолжает настаивать московская пропаганда, почти совершенно исчезло»[4].

Американские социологи либерально-критического (Р. Миллс) и даже прогрессивного направления (Г. О’Коннор) вносят свой вклад в эту путаницу или по меньшей мере находятся в ее плену. Книга Р. Миллса «Правящая элита»[5] посвящена, в частности, критике наиболее откровенных апологетов американского монополистического капитала. Однако его концепция «правящей элиты», наделяющая равной властью крупных капиталистов, наемных управляющих, генералов Пентагона и партнеров адвокатских фирм, льет воду на мельницу тех же самых буржуазных апологетов. Так, Миллс пишет: «Не уоллстритовские финансисты и банкиры, а крупные собственники и администраторы в своих самофинансирующихся корпорациях держат ключи экономической власти»[6].

Взяв за одни скобки крупных владельцев акционерного капитала и наемных администраторов, Миллс противопоставляет их банкирам Уолл-стрит. С Миллсом можно было бы согласиться, если бы он имел в виду таких администраторов-собственников, как Форд и Гринуолт, потому что и «Форд Мотор» и «Е. И. Дюпон Компани» сохранили независимость от банков Уолл-стрит. Но можно ли это сказать об администраторах «Юнайтед Стейтс стил»? Такой компетентный в этих вопросах человек, как финансист Сайрус Итон, говорит, что все важнейшие решения этой корпорации принимаются не ее администраторами, а партнерами Моргановского банка, находящегося на Уолл-стрит.