Читаем Временной парадокс (СИ) онлайн бесплатно

====== Глава I Искатель ======

— Опять ты здесь…

Снова та тьма, что так пугает. Снова лишь тот один огонёк, что удерживает Матвея в клещах, но при этом даёт маленькую надежду на спасение. Заставляет не бояться и полностью довериться лишь этому тусклому свечению. Как бы парадоксально это ни звучало, но огонёк требует, чтобы тот отринул свой страх и слушал только трио резонирующих голосов.

Из тьмы начали появляться три силуэта с горящими каким-то потустороннем алым пламенем глазами, — только они и выдавали их — двигающихся медленно и вальяжно, точно зная, что торопиться им некуда; каждый из них внимательно следил за Матвеем своим пронзительным взглядом. Они не собирались уходить. Что им было нужно? Какую цель они преследовали?

— Мы лишь следим, — раздался грубый мужской голос со стороны появившихся силуэтов. — Ничего больше… Ждём.

— Когда ты познаешь огонь, ты встанешь рядом с нами, — присоединился тут же женский голос.

— И мы… увидим друг друга, — послышался ещё один, детский.

— Колдунов Матвей Степаныч, вставай! Тебя вызывает Генрих!

Громкий крик вывел Матвея из запутанного пространства сновидений, и снова его лицо встретилось с холодным полом. Кости болели. Всё тело жгло, но яростный огонь утих. Глаза застилала белая пелена, которая постепенно начала спадать.

— Катя! Сколько раз просил тебя, не буди меня телепатией! — огрызнулся про себя Колдунов.

Каждое утро помощница верховного лидера, а по совместительству подруга Матвея, будила его телепатией. В прямом смысле выворачивала мозги наизнанку. Можно же ведь и ласково это делать, а она всё не переставала орать.

— Поговори мне тут. Быстро вставай, машина уже приехала!

Нехотя Матвей кивнул Кате, которая его не видела. В тот же момент он понял, что связь подруга оборвала. Оставалось только выполнить её приказ и начать собираться. Пока Колдунов одевался, он все думал: чего от него хочет верховный? Неужели настало время для отправки в запретные земли?

По коже Матвея пробежали мурашки, когда он посмотрел на свой черный плащ с гербом в виде белого орла. Сегодня, возможно, будет проверка на силу, а потом распределение в отряды и долгожданная отправка.

Быстро одевшись, Матвей вышел из подъезда. Не забыл поздороваться с Петром, что каждое утро сидит и смотрит в одну точку, безмолвно шевеля губами, будто ожидая чего-то от жизни. Бедный парень. Кто-то не может найти себя в нашем мире, и от этого не убежать, не спрятаться. Правда иногда бьет так сильно, что человек не может найти выход из своей тьмы. Свой личный свет в конце тоннеля.

Матвей запрыгнул в машину, что была годов уже давно забытых. Может, это были тридцатые, может, сороковые; если обратиться к истории, возможно, даже получится найти точный год. Водитель поприветствовал Колдунова. Можно было продолжить разговор, спросить, как живется в Белом городе. Только зачем? Матвей и так знал его ответ: «Плохо». Все так говорят. Народу становится с каждым годом больше, а стены с мест не двигается. И никто пространство увеличивать не собирался. Как раз сейчас, глядя в окно, Матвей видел возвышающиеся над городом огромные бетонные стены. Люди бродили то туда то сюда, кто на работу, кто просто существовал, запирался в домах и просто думал об одном «Что дальше».

— Вот чёрт!

Увидев на своих штанах красное пятно, Матвей начал ругаться и пытаться оттереть его с чёрных брюк. В его мыслях уже мелькали слова категории «останови, едем обратно», но было поздно. Они подъехали сквозь ворота к огромному белому зданию с развевающимся на крыше алым флагом с золотыми молотом и наковальней. Вокруг ходили военные, каждый из которых шел в свой штаб для выполнения лично данного ему приказа. Ну или же просто попинать клушу.

Машина остановилась, тихо заскрипев шинами. Когда из неё вышел Матвей, его встретил Марк. Как всегда, тот был гиперактивным, даже для своих лет: когда люди уже задумываются о семье и уходят со службы,а это лысое подобие монаха с густой черной бородой даже не хотело — да что там не хотело, даже и не думало — увольняться. Для него служба была весельем.

— Матвей! Давай, малой! Генрих не любит ждать.

Вытащив парня и потянув за собой, Марк всё смеялся и рассказывал ему новую историю из запретных земель. Каждый раз это были всё новые и новые байки, поэтому невольно возникал вопрос: сколько походов он уже совершил?

Марк был одним из тех, кто учил Матвея выживанию в запретных землях. Ну, а если конкретнее, тому, как не стать чьим-то обедом.

Пройдя пост в здании, Матвей остановился. Глубоко вдохнул. В воздухе витал едва уловимый горьковатый запах, щекотавший и дразнивший всё существо, но несмотря на свою легкомысленность, он заставлял почтительно трепетать. И, бывало, под его воздействием возникало непреодолимое желание пасть ниц, но не перед человеком. Перед Временем и Историей — да-да, и именно так, с большой буквы. Это был запах былых времен. Времен, когда предки не знали, что делать, но сумели выжить, невзирая на пожирающий сердца страх. На стене был изображен человек с поднятым мечом, на лице которого играла улыбка. Выражение его лица говорило о том, что он знал, точно знал, что мы выживем.

Колдунов даже и представить себе не мог, как были напуганы люди в начале зарождения. Оказаться не пойми где, да и еще получить коварный сюрприз, из-за которого численность тогда значительно уменьшалась с каждым годом.

Основа основ главного штаба — этажи с тактиками, которые обрабатывают всю информацию, а когда получают приказ, то обрабытавают её до мелочей. На самом верху сидел верховнокомандующий со своими апостолами. Всего на трех этажах располагались военные отряды. Вокруг здания — гигантские тренировочные полигоны.

— Скоро войдешь в один из отрядов и тоже будешь сказочные истории рассказывать, — Марк похлопал Матвея по спине.

— Жду не дождусь, — сфальшивил Матвей.

— Это была шутка… — серьёзно ответил тому Марк. — В тех землях ты или труп, или Потрошитель. Говорю я весело и радужно, но на самом деле всё обстоит по-другому.

— Поэтому я и сфальшивил при ответе. Марк, я знаю, что значит понятие «запретные земли». Слышал множество историй. Я —  не те салаги, которые при рассказе про земли считают, что, отправившись туда, они тоже прославятся, как и рассказчики.

Марк улыбнулся. Гордился?

Поднявшись по лестнице на самый верх, Матвей, наконец, увидел свою подругу с золотистыми кудрявыми волосами. Катя сидела и рассматривала документы. Даже не заметила своего друга детства. Она всегда была такой. Уже в детстве Катя не могла делать два дела одновременно. Отдавалась на все сто процентов только одному поручению. Когда Матвей подошёл почти вплотную к столу, Катя всё ещё копалась в бумагах, только иногда поправляла свою юбку или рубашку.

— Кать?

Девушка посмотрела на него, не поднимая голову, и нахмурилась. Видимо, была не в духе. Наверняка её опять забросали волокитой, и разбираться в этом нужно было долго. Когда-то она жаловалась Колдунову на это. Ведь друзья всё-таки. Так что её нахмуренная мордашка не удивила его.

Она только кивнула на дверь сзади, дав понять, что их уже ждут.

— Намек понят. Ладно, Матвей, меня там не ждут.

Схватив за плечи Колдунова, Марк так приблизился к нему, что чуть не заехал ему бородой в глаза. Повыше Матвея он был. Но, увидев его глаза, он понял, что сейчас последуют серьезные слова. Их лучше запомнить. Да лучше на всю жизнь.

— Тебя будут проверять. Понял? Ожидай чего угодно, даже кинжала в брюхо. Апостолы те ещё коварные и умные гады.

Повернул и хлопнул по спине так, что Матвей подпрыгнул.

— Удачи! — крикнул Марк и быстро скрылся из поля зрения.

Из-за такого наставления Матвею стало не по себе. Может, Марк пошутил? Белая дверь словно давила несуществующим грузом, заставляла дрожать. Но надо было зайти. Парень потянул ручку, услышал глухой скрип и сразу же поймал рассерженный взгляд.

Комната была огромной, здесь поместилось бы человек сто, как минимум. Вдали стоял длинный стол, а за ним сидели двенадцать апостолов и верховный. Каждый апостол прятал свое лицо под маской. Говорили, что только верховный знает их настоящую личность.

Генрих внимательно посмотрел на Матвея, хоть и казалось, что его глаза потеряли прежний цвет, но огонь… Тот всё ещё яростно горел в них. Его белый китель и седые волосы совпадали по цвету почти полностью. Его прозвище было Белый Король, которое весьма ему подходило.

Сделав шаг к стулу, на котором должно было начаться тестирование, тот почувствовал жжение в груди. Остановился.

Странно.

— Мы долго будем тебя ждать? — прокричал Генрих.

Верховный был явно недоволен. Сегодня все как-то на взводе. Матвей всё равно стоял на месте и осматривался вокруг. Интуиция никогда не подводила его. Он привык доверять ей. Ведь не думая, можно огрести.

— Понятно, — вскрикнул Матвей.

Сконцентрировавшись, он активировал трепет. Силу, что была похожа на ауру, исходящую от его тела. Перенаправив ауру в ногу, он громко топнул, и огромное пространство между ним и Верховным сузилось, разбилось и разлетелось на маленькие кусочки.

Один из Апостолов похлопал. Видимо, оценил потенциал Колдунова.

— Это было не сложно, — усмехнулся Матвей. — В комнате всего четыре окна. Два у входа, и два около вас. Явно иллюзия. Да и здание не такое длинное для такой комнаты.

— Да-да.

Генрих достал пачку сигарет, закурил, и, выдохнув дым, продолжил рассматривать Матвея.

Парень находился в недоумении. Он, возможно, разрушил трепет одного из апостолов, а старик не оценил. Это немного разозлило Колдунова, так что он попытался сесть на стул и тут же с грохотом упал на пол. Стул был на три шага впереди.

— Не всё ты увидел, мальчик, — усмехнулся верховный.

Матвею стало стыдно. Стул был иллюзией. Возможно, как раз он и был создан апостолом, а пространство рядовым военным. Оплошал. Ничего не скажешь.

Вскочив, он сел на стул.

— Так, — Генрих открыл папку и начал изучать дело Матвея. — Общий Трепет на восьмидесятом уровне. Очень хорошо, но сигнатуру ловишь не так хорошо. Трепет Силы на девяностом, трепет Скорости на шестидесятом, Трепет Иллюзии — нулевой, Трепет телепатии — пятнадцатый, Трепет созидания — нулевой… — Верховный замялся и серьезно взглянул на парня. — Трепет Хаоса на девяносто седьмом. Редкий кадр.

Закрыв дело, Генрих замолчал. Встал один из апостолов.

— Колдунов Матвей, ты выбран нами, апостолами, в качестве Искателя!

Парень соскочил со стула. Он то раскрывал, то закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег. Слова не желали покидать пределы гортани, вылетали лишь какие-то невнятные тихие хрипы. Тело онемело. То ли от страха, то ли от счастья.

— Не удивляйся: такой человек в полной мере подходит.

— Подождите! — всё же выкрикнул Матвей. — Я не подхожу на эту должность!

— Почему?

— Искатели ищут знание прошлого мира, из-за чего он стал таким. Причины! Прошлый Искатель потратил тридцать лет на поиски одного сведения старого мира. Я даже в подмётки ему не гожусь.

— Ты имеешь трепет хаоса девяносто седьмого уровня, — подметил апостол. — Самый сильный трепет из всех открытых человечеству. С такой силой даже иные тебе под силу.

— Нет, вы не понимаете! Я не контролирую Хаос в полной мере. Я даже не выходил за стены. Какой из меня Искатель?

Повисла тишина. Колдунова сковало. Холодный пот прошиб всё его тело. Он рассчитывал на другой расклад. В ударный отряд или в разведку, но никак не в Искатели. Апостолы, как и Верховный, общались телепатией. Матвей плохо владел этим трепетом, так что не мог их подслушать.

— Мальчик, — наконец-то заговорил Генрих. — Ты отказываешься найти знания предков?

Матвей тяжело сглотнул. Казалось, что он был пьян. Голова начала кружиться, хотелось сесть, но в ноги будто засунули спицы, и их невозможно согнуть. Что ответить? Скажет «нет», и тогда возможен трибунал. За отказ выполнять приказ вышестоящего.

— Ты знаешь, что это очень ответственная задача, и твой статус будет приравнен, можно сказать, к моему. Если ты скажешь, что где-то есть знания, то любая важная операция сразу прервётся и будут выполняться исключительно твои приказы, — Генрих стукнул по столу. — Ведь каждый порвет глотку за знания этого мира! И того, кто прислал наших предков в три тысячи триста тридцать третий год!

Матвей тяжело рухнул на стул. Он понимал, что верховный прав. И что ему не отказаться. Колдунову придётся согласиться, выхода нет. Вот и начинаются его деньки в главном штабе. Точнее, его новый дом теперь — запретные земли.

— Тебе выдадут всю информацию, которую предоставил искатель до тебя.

Генрих широко улыбнулся.

— Мы ждем от тебя огромных открытий, парень!

***.

Выйдя из кабинета, Матвей почувствовал, как сильно его трясет. Хотелось ударить себя по щеке и очнуться в своей кровати. Бах! И это сон. Страшный такой и давящий на голову. Кошмар, одним словом.

— Матвей.

Перед ним стояла Катя. Её рабочая смена закончилась. На лице наконец-то появилась улыбка. Она подошла к Колдунову и взяла его за руку.

— Проводишь меня до дома?.. Эй! Алло?

— Кать… Мой первый приказ тебе как Искателя: ёще раз разбудишь меня телепатией — отправлю нахрен под трибунал.

====== Глава II Письмо ======

— Вот тебе раз. Смотри, Жек, новый Искатель.

Утро было холодным. Будто мир превратился в Каину, и казалось, что где-то рядом озеро Коцит. Лицо Матвея, бледное то ли от холода, то ли от того, что он ещё не отошел от вчерашнего, в тусклом освещении выглядело ещё бледнее, словно покрытое ледяной коркой. Благо палатка возле тренировочных полигонов, в которой они находились, была тёплой.

Двое вояк, Женя и Альберт, сидели и пялились на Матвея с усмешкой. Один был курносый блондин с кошачьими глазами — Женя, который всегда отличался завидной хитростью и интуицией, как и его друг, Альберт — низкорослый брюнет с S-образным шрамом на щеке, что был похож на змей. Оба были одеты в чёрные плащи и боевую чёрную униформу. Они знали Матвея: довелось Колдунову встретиться с ними во время обучения. Вот только одно: они являлись первыми заместителями капитанов в своих отрядах. Но проиграли новобранцу. Матвей выиграл хитростью, позволил им подобраться к себе вплотную. Они рассчитывали на свою победу, уже приготовили свои фирменные снисходительные взгляды и улыбки типа «ну ничего, с кем не бывает», но не знали, что парнишка обладал трепетом Хаоса.