Читаем Летчики на войне онлайн бесплатно

Весной и летом 1942 г. в Военно-Воздушных Силах Красной Армии происходили важные изменения. Война требовала сосредоточения крупных авиационных объединений на решающих направлениях для обеспечения успешных действий сухопутных войск. Прежняя структура ВВС, при которой силы авиации были распылены, изжила себя. Настало время коренным образом изменить ее, для чего весь парк самолетов армейской и фронтовой авиации сводился на фронтах в воздушные армии с непосредственным подчинением командующим фронтами.

В это время и позже формировались также авиационные корпуса резерва Верховного Главнокомандования — крупные маневренные соединения, которые в нужный момент на важных направлениях Ставка придавала воздушным армиям, усиливая их. Осуществление такой реорганизации стало возможным благодаря непрерывному росту производства самолетов новейших конструкций на авиационных заводах страны и наличию в советской авиации опытных кадров летчиков и командиров.

15-я воздушная армия находилась у исходного пункта своего боевого пути неподалеку от Ельца. Сюда в начале июля 1942 г. ехал на старенькой «эмке» с предписанием командующего ВВС генерал-майор авиации Иван Гаврилович Пятыхин.

В штабе Пятыхин застал заместителя командующего ВВС генерала Г. А. Ворожейкина, который из авиационной группы Брянского фронта, разделенного 7 июля на Брянский и Воронежский фронты, начал формировать воздушную армию.

Прошло немного времени, и генерал И. Г. Пятыхин возглавил армию, а прибывший полковой комиссар Михаил Николаевич Сухачев вступил в должность военкома.

Приказ перебазироваться на новые аэродромы армии первой получила 284-я бомбардировочная авиадивизия.

Немного времени потребовалось ей, чтобы выполнить этот приказ, потому что аэродромы дивизии были неподалеку. Вскоре к месту назначения отправились эскадрильи 286-й истребительной и 225-й штурмовой авиадивизий. Отныне они становились составными частями воздушной армии. В одно время с боевой техникой, а порой значительно раньше ее, строились в колонны бензои масло-заправщики, стартеры и летучки, радиостанции и полевые кухни частей трех районов авиационного базирования — 17, 21 и 71-го, чтобы под прикрытием короткой летней ночи как можно быстрее направиться в указанные им пункты.

Позже пришел черед других полков и дивизий войти в состав воздушной армии. Иным предстояло пройти в ней долгий боевой путь, измеряемый тысячами летных часов, иным — действовать только эпизодически.

Несхожими были судьбы этих полков. Одни сформировались в тревожные тридцатые годы на Дальнем Востоке и получили боевое крещение у реки Халхин-Гол; их перебросили на запад, когда война забушевала в Подмосковье. Другие начали сражаться в первые же часы войны над Каунасом и Лиепаей. Летчики успели сменить самолеты И-153 и И-16 на МиГ-3, а те в свою очередь на «яки». В исторические формуляры третьих вписывались только первые строки, а журналы боевых действий еще оставались нераскрытыми.

Боевой путь 32-го бомбардировочного авиаполка 284-й авиадивизии частица истории Военно-Воздушных Сил нашей страны.

Полк формировался в 1938 г. в Забайкалье. А «родословную» свою ведет с 1931 г. от 34-й эскадрильи, которая потом в Белоруссии была развернута в авиационную бригаду.

В Забайкалье летчики освоили скоростные бомбардировщики конструкции А. А. Архангельского. Факт сам по себе примечательный: в то время не было самолетов лучше СБ. На них наши летчики сражались в Китае. Потом на Халхин-Голе капитан Иван Семенович Полбин и майор Николай Матвеевич Комайкин водили в бой эскадрильи СБ. Овладение слепыми полетами и полетами ночью также вошли памятными страницами в историю части.

Война. Эшелон за эшелоном мчатся с востока на запад.

На Юго-Западном фронте летчики полка с ходу идут в воздух и беспощадно рассчитываются с врагом. За два месяца уничтожено более 130 фашистских танков, самолетов — 30. Эта запись уместилась на одной строчке истории полка, но она говорит о многом, потому что год шел тогда 1941-й…

Следующие месяцы отмечены многими боевыми вылетами, теперь уже над районами Касторное, Гремячье, Курск.

— Работали правильно, — односложно докладывал о деятельности полка майор Николай Павлович Щенников полковому комиссару Сухачеву, когда тот знакомился с частями дивизии, прибывшими в армию.

— Люди у нас что надо, — дополняет майора неутомимый военком полка Василий Федорович Журавлев. Радостная взволнованность чувствуется в его голосе, когда он называет имена летчиков Захара Иваненко и Петра Гаврилова, штурманов Николая Сергеенкова и Ивана Багрича, воздушных стрелков-радистов Дмитрия Никулина и Виктора Логинова, механиков старшин сверхсрочной службы Евгения Иваненко и Ивана Данильченко О бесстршных воздушных бойцах 32-го полка военком готов говорить без конца, но Сухачев деликатно останавливает собеседника:

— В дивизии ведь не один тридцать второй полк…

Начальник политотдела 284-й бомбардировочной авиадивизии батальонный комиссар Федор Никитович Тарасов спешит рассказать о том, что три недели назад самолет младшего лейтенанта Артюши Оганджаняна был подбит в районе Землянска, и молодой летчик-коммунист из 507-го полка направил горящую машину на фашистские танки, что командир экипажа 778-го полка младший лейтенант Николай Рослов и воздушный стрелок-радист комсомолец Александр Перцев прикрыли самолет своего однополчанина и спасли его от верной гибели.

Полковник Алексей Филиппович Обухов, командир 225-й штурмовой авиадивизии, созданной здесь же, на Брянском фронте в середине мая 1942 г., предельно краток в ответах на вопросы комиссара Сухачева. Командир подчеркивает, что полки созданы недавно: путь одного начался несколько месяцев назад, другому нет еще и года. Однако летчики в первых же боях показали, на что они способны. Не зря их танкисты недавно похвалили. И командир ссылается на сообщение из 26-й танковой бригады о том, что после отхода немцев обнаружено 23 разбитых орудия, несколько десятков пулеметов, много автомашин. Большая часть приходится на долю штурмовиков своевременно помогли с воздуха продвинуться вперед.

— Ведущий группы «илов», — рассказывает Обухов, — увидел в районе цели бой наших танков с немецкими. Принял молниеносно решение: атаковать. Сразу пояснил задачу ведомым и первым пошел в атаку. Штурмовики действовали грамотно, смело, решительно. Танкисты и пехота напрасно не похвалят.

В 286-й истребительной авиадивизии, по словам командиров, можно было положиться на каждого, хотя еще не все пилоты обстреляны. Многие из них участвовали только в учебных боях, «дрались» со своими инструкторами и получали от них четверки, а нередко и пятерки. Словом, ребята толковые, дерзкие, сметливые.

В полках не ошибались, высоко оценивая молодежь. В этом Сухачев скоро убедился, читая такие донесения: «13 августа 8 Як-1 провели бой с 6 Ю-88 и 16 Ме-109. Старший сержант Гаврилов, старший сержант Панин, майор Свириденко сбили 5 самолетов… Коммунисты Подволзан и Соболев — по одному Ме-109… Летчики-сержанты не допустили Ме-109 к нашим бомбардировщикам. В этом бою лейтенант Трихуненко уничтожил один самолет лично и один в группе».

И еще: «Истребители 171-го иап сопровождали штурмовиков на боевое задание. Группу возглавлял старший лейтенант Константин Длужицкий. Над территорией противника завязался воздушный бой. Наши летчики сбили четыре вражеских самолета. Но был подожжен и самолет тов. Длужицкого. Летчик направил его в скопище вражеских войск. Длужицкий погиб»[1].

Это произошло 16 августа 1942 г. 19 августа Константин Антонович Длужицкий был награжден посмертно орденом Ленина.

171-й истребительный авиаполк, созданный накануне войны, получил боевое крещение под Тулой осенью 1941 г. На Брянском фронте летом 1942 г. летчики этого полка вели напряженные воздушные бои. Тогда-то стало известно имя командира звена Константина Соболева. В конце июля над районом Гремячье звено Соболева отразило налет большой группы «юнкерсов». Одного пирата сбил командир. Потом последовали его новые успешные бои, отмеченные благодарностями Военного совета Брянского фронта, командующего воздушной армией генерала Пятыхина и первой правительственной наградой — орденом Красной Звезды. Личный счет Соболева и других летчиков-истребителей полка возрастал. Их позывные все чаще слышались в воздухе.

Между тем приближалось время начала боевых действий воздушной армии. Это чувствовалось еще в начале августа. Задачей номер один для всех трех районов авиационного базирования вместе с многочисленными бао (батальонами аэродромного обслуживания) была подготовка аэродромов. Работники тыла армии во главе с деятельным энергичным хозяйственником бригадным интендантом Павлом Михайловичем Ступиным заранее выехали в батальоны.

Для воздушной армии августовская операция войск Брянского, а затем Воронежского фронтов была первым серьезным экзаменом.

Прорыв немецких войск в сторону Волги и на северокавказском направлении резко обострил стратегическую обстановку на советско-германском фронте. Противник стремительно продвигался в глубь страны. В воздухе господствовала фашистская авиация. Исключительно тяжелые бои советские войска вели между Доном и северными предгорьями Кавказа. Реальной помощью им могли быть отвлекающие удары соседних фронтов. Такие удары наносились начиная с августа и вплоть до поздней осени 1942 г. Они в некоторой степени влияли на ход вооруженной борьбы на Нижней Волге и Северном Кавказе.

В боевые действия войск Брянского фронта с ходу включилась и воздушная армия. На авиацию возлагались задачи поддерживать 38-ю армию во время прорыва вражеского оборонительного рубежа, взаимодействовать с танковыми частями при вводе их в прорыв, прикрывать наземные войска с воздуха.

На рассвете 10 августа группы самолетов 284-й бомбардировочной и 225-й штурмовой авиадивизий в сопровождении экипажей 286-й истребительной авиадивизии нанесли удары по войскам противника в районе Ивановка, Ильиновка, Спасское. Здесь наши войска натолкнулись на упорное сопротивление врага.

В тот день выполнялось еще одно задание. По донесениям экипажей разведывательных самолетов на курском аэродроме скопилось около ста Ю-88 и Ме-109. Сразу же созрел план уничтожить вражескую технику. Осуществление его выпало на долю штурмовиков и истребителей. Действуя сравнительно небольшой группой в составе 7 «илов» и 15 ЛаГТ-3, участники вылета добились значительных результатов. Почти половина вражеских самолетов на стоянках была выведена из строя. Свою роль сыграли продуманные решения, умелая организация удара, его внезапность.

11 августа последовал еще один приказ за подписями командующего воздушной армией генерал-майора авиации И. Г. Пятыхина, военного комиссара полкового комиссара М. Н. Сухачева и начальника штаба генерал-майора авиации А. А. Саковнина. По этому приказу требовалось оказать поддержку наземным войскам, наступающим на вражеские оборонительные рубежи.

Сопровождая танковое соединение, штурмовики вылетели на задание 12 августа в 5 час. 30 мин. По белым стрелам, выложенным на исходных позициях танкистов, по зеленым ракетам — так было заранее условлено — летчики убедились в том, что под ними свои, и взяли курс на Малопокровку, Высочино и Дмитриевку. Здесь находились опорные пункты противника, насыщенные артиллерией и минометами. Одна за другой группы «илов» сбросили бомбы и встали в круг для последующих атак цели. До полудня штурмовики вылетали на задание еще дважды. Сюда же направились летчики 284-й бомбардировочной авиадивизии с истребителями 286-й. Истребители прикрывали также наземные войска. В этот день авиация противника многократно появлялась над полем боя группами от 7 до 15 самолетов. В небе разгорались воздушные бои. Как только закончились боевые действия на землянском направлении, начальник штаба армии доложил командующему о готовности предварительных итоговых материалов. Собрались впятером. Кроме генералов И. Г. Пятыхина и А. А. Саковнина на совещании присутствовали военком М. Н. Сухачев, заместитель командующего Д. Д. Попов и начальник политического отдела Г. А. Худяков. Генерал Саковнин оперировал в основном цифрами. За несколько дней армия совершила 1240 боевых вылетов, из них на разведку — 126, бомбардировку 362, штурмовые действия — 134, на прикрытие войск — 325 и на сопровождение — 293. Летчики уничтожили танков — 80, автомашин — 225. В 43 воздушных боях сбито 49 вражеских самолетов.

— Наступление наземных войск не принесло желаемых результатов, сделал вывод начальник штаба после анализа вылетов. — Причины этого известны: противник упорно сопротивляется, усилив свою группировку подкреплениями с других участков фронта; пополнил авиацию бомбардировщиками. Наши же летчики слишком увлекались воздушными боями с «мессершмиттами», скованные ими, упускали «юнкерсов». А ведь первая заповедь истребителей — видеть поле боя и, главное, уничтожать немецких бомбардировщиков.

— Хотя командование 38-й армии дало нам в общем неплохую оценку и летному составу объявлена благодарность, нет основания обольщаться результатами, — сказал начальник штаба. — Промахов допускали немало. Примитивными были тактические приемы истребителей: они не затягивали противника на выгодные для себя высоты, атаковали вяло. Не порадовали новизной приемов и штурмовики, которые мало задерживались над полем боя. Летчики робко пользовались радиостанциями.

— Выходит, первый блин комом? — спросил кто-то из присутствовавших.

— Не совсем так, — ответил Саковнин. — Однако многовато сучков и задоринок…

С таким мнением нельзя было не согласиться. Генерал Пятыхин мог объективно оценить как положительные стороны, так и погрешности в деятельности авиации, которые в немалой мере отразились на результатах боев наземных войск. В этом его убеждало также мнение генерала Н. Е. Чибисова, высказанное после перехода войск к обороне.

— Конечно, и несколько самолетов, атакующих врага на глазах у наступающей пехоты, воодушевляют ее. Порой авиация действовала хорошо, порой же мало силенок было над полем боя. К тому же иные летчики малоопытны. Вот почему авиация не смогла сорвать ударов немцев с воздуха. Старались, видно, крепко, но провести пехоту и танки в глубину обороны, подавить опорные пункты врага не сумели, как, впрочем, и артиллеристы.

Первые результаты боевой работы воздушной армии не были значительными. Но пусть число вылетов было более чем скромное, пусть хромало взаимодействие с 38-й армией, пусть, наконец, противник понес в воздухе не такие уж значительные потери, однако результаты все же обнадеживали. И главный из них состоял в том, что действия авиации происходили по намеченному плану, отличались организованностью и собранностью.

Назавтра итоги боев обсуждались с летным составом во всех трех дивизиях армии.