Читаем Kurohibi. Черные дни онлайн бесплатно
Kurohibi.
Черные дни.
Фанфик содержит сцены жестокого секса, насилия и прочих извратов и не предназначен для лиц младше 18 лет (а лучше 21), а также впечатлительных и моралистических особ. Плюс к тому не рекомендован людям, не знакомым с жанром хентая или ненавидящим его. Сцены секса описаны крайне подробно и могут произвести негативный эффект, нарушевшееся душевное равновесие остается на совести читающего. Дополнительно не рекомендовал бы к прочтению лицам, нежно восхищяющимся героинями франчайза НГЕ, но данный пункт опционален.
В свое время Трикс жаловался на отсутствие хентайных фанфиков по Еве, так что я решил заполнить этот досадный пробел. Однако тему хентая по НГЕ мне захотелось не открыть, а наоборот закрыть, чтобы после ни у кого не поднималась рука или чего еще там на написание подобных вещей. В русском фендоме уже имеются несколько представителей жанра (кажется, все это переводы с английского), но это все романтика и легкие по содержанию произведения. Данный фанфик является оборотной стороной жанра - суровым, тяжелым, трагичным по своему содержанию повествованием с циничным жестоким сексом, разбитыми судьбами и общей дикостью происходящего. Больше всего это походит на гремучую смесь аниме "Школьные Дни" и хентая "Принцесса 69". Фанфик далек от легкого развлекательного жанра и если вам нужно занять руки на пять минут или похихикать над пыхтелками, лучше поищите что-нибудь еще. Цель фанфика - впечатлить, возможно даже шокировать, встряхнуть, но никак не веселить.
Итак, напустив мраку, добавлю ложку меда. На самом деле все не так сурово, как может показаться. Все же это хентай - небылица, в которой возможно все, ибо в мире хентая действуют совсем другие законы и соответственно наступают иные последствия - прежде всего для психики и организма. Несмотря на кажущиеся зверства, герои (точнее, героини) испытывают совсем другие ощущения и чувства, нежели это было бы в реальности, возможности их сильно преувеличены/преуменьшены, а резервы почти неиссякаемы. Главное постоянно держать это в уме и не обращать внимания на стандартные условности и допущения, тем более что для тех, кто читал хоть немного додзей по Еве разной степени жесткости, происходящее не особо удивит. Ну и разумеется, стандартное напутствие: дети, не пытайтесь повторить прочитанное дома. Хентай и ирл - две совершенно разные сущности.
«Здравствуйте, меня зовут Икари Синдзи, и я неудачник. Рад с вами познакомиться».
Наверное, так бы следовало представиться перед толпой в группе психологической поддержки, думал Синдзи часом ранее. Всего какой-то час назад он как всегда предавался умиротворяющей жалости к себе, заливая депрессию игрой на виолончели, грустя о матери, чью могилу он сегодня посетил, и между делом размышляя о Мисато и Аске, развлекающихся на свиданиях.
Но это было всего час назад, а теперь…
— Ну, тогда я иду.
А теперь он не мог поверить в происходящее. Аска, чья надменность и презрение к нему могли измеряться кубометрами, приближалась, чтобы поцеловаться. Синдзи был на грани паники. Но чувство это гудело где-то глубоко внутри, будто что-то его держало там, и он догадывался, что. Поцелуй, до которого оставались считанные секунды, был далек от романтики, Аска, буквально навязавшись, просто убивала время таким оригинальным способом. С тем же успехом она могла бы покидать мячик об стенку или поплевать с балкона, и это ощущение немного давило обидой на Синдзи. Конечно же, он хотел поцеловать ее, как той ночью, когда у него так и не хватило решимости (и о чем он не жалел), но сейчас что-то было неправильно.
— Не дыши, мне щекотно!
Аска, приблизившаяся вплотную, одной рукой схватила его за нос и рывком прикоснулась к его губам.
И тут по телу Синдзи прошла короткая вспышка дрожи. Сбиваемый волной ощущений мозг лихорадочно стал анализировать новые чувства, пытаясь собрать мысли воедино. Синдзи с закрытыми глазами и заткнутым носом сквозь эту суматоху в своей голове и хаосом ощущений прежде всего почувствовал мягкие, слегка влажные губы Аски на своих губах. Они были теплые, слегка шершавые в месте прикосновения с каймой — ведь Аска была немного ниже Синдзи, и тем более она несколько наклонила голову в бок, поэтому прильнула преимущественно к его нижней губке и слегка под углом. Синдзи мог ощущать краешки ее губ, едва различимые капельки слюны на них, делающие поцелуй таким освежающим, и еще он чувствовал необычный, но приятный вкус, похожий на ягодный компот, настолько разваренный, что почти пресный. Это было немного странно — ощущать вкус не языком, а губами, тем более что их поцелуй не выходил за рамки «нежного», простое романтическое «губы-в-губы» без всяких движений, без языка, почти не дыша…
Через пару секунд, когда первый шок исчез, Синдзи попытался взять свои мысли под контроль. Помимо ощущений на губах, он начал различать щекотавшее дыхание Аска на своей щеке, отчего его собственные легкие стало сводить от недостатка кислорода. Это крайне бестактно с ее стороны, подумал Синдзи, ведь она практически заставляет его отпрыгнуть в сторону ради глотка воздуха, а прекращать процедуру Синдзи не хотелось, даже несмотря на все неудобства. С закрытыми глазами он все равно в своем воображении мог видеть маленькую рыжеволосую немку перед собой: ее свободную маечку, которую она одолжила у Мисато-сан, ее суперкороткие синие шорты, так подчеркивающие стройность ног и округлости маленькой, но такой симпатичной попки. И тут Синдзи вдруг ощутил, как его мысли аукнулись в несколько неожиданном, хоть и вполне закономерном месте организма, аккурат между ног. Член подал признаки жизни и стал медленно набухать.
Но главная проблема — недостаток кислорода — затмила собой даже этот смущающий инцидент. Дышать хотелось нестерпимо, и на второй план отошли даже приятные ощущения от поцелуя и накатывающее возбуждение. Синдзи, чувствуя спазмы в груди, сам слегка затрясся и вдруг ощутил, что злится. Захотелось просто оттолкнуть от себя Аску, прервать этот нелепый, но такой милый поцелуй — потому что это была целиком ее вина. И пусть она начнет кричать и обижаться, зато она поймет, что нельзя перекрывать дыхание парню во время поцелуя. А может, и не поймет…
Левая рука Синдзи сама стала подниматься вверх, чтобы оттолкнуть Аску. Терпеть сил уже не было, ему стало наплевать на последствия, но лишь одна деталь остановила его руку в паре сантиметров от аскиного торса. Это распирающее чувство между ног, когда член утыкается в жесткую ширинку брюк и ему явно не хватает места в трусах. Мысль, показавшаяся Синдзи такой пошлой и постыдной, вдруг улетучилась с одним лишь ощущением расплывающегося по телу возбуждения, стоило ему только представить свободно выпирающие груди Аски из-под майки и складку тканей на шортах на месте ее ложбинки.
И тут вдруг рука будто сама дернулась вверх, перехватив ладонь Аски с его носа, а вторая рука нервно, но жестко обхватила аскину талию. В этот момент Синдзи подумал, что, наверное, в его голове разорвалась шаровая молния, потому что он сам не ожидал от себя такой прыти, попутно ощутив, как сильно вздрогнула Аска. Они одновременно открыли глаза, но движение на этом не прекратилось.
С потоком живительного воздуха Синдзи мгновенно пришел в себя, и то ощущение, что сладким горячим потоком лавы расплывалось по его венам, буквально вдарило ему в голову. Аска, широко распахнув свои изумленные голубы глаза, пробыла в замешательстве лишь долю секунда, а потом попыталась отстраниться, что-то при этом выкрикнув, но вместо этого у нее получилось лишь неловкое:
— А!..
Как тут же Синдзи снова прильнул к ее губам, на этот раз широко раскрыв рот, чтобы перекрыть ее гневный вопль. Руками тем временем он притянул Аску к себе, с неведомо откуда взявшейся силой прижав к телу, чтобы она не успела сложить руки перед собой и отстраниться. Синдзи ощутил необычайную мягкость округлостей на своей груди и с накатывающим страхом и волнением понял, что грудь Аски буквально вмялась в его ребра. Она не носила дома бюстгальтер. И это было настолько приятно, настолько возбуждающее, что секундный страх перед своими действиями мигом улетучился. Плюс к тому последние капли нерешительности развеялись, когда Синдзи понял, что Аска не сильно и сопротивляется. Она, конечно, уперлась ладошками в его бока, пытаясь оттащить его в сторону, но делала это настолько слабо и нерешительно, что только подогревала уверенность Синдзи в том, что он делает все правильно.
«Разумеется, — подумал он, — ведь ее характер не позволяет ей быть ласковой и податливой, хотя она же первая предложила целоваться. Ну, если это у нее такие правила игры, то, наверное, все в порядке».
Почувствовав успокоение от этой мысли, Синдзи решил и дальше проявлять инициативу самостоятельно. Сначала он просунул язык в открытый рот Аски, который так и продолжал обхватывать своими губами. Он никогда еще не делал подобных вещей и слабо представлял, что и как там полагается, но решил довериться инстинктам и попутно следить за реакцией Аски, которая все еще несильно брыкалась в его хватке. Он слегка протянул язык вперед, нащупав кончиком аскины зубки, и далее — пока не почувствовал ее мягкий язычок.
И тут она сильно дернулась, промычав что-то через нос. Отпор ее рук усилился, не настолько, чтобы вырваться, но достаточно, чтобы страх и неуверенность вернулись к Синдзи. Аска даже отклонила голову назад, едва не разомкнув поцелуй, и только движение головой Синдзи вперед не позволило этому случиться. Тот даже хотел было ослабить объятия, как вдруг понял, что Аска приостановилась, а ее толчки под бока снова ослабились.
«Наверное, это было просто от неожиданности. В конце концов, она, видимо, тоже напугана».
От этой мысли стало легче, и Синдзи инстинктивно переложил руку с аскиной спины на затылок, зарыв пальцы в ее густые струящиеся локоны, чтобы в дальнейшем она не отклоняла головы. Ощущение ее волос под ладонью оказалось необычайно приятным и даже показалось, что Аска немного расслабилась, так что Синдзи снова поддался возбуждению. Он продолжил движение языка пока не ощутил аскин язычок, кончиком провел по его поверхности и с воодушевлением обнаружил, что она ответила ему взаимностью. Краешки их языков заиграли друг с другом, как две трепещущие бабочки, то касаясь, то трясь круговыми движениям друг о друга. Аскин язык с самого начала был очень влажный, мягкий и упругий, то сокращавшийся, то расслабляющийся — и теперь уже ни на секунду не останавливающийся. Это было не сравнить с неподвижными губами, и возбуждение снова дало знать о себе, наливая член свинцом.
Синдзи чувствовал, как их слюна смешивается, но это ощущение не только не казалось ему противным, но наоборот — он хотел упиваться им, слизывать ее все больше и больше с аскиного языка. Их губы пришли в движение и теперь не только языки ласкали друг друга. Аска уже сама не стеснялась проникать в рот Синдзи, посасывая и облизывая его язык, и ее сопротивление почти сошло на нет, а Синдзи перестал держать ее мертвой хваткой. Вместо этого он плотнее стал прижиматься к ней, чувствуя, как мягко трутся ее груди об него. Казалось даже, что он мог ощутить ее затвердевшие соски сквозь майку и собственную сорочку, и возбуждение стало столь сильно, давление между ног настолько усилилось, что Синдзи больше не мог сдерживаться.
Не прекращая поцелуя, он медленно протянул руку к аскиной ладошке, мягко обхватил ее, слегка погладив пальцы, и потянул ее вниз. Уже там, у крайней черты, у него возникло секундное замешательство, а стоит ли продолжать, что будет, если он сделает это, правильно ли все это. Но Аска так усердно водила своим язычком по языку Синдзи, подогреваемая его непрекращающимися ласками, чавкая и причмокивая, а возбуждение настолько поглотило его, что тот решился. И он без дальнейших колебаний приставил ее ладонь к выпирающему бугорку на своих брюках.
Но то, что произошло дальше, Синдзи предсказать не мог даже в худшем кошмаре. Аска внезапно замерла, движения ее языка остановились. Она резко открыла глаза и отдернула голову. Несмотря на густой румянец на щеках и ее потяжелевшее дыхание, в глазах читалось безмерное удивление и гнев. Она неожиданно резко вырвала свою руку из ладони Синдзи, а другой рукой оттолкнула его что есть мочи. Синдзи, не ожидавший от нее такой прыти, спотыкнулся и упал на пятую точку. Аска еще несколько секунд приходила в себя, будто вспоминая, где она и что происходит, ее изумленный взгляд метался между своей рукой и распластавшимся на полу Синдзи, и вот ее разомлевший разум собрался воедино.
— Ты что творишь, ублюдок?! — разнесся звонкий стервозный голосок на всю квартиру.
Синдзи поник. Злая Аска вернулась.
— Какого черта ты устроил, каб
Синдзи на дрожащих ногах медленно поднялся.
— Но… — буркнул он. — Ты первая начала…
— А ты, значит, решил, что тебе все можно, да?! Стоило лишь дорваться до тела юной девушки, как сразу гормоны из всех щелей полезли! Д-дурак!
— А ты не больно-то и сопротивлялась…
Синдзи стал ощущать нарастающую злость. Возбуждение еще не прошло, так что в штанине еще различался напрягшийся член, и, наверное, это повлияло на ответный выпад Синдзи.
— Я?! — Аска натурально озверела. — Да ты меня схватил и не давал вырваться! Это была почти что попытка изнасилования!
— Кто бы говорил. Ты меня чуть не задушила.
— Потому что ты идиот! Я решила проявить немного сострадания, подарить тебе первый поцелуй с лучшей девушкой школы, а тебе хватает наглости дерзить мне?
Синдзи смотрел на нее исподлобья, смотрел, как качается ее грудь при каждом выкрике, как румянец все еще держится на ее щеках, как капельки пота стекают по ее шее, и ощущение гремучего яда заструилась по его венам.
— Можно подумать, это не был твой первый поцелуй, — ответил он на удивление твердым язвительным голосом.
— Т-Ты… что сказал?! Да кто ты такой? Неужели ты думаешь, что свой первый поцелуй я подарю такому хлюпику, как ты?! Естественно, у меня это не в первый раз!
— Значит, целуешься со всеми подряд?
Аска запнулась, заливаясь краской.
— Ах, ты ничтожество!!! Да как ты смеешь говорить мне такое!!! Кто тебе дал право, я спрашиваю?! Ты, хлюпик, неудачник, полный ноль, смеешь еще отчитывать меня?
Молчавший Синдзи мог видеть, как сквозь намокшую от пота майку Аски проступали ее маленькие алые соски.
— Ты, кретин! Да кому ты вообще нужен?! Разложил тут свою писюньку и думает, что на нее сейчас все прыгнут. Да всем наплевать на такого придурка, как ты.
Синдзи показалось, что у Аски снизу под шортами, прямо между ног, выделялось небольшое темное пятно влаги.
