Читаем Медовый месяц онлайн бесплатно
Габриэль Барилли
Медовый месяц
Леонард Бухов, перевод с немецкого
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Кристина Ковальски
Линда Розенбаум
Барбара Венгер
Место действия: здесь
Время действия: сегодня
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
На сцене комната без дверей (мансарда). Это квартира в стадии ремонта и переезда. Посередине - рождественская елка, ожидающая, когда ее начнут наряжать. У основания елки картонные коробки с шарами, гирляндами и другими украшениями. К правой стене прислонено большое зеркало в золотой раме. Перед ним стоит Линда и танцует под музыку, звучащую из портативного приемника (Фил Коллинз "You can't hurry love"). На Линде короткое черное платье, черные чулки, высокие черные сапожки. Костюм абсолютно не рождественский. Она смотрится в зеркало, надевает клипсы, подкрашивает губы... Входит Кристина в зимнем пальто, нагруженная пакетами, и наблюдает за погруженной в свое занятие Линдой. Затем кладет пакеты, сбрасывает пальто на пол и идет в соседнюю комнату. Линда замечает движение позади нее и выключает музыку.
ЛИНДА. Привет!
КРИСТИНА. Думаешь, они помогут тебе - думаешь, они тебе помогут думаешь, хоть один из них тебе поможет... не помогут они тебе!
ЛИНДА. Не помогут?
КРИСТИНА. Ни за что не помогут, они видят, что ты нагружена как вьючный осел, обе руки у тебя заняты, но им даже в голову не придет придержать для тебя дверь...
ЛИНДА. Кто "ОНИ"?
КРИСТИНА. Мужчины.
ЛИНДА. Ах, вот что...
КРИСТИНА. Если они всего лишь забывают хотя бы открыть для тебя дверь, я говорю: "хорошо - он не заметил...", но ведь это же не так - они просто делают вид, что не заметили и захлопывают за собой дверь так, что приходится все вещи, которые у тебя в руках, класть на пол, чтобы самой открыть дверь. Если бы моя мать не была так любезна и не помогла мне открыть дверь...
ЛИНДА. Твоя мать была в городе...
КРИСТИНА. Нет - одна милая, пожилая дама в шляпке открыла для меня дверь магазина, чтобы я смогла выйти из этого храма потребления.
ЛИНДА. В шляпке?
КРИСТИНА. Да, в шляпке, такой, как у моей мамы, - все матери ходят в шляпке и с сумочкой и всегда вежливы и любезны - как Дорис Дэй и Рок Хадсон.
ЛИНДА. Разве Рок Хадсон носит шляпку?
КРИСТИНА. Рок Хадсон не носит шляпку.
ЛИНДА. Не носит...
КРИСТИНА. Нет...да... я хотела сказать - Дорис Дэй ходит с сумочкой, как у моей мамы, а он всегда открывает перед ней дверь - в универмаге, - а она может с легкостью выйти и улыбнуться ему...
ЛИНДА. Естественно.
КРИСТИНА. Естественно - и тогда он решается пригласить ее в свою горную хижину - в горы...
ЛИНДА. Куда же еще?
КРИСТИНА. Что?
ЛИНДА. Куда же еще, если хижина горная?
КРИСТИНА. Ну, например, в хижину на побережье.
ЛИНДА. Ах, вот как...
КРИСТИНА. И в горной хижине он, наконец, решается и поет для нее песню, и делает ей предложение...
ЛИНДА. Какая прелесть. Дальше, дальше...
КРИСТИНА. Правда, прелесть?.. А потом они переезжают в большой дом с террасой и живут счастливо, и она гладит его рубашки...
ЛИНДА. Тогда я, наверное, все же предпочту сама открывать для себя двери.
КРИСТИНА. Да-а... какое прекрасное было время.
ЛИНДА. Это ты так считаешь.
КРИСТИНА. Мне плевать на все эти современные теории.
ЛИНДА. А меня они устраивают.
КРИСТИНА. Да, теперь все уже не то, что раньше.
ЛИНДА. И слава Богу.
КРИСТИНА. Значит, у тебя - никаких проблем, да?
ЛИНДА. С дверями?
КРИСТИНА. С мужчинами.
ЛИНДА. А это как с дверями - просто нужно знать за что ухватиться, и тогда они сами открываются.
КРИСТИНА. Линда! Как ты можешь...
ЛИНДА. Я же знаю - им это нравится. Только покажи им, что их - возможно - ожидает и сыграй под Мадонну1... На такую приманку они помчатся как ракеты.
КРИСТИНА. Для меня это слишком утомительно.
ЛИНДА. Тогда тебе придется самой открывать твои двери.
КРИСТИНА. Лучше уж это, чем ежедневно наблюдать как молодая женщина превращает себя в Лолу Монтес2 - вот это, например, - что это значит?
ЛИНДА. Ты о чем?
КРИСТИНА. Что это на тебе такое...
ЛИНДА. "Маленькое черное..."
КРИСТИНА. На улице минус четыре!
ЛИНДА. А сверху - моя старая, добрая, мягкая, тяжелая шуба из леопарда - слава Богу, он выглядит как синтетика... да, ему будет что рассказать. (Берет черные резиновые сапоги и запихивает их в рюкзак.)
КРИСТИНА. Или я чего-то не понимаю, или ты делаешь что-то не то! Разве ты на рыбалку собираешься?
ЛИНДА. Можно и так назвать - хорошо сочетается с красным - черное с красным - это маленький сюрприз для моего Вольфи.
КРИСТИНА (распаковывает телефонный автоответчик). Ненавижу читать инструкции.
ЛИНДА. Это я беру на себя - что ты опять притащила?
КРИСТИНА. Истребитель-перехватчик, можно также называть это автоответчиком...
ЛИНДА. Но зачем?
КРИСТИНА. Просто моему терпению пришел конец, понимаешь? (Ставит автоответчик рядом с телефоном.) Из девяноста четырех ежедневных звонков девяносто три раза просят тебя. И эти девяносто три - исключительно разнообразные мужчины, которые разыскивают свою Мадонну. Я сыта по горло!
ЛИНДА. А девяносто четвертый звонок?
КРИСТИНА. Моя мать... (Звонит телефон.) Нет!!!
ЛИНДА. Включи эту штуку...
КРИСТИНА. Я не успею...
ЛИНДА. Тогда пусть звонит...
КРИСТИНА. Постой... (Берет трубку.) "Вы звоните по номеру Кристины Ковальски и Линды Розенбаум. В данный момент нас нет дома, но мы вам обязательно позвоним, если вы сообщите ваш номер телефона после звукового сигнала..." (Растерянно осматривается, находит связку ключей, безуспешно пытается свистеть с помощью ключа, затем складывает губы и хочет свистнуть безуспешно, приходит в отчаяние.) Проклятье! Да... алло... Ковальски и Розенбаум. Да, я... да, да. (Прикрывает трубку ладонью.) Ты будешь с ним говорить?
ЛИНДА (шепчет). Кто?
КРИСТИНА. А кто, собственно, говорит... ага... (Шепчет.) Говорит, что его зовут "Герард".
ЛИНДА. Боже, Геральд... нет, нет!
КРИСТИНА. Нет... Она у своего жениха... я... я ее мать... ха-ха... что... вы находите?.. да, да, тридцать пять... ах, вот как, да, я... я ее мачеха...
ЛИНДА (шепчет). Что?
КРИСТИНА. Да... ей что-нибудь передать? Вы еще раз позвоните... да... буду рада... я хотела сказать, она будет рада... adieu3. (Кладет трубку.)
ЛИНДА. Почему вдруг - "adieu"...
КРИСТИНА. Он же француз...
ЛИНДА. Ему хочется быть французом...
КРИСТИНА. И такой приятный голос...
ЛИНДА. Чего он хотел...
КРИСТИНА. Он сказал, что у меня красивый голос...
ЛИНДА. Ему все равно с кем заигрывать, лишь бы шевелилось.
КРИСТИНА. Что ж, спасибо.
ЛИНДА. Что ж, пожалуйста.
КРИСТИНА. Он, вообще-то, тебя просил к телефону...
ЛИНДА. Мне тоже так показалось.
КРИСТИНА. Он позвонит еще раз. Да-а...
ЛИНДА. Не строй иллюзий... по телефону голоса их всех звучат как виолончель Пабло Казальса.
КРИСТИНА. Правда!?
ЛИНДА. Конечно - они специально репетируют - тайком - и думают, что этот слегка вибрирующий тон звучит чувственно...
КРИСТИНА. А разве нет?!
ЛИНДА. Для тебя, возможно, и звучит, ты ведь до сих пор даже веришь в мужчин, которые носят шляпу.
КРИСТИНА. Ты имеешь в виду Санта-Клауса?..
ЛИНДА. Он ходит в шапке.
КРИСТИНА. Все равно... а теперь я поставлю капкан... (Наговаривает на автоответчик тот же текст, что прежде, в заключение ей удается громко свистнуть.) А почему у меня сейчас получилось?
ЛИНДА. Что?
КРИСТИНА. Я же свистнула...
ЛИНДА. Вероятно, из-за мыслей о "Герарде" твои губы увлажнились.
КРИСТИНА. Это один из твоих несостоявшихся...
ЛИНДА. Кстати, о несостоявшихся - пожалуйста, впредь не делай этого.
КРИСТИНА. Чего?
ЛИНДА. Если я иду к моему жениху, это исключительно мое дело, оно абсолютно никого не касается...
КРИСТИНА. Но я подумала...
ЛИНДА. Ты лучше не думай, а...
КРИСТИНА. Что...
ЛИНДА. Если он узнает, что я обручена, у него не будет совершенно никакого повода меня баловать.
КРИСТИНА. Но ведь ты действительно обручена.
ЛИНДА. Это известно тебе, это известно мне, известно моему жениху, но... знаешь, в каждой спортивной команде есть такие мальчики, они носят за игроками воду, тем самым помогая чемпионам победить. Теперь "Герард", возможно, утратит мотивацию, чтобы знакомить меня со всеми французскими ресторанами. А если он утратит эту мотивацию, то у моего жениха возникнет ощущение, что я принадлежу ему одному, и он, в свою очередь, утратит мотивацию, чтобы знакомить меня со всеми остальными ресторанами, существующими в этом большом, большом городе.
КРИСТИНА. Но у тебя же есть еще Альфредо.
ЛИНДА. Знаю - но я больше не могу видеть спагетти.
КРИСТИНА. Ах ты, бестия!
ЛИНДА. Но, но - "Мадонна"!
КРИСТИНА. Лучшее, что было в моей жизни - наш развод со Стефаном. (Распаковывает картонную коробку.) Это стояло перед дверью, для тебя.
ЛИНДА. Распаковывай дальше...
КРИСТИНА. Стефан и я - ах, все было так достойно... мы расстались друзьями... в этом было столько достоинства... столько достоинства... слово, значение которого тебе совершенно чуждо.
ЛИНДА. Что случилось бы с твоим достоинством, если бы он еще год оплачивал твою квартиру?
КРИСТИНА. Тебе этого никогда не понять - Стефан и я... это было... вот так штука - (Она распаковала коробку Линды, достает огромное пасхальное яйцо.) Что это должно означать?!
ЛИНДА. А что тебя смутило?! (Открывает яйцо, из него выпадает письмо, она читает) "Сладкое мое, шоколадное яичко"... это я...
КРИСТИНА. Кто бы мог подумать...
ЛИНДА. "Сладкое мое, шоколадное яичко, ты страшно мерзнешь в этой холодной, холодной зиме"...
КРИСТИНА. Да он ясновидящий...
ЛИНДА. "К сожалению, я не в состоянии ради тебя поменять времена года"...
КРИСТИНА. Слабак...
ЛИНДА. "Зато в моих силах совершить волшебные превращения с тем местом, на котором стоят твои ножки, умыкнув тебя в тепло и уют."
КРИСТИНА. Он владелец сауны...
ЛИНДА. "В тепло и уют - на остров Пасхи, например..! Если ты согласна скажи да, и это письмо станет гарантией недельного отпуска вдвоем. - Твой Тони"...
КРИСТИНА. Просто волшебник...
ЛИНДА. Ошибаешься - это прошлогодний тренер по лыжам...
КРИСТИНА. Разве он еще существует?!
ЛИНДА. Как видишь... До чего же он мил!
КРИСТИНА. Здорово...
ЛИНДА. Всего неделя... что ж... придется отложить...
КРИСТИНА. Отчего?
ЛИНДА. Мартин пригласил меня на три недели в Египет.
КРИСТИНА. Что еще за Мартин?
ЛИНДА. А-а, ты его еще не знаешь...
КРИСТИНА. Это почему же, позволь спросить?!
ЛИНДА. Я как-то перестала среди всех них ориентироваться...
КРИСТИНА. Тогда поезжай с Мартином, а мне предоставь этого лыжника.
ЛИНДА. Что, что?!
КРИСТИНА. Ведь целый год прошел - он давно уже забыл как ты выглядишь...
ЛИНДА. Спасибо...
КРИСТИНА. Я не это имела в виду - я хотела сказать...
ЛИНДА. Я знаю, что ты хотела сказать... но это твои проблемы, дорогая, - тебе следует решиться и сделать выбор: или нравственная безупречность или три недели в пустыне... я хотела сказать, на Ниле.
КРИСТИНА. Лучше уж мерзнуть, чем в постель с Мартином.
ЛИНДА. Тебе этого никогда не понять...
КРИСТИНА. Что ты имеешь в виду?
ЛИНДА. Я вовсе не ложусь в постель с Мартином...
КРИСТИНА. Да, но...
ЛИНДА. Я поеду в отпуск, притом с удовольствием, но если я лягу с ним в постель, он потеряет ко мне интерес, а я - путешествие в Египет...
КРИСТИНА. Волшебно.
ЛИНДА. А что касается поездки по Нилу - пусть он закажет две каюты - с двуспальными кроватями - как классическая супружеская пара.
КРИСТИНА. Две каюты...
ЛИНДА. На случай, если я вдруг все же почувствую себя совсем одиноко изредка - ну, ты понимаешь...
КРИСТИНА. Но ведь ты хочешь быть совсем одна, иногда...
ЛИНДА. Это же ясно - ты можешь себе представить Мадонну с болтающимися подвязками?..
КРИСТИНА. Начинаю понимать.
ЛИНДА. Еще года два рядом со мной и ты постигнешь всю сложность мира.
КРИСТИНА. Я начну наряжать елку - они могут скоро прийти, - есть по крайней мере хоть кто-то, кто не хочет, чтобы я оставалась в полном одиночестве.
ЛИНДА. Ты извини, но я...
КРИСТИНА. Оставь, ты сегодня уже наработалась. (Указывает на серьги Линды и начинает разбирать елочные украшения.)
ЛИНДА. Зато ему нравится.
КРИСТИНА. Немного дешево - не находишь?
ЛИНДА. Конечно - для него это будет мотивацией подарить мне настоящие жемчуга.
КРИСТИНА. Почему не содержимое целой витрины?
ЛИНДА. Он не Рок Хадсон.
КРИСТИНА. Хадсон в этом не нуждается.
ЛИНДА. Но, возможно, Дорис Дэй нуждается.
КРИСТИНА. Прошу тебя, когда придет Барбара, не говори в таком тоне.
ЛИНДА. Не беспокойся, я не стану подвергать испытаниям на прочность брак твоей подруги. Чао!
КРИСТИНА. Благодарение Богу, это невозможно.
ЛИНДА. Ты уверена?!
КРИСТИНА. Пригаси эти искорки в твоих глазах: Мануэль - единственный мужчина на нашей планете, для которого даже ты не можешь быть опасна.
ЛИНДА. Хочешь пари?
КРИСТИНА. Линда, прекрати...
ЛИНДА. О'кей - мне уже все равно надо идти...
КРИСТИНА. Мне казалось, ты хотела уже в семь быть на месте?
ЛИНДА. В семь было бы нормально, в половине восьмого он ощутит нетерпение, в восемь начнет беспокоиться, а в девять...
КРИСТИНА. Перепишет на тебя свою страховку.
ЛИНДА. Ты быстро усваиваешь мои уроки.
КРИСТИНА. И как я только живу с подобным человеком...
ЛИНДА. Противоположности привлекают друг друга.
КРИСТИНА. Думаешь, тебе удастся увлечь меня вниз, вслед за собой?
ЛИНДА. Вечная женственность может устремляться куда ей заблагорассудится.
КРИСТИНА. А ты не боишься перенапрячь его нервы?
ЛИНДА. Послушай, что я тебе скажу: если бы мы жили в лучшем из миров, я бы смогла обойтись без всех этих уловок. Там царила бы взаимная симпатия и любовь, бескорыстие и покой. Мы живем, к несчастью, в ином мире, и пока здесь главным остается не любовь, но война и власть, я буду играть по тем правилам, по которым играют все.
КРИСТИНА. И никакого стремления к любви...
ЛИНДА. Я испытываю стремление к истине - если это и есть любовь, то любая игра теряет смысл, если же любви нет, я не хочу оказаться жертвой.
КРИСТИНА. По-твоему, такие как я...
ЛИНДА. Или твоя мать!
КРИСТИНА. Проклятье!
ЛИНДА. Что случилось?
КРИСТИНА. Твой реализм способен лишить меня последних иллюзий.
ЛИНДА. Хорошо - ради тебя я уверую сегодня вечером в Христа-Младенца.
КРИСТИНА. "Не внимай ей, о Господи".
ЛИНДА. В Его безграничной всепрощающей доброте найдется уголок и для меня.
КРИСТИНА. Я замолвлю за тебя словечко.
ЛИНДА. Пройдет совсем немного времени и ты, мой ангел, сможешь навестить меня в моей новой квартире, которую он для нас оборудует.
КРИСТИНА. Южная сторона с террасой?
ЛИНДА. Южная сторона с террасой!
КРИСТИНА. Интересно, что будет делать вся твоя пехота, когда ты выйдешь замуж.
ЛИНДА. Приходить в отчаяние.
КРИСТИНА. Слава Богу, нас никто не слышит.
ЛИНДА. Барбара упала бы в обморок...
КРИСТИНА. Ее ничто не сможет поколебать - Мануэль просто ангел...
ЛИНДА. Умираю от любопытства...
КРИСТИНА. Не забывай, что тебе уже скоро уходить.
ЛИНДА. Они давно женаты?
КРИСТИНА. Семь лет.
ЛИНДА. И...
КРИСТИНА. Что - и..?
ЛИНДА. И часто они?!..
КРИСТИНА. Никогда!
ЛИНДА. Ах, перестань...
КРИСТИНА. Барбара - это мой маяк, Барбара и Мануэль - мои маяки. Они увидели друг друга, они нашли друг друга, они поженились - и они счастливы, уже семь лет.
ЛИНДА. Ага...
КРИСТИНА. Никаких - "ага" - им это не нужно.
ЛИНДА. Что - это?
КРИСТИНА. Эта самая война, с помощью мишуры и подвязок...
ЛИНДА. Идеально...
КРИСТИНА. Вот именно.
ЛИНДА. Я хотела сказать: или она идеально врет, или он идеально врет, или они оба врут идеально.
КРИСТИНА. Ты ходишь в кино не на те фильмы.
ЛИНДА. О нет - просто для себя я открываю двери сама.
