Читаем Записки автолюбителя онлайн бесплатно

Фридман Л. М.

Нижний Новгород, 1991 г.

Художник В.А. Соколов

У каждого человека есть какое-то увлечение, какая-то страсть, привязанность, которая подчас проходит через всю жизнь (сейчас иметь увлечение стало очень модным, почти обязательным — это называется хобби). Таким хобби в моей жизни были и остаются автомобили.

Решающую роль в этом сыграло то обстоятельство, что во дворе дома, где я жил, находился большой гараж со странным, до сих пор непонятным мне названием «Трансэнергокадры». Теперь гаража уже нет, и, к сожалению, никто не может расшифровать его загадочное название.

В то время как мои сверстники, уходя на улицу, говорили;

— Мама, я— гулять!

Я говорил:

— Мама, я — в гараж!

Отец с совершенно серьезным видом, рассказывая обо мне родным и знакомым, утверждал, что в тот день, когда я перестал сосать молоко, я начал сосать бензин.

Водить автомобиль я научился довольно рано; то есть мне доверяли заводить, прогревать двигатель и выезжать из гаража во двор.

Однако по-настоящему вести автомобиль на большое расстояние мне пришлось значительно позднее, лет в тринадцать-четырнадцать.

Мы жили тогда в городе Татарске Новосибирской области. Конечно, и здесь нашелся гараж, из которого я уходил домой только спать...

Со своим «шефом» я поехал на машине ЗИС-5, груженной жмыхом, в совхоз за сто километров от города. Приехали туда благополучно, разгрузились и только было собрались ехать обратно, как вдруг мой «шеф» встретил старого друга, с которым он бил «басмачей и прочих фашистских гадов». Естественно, по этому поводу был устроен «пир». Часов в одиннадцать я из-за стола ушел и лег в кабине, а около двух часов ночи принесли «шефа», Я попросил, чтобы его уложили в кузове. Что-то не спалось, и у меня созрела идея ехать домой. «Шеф» безмятежно храпел. Я положил ему под голову сиденье, достал из кармана ключ зажигания, и... вспыхнувшая в лучах света дорога двинулась с места и понеслась под колеса.

«Шеф» проснулся уже дома, во дворе, где я поставил машину.

С тех пор, куда бы мы ни ездили, за руль он вообще не садился. Развалившись в углу кабины, блаженно попыхивая папиросой, он рассуждал о бренности жизни, о любви, товариществе, долге и т.п. Я не хочу сказать о нем ничего дурного. Он отдавал мне руль не потому, что был ленив и не хотел ездить. Просто у него было свое хобби— «философия», к которой я относился с уважением, а он разглядел мою «линию» и также уважал ее.

За эти полтора-два года я довольно уверенно почувствовал себя за рулем, мог отыскать «убежавшую в баллон» искру, проверить подачу и т. п.

В пятнадцать лет со мной произошло событие, которое как бы подытожило все то, чему я научился за это время.

На загородном шоссе переполненный автобус с трудом одолевал подъем. Вода кипела. Мотор с открытыми боковинами капота был окутан бившим из пароотводной трубки паром. На вершине подъема автобус остановился. Шофер принес ведро воды и без всяких мор предосторожности открыл пробку радиатора. Вырвавшаяся со страшной силой струя воды и пара ударила его в лицо. Закрыв глаза руками, он упал на землю. Надо было немедленно везти шофера в больницу. В настоящее время все было бы значительно проще; мимо нас уже прошло бы не менее десятка автомобилей, среди пассажиров, наверное, нашлось бы два-три человека с водительскими удостоверениями, и мне, пятнадцатилетнему мальчишке, нечего было бы и заикаться. Но тогда... тогда среди нас не было ни одного шофера, никто нас не догонял, никто не ехал навстречу.

Я залил в радиатор холодную воду, завел двигатель и предложил пассажирам свои услуги. Мнения разделились: одни говорили, что ехать со мной равносильно самоубийству; другие, в основном мужчины, предлагали рискнуть. Слово взял пожилой старшина-пограничник, оказывавший первую помощь шоферу:

— Кто не хочет — пусть остается, а ехать все равно надо. Надо спасать парню глаза!

Никто не вышел из автобуса, и я тронулся в путь. До города было километров тридцать, но мне показалось раз в десять больше. Одно дело ехать со своим шефом-философом, другое — когда два десятка пассажиров застыли в напряженном молчании сзади, и их горячее дыхание жжет затылок. Доехал я нормально, пострадавшего водителя положили в больницу, пассажиров я высадил на автостанции, а автобус сдал дежурному диспетчеру.

С той поры я понял, что умение водить автомобиль - не забава, не приятное времяпрепровождение, а очень полезный навык, который всегда может пригодиться в жизни.

Шли годы... И вот, как говорил Остап Бендер, сбылась мечта: я стал обладателем серо-зеленой «Победы».

Я был молод, и жажда вождения не покидала меня ни на минуту. Это знали все, этим пользовались многие. В те годы, кажется, я познал всю родню до десятого колена не только моих близких товарищей, но и просто знакомых, так как одних я встречал в аэропорту, других отвозил к поезду, а третьих... третьих провожал в последний путь. Да и работа у меня была такая, что все время приходилось ездить на автомобилях по области (я работал и работаю сейчас судебно-медицинским экспертом).

У меня к тому времени при вождении автомобиля сформировались две степени ответственности: первая, когда я ездил на своей автомашине; вторая — при вождении государственного автомобиля. Каждое происшествие с ним доставило бы мне (их, слава богу, не было, поэтому я говорю «бы») большое огорчение. Пострадало бы мое водительское реноме и поколебалось бы то чувство доверия, которое ко мне, как к водителю, испытывало начальство. Но и тут в общем-то я знал, что изломанную машину рано или поздно отремонтирую и инцидент будет исчерпан.

Мне очень хотелось проверить себя на третьей степени ответст¬венности — на так называемой «товарной машине», на автомобиле, который перегоняется с завода-изготовителя (с ГАЗа) в различные города Советского Союза. Здесь тебе не простят не только царапины на кузове, но даже использованного запасного колеса.

Помню, свою первую машину я гнал во Львов, в таксомоторный парк. Остановился в Козельце, под Киевом, пообедать. Сижу в столовой, смотрю в окно, и кажется мне, что мою машину вот-вот заденут. Вышел, переставил в другое место—показалось еще хуже...

А годы все шли, и вот уже у многих моих товарищей появились сверкающие ВАЗы. Я утратил свое исключительное положение, перестал быть непременным участником встреч и проводов, свадеб и похорон. Неожиданно в связи с этим у меня появилось много свободного времени. Я стал размышлять о том, что у них новенькие «Жигули», а у меня старая «Победа», но они неопытны, как грудные младенцы, а я...

Словом, я почувствовал себя ветераном, и как всякого ветерана меня потянуло не размышления, наставления... Результатом этого явились «Записки», предлагаемые читателю. Я писал их, исходя из убеждения, что одной из самых лучших вещей, созданных человечеством, является автомобиль.

Автомобилизм в нашей стране развивался своеобразно. Это своеобразие заключается в том, что в процессе развития возникло особое племя — племя автолюбителей, восходящее к своему прародителю «Автодору».

Автолюбитель. Вдумайтесь в это слово. Авто-любитель, то есть человек любящий, влюбленный в автомобиль. Объединенные своей страстью, они образовали дружную семью, где все равны: и академик, у которого черная «Волга», сияющая хромированными молдингами в экспортном исполнении, и молодой рабочий, вчерашний «фабзаяц», сделавший себе автомобиль сам из лодочного мотора, мотоциклетного колеса и изрядной доли смекалки и энтузиазма. И тот, и другой садятся за руль, и чувство, которое они при этом испытывают, одинаково— прекрасное чувство вождения.

Но для того чтобы хорошо ездить на автомобиле, надо обладать прочными навыками в обращении с системой управления и иметь понятие о стратегии вождения, то есть водительский опыт.

Стратегия вождения—умение предвидеть аварийную ситуацию и предотвратить ее в зародыше, а в уже возникшей — найти такое решение, которое бы привело к минимально неприятным последствиям.

Есть такая пословица, кажется, французская: опыт, как и полиция, всегда приходит поздно. Действительно, опыт водителя приходит не сразу. Он собирается по крупицам в течение долгих лет водительской практики.

В настоящей книге сделана попытка обобщить опыт водительского мастерства, попытка сократить период роста водителя-автолюбителя.

Автор горячо желает читателю стать тем среднестатистическим водителем, который, как подсчитали американцы, от аварии до аварии ездит беспрерывно, в течение 70 лет, по 16 часов в сутки, со скоростью 40 миль в час.

Я не буду говорить о том, что перед выездом надо проверить уровень масла, наличие воды, давление в шинах и т. д. Ваш автомобиль уже заведен и стоит у подъезда. Вы выходите из дома, садитесь за руль... Нет, погодите. Никогда не трогайтесь с места, не обойдя автомобиль кругом, не заглянув под него. Взяв это за правило, вы будете гарантированы от поездки с неисправными, подтекающими тормозами, без воды и масла, на спущенных шинах. Для того чтобы загубить покрышку, не надо и пяти минут; приобрести новую — значительно сложнее. Подумайте об этом!

Да что там покрышка! Я взял это за правило после того, как со мной произошел такой случай. Приехал я к своему товарищу, но того не оказалось дома. Вышел на улицу, сел в машину, завел мотор... И тут словно что-то подтолкнуло меня. Я вылез из машины и решил обойти ее кругом: в пыли, у переднего бампера, сидел мальчуган лет пяти и что-то чертил палочкой на переднем номере...

Давайте постоим еще минут пять. Пусть двигатель «помолотит», пусть как следует искупается в масле, а мы поговорим.

Вы выезжаете на улицу. Ваш автомобиль, говоря юридическим языком,— источник повышенной опасности. В самом деле, это ведь 1000—1500 килограммов железа, способного развивать скорость более 100 километров в час. Напрягите вашу память и извлеките из нее физические формулы, хотя бы из школьной программы...

Находясь за рулем, будьте предельно внимательными, собранными, приучайте себя безоговорочно выполнять все Правила дорожного движения. Помните, что более половины всех аварий совершаются водителями вследствие нарушения этих Правил! Все ограничения движения выстраданы горьким опытом аварий и катастроф и объективно отражают обстановку на данном конкретном дорожном участке.

И еще — надо соблюдать указания всех дорожных знаков, чтобы не попасть в затруднительное положение.

...Километрах в тридцати от Бреста я увидел знак «Объезд препятствия справа», предписывавший мне свернуть со старой дороги на вновь отстроенную. Мне не понравилась колея на въезде, и я проехал по старой дороге дальше, надеясь отыскать въезд получше. Шли километры, новая дорога взбиралась все выше и выше, и никаких путей на нее не было. Наконец почти у самого Бреста дорогу пересекал разрушенный мост, и мне пришлось поворачивать назад, к знаку.

Будьте, наконец, разумными эгоистами. Если по поводу аварии, пусть даже незначительной, возникло судебное дело, то в нем могут быть истец и ответчик. Истец—всегда тот, кто соблюдал Правила движения, ответчик, сами понимаете,— наоборот.

Идеалом для каждого шофера является пустынная улица необъятной ширины, с ровным, как зеркало, асфальтом, с вечнозеленым светофором. В жизни, конечно, все иначе. На улице в несколько рядов идут машины, в тот самый момент, когда вы подъезжаете к светофору, на нем обязательно загорается красный свет, а пешеходы... Еще Ильф и Петров писали, что пешеходов надо уважать. На бортах грузовых автомобилей вы не раз читали: «Помни о пешеходах!»

Для того, чтобы отношения водителя и пешехода никогда не принимали характер конфликта, при проезде мимо идущего человека необходимо установить с ним психологический контакт. Иногда бывает достаточным встретиться с ним взглядом, и становится понятно: он вас видит и даст беспрепятственно проехать, Вот он бежит через дорогу, на вас не смотрит, взгляд его устремлен куда-то в сторону. Посмотрите и вы туда же. Всё ясно. Он спешит на троллейбус! Снижайте скорость, тормозите. Вы успеете, ведь не пешком идете, да и машина ваша не пожарная и не «Скорая помощь».

Пешеход обращен спиной к автомобилю. На улице стемнело. «Моргните» светом; он обернулся и продолжает путь. Все в порядке — контакт установлен!

Днем можно сделать по-другому. Чуть троньте кнопку сигнала («гукните», как говорят шоферы). Сигналы запрещены, я знаю, но этот сигнал услышит только тот, кому он предназначается.

С особенным вниманием следует проезжать мимо стоящих автобусов, троллейбусов и трамваев. Чтобы появившийся из-за них пешеход не был для вас неожиданностью, посмотрите под колеса — видны ноги выходящих из автобусов и троллейбусов пассажиров.

Когда поведение пешеходов вызывает хотя бы малейшее сомнение, немедленно снижайте скорость, вплоть до полной остановки. Впрочем, это вам известно из Правил дорожного движения.

Если вы отчетливо сознаете, что тормозной путь велик и наезда на пешехода не избежать, не раздумывая ни секунды, сворачивайте в сторону, бейте автомобиль в стену, в столб, в другую машину, наконец, но только не задевайте человека,

Уважение к пешеходу заключается не только в заботе о его жизни и здоровье. Стоит у тротуара девушка в белом платье и кого-то ждет... Мимо проносится автомобиль, колесо его попадает в выбоину, заполненную водой, и... пропало платье, и вечер...

Совершенно особую категорию пешеходов составляют дети.

Ребенок на дороге—всегда опасность!