Читаем Хранители крови онлайн бесплатно

— Итак, — Аластор Моуди ухмыльнулся, отчего его лицо сделалось страшным, как хэллоуинская тыква, и азартно потер руки. — Стажировка!

По аудитории прокатился возбужденный шелест голосов.

— Да–да, именно я буду вашим инструктором. Не скажу, что счастлив, потому что меня, вообще‑то, никто не спрашивал. В свою очередь, я не спрашиваю вас, хотите вы лицезреть мою физиономию в течение лета или нет. Просто предупреждаю, что ездить на вас я собираюсь долго, весело и с фантазией. Вопросы есть?

Вопросов не было, поэтому Моуди удовлетворенно хмыкнул и заговорил снова. — Ежегодно задача для первокурсников–стажеров предельно проста и незатейлива. Полигон. Дикие леса, бешеные драконы, подсадные темные волшебники, нападающие на спящий лагерь.

Снова шепот, на этот раз восхищенный. Краем глаза Гарри увидел, как Стивен и Джоэни обменялись насмешливыми взглядами — этим двоим море по колено, в глазах Луны заплясали веселые чертенята, а Блейз равнодушно продолжил обрабатывать пилочкой острые ногти.

Моуди ненадолго замолк, давая молодежи попробовать на вкус предстоящие приключения, а затем улыбнулся еще шире и кошмарнее.

— Но для вас, — он сделал многозначительную паузу и проследил за тем, как улыбки меняются с довольных на растерянные. — Для вас, — со смаком повторил он, — я приготовил кое‑что получше. Кое‑что собенное. Кто‑нибудь попробует догадаться? Уизли?

— Э–э–э, — перепуганный Рон стрельнул глазами сначала направо, потом налево и неуклюже поднялся, с грохотом завалив стул. — Э–э–э… — и полез поднимать его.

— Профессор? — Гарри поднял руку.

— Да, Поттер? У вас идея?

— Точно, профессор.

— Уизли, сядь.

Рон рухнул как подкошенный, цветом лица напоминая вареную свеклу.

— Я думаю, Министерство, — произнес Гарри спокойно, не вставая и даже не меняя позы. — Стажировка в Министерстве. Скучная, нудная, пыльная возня в архивах с редкими выездами на задания настоящих авроров. Может, даже зачистки… если повезет.

— Повезет, Поттер, повезет! — победоносно взревел Моуди и так остервенело хлопнул в ладоши, что с потолка посыпалась штукатурка. Стивен и Джоэни скроили кислые мины, Луна мечтательно подперла ладошкой щеку, Блейз стряхнул с плеча мел и взял пилочку в другую руку.

— Более чем повезет, — рыкнул Моуди. — Как вам известно, боевые действия с Упивающимися и их предводителем Темным Лордом успешно завершены. Но война еще не закончена. Настоящая война только начинается.

— Сражения с отчетами, — вполголоса хмыкнул Стивен.

— Баталии на полях статистики, — поддержал Джоэни.

Моуди зыркнул на них искусственным глазом и продолжил:

— Что нам говорит практика? А практика заявляет, что определить точное число Упивающихся можно только по количеству их трупов. К сожалению, она не учитывает живых последователей Того–Кого–Нельзя–Называть. То есть, если разбить, — Моуди схватил кусок мела и с противным скрежетом что‑то нацарапал на доске, — общее число Упивающихся на живых (X) и мертвых (Y), то задача авроров сведется к элементарному приведению икса к нулю, а игрека — к увеличению на икс. Кто‑нибудь что‑нибудь понял?

— Сэр, — подала голос Луна. — Значит ли это, что все живые Упивающиеся должны превратиться в мертвых?

— Молодец, девочка! Кто ухватывает суть, тот далеко пойдет.

— Но профессор, — это уже Гарри. — Вы забыли про Азкабан.

— Азкабан, Поттер, можно принять за число известное и постоянное, а у нас речь о переменных. Азкабан не в счет.

— А я полагал, как раз Азкабан и будет переменной, — пожал плечами Гарри.

— Еще вопросы?

— При чем здесь наша практика, сэр? — снова Луна. — Вы же не хотите сказать, что направите нас на задания по поимке беглых Упивающихся?

— Не–е–ет, не–е–ет. Что вы, мисс Лавгуд. Я направлю вас на задания, но не по поимке, и даже не по слежке. Я найду для вас кое‑что попроще… и поскучнее. Подберу конкретно для каждого нечто этакое… с изюминкой. Но об этом позже!

По аудитории пронеслось разочарованное "у–у–у". Гарри нахмурился, постукивая по столу кончиком полосатого пера. Какие же они все нетерпеливые, эти будущие авроры! Подавай им настоящие схватки с темными волшебниками, настоящие заклятия, настоящую войну. И только Гарри — ну, и еще, пожалуй, Рон, — знали, насколько реальность далека от романтических представлений о ней… От костров и эффектных вспышек непростительных заклятий, от картинно раскидывающих руки врагов, от бурафорской крови в уголках мертвых губ… Только Гарри — и еще, пожалуй, Рон, — знали, что кровь у еще живых мертвецов идет горлом, а одного взгляда на лицо убитого Авадой достаточно, чтобы поседеть в восемнадцать лет.

В группу Моуди попали десять лучших студентов Академии: Стивен, Джоэни, Блейз, Кари, Эйткинс, Милен, Дори, Гарри, Луна и Рон. Последние двое отличились в финальной битве с Волан‑де–Мортом, поэтому были зачислены в Академию, даже не окончив школу. Кроме них, Гарри знал только Блейза Забини, скучного любителя ядов из Слизерина, который все свободное время занимался тем, что травил всех кого ни попадя, а потом откачивал противоядием и называл это безобразие гордым словом эксперимент. Малфоевского приятеля, кстати. Что до самого Малфоя, то слухи ходили разные, но Гарри они совершенно не интересовали, так что сейчас он знал о слизеринце ровно столько же, сколько и год назад, после последней битвы с Волан‑де–Мортом. Ничего.

— Прошу всех быть завтра в восемь утра в Министерстве, — сказал Моуди и небрежно вывел на доске цифру 8. — Для начала я покажу вам кое‑что занимательное и, надеюсь, поучительное, а там разберемся с заданиями. А теперь, — Моуди обвел аудиторию грозным глазом, сжав губы, — поговорим о последних событиях…

* * *

Гарри подскочил на постели, задушено хрипя и стискивая в потных кулаках мятые, влажные простыни. Сердце грохотало где‑то в желудке, волосы на голове шевелились, и липкий, как остывающий деготь, черный, беспросветный ужас растекался по внутренностям, затопляя все внутри.

Маггловские электронные часы с красными цифрами, стоявшие на прикроватной тумбочке, показывали пять сорок семь. За окном расползался мутный розовый рассвет, робко проникая в маленькую, душную комнатку сквозь задернутые шторы.

Судорожным движением Гарри вытер со лба крупные капли пота, облизнул пересохшие губы, чувствуя, как натянутая кожа трескается под сухим прикосновением языка. Осторожно опустился назад, на подушку.

Ему снова приснился кошмар.

На этот раз Выручай–комната. Огненные драконы, химеры и гиены, вырвавшиеся, наверное, из самого адского пекла. Разевающие пасти, обжигающие смертоносным дыханием, обдающие клубами едкого, разъедающего легкие дыма. Огонь, полыхающий в замкнутом пространстве комнаты, неожиданно сжимающиеся, двигающиеся навстречу друг другу стены. Жар, прожигающий насквозь, обдирающий горло, снимающий с него слизистую тонкими полосками, будто растягивая удовольствие от пытки. Набухающие волдыри на руках, сжимающих древко метлы, почерневшая кожа, черная жижа, текущая из лопнувших ожогов, и боль… и удушье… и конвульсии… И тихий, тонкий крик откуда‑то из самого пекла внизу. И в отчаянии протянутая ладонь… Серые глаза с первобытным ужасом, плещущимся на дне, обезумевшие, умоляющие. Он хватает эту ладонь, дергает на себя, но она выскальзывает. Он хватает снова, но за скользкие пальцы так тяжело уцепиться! И он не может. Он обгорает в огне и никого не спасает. Он кричит, но с губ не срывается ни звука, потому что губ уже нет и нет голоса, нет горла…

Гарри прикрыл глаза, чувствуя, как остывающий пот неприятно холодит кожу. Эти сны — его проклятие, его бесконечная пытка. Вот уже год, как Волан‑де–Морт мертв. Прошел год. Его не мучает боль в шраме. Ему не нужно искать крестражи. Ему не надо бояться за близких и предаваться невыносимым мыслям о том, что все, кто его любят, непременно погибают. Никто больше не погибнет, Гарри знал это.

Знал наяву, но не во сне.

А во сне все было по–прежнему. Наверное, год — это слишком мало? Наверное, понадобится целая жизнь, чтобы он, наконец, осознал, что все закончилось, чтобы кошмары прекратили вторгаться в его ночи и позволили если не забыть, то хотя бы притупить воспоминания. Все, кого он не сумел спасти. Все, кого он спас. Все, кто погиб по его вине. Все, кто выжил и был вынужден жить, утратив родных и любимых. Все они являлись в его снах раз за разом, заставляя переживать десятки вариаций на тему своей гибели. Даже Малфой–младший, эта подлая, трусливая гадина!

Краем уха за этот год Гарри не раз слышал, что у Малфоев возникли проблемы с Министерством, которое после падения Волан‑де–Морта возглавил Кингсли. Слухи ползли разные, но у Гарри и без них хватало забот, так что он даже не знал, были ли Малфои до сих пор на свободе или уже обживали камеры в Азкабане.

Гарри хотел жить. Просто жить, не оглядываясь на прошлое, не вскакивая посреди ночи с саднящим от крика горлом, не жалея, не вспоминая, не чувствуя вины… Он спас волшебный мир, но было ли в этом новом, постепенно отходящем от потрясений, смертей и переворотов мире место для него? Не для героя, не для спасителя, но для простого парнишки, для мальчика, который больше не хотел быть ни знаменем, ни флагом, ни Тем–Кто–Выжил? Или ночные кошмары и странная, тупая боль в груди — все, что у него осталось?

* * *

— Привет! — дружеский хлопок по плечу встретил его сразу по прибытию. Стряхивая с мантии пепел, Гарри отошел от камина, где тут же во вспышке зеленого пламени материализовался новый прибывший, и огляделся.

Атриум. Гигантский фонтан посреди гигантского зала, гигантское количество каминов в стенах, обитых панелями темного дерева и темно–синий потолок с гигантскими надписями.

— Привет, — улыбнулся Гарри, отвечая на рукопожатие Рона. — Как дела? Где наши?

— Да вон, — Рон небрежно махнул рукой в сторону дежурного. — Регистрируют палочки. Тебе тоже надо, и значок получить.

Рон гордо поправил небольшой синий бейджик, приколотый к мантии, на котором белыми буквами были выведены слова: "Рональд Уизли. Стажер".

— Угу, — согласился Гарри. — Пошли. А Моуди еще нет?

— Неа. Как думаешь, что сегодня будет?

Гарри пожал плечами. Нет, он, конечно, догадывался. Любое практическое знакомство с выбранной профессией начинается со знакомства с теми, кто уже работает. Иными словами, стажеров вполне может ожидать несколько часов в штаб–квартире авроров. Наблюдения за ходом будничной работы, ознакомлением со списками прав, обязанностей и правил, с техникой безопасности и порядком ведения документов, архивированием дел, отчетностью, запросами… Зеленая тоска, без которой все‑таки не обойтись даже таким выдающимся аврорам, как Моуди. Чего уж говорить о простых смертных.

— По–моему, он просто решил от нас избавиться, — говорил Рон по дороге к столу дежурного. — У самого поди дел невпроворот, а тут мы камнем на шее. Вместо того чтобы два месяца горбатиться с нами на Полигоне, сбагрит нас в архив и заставит переписывать карточки трехсотлетней давности. А сам преспокойно отправится ловить Упивающихся!

В голосе Рона прозвучала такая вселенская скорбь и обида, что Гарри невольно сочувственно закивал.

— Гарри! Рон! — Луна радостно всплеснула руками. — Привет! Эй, почему у вас такие кислые лица? — она заговорщицки подмигнула и, подойдя почти вплотную, прошептала:

— Ходят слухи, что сегодня в Министерстве разбирают любопытное дело и Моуди будет представлять обвинение!

— Ну да, — набычился Рон. — Я же говорю: упечет нас в архив, а сам…

— Какой архив? — удивилась девушка. – Рон, ты как всегда настроен крайне оптимистично, а?

— Ты думаешь, он возьмет нас с собой? — с сомнением спросил Гарри.

— Уверена!

— И не надейся, — буркнул Рон.

— У–у–у, зануда, — Луна потрепала его по вихрастой рыжей голове и отвернулась к Милен и Дори, которые прикалывали к мантиям значки.

Вскоре подтянулись Блейз и Эйткинс — последние из группы.

— Интересно, что за дело сегодня назначено для рассмотрения, — проворчал Рон, переминаясь с ноги на ногу. — Может, суд над Упивающимся? Вот бы посмотреть, как приговаривают к Поцелую Дементора! То‑то было бы весело.

— На суд нас точно не пустят, — возразил Гарри, хотя у него самого во всем теле ощущался прямо‑таки физический зуд предвкушения. Если бы Моуди взял их с собой, если бы…

— Стажеры! — прогремел над самым ухом раскатистый бас, и все разом подпрыгнули чуть ли не до потолка.

— Мерлин, как ему удается всегда подкрадываться незамеченным, — Рон испуганно перевел дыхание.

— С его‑то комплекцией, — поддакнул Стивен.

— Ну–с, все готовы? — Моуди обозрел группу искусственным глазом. — Не слышу?

— Да!

— Тогда за мной. Суть объясню по дороге.

Они двинулись в следующий зал, туда, где располагались ряды лифтов и где собирались целые толпы волшебников. Пока стояли в очереди, Гарри искал глазами знакомые лица, но его попытки не увенчались успехом. Никого из Ордена здесь не было. Никого из знакомых авроров. Гарри надеялся, что, может быть, другие группы из Академии тоже будут проходить стажировку в Министерстве – например, Гермионе с ее факультетом Связей с Немагической Общественностью по определению было положено присутствовать здесь, — но, похоже, они были единственными стажерами.

Моуди заговорил, как только вся группа оказалась в лифте.

— Сегодня я покажу вам кое‑что любопытное, — он ткнул пальцем в кнопку, но Гарри, к своему сожалению, не разглядел, какую именно. Понял лишь, что это была не цифра "два", где располагалась штаб–квартира авроров. Двойку он хорошо видел между ушами Блейза и Стивена.

— Сейчас в Министерстве пачками идут слушания дел над некоторыми… гм, потенциальными последователями Того–Кого–Нельзя–Называть…

— Так это правда? — не сдержался Эйткинс. — Мы увидим процесс над Упивающимся?!

— Слухи в этом чертовом скворечнике распространяются со скоростью мысли, — нахмурился Моуди и тут же припечатал:

— Нет, не правда. Сопляки вы еще для таких слушаний!

У Гарри внутри холодным комочком завозилось задетое самолюбие. Сопляки, значит? Что‑то он не помнил, чтобы раньше его награждали подобными прозвищами. Когда‑то Министерство не брезговало даже помощью школьников, а теперь, значит, можно по–отечески снисходительно похлопывать по плечу тех, кто еще совсем недавно стоял в одних рядах с настоящими, подготовленными аврорами?!

— Скучно это все, нудно и долго, — продолжил Моуди. — Одно только представление судей и зачитывание состава обвинения займет часа полтора. Нет, если среди вас найдутся мазохисты, готовые семь–восемь часов проторчать в битком набитом зале, я, может, и выторгую у Министра местечко в последнем ряду… ну, чтобы тело потом не далеко было выносить. Не прерывая процесса, так сказать.

Девушки захихикали.

— Кстати, приехали, — сообщил Моуди.