Читаем Когда мне было 19(СИ) онлайн бесплатно

"Когда мне было 19"

(13 мая 2009 год)

Моя история неутешительна. Она не сладостна и не гармонична, какими бывают вымышленные истории, она отдаёт бессмыслицей и смутой, безумием и сновидением, как жизнь всех людей, которые не хотят больше обманывать себя.

Герман Гессе

ОГЛАВЛЕНИЕ

ЧАСТЬ 1: "Дом, милый дом"

Глава I: "Упс...проблемки"

Глава II: "Семь бед - один ответ"

ЧАСТЬ 2: "Какова она - новая жизнь?"

Глава III: "Распределительный пункт"

Глава IV: "Путь - дорога"

Глава V: "А 1666"

ЧАСТЬ 3: "Большая игра"

Глава VI: "Зуб"

Глава VII: "Санчасть"

Глава VIII: "Госпиталь"

Глава IX: "Психбольница"

Глава X: "В терниях раздумий"

Глава XI: "Домой"

Глава XII: "Неужто дежавю?"

Глава XII: "Возвращение в А 1666"

Глава XIV: "Дембельский поезд"

Глава XV: "Старая жизнь поёт по-новому"

ЧАСТЬ 1: "Дом, родимый дом"

Глава I: "Упс...проблемки"

Семейные ссоры - штатный

ремонт ветшающей семейной

любви.

Ключевский В.О.

- Ну ладно, до завтра!

- До завтра, Дим. Созвонимся!

- А когда именно?

- Гм... ну смотри, я освобождаюсь с Лёхой около пяти вечера, объект заканчиваем. Приедем, покушаем, отдохнём. В общем, часиков в семь можно будет встретиться. Короче, я позвоню.

- Ладушки. Только позвоню - я! Вы ведь, как обычно, забудете! Я вас не первый день знаю!

- Ха. Ладно-ладно. Звони ты!

Я распрощался с друзьями и отправился домой, всё ещё улыбаясь прохожим после того диалога. Активировав меню мобильного телефона, посмотрел, сколько времени и на каком свете живу.

Прохладный ветер октября, будто назло, пронзительно веял в лицо, причём, в какую бы сторону я не шёл. Заледеневшие пальцы я усердно прятал в карманы штанов, сжимая их в кулаки.

Спрашивал себя ежеминутно: " И почему я не оделся теплее?" Ответ не прилетал мне попутным ветром и я, матерясь, тешил себя мыслью, что "у природы нет плохой погоды; просто есть люди, которые плохо одеваются". Конечно, изрядно промёрзнув и озябнув, я слабо воспринимал этот аргумент, как нечто доверительное. А вот что-либо конструктивное (особенно, чашечку горячего кофе), я б с лёгкостью принял.

Как всегда, я вышел на улицу в лёгкой футболке фиолетового цвета, узких джинсах с переливом, обвешанных разными значками и в чёрных напульсниках. Неформалом стал ещё два года назад, когда решил собрать свою музыкальную группу. Мы играли тяжёлый рок. Хорошо, что Лёшке разрешили проводить репетиции в дядином гараже. Теперь можно не беспокоиться за уши соседей, а им - о придумках наказания для нас.

И вот, иду я вдоль уходящей вниз проезжей части, а сам думаю над жизнью.

Домой теперь я вряд ли вернусь. Достали все! Начиная с бабушек, сидящих на лавочках у подъезда и постоянно обсуждающих проходящих мимо людей, и заканчивая роднёй со своими глумливыми и настоятельными поучениями, мол: "Дима (это я), сделай тише музыку!", "Почему так поздно уходишь гулять?", "Почему закрываешь двери в свою комнату?" Тьфу! Достали!

Друзьям я не стал ничего говорить о своих проблемах в семье, не тот характер у меня. Я просто мило улыбался и радовал их своим слегка наигранным, оптимистичным настроением. Что и говорить, актёр во мне пропадает. Да и к тому же, я знал уже наперёд, что услышу в ответ, если поведаю им про очередную ссору с матерью и отчимом (я его называл просто - дядей Толей). Друзья мои без сомнений скажут, чтоб я немедля шёл мириться, ведь это твоя мамочка, самый близкий человек, ну и тому подобное. Да я и сам это прекрасно знаю. Но, как бывает, гордость и эгоизм не всегда позволяют подойти к кому-либо, тем более к родным. Не говоря уж о том блюдечке, усыпанном извинениями, которые я должен им преподнести.

Сашка и Лёша - братья-близнецы, мои лучшие друзья, подающие радужные надежды в педагогике. Обратная сторона медали довольно сурова - не могу и не собираюсь выслушивать правду о себе. Характер, как уже говорил, не тот.

Я твёрдо знаю, что мама у меня хорошая, просто замечательная, и я люблю её. Но вот чего не понимаю, так это смысла лезть в мою личную жизнь, да ещё со своими нравоучениями, упакованными в обёртку сарказма и неверия в мою самостоятельность. А вдобавок к тем эмоциям, которые я получаю от проживания в Днепропетровске, где обещания властей останавливаются лишь на общих фразах и человеческой вере в лучшее будущее, я стал не доверять себе и сам.

Было решено позвонить любимой девушке - Юлечке. Может, с ней я снова позабуду о глупой и бессмысленной ссоре с матерью. Эх, снова я бегу от проблем, а не решаю их.

Юлия - невысокая, миловидная неформалочка с прекрасными узкими глазками светло-карего цвета, косой рваной чёлкой до кончика носа, с розовым бантиком и пирсингом в языке и брови. Познакомились мы не так давно, 5 ноября 2007 года на одном из популярных на то время мобильных интернет-сайтов - spaces.ru. Точную дату нашего знакомства я запомнил не сразу, да и не утруждался. Достаточно просто иметь под рукой лист бумаги и любую шариковую ручку.

Помнится, меня заинтересовал её ник - "Durko Emo". Думаю, что за "Дурко"? Что за "эмо"? Любопытство нас и свело. "Я - эмо-гёрл, - писала она в первых переписках, - самый ранимый и депрессивный человек". Я ещё тогда смеялся, не зная, что за дивное сочетание букв - "эмо". Но уже тогда удивлялся, как она способна в один миг переходить от болтливости к резкой краткости.

- Эмо, это типа готы? - писал я в ответ на её чувственные речи и частые обиды.

- Ты что, невежда! Совсем не понимаешь что ли? Эмо ненавидят себя, а готы - всех. Готы - это фее! А я люблю чувства романтизации смерти, свою депрессивность, чёрный и розовый цвет. В зависимости от настроения. Чёрный цвет, конечно, преобладает в моём образе. Это значит, что я несчастна и отвержена, ну а розовый цвет отражает радостные моменты жизни. Такое себе приближение к поп-панку. Интересно, как можно кайфовать от эйфорической грусти?

С появлением моей персоны в её скромной жизни, она чаще стала надевать одежду розовых тонов и меня это безумно тешило.

Набрав по памяти её номер, вместо гудков, как обычно, услышал популярный термин - диджингл, когда вместо сигналов ожидания, играла некая мелодия, которую выбирал абонент сети по желанию. Я это называю - пир во время чумы.

Юлечка долго выбирала диджингл, прослушивая песню за песней и наконец, нашла одну из своих любимых песен. Не помню, что это было, но я настоятельно попросил, чтоб она выбрала то, что выберу сам. Кажется, это была песня немецких старателей "Kreator". Через некоторое время, она взяла трубку:

- Приветик, милостивая государыня, - начал я сладострастным голосом (своё истинное настроение, как обычно, скрывал).

- Ой, солнышко. Рада тебя слышать. Как денёк протекает?

- Юси, я очень соскучился по тебе! Хотел бы вновь доказать тебе свою любовь в физической форме!

- Так тебе что, присмотреть двухместный "шторх" из резерва авиапарка рейхсфюрера СС?

- Ха-ха. Разве что, под грохотом канонады советской артиллерии!

- Ну, очень романтично. Кто-то у нас там бойкий на язычок.

- А что ты мне сделаешь? - продолжал я играть в "плохиша".

- Приходи, зайчик, ко мне. Я покажу тебе! На чисто немецкое усердие буду работать!

- А разве твои родители не дома?

- Димка, ты невнимательный. Я ведь говорила, что они уехали в Германию на целую неделю. У папы конференция по архитектуре главных достопримечательностей во Франкфурте-на-Майне. Теперь хоть "пилить" не будут по поводу уроков. Заходи скорей, мой родненький!

- Океюшки! Я иду!

Напоследок она эротично прошептала:

- Я соскучилась!

Эта фраза мне придала такой заряд энергии, что я вовсе позабыл о ссоре в семье, а также о стучащих от холода зубах, и ускорил шаг в сторону желтоватых шестнадцатиэтажек, где жила возлюбленная.

Даже не заметил, как очутился в подъезде уже через две минуты после звонка, хотя обычно добирался туда минут за пять. По всему тамбуру третьего этажа была слышна громкая музыка, довольно знакомая моему меломанскому вкусу.

"Да-а! - подумалось мне. - Юлька балует".

Пройдя по слабоосвещённому коридору, я почти не обращал внимания на доносящиеся запахи готовой еды у соседей и на горелые спички, висевшие чёрными дугами на потолке. Наверно, в тот момент я не думал ни о чём, кроме желаемого продолжения сегодняшнего дня.

Она всегда любила включать громкий emo-cor, j-rock и nu-metal, подпевать и любоваться своим зеркальным отражением. Хотя, сама себя не любит, называя порой свою личность, то ли в шутку, то ли всерьёз - "дурко креведочное". Много раз, не совладав с нахлынувшими её эмоциями, резала руки. Говорила, что это успокаивает. Знаю, нормальной её не назовёшь, да и "нормальный" бы с ней не встречался и не любил больше жизни. Помню, как папочка Фрейд говорил на этот счёт: "Человек, называющий себя "нормальным" - это уже патология". Короче, два психа нашли друг друга. Конечно, люди нас осуждают и спешат с советами да поученьями. Но, жизнь заставила превратиться в таких людей: сверхэмоциональных и ранимых, очень своеобразных внутри. Сквозь преграды, стоящие для того, чтоб никто не добрался до наших милых сердец и чувствительных душ, мы такими отрешёнными и бываем. Не умеем разбираться в людях! Кому мы можем доверять? Вот-вот.

У двери её квартиры я прождал недолго - будто в прихожей поджидала. С милой сентиментальной улыбкой Юля потянула меня за футболку внутрь. Резко закрыв на щеколду дверь, она с некоторой силой прижала меня к розовым обоям и, страстно целуя, поспешно сняла верхнюю одежду. Наблюдая за телом, укрытым от холода гусиной кожей, она мило и загадочно улыбнулась.

- А ты гостеприимная! - успел произнести я, после чего она взяла меня за руку и отвела в уже знакомую комнату. Узенькая, но уютная спальня с огромным диваном и оригинальным трюмо с розовым ободком. Она легла на мягкий диван земляничного оттенка и, раздвинув прекрасные ножки, потянула на себя. Теперь я находился над Юлей, будто в исходном положении при отжимании от пола, зацеловывая пухленькие губки, и каждый миллиметр её кожи. Произнёс при этом в шутку лишь одно:

- Юси, а как - же "привет, дорогой"? - коварно улыбнулся я, ведь так любил подстёгивать родных.

- Гм... привет, дорогой! - просияла она в улыбке и больше не дала произнести ни слова, щедро засыпая меня сумасводящими поцелуями.

Язычок с пирсингом ловил моё желание, обворачивал, будто по спирали, передавая его наружу, где тут же, подхватывали инициативу сдобные губки. Активность любимой девушки - это воистину превосходно.

Давно уже понял, что ради нашей любви я готов на всё, даже погибнуть.

Любить и умирать - это сочетание вечно. В нашей любви множество аспектов и в каждом из них свой свет, своя печаль, свои слёзы и своё наслаждение. В это время по комнате доносились звуки лучшего из аспектов. Конечно, это произошло неумело и быстро, но так прекрасно, что и думать не мог ни о чём.

А когда страсть немного поутихла, она лежала на боку, подперев голову рукой, а второй гладила мою грудь.

- Тикиримка, по-моему, твой голос в телефоне выглядел обиженным на весь белый свет, или показалось?

- Да всё в порядке, - вздохнул я. - Не бери в голову!

- И всё же?! - с ноткой настойчивости повторила она, видя мои колебания в ответах.

- Зай, я с мамой поссорился!

- Опять? - повысила голос Юля, привстав.

- Ну, Юси! - (и не заметил, но, похоже я стал оправдываться) - Она снова начала лезть в мою личную жизнь! - продолжал я, будто на приёме у психотерапевта. - Ей, видите ли, не нравится моя музыка, причёска, одежда - ничего не нравится! Она говорит, что если я не стану человеком, то мы будем... прощаться.

- Мда... - протянула со вздохом Юля. - Выставляй приоритеты! Что для тебя важнее: субкультура или мама?

- Мама, конечно!

- Значит, бросай неформалов и живи, как раньше. В любом случае, в душе ты можешь им быть всегда!

- Да, но это уже не то, что хотел я!

Это был сложный выбор. Ведь, бросая субкультуру, я одновременно должен бросить свои любимые занятия, привычки, большинство товарищей, знакомых. Бросить всё ради мамы?! Да. Страдания не делают моё сердце сильней. Иногда и у мужчин от несправедливости выступают слёзы. Снова появилась тяжесть на сердце, выявляющие свежие шрамы от неопределённости и боязни сделать неправильный выбор. Мама, безусловно, превыше всего, но также я не хочу лишаться личной жизни. Умеют же как-то совмещать эти аспекты.

В такие периоды главное, чтоб я находился рядом с любимым человеком. Я не ждал от неё, как от волшебницы, идеального решения всех проблем, преподнесённого на блюдечке с розовой каёмочкой. Нет! Я хотел, чтоб она была просто рядом. Самому было бы невероятно сложно совладать с проблемой такого масштаба. Накрутил бы нехотя разъедающие мозг мысли, подобно: "Где найти выход?", "Sky is over". Ох, как мне надоела эта жизнь, с её дурацкими ситуациями, сложными поворотами судьбы и трудностями выбора! Если бы "мама", "Бог" и "возлюбленная" были для меня пустыми словами - я б уже не жил. А так, приходится протестовать против несправедливости, что пасётся вокруг меня и моих родных. Помните, как в песне:

"Я объявляю протест, я объявляю войну,

Всем тем, кто против меня, всех их я вижу в гробу.

Мне надоело так жить, ведь жизнь, по сути, дерьмо,

Пора бы всё изменить, но смерть нас ждет так давно".

Что-то в этих словах есть. Таким бунтарям жить вдвойне тяжелей, ведь протаптывать тропинку среди дебрей, олицетворяющих высокий барьер, вовсе нелегко.

Вмиг Юлия оборвала мои тяжкие мысли, заметив, наверное, моё напряжённое лицо. Начав ласкать губами мою грудь, она чуть слышно застонала, прикрыв узкие, карие глазки. Почувствовав, как под одеялом мне стало особенно приятно и горячо, я откинул в сторону свои проблемы.

- Юси, да вы, как я погляжу, не уймётесь! - изобразив из себя человека старшего поколения, я легко поддался необузданной игре.

- Возможно, я чего-то жажду, - полушепотом произнесла она, стараясь сохранять интригу в своей речи.

- Да? Интересно, чего же?

Юля медленно подползла к моему уху и шёпотом произнесла:

- Секса.

- Вот это новости! - изумился я. - А что мне за это будет? И вообще - поуговаривайте меня, что ж я так просто буду сдаваться в плен?!!

Изображая капризного ребёнка, я всецело позабыл обо всём на свете. Застыл между минутами в сладострастном пребывании продолжения жизни. Юля медленно стала спускаться вниз, целуя при этом грудь, живот, нежно покусывая бока, едва касаясь холодненьким носиком.

- Мм... У Вас диковинный взгляд. Вы, видать, государыня-матушка, некую потеху задумали?

- И с чего Вы взяли, любезнейший? - игриво проговорила она, улыбаясь.

Её каштановые волосы щекотали животик и доставляли тем самым особое удовольствие. Ещё несколько часов, она "уговаривала" заняться сексом, а я демонстрировал некие прелести взрослой жизни, используя при этом самые разнообразные позиции.

Когда я уходил, то услышал от любимой лишь одно:

- Помни! Я всегда с тобой! Что бы ни случилось! Это, во-первых, ну а во-вторых - помнишь, как я обычно говорю?

- Знаю, - выпалил я, вздохнув от уяснения того факта, что моё "я" снова учат, - меньше думай, больше соображай!