Читаем Эротические фантазии в Чикаго онлайн бесплатно

комедия в одном действии

Sexual Perversity in Chicago by David Mamet

перевод с английского Виктора Денисова

ДЭН ШАПИРО, ему около тридцати, уроженец Чикаго

БЕРНАРД ЛИТКО, друг и коллега ДЭНА

ДЕБРА СОЛОМЭН, ей около тридцати

ДЖОАН УЭББЕР, подруга и соседка по комнате ДЕБРЫ

Декорация:

Различные места в северной части Чикаго, большого города на озере.

Время:

Примерно девять недель одного лета.

ДЭН. Ну и как ты вчера с ней?

БЕРНАРД. Кончай.

ДЭН. А?

БЕРНАРД. Кончай, блин. прикалываться.

ДЭН. И все же?

БЕРНАРД. Да отвали ты.

ДЭН. Итак?

БЕРНАРД. Сиськи во — отсюда дотуда.

ДЭН. Правда?

БЕРНАРД. А лет двадцатник, может, чуть старше.

ДЭН. Врешь.

БЕРНАРД. Ни хрена.

ДЭН. Вот черт.

БЕРНАРД. Думаешь, потертая?

ДЭН. В каком смысле?

БЕРНАРД. Ну, видала виды.

ДЭН. Как она может быть потертая?

БЕРНАРД. Ты что, блин, издеваешься?

ДЭН. В каком смысле?

БЕРНАРД. Такие знают что к чему.

ДЭН. Да ты охренел, ей же в районе двадцати или меньше, так?

БЕРНАРД. Какая разница — девятнадцать — двадцать.

ДЭН. Женский же пол.

БЕРНАРД. Угу. блин.

ДЭН. А говорил, что меньше.

БЕРНАРД. Нет, не меньше восемнадцати.

ДЭН. Уверен?

БЕРНАРД. Бля буду.

ДЭН. Тогда порядок.

БЕРНАРД. Выглядит на восемнадцать. Запросто.

ДЭН. Ну ладно.

БЕРНАРД. А по правде двадцать-то есть. Может, даже двадцать пять.

ДЭН. Тогда у тебя проблем нет.

БЕРНАРД. Знаю, что нет.

ДЭН. Давай рассказывай.

БЕРНАРД. Хорошо. Так где я был?

ДЭН. Когда?

БЕРНАРД. Прошлой ночью. В половине третьего.

ДЭН. В половине третьего скорее всего где-нибудь в «Як-Зис».

БЕРНАРД. Не-а, я ушел оттуда в час.

ДЭН. Значит, в «Гранте».

БЕРНАРД. Он работает только до двух.

ДЭН. Значит, в «Коммонвэлсе».

БЕРНАРД. Угу, а потом оттуда ушел и пошел в кабак, где дают блины. Вкусно же — с изюмом и орехами.

ДЭН. Конечно, вкусно.

БЕРНАРД. Читаю я газету. Читаю и пью свою обычную порцию. Слышишь?

ДЭН. Слышу.

БЕРНАРД. Смотрю, кто это там у стойки? И вижу эту девушку.

ДЭН. Угу.

БЕРНАРД. Которой девятнадцать-двадцать.

ДЭН. О ней и речь.

БЕРНАРД. И просит она пачку «Вайсройз».

ДЭН. Представляю.

БЕРНАРД. Затягивается, а потом делает финт. Говорит, что кошелек забыла у себя в номере.

ДЭН. Наверху?

БЕРНАРД. Угу.

ДЭН. Значит, путана.

БЕРНАРД. В таком возрасте?

ДЭН. Угу.

БЕРНАРД. В таких ситуациях не определишь. Но так или иначе, а подхожу я и спрашиваю: «Могу я заплатить за ваше курево?» Сначала, блин. говорит «не надо», а потом, блин, говорит «хорошо, заплатите». И еще: «Не хотите ли попить со мной кофе?»

ДЭН. Она просит…

БЕРНАРД. Угу.

ДЭН. Попить вместе кофе?

БЕРНАРД. А что?

ДЭН. И ей девятнадцать?

БЕРНАРД. Девятнадцать или двадцать. Итак, садимся мы и начинаем ля-ля-тополя, а потом она мне: «Поднимайся-ка в номер, там и расплатимся.»

ДЭН. Да ну?

БЕРНАРД. В натуре.

ДЭН. Не пизди.

БЕРНАРД. Я тебе точно говорю.

ДЭН. И она не путана?

БЕРНАРД. Еще раз говорю: в таких ситуациях не определишь — путана или не путана. А может, серединка наполовинку. Вон Бетти Худ, ну, помнишь, из университета молоденькая телка, она с кем угодно. А эта… Короче, поднимаемся мы наверх, пол между кроватями прегрязнющий, а она мне: «Садись. Хочешь выпить?» «А что есть?» «Бурбон». «Блестяще». И я уже чувствую, что за эти сигареты, она мне сейчас как минимум наркоту скормит.

ДЭН. Угу.

БЕРНАРД. Точно.

ДЭН. Это упрощает дело.

БЕРНАРД. До некоторой степени. Но зачем она все это придумала?

ДЭН. А вдруг ты напомнил ей ее бывшего?

БЕРНАРД. Нет.

ДЭН. А раньше она такого не делала?

БЕРНАРД. Не похоже.

ДЭН. Просто таскалась по городу и все? Но ты же знаешь, как такие девицы делают бабки.

БЕРНАРД. Нет.

ДЭН. Не знаешь — что говорить. Итак, что за финт она проделала?

БЕРНАРД. Финт состоял из двух частей. Во-первых, она говорит: «По-моему, мне надо принять душ.»

ДЭН. Да брось.

БЕРНАРД. Точно. А во-вторых, еще: «А потом будем трахаться.»

ДЭН. Серьезно?

БЕРНАРД. Да, а к чему я, по-твоему, веду?

ДЭН. Нет, действительно так и сказала?

БЕРНАРД. Ну вот, наконец-то понял.

ДЭН. Девятнадцатилетняя?

БЕРНАРД. Девятнадцать или двадцать.

ДЭН. И она не путана?

БЕРНАРД. Опять двадцать пять: в таких ситуациях не определишь. Я ответил, что, если она не против, душ примем вместе.

ДЭН. Конечно.

БЕРНАРД. И вот залезаем мы под душ. И какое, думаешь, у этой телки тело?

ДЭН. Какое?

БЕРНАРД. Отвечай.

ДЭН. Так скажи.

БЕРНАРД. Сиськи…

ДЭН. Какие?

БЕРНАРД. Ножки…

ДЭН. А жопа?

БЕРНАРД. Что ж ты, блин, какой непонятливый? Жопа у этой телки…

ДЭН. Молодая жопа, а?

БЕРНАРД. Конечно. Телка молодая — жопа тоже.

ДЭН. Точно.

БЕРНАРД. Я ее намыливаю…

ДЭН. Ммм…

БЕРНАРД. А мыло вдруг роняю… Раз, два — и все, вылезаем. Без полотенец, во всем нашем великолепии. А когда мы их сбрасывали, дернул я за краешек, так игриво, и случайно ущипнул ее за жопу — даже синяк остался. Здоровое красное пятно.

ДЭН. Да что ты?

БЕРНАРД. Я. конечно, стал извиняться и так далее. Но телка завизжала — видно от наслаждения — так радостно, так громко — чуть стены, блин, не порушились.

ДЭН. А ты что?

БЕРНАРД. А что я — я без предрассудков.

ДЭН. Она начала — ей и карты в руки.

БЕРНАРД. Точно. Итак, иду я к постели, оглядываюсь — идет она за мной или нет — и вдруг вижу этот «Дженерал электрик», ну, заводное радио. Хватаю я эту штуковину — и в нее, попал по лопатке, здоровая шишка вскочила. Шишка вскочила.

ДЭН. И кровь пошла?

БЕРНАРД. Нет, без крови. А она, знаешь, что делает? Говорит «подожди-ка минутку» и лезет под кровать. И достает оттуда чемодан, а из него — штурманский костюм времен Второй мировой.

ДЭН. Такой еще достать надо.

БЕРНАРД. Расстегивает молнию, в него влезает, и мы бухаемся в постель.

ДЭН. Да? И что там делаете?

БЕРНАРД. Чего-чего — трахаемся.

ДЭН. И она в штурманском костюме?

БЕРНАРД. Ну да.

ДЭН. И как ты в нее проник?

БЕРНАРД. Думаешь как? Молнию на этом месте она не застегнула.

ДЭН. Я так и подумал.

БЕРНАРД. А финт заключался в том, что, пока мы трахались, она хотела, чтобы я примерно каждые полминуты орал «ой-ой-ой» что есть мочи.

ДЭН. На нее орал?

БЕРНАРД. Да нет же, вообще. Итак, стали мы прыгать и дрыгать и мять этот старый штурманский костюм, и время от времени я ору «ой-ой-ой», и она снова приходит в движение. «Переверни меня», — говорит, что я и делаю. Она на животе, а я на ней.

ДЭН. А сзади, там тоже есть дырка? В этом штурманском костюме.

БЕРНАРД. Начал я ее сзади, ну и поехали. Но вдруг, в самый разгар полета, отползает она на край кровати, берет трубку и говорит: «Соедините с пятьсот одиннадцатым».

ДЭН. Интересно.

БЕРНАРД. «Кому звонишь?» — спрашиваю. — «Подруге». — отвечает. Вот так. Та походит. «Патришия, — говорит. — это я. Я здесь наверну с одним другом и мне нужна твоя помощь. Можешь помочь?»

ДЭН. Круто.

БЕРНАРД. Да подожди ты, ведь я еще не усек, в чем суть. И вдруг слышу, как в трубке раздается «та-та, та-та, та-та, та-та, бах! Та-та, та-та, бах!» Вот так. Я продолжаю, а телка на другом конце провода издает такие звуки, как пропеллер. И когда я снова ору «ой-ой-ой», моя телка на кровати начинает заводиться: орет, стонет, а потом вдруг как закричит: «Ласточка, ласточка, я — канарейка, прием.» А затем «Минутку!». Изгибается, лезет под кровать и достает оттуда пятигаллонную канистру.

ДЭН. Круто.

БЕРНАРД. Открывает ее — а она полна бензина. Итак, разбрызгивает она бензин по стенам, достает, блин, из штурманского костюма зажигалку, и фьють — вся комната в огне, даже своих яиц не вижу. А по телефону все идет долбежка — «та-та, та-та, та-та, та-та». И телка моя снова сигает в постель и кричит: «А теперь, Христом Богом прошу, давай еще!» (Пауза). Итак, гляжу я на нее… и думаю, да пошла ты… Хватаю одежду, вынимаю из бумажника червонец и, пока бегу к двери, бросаю ей. «На такси» — кричу. А она ничего не слышит. Раз, два — и я в холле. Влезаю в шорты, бегу к лифту. А холл уже тоже в дыму, а из номера слышно, как там, в огне, моя телка поет: «Следить буду строго, мне сверху видно все, ты так и знай.» Наконец лифт пришел, а в холле уже полным-полно пожарных. (Пауза). Эти пожарные, блин, на гангстеров похожи.

Пауза.

ДЭН. Ну, знаешь, сейчас обычными способами этим никто не занимается.

БЕРНАРД. Потому что молодая. Молодые сами не знают, какого хрена хотят.

ДЭН. И ты думаешь, она не путана?

БЕРНАРД. Путана, Дэн…

ДЭН. Да.

БЕРНАРД. Или нет — смотря с какой стороны взглянуть. Ты меня понял?

ДЭН. Угу.

БЕРНАРД. Ну и ладно. Отвечу тебе так: все блядские позы она знает.

ДЖОАН. Мужчины…

ДЕБ. Да…

ДЖОАН. Все хотят только одного.

ДЕБ. Я знаю.

Пауза.

ДЖОАН. Но никогда одного и того же.

БЕРНАРД. Привет. Добрый вечер.

ДЖОАН. Добрый вечер.

БЕРНАРД. Не против составить мне компанию? (Пауза). Что, если я к вам подсяду? Я ведь не помешаю?

ДЖОАН. Думаю, нет. (Пауза). Могу я чем-нибудь вам помочь?

БЕРНАРД. Нет, абсолютно ничем. Просто стою, смотрю, куда сесть и… (Пауза. Он садится за ее столик). Это же свободная страна или…

ДЖОАН. Не напрягайте меня. а? Говорите, а ответов не требуйте.

БЕРНАРД (пауза). Значит так: заскочил я в этот город буквально на денечек и попал в этот бар. Все путем, и что дальше? Сидеть одному и скучать со стаканом или же быка за рога? Попытаться развлечься?

ДЖОАН. И что вы решили?

БЕРНАРД. Подождите. Итак, вижу я, сидите за столиком вы, и говорю себе: «Дуг Маккензи, там сидит молодая красивая женщина». Спрашиваю себя: «А что она тут делает? По-моему, она здесь за тем же, что и ты. Хочет оттянуться, а возможно, кого-нибудь встретить.» (Пауза). А я, между прочим, метеоролог, работаю в авиакомпании ТWА. Человек удивительно интересный, но крайне одинокий. Часами просиживаю в кабине какой-нибудь летающей посудины… Там и смотреть некуда, только на диаграммы… Вы что пьете?

ДЖОАН. Виски со льдом.

БЕРНАРД. Любите виски?

ДЖОАН. Да.

БЕРНАРД. Значит, вы, черт возьми, любительница виски. Но, подумал я, зачем вешать ярлыки? Человек просто хочет оттянуться, а мы ему сразу ярлык, а? Такова жизнь. Когда летаешь, много о ней узнаешь. Потому что находишься в постоянном контакте, знаете с чем? С мыслью о смерти. (Пауза). Не подумайте, что я люблю болезненные темы и тому подобное. Хочется спросить: «Что вы здесь делаете?» Вы здесь одна — это я вижу. А почему сюда пришли? Зачем? Чтобы кого-нибудь встретить. Какого-нибудь незнакомца, разве не так? (Пауза). Зачем же еще?

ДЖОАН. Можно вам что-то сказать?

БЕРНАРД. Говорите.

ДЖОАН. Только не обижайтесь, но… я не нахожу вас таким уж сексуально привлекательным.

БЕРНАРД. Ничего так… Хорошо, конечно, что говорите, что думаете… Но все же, блин, это хамство.

ДЖОАН. Переживете.

БЕРНАРД. Если серьезно, то я ведь, блин, профессионал… Всю жизнь принимаю решения — или пан или пропал. Или, блин, жизнь, или смерть. Потому-то у меня и все в порядке. Работаю до упаду, а играю — не проигрываю. И вот выходной. Хочу немного оттянуться и захожу — совершенно случайно — в этот бар. Выжираю стакан, может, два… может, чуть перебрал. Может, стал слишком развязан, это бывает. И кого я встречаю? Красивую женщину, которая сидит одна…

ДЖОАН. Это мы уже проезжали.

БЕРНАРД. Сдувай, кто ты, на хер, такая? Царица Савская? Я хочу спросить: где, блин, ты нажралась этого говна? Не хочешь общаться — вали в монастырь, думаешь, я получше никого не найду? Мне что, больше делать не хрена, как сидеть и слушать какую-то манду, которая на меня наезжает? Я хочу сказать: будьте же, блин, порядочным человеком, мисс. На дворе-то новое тысячелетие. (Пауза). Просекла, о чем я?

ДЖОАН. Мне кажется, я должна побыть одна.

БЕРНАРД. Но ты же разбила мне сердце, в него, блин, моча ударила. И все от твоего равнодушия и пофигизма. Сечешь?

ДЖОАН. Я очень сожалею.

БЕРНАРД. «Сожалею», блин, ни хрена не означает. Ты же взрослая тетка, вот и веди себя так, ради Бога, а? То есть: ты что, блин, думаешь, общество — это свод законов, писаных для твоего удовольствия?

ДЖОАН. Иногда мне кажется, что со мной и правда не очень приятно.

БЕРНАРД. Вы себе льстите.

ДЖОАН встает.

Куда собралась-то?

ДЖОАН. У меня болен сын, и я действительно должна быть дома.

БЕРНАРД. Динамистка.

ДЖОАН. Что вы сказали?

БЕРНАРД. Ты слышала.

ДЖОАН. Так меня еще никогда не называли.

БЕРНАРД. Ну, значит, сегодня тебе сломали целку.

ДЖОАН. Я… я нахожу ваши слова очень оскорбительными.

БЕРНАРД. Ну тогда подай на меня в суд. Давай устроим процесс.

Пауза.

ДЖОАН(снова садится). Мне… мне жаль, что я вас обидела.

БЕРНАРД. Ах, ей жаль, что она меня обидела.

ДЖОАН. Правда.

БЕРНАРД. Ну, блин, у тебя и выдержка. (Встает, платит по счету и выходит).

БЕРНАРД. Главное, Дэн…

ДЭН. Да?

БЕРНАРД. Главное в отношении телок…

ДЭН. Да?

БЕРНАРД. Запомни две вещи. Первое: когда с ними спишь, не давай им выебываться.

ДЭН. Угу.

БЕРНАРД. И второе: больше всего… больше всего им нравится регулярно. Усек?

ДЭН. Салют.

ДЕБ. Привет.

ДЭН. Я вас видел в Институте искусств.

ДЕБ. Угу.

ДЭН. Узнал по прическе.

ДЕБ. Память на прически?

ДЭН. Вы были в зале импрессионистов. (Пауза). Около Моне. (Пауза).

ДЕБ. Угу.

ДЭН. А вы ничего — мне такие нравятся. (Пауза). Рисуете углем? Очень мило. (Пауза). Значит, вы учитесь в Институте искусств?

ДЕБ. Нет, работаю.

ДЭН. Работаете? Хм… работаете. (Пауза). Уверен, что вы хорошо умеете это делать. (Пауза). А с кем вы проводите ближайшие дни?

ДЕБ. Вы имеете в виду мужчин?

ДЭН. Да, мужчин.

ДЕБ. А я — лесбиянка.

Пауза.

ДЭН. Это ваши наклонности или… политические убеждения?