Читаем Марокко - красная земля онлайн бесплатно

Warszawa 1958

Сокращенный перевод с польского М. А. БРУХНОВА

Утверждено к печати Редакционно-издательским советом востоковедной литературы при Отделении исторических наук АН СССР

Редакторы издательства Т. М. Швецова, Р. М. Солодовник

Художник Г. И. Петушкова

Художественный редактор И. Р. Бескин

Технический редактор Л. Т. Михлина

Корректор Е. А. Мамиконян

Сдано в набор 28/V 1933 г. Подписано к печати 8 VIII 1963 г. Формат 84х 08¹/₃₂ Печ. л. 3,254-2 п. л. вкл. Уел. п. л. 8.61 Уч. — изд. л. 7,98.

Тираж 15 000 экз. Зак 747. Цена 40 кол.

Издательство восточной литературы, Москва, Цзнтр, Армянский пер., 2.

Типография Издательства восточной литературы Москва, К-45, Б. Кисельный пер., 4.

Предлагаемый советскому читателю сокращенный перевод книги Б. Мязговского «Марокко — красная земля» будет прочитан с большим интересом. Автор ее несомненно обладает талантом журналиста, и книга его, образно и живо написанная, пополнит наши знания о далекой стране, мужественный народ которой в тяжелой борьбе завоевал национальную независимость.

В последнее время на нашем книжном рынке появляется много книг, авторы которых делятся своими впечатлениями о поездках в страны Азии и Африки, и только Марокко составляет печальное исключение.

Кроме научных и научно-популярных работ по истории, экономике, географии страны, а также работ о национально-освободительном движении, у нас почти нет ни одного художественного описания путешествия по этой интереснейшей стране.

Я не ошибусь, если скажу, что последнее издание подобного рода вышло полстолетия назад, в 1912 г., в Петербурге. Речь идет о путевых записках Вас. И. Немировича-Данченко — «Край золотого заката» («Очерки таинственного Магреба»), которые по яркости и сочности красок вполне можно сравнить с книгой Мязговского. Таким образом, предлагаемое издание призвано восполнить имеющийся пробел.

Правда, в 1957 г. в Государственном издательстве географической литературы вышел перевод с немецкого «Между Рифом и Дра» географа X. Меншинга, но профессия автора наложила отпечаток на это произведение, и в основном из него можно почерпнуть очень интересные, но специфические сведения по географии страны.

И поэтому живой интерес советского читателя вызовет книга Мязговского «Марокко — красная земля».

В увлекательной форме автор рассказывает о своем путешествии по городам и селам, по горам и равнинам Марокко.

Он избрал правильный путь — для того чтобы познать страну, нужно познать людей, идти теми дорогами, которыми идут сами марокканцы. Он не проезжает страну как европейский путешественник на автомобиле (кстати, европейские колонизаторы построили в Марокко прекрасные автострады, так как туризм был одной из прибыльных статей дохода), не останавливается в европейских отелях. Он проходит ее пешком, проезжает на муле, общаясь с простым народом, он повествует читателю о том, что сам видел и слышал.

Книга Мязговского пронизана симпатией к Марокко и марокканцам. «Очаровала меня эта страна, — пишет он. — Я не сумею писать о ней холодно, сухо и безразлично. Кто из влюбленных не приукрасит свою суженую, не умолчит о ее недостатках, ослепленный любовью — и сам их не заметит. Влюбленным многое прощается».

Из его описаний читатель может составить представление о марокканском народе, его образе жизни, его занятиях. Он найдет много интересных сведений о нравах этой страны, ее обычаях. Он как бы увидит все ее многообразие и реально ощутит ее неповторимую прелесть. Он с уважением отнесется к древней ее культуре, науке, искусству. Однако нужно предупредить с самого начала. Автор не всегда бывает объективен, и он сам оговаривает это в обращении к читателю: «Может быть, правда, которую я расскажу тебе об этой стране, будет не совсем правда. Потому что я не все знаю, не — все видел и слышал». Как настоящий путешественник (а они, так же как рыболовы и охотники, ради эффекта не поскупятся на краски), автор иногда грешит против истины. Так, у него появляется семь жен каида, в то время как любой правоверный мусульманин не может, согласно закону, иметь одновременно больше четырех жен, а султан Мауля Исмаил правит восемьдесят лет вместо пятидесяти пяти, отведенных ему историей.

Некоторые моменты в книге безусловно являются спорными. Автор считает, что между мусульманским и испаномавританским искусством нет никакой разницы и что мавританская Испания — источник этого искусства.

Конечно, влияние искусства соседки Марокко Мавританской Испании было значительным, но арабо-берберское искусство в свою очередь влияло на испано-мавританское и обогащало его.

Нельзя согласиться также с оценкой Мязговским роли арабской школы. Автор слишком категорически заявляет, что там только вызубривают Коран, не получая никаких знаний. Невольно хочется задать ему вопрос: так откуда же тогда появлялись в Арабском Магрибе поэты и прозаики, географы и историки, юристы и астрономы, которых, кстати с большим уважением, называет и сам автор.

А скольких ученых, живших во времена протектората, мы еще не знаем? Труды их до сих пор находятся в рукописях, так как французская администрация не стремилась к их публикации. Так, например, в Маракеше жил и работал историк Аббас бен-Брахим (1888–1959), который много лет своей жизни посвятил составлению труда о знаменитых людях своего родного города. Он написал 11 томов, из которых издано только пять. Таких примеров можно привести много.

Но те ученые средневековья, имена которых известны и большинство из которых получили традиционное мусульмайское образование, по широте знаний, глубине эрудиции не уступают многим средневековым ученым Европы.

Автор был в стране перед второй мировой войной, когда в Марокко царил режим террора, который особенно свирепствовал в Южной, так называемой французской зоне Марокко, когда всякое «вольнодумство» жестоко каралось властями протектората.

После второй мировой войны под влиянием победы Советского Союза над гитлеровской Германией и распада колониальной системы империализма в Марокко произошли значительные перемены. Марокко осталось страной контрастов, но контрасты теперь — это не только реактивные самолеты и караваны верблюдов, это зарождение нового, могущего противостоять не только властям протектората, но и феодализму и засилью наследия колониализма, нового, которое окрепло после достижения страной национальной независимости. Это консолидация сил рабочего класса, развитие профсоюзного движения, участие женщин в политической жизни страны.

Добившись независимости, Марокко вышло на международную арену. Марокко — активный член Организации Объединенных Наций. В 1962 г. страна получила конституцию. Между тем проект марокканской конституции был подготовлен в 1908 г., и только закабаление страны помешало ее проведению. В стране произошла революция, Марокко уверенно идет к новой жизни. В этом году принято решение посадить за парты всех детей, ведь до второй мировой войны всего два процента детей мусульман учились в школе. Работают курсы по ликвидации неграмотности. Наряду с мужчинами учатся и женщины. По конституции женщины Марокко имеют право голоса. Большую разъяснительную работу среди сельского населения проводят женские бригады. Молодые марокканки, снабженные необходимыми предметами санитарии и гигиены, обучают матерей личной гигиене и уходу за детьми. И вместе с тем… Вместе с тем и в новом Марокко можно наблюдать те картинки, которые так красочно описывает автор.

Со дня независимости Марокко прошло всего семь лет. Многое уже сделано, многое еще предстоит сделать. Не так легко и просто избавиться от колониального наследия, от пережитков, которые веками культивировались в народе.

Но Марокко — молодая страна. Более половины ее населения моложе 20 лет. И перед этой молодежью стоят большие задачи. Ей предстоит строить в Марокко новую жизнь, сохраняя то ценное и прекрасное, что есть в культуре марокканского народа.

Так пожелаем же молодому марокканскому государству больших успехов.

Н. С. Луцкая

Моей жене Клер

Марокко называют «красной землей» [1]. Красного цвета скалы этой страны, красные песок и глина, из которой лепят дома и мечети, укрепленные касбы [2] и защитные стены городов, красна и кровь, столь щедро и расточительно проливаемая там на протяжении веков.

Марокко несомненно заслуживает внимания. Это особенная, отличная от других, интересная и. — не будем бояться подобного слова — экзотическая страна. Может быть, дело в том, что нас отделяет от нее большое расстояние? Нет, не в этом — ведь лежит она немногим дальше от нас, чем Испания или милая нашему сердцу Франция. Но Марокко во сто крат дальше от нас во времени.

У нас XX век. А там — принято говорить — феодализм, средневековье. Страницы этой книги расскажут тебе, читатель, что жизнь в этой стране течет порой так, как тысячу лет назад, как во времена Ветхого завета, а возможно, и еще ранее.

Когда ты остановишься перед стенами Варзазата, то увидишь грандиозную постройку четырех-пятитысячелетней давности в стиле эпохи Вавилона, а размышления твои внезапно будут прерваны шумом моторов реактивного самолета.

Да, Марокко — это страна контрастов. Бок о бок уживаются здесь разные эпохи и многочисленные расы, нужда и роскошь, верблюды и автомобили новейших марок, мусульманские мечети и католические костелы, современные машины на фосфоритных рудниках и примитивный гончарный круг.

Выходя из кино или театра, можно натолкнуться на заклинателей змей, сказочников, дервишей, танцоров с гор или из безбрежной Сахары. А в узком переулке приходится останавливать автомобиль, чтобы пропустить караван верблюдов, вернувшийся из дальних странствий или отправляющийся в долгий путь. Автомобиль в этих местах еще не всегда может конкурировать с верблюдом — кораблем пустыни.

Хочешь познакомиться с этим краем — его очарованием и приводящей в трепет суровостью, нищетой бидон-виллей и роскошью султанских дворцов, трагическими сюрпризами безводных рек и тенью оливковых рощ?

Хочешь услышать грохот водопадов в горах и шелест змеи или скорпиона в развалинах?

Хочешь узнать, светит ли под землей солнце, цветут ли маки на ледниках, имеет ли женщина душу и может ли гяур переступить порог храма Аллаха — мечети?

Хочешь совершить путешествие в страну-сказку из «Тысячи и одной ночи»?

Я буду твоим проводником. Ибо я знаком с этой страной. Я листал страницы книги ее жизни. Внимательно смотрел на людей, природу, архитектуру. Углублялся в прошлое, забегал мысленно в будущее, пожимал руки каидов и бедняков, святых марабутов и мальчишек, продающих воду. Как в стародавние времена, ко мне с уважением обращались на «ты», и я с должным почтением говорил «ты» каждому, потому что свободные люди — равны.

Я видел прокаженных, слепцов и одержимых. Из общей посуды ел с берберами кускус, с одного вертела — жесткое верблюжье мясо, у костра кочевников лакомился терпкими плодами кактуса — хлеба бедняков. Не отказывался даже от трубки гашиша, радушно протянутой мне. Спал на жесткой красной земле и в мазанках бедняков, в касбах и тигремтах могущественных каидов, на коврах под ореховым или фиговым деревом у гостеприимных шейхов. Пил воду из родников, источников и колодцев этой страны. Припадал обессиленный к водоемам пустыни.

Может быть, правда, которую я расскажу тебе об этой стране, будет не совсем правда. Потому что я не все знаю, не все видел и слышал.

Может быть, краски этой правды будут иногда ярче, чем на самом деле, а тени приглушеннее — не моя в этом вина. Очаровала меня эта страна. Я не сумею писать о ней холодно, сухо и безразлично. Кто из влюбленных не приукрасит свою суженую, не умолчит о ее недостатках, ослепленный любовью — и сам их не заметит. Влюбленным многое прощается.

Перенесемся же в отдаленные века, совершим путешествие по давно прошедшим эпохам. Пройдем по городам, горам, скалистому бледу и безводной пустыне, посетим дуары и касбы. Заглянем украдкой в мечети, хотя руми, римлянин, как и любой европеец, живым из них выйти не должен. Увидим долины, где цветут олеандры и зеленеют пальмы, и снега на горных вершинах.

Помечтаем иногда у костра, прислушаемся к заунывному пению муэдзинов над спящим городом, заснем под мигающими алмазными звездами Сахары.

Только прошу тебя — не листай в спешке эти страницы. Не будем торопиться.

Бурлит гигантский человеческий муравейник — просторная и огромная площадь Джемаа аль-фна.

Сходство с большим плоским муравейником проступает резче, если посмотреть на площадь «сверху, с террасы кафе „де Франс“. Красочная, шумная и беспокойная толпа муравьев-человечков снует по ней во всех направлениях, как бы пытаясь скрыться от палящих лучей африканского солнца. В этой сутолоке, на первый взгляд такой бессмысленной и беспорядочной, участвуют горожане и провинциалы, прибывшие сюда отовсюду: из дворцов и мазанок, неприступных касб и горных тигремтов, палаток кочевников и пастушеских дуаров, портов и безбрежной песчаной Сахары, отелей для иностранных туристов и пещер современных пещерных жителей.

Если на мгновение закрыть глаза, начинает казаться, что поет песнь моря поднесенная к уху раковина. И только изредка какой-нибудь более резкий звук, вырывающийся из монотонного шума, — неприятный крик осла или звон колокольчика — напомнит, что это не шум моря.

На противоположной стороне площади высится в голубом безоблачном небе стройная каменная башня мечети, как маяк над волнами ревущего прибоя. Это знаменитая Кутубия, один из великолепнейших архитектурных памятников страны, построенная из розового камня. Мечеть — была воздвигнута руками христианских невольников в XII в. по воле султана Абд аль-Мумина.