Читаем Эдуард Лимонов онлайн бесплатно

СОВРЕМЕННЫЕ КЛАССИКИ

СЕРИЯ ОСНОВАНА В 2016 ГОДУ

Москва

Молодая гвардия 2017

УДК 821.161.1.0(092)

ББК 83.3(2Рос=Рус)6-8

Б 20

Оформление и макет художника Андрея Рыбакова

Балканский А.

Б 20 Эдуард Лимонов / Андрей Балканский. — М.: Молодая гвардия, 2017. — 367[1] с.: ил. — (ЖЗЛ: Современные классики: сер. биогр.; вып. 2).

Эдуард Лимонов — одна из самых противоречивых фигур современной российской литературы и политики. За свою жизнь он успел побывать московским богемным поэтом, бесприютным эмигрантом в Нью-Йорке, модным писателем в Париже, а потом — радикальным политиком, книги и выступления которого неизменно вызывали скандал. Оказавшись в оппозиции к властям не только России, но и других стран бывшего СССР, Лимонов и созданная им Национал-большевистская партия прославились громкими публичными акциями, которые в конце концов привели партию к запрету, а ее лидера — к тюремному сроку. Сегодня, несмотря на почтенный возраст. Лимонов сохраняет активность и молодой задор во всех областях — творчестве, политике, личной жизни. Его первая русскоязычная биография написана давним соратником писателя, петербургским политиком и журналистом Андреем Дмитриевым (литературный псевдоним — Балканский) на основе личных воспоминаний и бесед с героем книги.

ISBN978-5-235-03903-2

© Балканский А., 2017

® Издательство АО «Молодая гвардия», художественное оформление, 2017

Мне сложно судить об этой книге — я внутри нее жил.

Автор, Андрей Дмитриев, догадался о простой вещи: биографий Лимонова должно быть несколько.

Эммануэль Каррер, создавший международный бестселлер «Лимонов», поступил хитро: написал отличное предисловие, хорошее послесловие, а в середину загнал пересказы всех романов Лимонова. На Западе Лимонова давно толком не издают — поэтому пошло на ура.

Но в России простых путей не ищут.

Уверен, со временем будут написаны отдельные книги на тему «Лимонов и его женщины», причем в нескольких томах — потому что сравнительное описание совместной жизни Лимонова и Елены Щаповой (тоже, напомню, в ответ на «Это я, Эдичка» написавшая своё «Это я, Леночка»), Лимонова и Натальи Медведевой (Лимонов фигурирует сразу в нескольких ее романах и песнях; соответственно, и она героиня его романов, стихов и воспоминаний), Лимонова и, скажем, актрисы и певицы Екатерины Волковой (ей в серьезной мере посвященакнига «В сырах» и десятки лимоновских стихов, она ответила рождением Лимонову двух детей, но, думается, и в песнях Волковой ее бывший муж тоже так или иначе отображен) — заслуживает отдельных филологических, биографических (и каких там еще?) — психологических исследований.

Хороший томик может получиться на тему «Лимонов и война», и его тоже напишут. «Лимонов и тюрьма», естественно. Он сам об этом написал достаточно, но есть ведь десятки свидетелей его пребывания в Сербии или всех его тюремных треволнений и страданий: тут будет несколько иная, по-новому звучащая история.

Меня крайне интересует тема «Лимонов в эмиграции» — не скажу про США, а вот во Франции я знаю людей, которые дружили с Лимоновым и помнят его — каким он был в начале 1980-х. Лимонов, скажу я вам, много интересного не дорассказал.

Отдельного исследователя ждут темы «Лимонов и СМОГ», «Лимонов и Евтушенко» (как бы плохо Лимонов к нему ни относился), «Лимонов и Бродский», «Лимонов и Харьков» и даже «Лимонов и Дзержинск» — никто толком так и не выяснил, в каком роддоме он родился, где именно работали его отец и мать.

А там дальше можно двигаться — ведь и с родителями придется разбираться, и с вопросами, отчего отец не построил себе карьеры в НКВД и что там за история с лимоновским сводным братом, вдруг объявившимся много лет спустя…

Ой, много работы!

(Мы ведь даже боимся затронуть такие, не менее биографические темы, как «Лимонов и демоны». Или «Лимонов и его ангелы».)

Дмитриев же вовремя схватил тему горячую, актуальную — даже не «Лимонов и политика», а «Лимонов и его нацболы».

И Дмитриев прав: последние 20 лет нацболы для Лимонова важнее его романов, его стихов, а порой и его, — здесь можно ещё раз написать слово «романов», — его, я имею в виду, девок.

Всё остальное Дмитриев дает штрихпунктирно; хотя масштаб фигуры отлично осознает и все нужные вещи с фехтовальным изяществом очерчивает кончиком пера.

Иногда история политической деятельности Лимонова превращается в историю партии, что тоже объяснимо.

Пожалуй, эту книгу так и стоило назвать «Лимонов: взгляд питерского нацбола».

(А то и «Лимонов: портрет на фоне нацболов».)

Из побочных, внеполитических тем, которые подняты в книжке (и едва ли кем-то, кроме Дмитриева, могли быть описаны) можно назвать такую тему, как «Лимонов и Санкт-Петербург». Или (здесь уже ближе к политике) «Лимонов и антилимоновская мифология».

Мне в книжке интереснее всего читать человеческое, простое — о том, как, к примеру, Лимонов просит у жены Дмитриева потрогать ее грудь, а она ему отвечает… Впрочем, сами прочитаете.

Что до политики — я ж ее знаю наизусть, до последней детали.

Но вы-то не знаете. И едва ли кто-то всё это знает в таком объеме, как автор этого достойного сочинения.

Начало русской «лимонианы» положено. Поехали.

Захар Прилепин

«Будь проклят тот день, когда я принесла домой книги Лимонова!» — воскликнула как-то в сердцах моя мама в середине девяностых, когда в очередной раз после акции Национал-большевистской партии[1] я вернулся из отделения милиции под утро.

Кажется, первыми у родителей на полке появились «Это я, Эдичка», «Дневник неудачника» и «Лимонов против Жириновского».

С «Эдичкой» мы родились в одном году — 1979-м. Маме и папе вместе с туго спеленутым свертком с младенцем выдали медаль синего цвета с изображением памятника Ленину у Финляндского вокзала и надписью «Родившемуся в Ленинграде» (и по сей день медальки, которые в других регионах не вручают, являются предметом гордости ленинградцев-петербуржцев) и свидетельство о рождении, где было сказано:

«Дорогие родители! Сердечно поздравляем вас с новорожденным, радуемся вместе с вами рождению нового человека — гражданина Союза Советских Социалистических Республик, члена будущего коммунистического общества.

Желаем вашей семье здоровья, большой любви, дружбы и согласия.

Уверены, что вы воспитаете сына добросовестным тружеником, верным патриотом нашей великой Родины.

Исполком Ленинградского городского Совета депутатов трудящихся».

Можно себе представить, как бы отреагировали эти самые депутаты трудящихся, а также мама и папа, если бы им сообщили, что великая Родина вскоре развалится, Ленинград исчезнет с карты страны, а новорожденный вступит в стремящуюся к свержению новой власти НБП, станет председателем ее петербургского отделения, затем его будут судить за использование ее символики — красного знамени с серпом и молотом — и признают экстремистом, а еще позже он будет писать эти строки…

Тексты, переделывающие жизнь, конечно, стоят проклятий. Но в этом и смысл их создания. Все остальное называется графоманией или pulpfiction, развлекательным чтивом.

Критики любят сравнивать Лимонова с Габриеле д’Аннунцио, который захватил в 1920 году хорватский город Фиуме и основал там футуристическую республику, просуществовавшую четыре месяца. Или с Юкио Мисимой, создавшим ультраправое «Общество щита» и совершившим сэппуку после неудачной попытки государственного переворота. Сравнения не слишком корректные: оба все же в первую очередь литераторы, сделавшие радикальную политику орудием эффектного эстетического жеста. Лимонов же полагает себя демиуртом, создателем новых реальностей и форм и помещает в компанию «священных монстров» и «титанов» (о которых писал в одноименных сборниках) рядом с пророком Мани, Платоном, Марксом, Ницше, Мао, Пол Потом…

«Пол Пот жив. Вступай в НБП» — такие небольшие красные листовки с портретом приветливо улыбающегося лидера красных кхмеров расклеивали мы в спальных районах Питера в 1990-е годы. У меня была мысль написать для серии «ЖЗЛ» биографию одной из самых загадочных фигур XX столетия, закрывшей череду его великих вождей. Однако изучение немногочисленной доступной литературы на эту тему приводит к выводу, что о нем ничего толком не известно. К примеру, недавно вышедшая книга Олега Самороднего «Пол Пот. Камбоджа — империя на костях?» заканчивается откровениями личного пилота камбоджийского лидера. Он сообщает, что Пол Пот и Салот Сар (принято считать, что это его настоящее имя) — два разных человека и однажды он вез в самолете их двоих.

В противоположность Брату № 1 о Нацболе № 1, наоборот, известно всё, что создает неменьшую проблему.

Возникает вопрос: как писать биографию человека, который сам ее раскрыл в мельчайших подробностях? Лимонов, как не раз отмечено, пишет всю жизнь одно произведение, возвращаясь к одним и тем же моментам, рассматривая их под новым углом зрения, что-то уточняя и дополняя. Творческое наследие Эдуарда Вениаминовича огромно и, вероятно, является одним из самых объемных среди наших современников. Более шестидесяти книг (их количество неумолимо приближается к возрасту автора), неисчислимое количество статей (в разных СМИ еженедельно в течение многих лет), ежедневные посты в блоге, многочисленные интервью, публичные выступления, переписка… Полное собрание сочинений Ленина составляет 55 томов, Ким Ир Сена — более 100.У Лимонова явно будет больше. Добавим сюда воспоминания тех, с кем его сталкивала судьба, — а таких людей тоже великое множество, начиная с жен и друзей и заканчивая литературными агентами и редакторами, — и мы придем к выводу, что в лимоновской биографии сложно обнаружить неизвестный доселе факт.

Можно было бы последовать предложению литературного критика Льва Данилкина: «Намеренно отказаться от игры в то, что Лимонов — герой его книг и Лимонов подлинный — это одно и то же; устроить, то есть, тотальный фактчекинг всех его беллетристических заявлений». Такую книгу, наверное, напишут. Это будет академическое издание, составленное ведущими специалистами по творчеству классика второй половины XX — начала XXI века из нескольких томов текста и еще нескольких томов ссылок и примечаний, которое выйдет к столетию писателя вместе с его ПСС. В общем, не здесь и не сейчас.

Более простым путем пошел Эммануэль Каррер, в бестселлере «Лимонов» бегло пересказавший содержание основных книг героя, разбавив все это собственными впечатлениями и замечаниями о русских вообще, СССР и современной России, Ельцине, Путине и прочих персонажах нашей действительности. Это произведение, построенное как приключенческий роман, приобрело большую популярность на Западе, хотя для русского человека там многое выглядит нелепо. Но главное: мы-то живем в России, и произведения Лимонова отечественному читателю хорошо известны.

Так что не ждите пересказа трилогии «Детство-Отрочество-Юность» с вкусным запахом ваксы от отцовских сапог, «пальтишком на рыбьем меху» и огромными цехами славного харьковского завода «Серп и молот». Не ждите разбора знаменитой сцены с негром Крисом на пустыре, а также анализа прочих гомои гетеросексуальных похождений героя «Эдички» в Нью-Йорке. Наконец, не ждите укрощения неистовой Натальи Медведевой в Париже и дыма над окопами среди цветущих яблоневых садов на балканской войне. Лучше возьмите и перечитайте оригиналы.

Эта книжка — портрет Нацбола № 1 на фоне России девяностых, нулевых и десятых годов. Среди соратников и врагов, ментов, фээсбэшников, националистов, коммунистов, либералов, чиновников и журналистов. На ее страницах появляются легендарные братья Гребневы, художник и музыкант Александр Лебедев-Фронтов и писатель Захар Прилепин, политики Гарри Каспаров и Михаил Касьянов, абхазский полевой командир Дмитрий Кишмария, политолог Станислав Белковский, адвокат Сергей Беляк и многие другие.

Ты, читатель, пройдешься по легендарному бункеру на 2-й Фрунзенской улице в Москве, где со стены смотрит, направив на тебя пистолет, гигантский Фантомас работы Лебедева-Фронтова. Залезешь вместе с нами на мачту крейсера «Аврора» в майском солнечном Питере и будешь скандировать «Россия — все, остальное — ничто!». Выйдешь на Марш несогласных, чтобы получить дубинкой по голове и уехать в ИВС на 15 суток. Наконец, выпьешь 100 граммов в любимом Лимоновым кафе «Сковородка» на Суворовском проспекте и задумаешься о судьбах русского народа.

Я пишу о том, что видел, слышал и знаю сам. Герой книги занял очень большое (иногда кажется, что слишком большое) место в жизни автора. За без малого 20 лет пребывания в рядах нацболов и личного знакомства с вождем партии и старшим товарищем накопилось немало информации, материалов, впечатлений и воспоминаний. Кроме того, в процессе работы над книгой было сделано пять больших интервью с ее героем для уточнения некоторых моментов его политической и идейной эволюции.

«Лимонов — необычайно любопытное существо с талантом, проявляющимся на уровне нейрофизиологии; его исключительный ум подсказывает ему кратчайший путь к достижению лучшего результата в самых разных областях деятельности; он всегда выбирает лучший эпитет, лучший глагол, лучший способ жизнестроительства; думаю, интересно изучить его органы высшей нервной деятельности — как Ленина, Павлова, Уэллса, — ответил Данилкин на вопрос Прилепина, не готов ли он сесть за книгу о Лимонове после блестяще выполненной биографии Александра Проханова. — Если б я был дипломированным сотрудником Института мозга и имел возможность считывать данные непосредственно из головы, то взялся бы исследовать биографию этого мозга без малейших колебаний».