Читаем Продленка для снежной королевы (СИ) онлайн бесплатно

Звонок на перемену прозвучал как спасительная сирена. Вера радовалась не меньше своих учеников окончанию урока. День не задался с самого утра, пятно от кофе на любимой блузке, осенняя слякоть, и вишенкой на торте оказалась беседа с Мартыновым Тимуром Ильдаровичем, — молодым, и хамоватым директором этой «прекрасной» элитной школы, где работала Вера.

Почему хамоватым? Потому, что Вера не позволяла себе выражаться, как в народе говорят "матом". Для Мартынова, Вера определила отдельный котел в аду. Каждый раз провожая девушку надменным взглядом и кривой улыбкой, Тимур Ильдарович вызывал слишком смешанные чувства. Чего скрывать, Вера терпеть не могла директора. Его наглое поведение, властный голос, и вечный контроль. Она словно муравей, постоянно находилась под лупой контроля Мартынова. От одного взгляда темных, как ночь глаз, у бедной девушки скручивало живот. Притом непонятное чувство зарождалось в области ниже пупка. Очень ниже. Вера каждый раз гнала постыдные мысли куда подальше. В поиске богатого мужа или спонсора, девушка заинтересована не была. В придачу ко всему, она понимала, от таких, как Тимур Ильдарович, можно ожидать одного: секс без обязательств, и пустую постель на следующее утро.

Все остальное в работе девушку вполне устраивало. Вера не имела ничего против элитной школы «Умник», даже на оборот, уровень преподавания здесь на порядок выше чем в государственных школах, что подкупало многих. Но основной проблемой являлось то, что слово «элитная» творила с учениками и их родителями чудеса, не в самом хорошем смысле этого слова.

Многие родители ожидали от преподавателей невозможного, забывая что их дети такие же ученики, что в этой школе, что в обычной. Вера, как преподаватель русского языка и литературы являлась одной из основных жертв родительских мечтаний. Правило: «это не мой ребенок плохой, а учителя плохо объясняют» в этом элитном заведении работало чаще всего.

Радовало то, что Вера была не единственной подушкой для избиения родителей, Виктор Иванович — учитель алгебры и геометрии, а также Роза Ларионовна — учитель английского, всегда сидели в первых рядах для жалоб от родителей учеников.

Вот и сегодня, Вера спинным мозгом чуяла, Тимур Ильдарович вызвал ее не чаи гонять. Глянув на свои старые, подаренные бывшим часы, Вера понимала, нужно идти на ковер. Директор жутко не любил опоздания со стороны учителей или любого другого персонала школы. Все знали, — хочешь взбесить Мартынова, опоздай на 3 минуты.

Вера тихо хихикнула, встала из-за преподавательского стола, собрала бумаги, закинула небольшой кожаный рюкзак на плече, про себя перекрестилась, и отправилась на встречу с дьяволом… то есть Тимуром Ильдаровичем.

Крики и возгласы учеников оживляли коридоры этого угрюмого здания. Перемены длились по десять, и двадцать минут, что давало возможность побираться из одной аудитории в другую без опозданий.

Вера шла не спеша, она любила эти коридоры. Белые стены не давили на нее никогда. Девушка любила белый цвет. Практически все стены школы выкрашены в белый или светлые тона зеленого, бежевого и голубого. Такие цвета успокаивали и дарили внутреннее спокойствие. Похоже именно на это рассчитывали дизайнеры когда, проектировали школу, думала про себя Вера. Да и в целом само здание спроектировано очень удачно, в форме бублика, как любила она говорить. Нет, здание не было круглым, основное крыло стояло в виде буквы П, а спортивный комплекс располагался отдельно, но совсем близко к основному зданию, по этому на гугл картах можно было увидеть этот самый «бублик» без труда. Ну, и плюс, здание находилось в самом центре города.

Ноябрь подходил к концу, солнца катастрофически не хватало. Сегодняшний день не являлся исключением, погода бушевала, и глядя на это безобразие, больше подходило слово «поганая», нежели скверная. В такие дни сидеть бы дома и пить любимый какао, пересматривая свои любимые сериалы.

«Кажется дождь начинается» сказала про себя Вера глядя в окно. Отлично, зонтик она сегодня не брала. День становился все хуже и хуже. Еще и поход к директору, а это только среда, еще два дня продержаться.

По дороге к Мартынову, Вера заглянула в учительский туалет, почистить перышки. Она не собиралась наводить марафет специально для данного визита, но выглядеть опрятно и свежо было необходимо. Иногда, родители учеников любили присутствовать лично на словесном линчевании учителей, доказывая свое превосходство. Вера понимала что сегодня мог быть один из таких случаев.

Открыв двери дамской стороны учительского туалета, Вера обнаружила, что она одна. Тишина успокаивала, меньше всего сейчас девушка хотела вести светские беседы с коллегами по цеху. Нет, ни то что бы она не любила своих коллег, скорее уважала, и местами терпела. Вера не позволяла себе вольности или не профессиональные высказывание в сторону коллег, и меньше всего хотела такого отношения к себе.

Небольшой опыт, молодой возраст, отсутствие связей, прямолинейность — не те критерии и качества за которые берут на работу в элитные частные школы, но она здесь. Профессионализм, везение, или десятки свечек, что мама Веры ставила когда, узнала что дочь позвали на собеседование, поставила в церковном храме, она не знала, и старалась не заморачиваться. Работает и на том хорошо.

Радовало только одно, оплата труда. Столько сколько платили Вере, приравнивалось к нескольку месяцев работы в государственной школе. Вера не могла позволить себе работу в «обычной» школе. Каждый месяц она отправляла часть денег маме и бабушке в поселок, где они жили в старом доме, что достался Вериной бабке Варе еще в молодости. Отец веры скончался три года назад, что сильно подкосило их семью. Тяжелая болезнь преследовала Ивана Никитина десять лет. Вся семья Никитиных боролась с тяжёлым недугом, но болезнь оказалась сильнее.

Все деньги ухолили на лечение и больницы. Вера понимала, родители не могут выделять ей много средств на расходы, в связи с этим Вера начала подрабатывать уже в пятнадцать лет, делая рефераты и домашние задания по русскому языку и литературе на заказ. Именно тогда Вера открыла для себя любовь к русской литературе. Девушке приносило удовольствие писать эссе, краткие описания к литературе, раскрывать и описывать образы, персонажей, и получать за это денежное вознаграждена. Именно тогда, в пятнадцать лет, Вера решила чем хочет заниматься в этой жизни.

Не каждый подросток может сказать кем он хочет быть, или на кого хочет пойти учится, но Вера была уверена в своем выборе. Она не была отличницей в школе, а вот университет закончила с красным дипломом по специальности «преподаватель русского языка и литературы».

Вера гордилась своей профессией. Она верила что русскую литературу невозможно не любить. Именно эта уверенность, и любовь к русскому языку и литературе делали из Веры профессионала в своем деле. Со стороны можно было подумать что Вера помешана на этом, некоторые ученики даже подшучивали над ней, мол Вера Ивановна проявляет эмоции только, если речь идет о списке литературы на лето. Она и была помешана, но, ни ученикам, ни коллегам знать об этом не нужно было.

Вот и сейчас, глядя в свое отражение в зеркале женского туалета элитной частной школы «Умник», Вера пыталась настроиться на предстоящую беседу в кабинете директора.

— Интересно что на этот раз? — спросила себя она, не без саркастической ухмылки.

Любой школьник знает, что к директору вызывают не за красивые глаза. Идти к Тимуру Ильдаровичу, как учитель было не легче.

Резкий, прямолинейный и местами хамоватый, Мартынов всегда вызывал бурные эмоции у Веры, которые она, ни в коем случае, не могла показывать. Начальник всегда прав, даже если он не прав, это правило было не гласным, но очень важным в этой школе. А начальником были Тимур Ильдарович и родительский комитет.

Еще раз глянув на себя в зеркало, Вера нанесла бальзам для губ. У нее обсыхали губы каждый раз, когда рядом появлялся молодой директор.

«Это всего лишь глупое волнение! Перестань, ты не малолетка, ты учитель и взрослая женщина», повторяла себе Вера каждый раз когда Тимур Ильдарович оказывался рядом.

Выходя из уборной Вера наткнулась на Розу Ларионовну.

— Ой, Верочка, добрый день, на урок бежишь?

— Добрый день Роза Ларионовна, та если бы на урок, — вздохнула Вера. — Тимур Ильдарович хочет видеть.

Дальше можно было не объяснять, Роза Ларионовна прекрасно понимала что молодую Верочку ждет не новость о повышении. Скорее всего очередной родитель пожаловался на то что его ребенок был предвзято оценен придирчивой Верой Ивановной.

— Удачи. — коротко ответила Роза Ларионовна.

Вера слегка улыбнулась коллеге, удача ей нужна сейчас как никогда.

Кабинет директора находился на первом этаже недалеко от центрального входа. Чтобы попасть в сам кабинет необходимо было пройти через приемную, которую стойко охраняла и берегла Тамара Степановна, женщина лет шестидесяти, с вечной никогда не выходящей из моды химической завивкой на голове.

Сама приемная, не большая, стол Тамары Степановны, шкаф где хранились «очень» важные бумаги, и три стула для посетителей занимали основную часть. Нежно бежевый цвет стен и огромное окно придавали уюта. Также Вере нравилась небольшая пальма, что стояла в углу у входа, этот элемент декора освежал. Имелось еще пару вазонов, которые Тамара Степановна бережно хранила на подоконнике, подальше от рук учеников.

Вера постучалась в дверь приемной и дождавшись ответа Тамара Степановны вошла в помещение. Нервы немного шалили, Вера не знала причины вызова в кабинет директора, но показывать своё волнение она не собиралась.

— Вера, Добрый день, прекрасно выглядишь, — залепетала Тамара Степановна, оторвавшись от просмотра бумаг. — Ты к Тимуру Ильдаровичу? У тебя назначено?

— Добрый день Тамара Степановна, да, я утром получила имеил от Тимура Ильдаровича, он написал что, хотел видеть меня после второго урока. — Вера стояла у входа в приемную, желания идти дальше не просыпалось.

- Ты проходи, проходи, не стой у порога. Присаживайся, у Тимура Ильдаровича сейчас посетитель.

— Спасибо.

Отлично, сидеть в приемной и ждать когда директор освободится Вера хотела меньше всего. Не зря люди придумали поговорку «ожидание убивает», как раз это и происходило прямо сейчас с Верой. Не любила она эти разговоры, вернее не так, она не любила разговоры с Мартыновым, особенно наедине. Он давил на неё одним свои видом, Вера не могла смотреть ему в глаза, а он мог, от его взгляда Веру трясло, но не от страха. Она и сама не знала почему, или знала, но не хотела это признавать.

Спустя минут десять, дверь кабинета открылась. Высокий, худощавый блондин в тёмно-синем строгом костюме вышел первым, за ним последовал Мартынов.

— Был рад видеть тебя, Паш. Передавай привет жене. — Тимур Ильдарович крепко пожал руку другу блондину Паше, и улыбнулся.

Вера нечасто видела директора улыбающимся, да что там Вера, никто в школе не мог похвалиться таким достижением.

«Наверно действительно хороший друг» — подумала про себя Вера, второе о чем она подумала, это было то что у Мартынова красивая улыбка.

«Ты это серьёзно?! Он тебя сейчас и в хвост, и в гриву, непонятно за что, а ты тут слюни распустила» — выругала себя Вера.

Холодный голос директора вернул девушку в реальность:

— Проходите, Вера Ивановна, — бросил в её сторону Мартынов, и не глядя на Веру зашел в кабинет.

Вера поднялась со стула, расправила невидимые складки на юбке и направилась следом за мужчиной.

Закрыв за собой дверь, Вера почувствовала две вещи. Первая, ей было тяжело дышать, и дело вовсе не температурном режиме. Вторая, Веру не покидало ощущение будто она шагнула в клетку к тигру, и сейчас он её съест.

Кабинет директора воистину шикарен. Нет, тут не имелось канделябров и золотых икон. Тут было комфортно и в то же время шикарно. Все тот же бежевый цвет стен, стенка шкафов для бумаг, наград и других предметов. Огромный т-образный стол, кожаный диван у окна и пара кресел в том же стиле.

Вера никогда не сидела на этом диване. На собраниях она отдавала предпочтение стулу или же, если все стулья уже были заняты, она отходила и стояла у стены, как и другие учителя кому не досталось место. Хотя, та же Роза Ларионовна первым делом мостила свою пятую точку именно на этот диван.

«Боже, такой удобный! Ты знаешь, Верочка, я б на нем и спала», выразила своё восхищение однажды Роза Ларионовна. Вера точно знала что спать на этом диване, в этом месте она не собиралась.

Сделав пару вдохов, Вера надела свою маску аля-очень серьёзная училка, и заговорила первая.

— Добрый день Тимур Ильдарович, вызывали? — Вера пыталась говорить спокойно и невозмутимо, несмотря на весь тот ураган, что бушевал у нее внутри, она до сих пор не понимала зачем он её вызвал.

Мартынов не спешил отвечать.

Он все еще стоял к ней спиной. Веру это возмущало, ни капли уважения к женщинам. Может это из-за воспитания? Имя и отчество у него явно не русские, хотя фамилия Мартынов. Вера только сейчас словила себя на мысли, что ничего не знает о директоре Тимуре Ильдаровиче Мартынове.

Она слышала, что коллеги очень часто обсуждают его персону, но девушка никогда не участвовала в подобных беседах.

«Ой, а ты знаешь, Катя видела нашего Мартынова в том элитном фитнес клубе, говорит что там было на что посмотреть», лепетала Наталья, учитель физики, Вере, однажды в учительской. Ей почти пятьдесят, не замужем, три кота, или четыре. Вера уже и не вспомнит. Помниться она тогда вежливо дала понять Наталье, что данная тема ей не интересна.

Сегодня тёмно-серый костюм подчеркивал всю строгость директора, явно сделан на заказ, брюки сидели идеально на… «О Боже, Вера, куда ты смотришь!», девушка опять выругала себя. Черная рубашка обтягивала спину, плечи и накаченные руки Мартынова как вторая кожа.

Вера не заметила как засмотрелась на Тимура Ильдаровича.

Прикусив губу, она поняла что в горле пересохло, резко захотелось воды. Девушка не понимала почему у нее такая реакция на этого человека? В присутствии Мартынова Вере было тяжелее всего выглядеть невозмутимой, тем более когда она оставалась с ним наедине. Это не происходило часто, чему Вера была рада. В большинстве случаем всегда присутствовал кто-то еще, родитель, или другой учитель. Но эти моменты наедине с Тимуром Ильдаровичем давались Вере тяжелее всего. От него хотелось спрятаться, убежать. Он действовал на нее как электрошок, все тело вытягивалось как струна, начинало колоть в кончиках пальцев.

«Это просто страх перед начальством» — убеждала себя Вера, но с каждым разом верила в это все меньше и меньше.

— Вера Ивановна, вам знакома фамилия Симакин?

Тимур Ильдарович медленно развернулся и посмотрел на Веру.

— Да, конечно, Максим Симакин, 10-Б, — Вера начала понимать почему она в этом кабинете.

— И Вы читали его Дело? — Продолжил директор.