Читаем Бывшее счастье (СИ) онлайн бесплатно

— Алло, Варь, — в дверцу школьного туалета бьётся Дианка, моя лучшая подружка с третьего класса, — давай быстрее, скоро звонок на урок!

Меня всю трясет. Руки, ноги, голова. Не могу твёрдо мыслить, только видеть.

— А… — закрываю рот ладонью, смотрю на ужас каждой девчонки подростка.

Нет… Нет, нет… Не-ет! Не могу поверить в то, что передо мной светит двумя красными полосками на маленьком тоненьком листочке — тесте на беременность.

В голове прорываются сотню мыслей: когда у нас с Даней получилась осечка? Мы же всегда предохранялись: он презервативы постоянно носил в кармане джинс, я пила противозачаточные. Спасибо старшеклассникам, они смогли приобрести их для меня будучи невинной девчонкой.

— Варя, — стучат по двери, вырывая из мыслей, — ну же-е-е.

Кое-как встаю, ощущая ватность в ногах, дрожащими руками открываю дверцу. Оглядываю — никого нет, кроме Дианы. Её серо-голубые глаза пробирают до кончиков ушей, словно поняла всю суть моих проблем.

— О нет, — проблеяла она, вырывая положительный тест. — Тебе же пятнадцать.

— Как и тебе, — выдыхаю, подходя ближе к окну.

Серые тучи заснеженного города огромным камнем сваливается на мои плечи. Казалось бы зима не осень, депрессивный настрой нельзя заработать от прохладной бури и обледеневших после потепления дорог.

Моя жизнь перевернулась с ног на голову именной этой зимой, когда идут подготовки к экзаменам. Мне пятнадцать, избраннику, совершивший вместе со мной такой серьёзный шаг скоро будет восемнадцать.

Узнай об этом мама разгневается, превратит серьёзную проблему в катастрофу мирового масштаба. Отец вообще голову оторвёт, не забыв повести всю семью в полицию — писать заявление об изнасиловании.

— Что мне делать? — мёртвым телом скатываюсь на прохладную плитку. Прислонившись спиной к тёплой батарее, прижала колени к груди.

— М-м… — задумавшись, подруга спустилась ко мне. Сев на корточки, обняла за поникшие плечи. — Тут только два варианта: рожать или становиться бесплодной на всю оставшуюся жизнь.

Да, шмыгаю носом, ощущая неприятный больной комок в горле. Я читала на разных форумах о подростковой беременности, обрушившейся на них критики, трудном вынашивании плода. Даже про аборты рассказывали: после подросткового, даже осознанно взрослого, аборта вероятность забеременеть крайне мала. Большинство случаев убийство ребёнка равняется бесплодием.

— Надо что-то решать, — моя любимая зажигалочка подаёт руку. Приняв её, сжав со всей оставшейся силы, встала с места. — А не сидеть сложа ручки и ножки.

— Ты права.

Сделав два глубоких вдоха, ощутив неприятное покалывание в груди, взмахнула непрошенные слезы. Вытерев солёные капли длинным рукавом свитера, ощутила неприятный порыв тошноты. Поднявшийся к горлу комок желчи обжигает неба. Зажав рот ладонью, побежала обратно в кабинку.

Вот и первые признаки беременности: тошнота с чувством опустошенности в животе. Выплевав весь свой школьный завтрак, прислонив чистую ладонь к низу живота, вернулась к Диане.

— Иди умойся, — видя моё состояние, подруга, перехватив меня под подмышку, отвела к раковинам.

Умыться толком не дали. Распахнув на распашку ведущую в женский туалет дверь, наша одноклассница, Сашка, раскрыв до пятирублевой монеты глаза, уставилась на меня. Весь шок и ужас виднеются на миловидном красивом лице, вытерев со рта горечь, прислонившись к краю раковины, решила таки поинтересоваться: что случилось?

— Там твой, — бегая глазами в разные стороны, боясь быть пойманной на лжи — она с лёгкостью могла приврать, взяв мелкую каплю правды, — поспешила убежать обратно.

— Алло, — щёлкает пальцами перед её перепуганной мордашкой Диана, — говори уже. Скоро звонок на урок.

Прикусывает губу, сжимает накрашенными прозрачным лаком ногтями дверной косяк. Секунда-две, пройдя вглубь помещения, прикрыв за собой проём, остановилась в метре от нас. Достав из кармана классических брюк свой новомодный телефон, клацнул пару раз экрану, зашла в галерею.

Даже отсюда была замечена её нервозность. Губы шевелятся в непроизвольном такте — словно шептала под нос, — мелкие покусывания пальцев, цоканье.

За стенами туалета начинается гул. Крики, плачи, ругань преподавателей. Переглянувшись с Дианой взглядами, та, словно прочитав мои мысли, отодвинула в сторону возмутившуюся такому поведению Сашку, направилась по заполненному коридору младшеклассников.

— А это, — сломав пополам затем ещё раз пополам тест на беременность, подруга засунула его в карман штанов. — Это мы спрячем от всех глаз.

— Да, — соглашаюсь с ней.

Гул становился все сильнее и сильнее, проталкиваясь между девятиклассников с одиннадцатиклассников к центру кипиша, чуть было не приземлилась на коленки.

— Аккуратнее, — перехватив мою ладонь, переплетя пальцы, Дианка повела на самое развлекательное представление…

Сломавшее мою жизнь.

Окружившие словно волки люди взирали на заплаканную девчонку. Блондинистые локоны спадали с плеч, ладони закрывали зарёванное лицо. Истеричные всхлипы раздражали с каждой секундой, хотелось закрыть уши и уйти в класс. Но мне мешал это сделать он: мой парень.

Неприступный как скала возвышался над незнакомой для меня девочкой. Разглядывая его крепкую спину, плечи, не заметила снимающего все на телефон Антона. Гогоча над всей картиной, раскрывая свою волчью пасть для выговора нелепых шуточек, он чего-то ждал.

— Давай уже, — подначивал Антон своего друга.

А я, сквозь громкий шёпот тысячи учащихся, старалась вслушаться в ИХ разговор.

— Ты совсем страх потеряла? — грубый голос Даниила, моего парня, режет слух. Таким он был только на личных разборках за школой или на районе, рядом со мной Даня всегда был нежным и покладистым. — Я даю тебе форум в три минуты, за это время ты должна сбежать из школы и больше не попадаться на глаза.

— Н-но как же наши чувства? — отбросив все свои слезы прочь, вскинув гордо голову, девица зыркнула гневным взглядом. — Ты сам орал, что её бросишь ради меня! Что со мной лучше, чем с ней.

Отойдя чуть вглубь собравшихся, боясь быть замеченной, прикрыла рот. Рвотный позыв даёт о себе знать прямо здесь и сейчас. Нельзя, дыши спокойно и равномерно, стараясь привести мысли в порядок. Никто не должен узнать о моей тайне, что выльется в девятимесячную историю. Или восьми… Срок же не известен.

— Я ведь… — вслушиваюсь в её охрипший от криков голос, — я ведь беременна!

— Артём, — дёргаю шторы, разрешая проникнуть солнечные блики в комнату, — просыпайся.

Смотрю на сопящую макушку сына, думаю, проиграет ли он моим щекоткам в этот раз, если не откроет глаза и не пойдёт умываться? Подросток: вечно недовольный, хмурый, любитель поискать приключения на своё имя.

Оставив его одного, приду через пять минут для проверки, направилась на кухню. Шоркая домашними тапочками по укрытому ковром полу, завернув за угол коридора, врезалась в холодильник. Кухня маленькая, развернуться можно, но принимать гостей для обычного чаепития стоит в гостиной комнате. Именно там сейчас спит Дианка.

Совсем не изменилась, как была оторвой с языком без костей, такой и осталась. Благо умудрилась карьерную лестницу построить да обзавестись поклонниками среди мужской толпы.

— «Переходим к новостям…» — маленький кухонный телевизор работает, изображает различные картины из новостей. Я не любитель слушать такую ерунду, знать о новых тенденциях этой весны, свадьбы бизнесменов с моделями из других стран…Сделав звук чуть тише, нажав кнопку на чайнике, поспешила достать из холодильника яйца с докторской колбасой.

За моей спиной послышался топот босых пяток. Ага, ребёнок проснулся и тут же пошёл под напор тёплого душа. Отлично, есть время приготовить для нашей маленькой семейки глазунью с жареной колбаской. Чайник вскипел, можно смело доставать чашки и делать бодрящий кофейный напиток: одной со сливками, второму просто кофе с одной ложкой сахара.

Сегодня прекрасный солнечный день: сердце ликует, душа просит напевать различные мелодии. Мысленно подпевая припев вспомнившейся песни, разбила яичную скорлупу над разогретой сковородой.

Разогретое масло мигом зашипело. Выбросив весь ненужный мусор в мусорное ведро, разлив по чашкам кипяток, расставила на столе. Осталось немножко, стоит дождаться полноценного приготовления яичницы, после пойти проверить сопящую в мёртвом сне подругу.

Наша с ней комната, по совместительству гостиная, походила на наркопритон. Разбросанная грязная одежда, флакончики от косметики, черновые бумаги по работе. Наклоняюсь к одному из листьев, схватив его большим и указательным пальцами, поднесла к лицу.

Вчитаться не удалось, настолько мелкий подчерк заставит кровь из носа течь. Привыкшая расписывать мелкими буквами шпаргалки, Диана не заметила как её размашистый почерк изменился на еле различимый. Даже мне с моим то зрением не удаётся понять: там «К» выписана или «Г».

Не будем заморачиваться над этим. Положив листок на рабочий стол, поспешила к спящей красавице. Перекрашенные в чёрный оттенок локоны разбросались по подушкам, лицо спряталось под укрывшим одеялом. Переступив через ещё одно одеяние, отбросив носком тапка в глубь комнаты, добрела до дивана. Именно на нём лежали и видели десятый по счету сон.

— Диан, — кладу ладонь на её плечо, начиная делать массирующие движения. — Вставай уже, тебе скоро на работу!

Сегодня у неё знаменательный день, не проснётся и не приведёт себя в порядок отдадут важную работу конкурентам. Вернее красивой пышногрудой конкурентке, которая имеет связи через свой рот и директорский кабинет. На моих губах проявляется смешок от воспоминаний: подруга всеми мировыми выражениями оскорбляла ту девицу, посмевшую забрать за пять минут до интервью работу.

Надеюсь в этот день такого не случится. Подруга всеми силами надеется на сегодняшнее дело, за которым последует премия в пять нолей. Поэтому пускай подымает свою попу и бредёт умываться. Как раз Артём вышел из ванной, шагая босыми мокрыми пятками к себе.

— Вставай! — кричу подруге, забегая обратно на кухню.

Не успей вовремя и вместо яичницы ели уголь. Перекрыв газ, достав для каждого по тарелке, поспешила разложить тёплую еду. Одной хлеб, второму кетчуп к колбасе, третьей, мне, обычный кофе с сухими бутербродами.

Расставив на столе, схватила пульт от телевизора. Надоели новости, щелкая по каналам, выбирая один из музыкальных, остановилась на знакомой музыке. Да, пускай играет, уводит все нервы прочь. Время семь, на работу нужно явиться к девяти для подготовки проекта по строительству нового бизнес центра. Ещё один огромный штаб, где будут работать обычные люди вроде меня.

— Кхы-ы, — проснувшаяся подруга напоминает явившуюся из сказок бабу Ягу.

Волосы — воронье гнездо, на лице сонный отпечаток от руки. Ни доброго утра, ни другого хорошего пожелания к новому дню. Просто юркнула за дверь ванной комнаты, бросила грязные вещи прямо в коридор, закрылась на щеколду.

Стоит напомнить ей о стиральной машинке, может прекратит разбрасывать вещи и начнёт за ними следить. Ой, какой была в юношеские годы такой и осталась. Ничего не поменялось, осталась хулиганкой с твёрдым характером.

— Мам, — зашедший на кухню сын предстал в школьной форме.

Классические чёрные брюки, отбеленная от чёрных пятен белая рубашка, сверху должна быть жилетка, но её он никогда не надевает. За что лично я получаю по шапке от классной руководительницы.

— Доброе утро, — целую того в копну тёмных волос, подставляя ближе к нему тарелку, — приятного аппетита.

— Угу.

Весь в него. Такой же хмурый и подавленный, проявляя порой агрессию к внешнему миру. Сколько раз ходила в школу ради выговоров за нанесённые на одноклассника кулаки. Сколько раз слышала о будущем звонке в органы опеки и попечительства с угрозой лишить меня родительских прав, если не найду способ избавиться от злобы, находившейся внутри сына.

Записала на бокс. Ходит с удовольствием бить грушу, представляя лица школьных врагов среди девятиклассников и одиннадцатиклассников. Вот только приходит ближе к вечеру, даже на уроки порой забывает — бегом в душ и валяться на кровати с наушниками в ушах.

Стучу ногтями по кромке чашки, думаю: поговорить с ним сейчас, обсудить будущую поездку к бабушке с дедушкой. Те навряд ли захотят видеть своего родного внука: отец вновь заставит его отжиматься за каждую провинность, мама читать русскую классику.

— Мам, ты чего? — смотрю в его карие глаза и вижу его.

Тёмные волосы, тёмные глаза, острые скулы с тонкими линиями губ, широкие плечи. От меня совсем ничего, только связывающая нас кровь и бабушкина двухкомнатная квартира, в которой живём маленькой семейкой.

— Думаю, — улыбаюсь уголком губ, — сегодня пятница, не хочешь сходить с друзьями в кинотеатр?

Я люблю его, разрешаю делать то, чего мне не разрешали в подростковом возрасте: ходить по кафе с друзьями, гулять до десяти ночи, заказывать на дом пиццу. Все осуществляется в пределах возможностей нашего лицевого счета, куда приходят проценты от накопившейся суммы.

Ещё поднакопим и сможем отремонтировать наш крохотный домик: поклеим новые обои, заменим плитку в туалете, закажем новую мебель.

— Хотелось бы, — пролетает ответ, — но Глеб в этот день будет работать нянькой для младшей сестры, а Валеру закрыли на две недели — он сломал отцовский ноутбук.

— А как же девчонки? — из ванной комнаты, в одном лишь халатике, вышла мокрая Диана. Стекающие с волос капли падали прямо под ноги, оставляя за собой небольшие лужицы.

— Диан. — прошу её уйти в комнату дабы одеться и не щеголять голыми ляшками вокруг мальчишки подростка.

Она не реагирует на это внимание, стоит и общается с любимым крестником по-поводу отношений между мальчиком и девочкой. И это не детские поцелуйчики, ходьба за ручку, написание прямо на уроке открытки признания. С её уст идёт краткое описание подростковой половой жизни: как хомутать красавицу школы, что такое контрацептивы.

— Теть, — закинув одну ногу на табурет, Артём поспешил закрыть эту тему. — Нам про секс говорили ещё в начале девятого класса, к тому же у нас нет девчонок, которые могли влюбить себя.

— Согласна, — заметила подруга, забирая из моих рук остывший кофе. — На прошлой неделе разглядела: одни простипомы и швабры. Нормальных девиц уже испортили балладами о любви на старом матрасе спортивного зала.

Прыскаю со смеха. Вспоминаем прошлое, в котором имело место быть этой ситуации. Дианка же там умудрилась лишиться девственности, с каким-то мальчиком-футболистом из чужой школы. Пока два разных класса воевали за первое место по футболу, её хорошенько так отжарили в подсобке школьного спортивного зала.

Об этом до сих пор никто не знает. Только я и она, моя лучшая подруга, по совместительству крёстная Темы.

— В общем чего хочу вам сказать, — допив за несколько больших глотков своё кофе, с неохотой взглянув на завтрак, Диана поспешила в комнату. — Если сегодня на работе ничего плохого не произойдёт, то одеваемся и идём в кафешку отмечать маленький праздник живота.