Читаем Пессимизм 2.0 Происхождение нас онлайн бесплатно

Тем, кто думает, что эта книга состоит из стонов на тему, как все плохо, и прогнозов апокалипсиса, рекомендую закрыть ее сразу после этой фразы. Нет, здесь Вы не найдете ни того, ни другого. Предметом исследования будет человек, его основоустройство. Наибольшее влияние на это исследование оказала работа М. Хайдеггера «Бытие и время». Как и К. Маркс, который рассматривает человека скорее как объект, считая его продуктом среды обитания («бытие определяет сознание»), М. Хайдеггер в своей экзистенциальной аналитике исследует субъектность человека с вполне с материалистических позиций. Благодаря этому возможно совместить эти два подхода и попробовать понять, каким образом возникло «… сущее, спрашивающее о своем бытии».

Эта работа не является всеобщим философским учением в традиционном смысле этого слова. В центре внимания – человек, определяемый М. Хайдеггером как присутствие. Все характеристики, данные присутствию этим великим философом, принимаются безо всяких оговорок. Но, несмотря на столь значительное и, безусловно, определяющее влияние этого гения, предлагаемое исследование нельзя отнести к феноменологическим. В фокусе исследования находится не столько сам человек, сколько динамика его трансформации до сегодняшнего дня, с целью понять, что ждет его в будущем. Именно поэтому предлагаемую теорию следует отнести к мировоззренческой философии.

Несколько слов о формате изложения. Поначалу предполагалось изложить мысли традиционно, в рамках стройной концепции, когда из одного параграфа неизбежно вытекает следующий. Однако в вопросах, касающихся человека, такой подход себя не оправдал и от него пришлось отказаться. Это не значит, что материал изложен в стиле «лоскутного одеяла». Некоторая обособленность каждого отдельного фрагмента исследования не означает его полной обособленности от остальных. Все рассуждения связаны единым началом, основными положениями, которые определены в соответствующих частях работы. Поэтому выбранный стиль изложения похож на тот, что использовали в своих работах Ф. Ницше и М. Маклюэн.

При словах «мировоззренческая философия» у читателя сразу может возникнуть негативная ассоциация со словом «философия» как с чем-то непонятным, не имеющим отношения к окружающей реальности. Но это не так. Читателю, хорошо знакомому с математическим анализом, понятен тот факт, что дифференцирование – это техника, а интегрирование – искусство. Классическая философия, по аналогии, может быть приравнена к умению интегрировать в гуманитарной сфере, где нет строгих инструментов для проверки гипотез, а эксперименты бывают не просто очень дорогими, но даже негуманными. Если философский текст затрагивает основы нашего существования, он приносит нам огромную пользу (или вред). Недаром мы до сих пор изучаем, используем и опираемся на труды античных философов, хотя, казалось бы, наше сегодняшнее общественное развитие гораздо сложнее. По этой же причине многие философские тексты «страдают» от своей сложности. Чтобы этого избежать, я постарался сделать текст максимально простым и понятным (это, однако, не означает упрощенности и вызовет критику со стороны приверженцев традиционной терминологии) и изложить содержание сложных философских понятий максимально доступно; а о том, как это получилось, судить Вам.

Возможно, у Вас возникнет вопрос: почему вся работа называется «Пессимизм 2.0»? Считается, что А. Шопенгауэр, Ф. Ницше, О. Шпенглер и некоторые другие философы были пессимистами в философии, по большей же части философы – оптимисты. Их пессимизм выражался в безрадостном описании устройства жизни их современников. Предлагаемая Вашему вниманию работа в чем-то является продолжением идей этих философов, поэтому выбрано такое название.

Кроме того, я считаю, что этика как часть философского учения – это оптимизм философии, а материалистический подход не оставляет для нее места. Даже у М. Хайдеггера вина и совесть выглядят несколько инородно по отношению к другим характеристикам присутствия. Вместе с тем основа для пессимизма – другая, она в будущем, а не в настоящем, как у классиков, и, чтобы это подчеркнуть, введен, как это принято делать сегодня, номер версии – 2.0.

В данной работе рассматривается вопрос о происхождении человека и предлагается оригинальная теория антропогенеза. Эта теория – попытка разобраться, почему «Бытие и время» М. Хайдеггера – фундаментальная онтология, а не только экзистенциальная аналитика. Опираясь на результаты последней, предпринята попытка определить основу антропогенеза человека с тем, чтобы в дальнейшем рассмотреть вопрос о динамике антропосоциогенеза и попробовать спрогнозировать наши с Вами перспективы, дорогой читатель.

Человек не присутствовал при своем происхождении. Не мог. Поэтому судить об антропосоциогенезе мы можем только по косвенным данным. Если отбросить все аранжировки, то остаются две основные темы: божественная и эволюционная. Про божественную столько сказано, что даже начинать обсуждать ее не хочется. Кроме того, эта тема интуитивно понятна каждому. А вот несколько слов об эволюционной версии сказать стоит.

После публикации теории Ч. Дарвина эволюцией стали объяснять все видоизменения, происходившие во флоре и фауне Земли. В целом такой подход дал прекрасные результаты. Но в вопросе об антропо– и социогенезе есть нюансы. Эти два понятия для наших целей следует разделить, поскольку антропогенез изучает процесс эволюции предшественников современного человека или, иными словами, возникновение личности, а социогенез делает акцент на развитии сознания, межличностных отношений, т. е. предполагает, что личность, носитель индивидуального начала, уже существует. Более того, вопрос о том, что значит быть личностью, и выполнение каких условий позволяют говорить, что человек обладает личностью, сегодня активно дискутируется[1]. Поэтому предполагать, что возникновение личности и ее развитие шли одновременно, представляется нелогичным. В дальнейшем, когда будет идти речь об обретении гоминидами существенных признаков, характеризующих человека, т. е. появлении рода Homo, будет употребляться термин «антропогенез»; когда же речь будет идти о становлении современного человека, будет употребляться термин «антропосоциогенез».

На самых ранних стадиях развития общества прародителями человека считались животные, что нашло свое отражение в таком явлении, как тотемизм. Однако уже, как минимум, с III тысячелетия до н. э. и до XVIII в. основной версией антропогенеза становится божественная в различных вариантах, причем антропогенез в данном случае совпадает с социогенезом, т. е. человек возникает сразу как личность. В XVIII в. стали составлять подробные классификации видов животного мира. В этих классификациях (самая известная из них принадлежит К. Линнею) человек находился на самом верху, однако родство форм не предполагалось. В начале XIX в. Ж. Б. Ламарк предположил, что человека следует рассматривать как «венец четвероруких приматов», а во второй половине XIX в. Ч. Дарвин доказал это. Затем долго искали недостающее звено между ископаемыми обезьянами и человеком. Интенсивные поиски привели к тому, что теперь значительное количество находок претендует на эту роль (настолько значительное, что в профессиональной среде стали с юмором говорить о «достающем» звене). Кардинально ситуацию это, однако, не изменило. Дело в том, что в рамках эволюционной теории единственным приемлемым объяснением оказывается модель «бутылочного горлышка», т. е. ситуация, когда род Homo произошел от какого-то уникального предка, который более никогда на нашей планете не встречался. Вот как описывает ситуацию Л. Б. Вишняцкий:

Важнейшим преимуществом людей является адаптивная инверсия (приспособление среды для своих нужд). Она же является главным отличием человека от животных. Сегодня считается, что многое в поведении людей имеет эволюционно-биологическое основание (на этом базируется такая научная дисциплина, как биополитика). Адаптивная инверсия таких оснований не имеет. Например, по убеждению биополитиков А. Сомита и С. Петерсона, Homo sapiens представляет собой единственный биологический вид, способный создавать культурные нормы, фактически противоречащие его врожденным поведенческим тенденциям, и при определенных обстоятельствах следовать таким «антибиологическим» нормам. В качестве примеров приводятся такие культурные практики, как охота на змей, безбрачие (целибат) и строго моногамная семья[3]. Примененная в масштабах планеты адаптивная инверсия отрицает тот тип эволюционного развития, который мы называем естественным. Так, В. И. Данилов-Данильян полагает, что техносфера эволюционирует намного быстрее биосферы, так что говорить о коэволюции (сопряженной эволюции) человечества и живой природы некорректно[4]. Получается, что в ходе эволюции появился вид, уничтожающий саму эволюцию? Возможно ли это? Стандартный ответ на этот вопрос звучит так. На начальной стадии антропосоциогенеза преобладали биологические факторы, определявшие особенности вида. Затем на первый план вышли социальные факторы, обусловленные трудовой деятельностью человека. В последние несколько тысяч лет развитие вида Homo Sapiens шло такими быстрыми темпами, что социальные механизмы, сдерживающие негативное воздействие человека на природу, просто не успели развиться в нашем сознании. Однако, считают сторонники этой версии, со временем мы придем к осознанию нетерпимости ситуации, при которой ущерб, наносимый хозяйственной деятельностью человека природе не возмещается, и вернемся к экологическому равновесию. Такой ответ предполагает, в неявной форме, положительный ответ на вопрос о единстве мира и человека, что, строго говоря, не очевидно. Действительно, если предположить, что человек противостоит миру, то как можно считать его результатом эволюционного развития? В этом случае мы сразу и навсегда становимся на сторону божественной версии происхождения человека. Кроме этого, эволюционная теория должна предложить объяснение трансформации, которая привела к тому, что Каин убил Авеля, Герострат сжег храм Артемиды, а мы по сей день помним именно его, а не, скажем, архитектора, построившего этот храм. Более того, я полагаю, что имя Герострата известно большему количеству людей, чем имя богини, храм которой он сжег. Приемлемый ответ на эти вопросы в рамках эволюционной версии представляется автору невозможным.