Читаем Об усовершенствовании самого себя онлайн бесплатно
То время, в которое человек освобождается от непосредственной зависимости, и детского, так сказать, присмотра за собою, всегда почти бывает решительным в нашей жизни. Сделавшись свободными в своих поступках и начиная отдавать отчет в оных только самим себе, мы будем иметь тысячи случаев, или исправить собственными усилиями недостатки нашего воспитания, или небрежением к своему усовершенствованию истребить и последние семена рачительных о нас попечений других. То и другое зависит совершенно от нас. Но, незнакомые со светом, зная людей только по описанию, судя о вещах по имени, а о достоинствах по одному наружному блеску, не думая об опасностях, окружающих всякий ваш шаг, мы, при первом вступлении нашем в общество скорее предаемся обольщениям чувств и стремлению наших страстей, нежели ограничиваем себя правилами благоразумия. Несчастные опыты по бо́льшей части доказывают великий вред такого поведения, но уже тогда, когда мы не имеем, ни средств, ни возможности возвратить себе хорошее мнение. Ибо, не внимая внушениям рассудка, а увлекаясь беспрестанно желаниями и надеждами, ежедневно увеличивающимися, мы неприметно будем упиваться сладостным ядом, который, расстроив жизненные силы и уничтожив деятельность души, ослабит все наши способности. С горестью мы будем обращаться на прошедшее, и без надежды на будущее; ибо потеря физических и недостаток в нравственных силах, лишение прежних средств, также время, а иногда и болезни, частые следствия жизни беспорядочной, лишат нас возможности исправления. Тогда почувствуем мы во всем пространстве ту истину, что человек тогда только может наслаждаться вполне своею жизнью, когда будет соблюдать равновесие между разумом и волею, между желаниями и средствами исполнять оные. Представляя себе все разные бедствия, коим подвергается человек без опытности в свете и основательности в правилах, раскроем вкратце мысль сию, каким образом можно избегнуть оных бедствий, и приобрести сие благоразумие в поступках и мнениях, чтобы навсегда и во всяком случае мы могли упрочить свое благосостояние.
Все то, что человек может приобрести сам собою, временем и опытами, относительно познания самого себя, людей вообще и в частности, их характеров и отношений, также обязанностей собственных и средств сделать свое состояние благополучным, можно назвать усовершенствованием самого себя. Но как такое усовершенствование самого себя есть наука жизни, или исследование величайшего нравоучения знаменитейшего в древности Философа (Фалеса), знания самого себя, которое посему требует знаний полнейших, редко приобретаемых целою нашею жизнью: то мы ограничимся только возможным, то есть, тем усовершенствованием, которого человек всегда и во всяком состоянии может достигнуть, ежели он имеет к тому готовность и расположение. В сем отношении, усовершенствование самого себя я принимаю в том понятии, когда человек с просвещением ума соединяет образованность сердца, достаточное знание света, и умеет облагородить себя в поступках и правилах. Следуя сей мысли, мы рассмотрим, каким образом можем приобрести вместе нравственное и умственное усовершенствование, и какие оное должно произвести в нас расположения; также, чем мы должны дополнить сие усовершенствование, или опыты в жизни и знание людей.
Какую силу и влияние ни имели бы страсти над людьми, никогда нельзя им приписать той неограниченности, какую некоторые им приписывают. Всегда от нашего благоразумия зависит, возвыситься душой, восстановить порядок в самом себе и не допустить разум быть термометром, поднимающимся и опускающимся сообразно погоде. Ежели и есть какие побудь невинные причины наших недостатков и погрешностей, то оные должны находиться, или в нашем темпераменте, или в первых примерах и впечатлениях детства. Большая же часть наших несовершенств, пороков, слабостей, предрассудков, зависит от нас самих, и от нас же зависит исправить их. Злоупотребление умственных способностей, испорченная воля, необузданность страстей, вот, кажется, главные причины наших бедствий; и на них-то особенно надобно обратить внимание в исправлении. Приведем в порядок то, что более в нас расстроено, дадим истинное направление нашим способностям природным расположим волю ко всему доброму и полезному, уравновесим страсти, и — мы увидим, какие из того произойдут благодетельные для нас последствия. Но прежде, нежели найдем нужным начать сию перемену в нашем существе, прежде, нежели решимся на сие важное дело — усовершенствование самого себя — обдумаем со всею строгостью наше предположение, представим себе возможность оного, также средства и препятствия, и наконец приготовим себя на некоторые пожертвования, кои, впрочем, могут быть значительными для человека только легкомысленного, и который смотрит на одни поверхности, а не имеет терпения выжидать исполнения дальновидных намерений. Главные условия на пути к усовершенствованию суть: постоянство в следовании начертанному себе плану перевоспитания; постепенность в раскрытии своих понятий, и терпеливость в исследовании нужных для жизни нашей истин. При сем также предполагается довольно сил и власти над собою, дабы уметь побеждать себя в известных случаях. Ежели мы надеемся исполнить все сии требования, и чувствуем в себе готовность к тому, то со всею уверенностью успеха, можем искать нашего усовершенствования.
Наше усовершенствование должно начаться возможным познанием самих себя; и в сем случае, рассудок должен быть нашим руководителем. Пусть он получит законную над нами власть; последуем его внушениям: они должны привести нас на истинный путь к усовершенствованию. Познание себя требует довольного испытания самих себя в разных отношениях, касательно влияния на нас внешних предметов и также наших пристрастий к оным. И так обратим всю бдительность нашу на наши поступки и расположения характера, будем узнавать постепенно наши любимые привычки, желания, наклонности, вкус, господствующие страсти, исследуем потом побуждения и причины к оным, и подвергнем все сие приговору рассудка. Он должен отыскать средства к исправлению дурных наших расположений, очистить ум от вредных навыков, дать лучшее направление нашим мыслям, удержать излишнюю пылкость страстей, и уметь ограничить наши суждения в известных пределах, сообразно законам и принятым постановлениям. Дабы умственные наши способности возбудить к деятельности, будем обращать и останавливать внимание на всяком занимательном предмете, и приучим себя к той основательности, которая смотрит не на наружность вещи, или довольствуется одною стороною оной, а исследывает внутренность, и потому никогда нас не обманывает. А так как способности умственные имеют свое основание в способности чувствовать, то мы должны, сколько можно, облагораживать свои чувства, следуя врожденному понятию истинного и полезного, доброго и злого, приятного и отвратительного, — также удаляться всего безнравственного, предосудительного и приводящего в беспокойное волнение страсти. Когда чувства наши будут очищены от всех неблагородных впечатлений, тогда, при основательном и здравом суждении, мы получим совсем другое понятие о вещах, нам представляющихся: узнаем причины многих явлений и действий, дотоле нам неизвестных, многие предрассудки исчезнут, и наружный блеск не будет уже обольщать нас. Ибо мы будем смотреть на красоты мира не в полдень, когда они являются во всем своем сиянии, но под вечер, когда мы увидим в сотворенном одну ничтожность тварей и величество Творца, а в окружающем нас скрытые недостатки и несовершенства. Снискавши навык внимания и размышления о всяком действии, постепенно мы должны приобретать сию правильность в суждениях, которая ручается за счастливый успех нашего предприятия, оправдывает справедливость наших примечаний, и успокоивает в будущем. Для достижения сего потребна тщательная осмотрительность в поступках; всякий наш шаг должен быть обдуман наперед, ибо он невозвратим и часто решает участь целой жизни; на всем мы должны останавливать внимание с благородным сомнением и даже с недоверчивостью. С такою рассудительностью мы, без сомнения, увидим, что многие вещи не таковы, каковыми они при первом взгляде нам кажутся; и такого рода открытие должно произвести многие другие полезные впечатления. Ибо тогда мы уверимся, что не все то золото, что блестит, что позлащенная медь содержит в себе яд, и часто самая привлекательная наружность скрывает все степени пороков. Таким образом сделаемся не столько легкомысленными и скорыми в своих суждениях; менее будем обольщаться всяким наружным видом добродетели и мнимым призраком счастия и кажущегося блага. Есть многие предрассудки, с которыми человеку весьма тяжело расстаться, ибо они основаны на долговременных привычках, обратившихся в навык. Из числа таковых вреднее всех для усовершенствования тот предрассудок (auctoritatis), когда человек
