Читаем Полковник. Я тебя раскрою онлайн бесплатно

Эльвира

Зачем я в это ввязалась?

Докатилась, сижу, хочу чтобы бандит мной заинтересовался.

Был бы хоть один человек, который меня остановил, я бы не пошла. Но я ведь никому ничего не сказала, следовательно и остановить некому.

Ужас.

Кто бы знал, что я — прокурор, буду идти на дело в развратном платье, как проститутка.

Раньше я никогда не кокетничала, не привлекала специально внимание мужчин.

Никогда и никаким образом, это ведь так низко и вообще не правильно, но сейчас… я уже в это ввязалась

Сейчас мне нужно было, чтобы он посмотрел на меня.

Очень нужно, почти жизненно необходимо.

Я могла бы уже перерыть все его дела, зарывшись в пыльном кабинете, просматривать возможные взятки, покрывательство, незаконное превышение полномочий, но нет… я выбрала другой путь. И судя по всему — очень и очень глупый.

— Ваш коктейль, — выбила из мыслей официантка в черном костюме.

— Спасибо, — лишь кивнула я, и обернулась вокруг.

Сейчас я сидела в полумраке клуба «Немитон», пижонское дорогое место для всей свиты Санкт-Петербурга.

В здравом уме никогда бы не пошла.

Сжала в руках стакан.

Кубики льда ударились о стекло. На губах липкий привкус мяты, в голове — раздражение.

Я снова одернула подол платья, но это было бесполезно. Оно было коротким. Слишком коротким. Слишком откровенным. Слишком… Слишком.

Я взяла его в аренду, потому что в моём гардеробе не было ничего подобного.

На работу я ходила в строгих костюмах, а вне ее — в удобных джинсах и рубашках.

Но сегодня я была другой.

Сегодня я была женщиной, которая должна притянуть его взгляд. Не знаю, правда ли мне это поможет, но попытка не пытка. Попробовать стоит.

Зазвонил телефон. Капитан.

— Громова, ты где есть? У нас корпоратив сегодня.

— Я…

Не успела договорить, как он продолжил.

— Судя по музыке на фоне у тебя там своя вечеринка, — усмехнулся капитан и добавил, — ладно Эльчик, не отвлекаю, захочешь приезжай.

Вот блин, забыла совсем. Но ничего, за столько лет в органанах, хватило мне уже их веселья.

Я бросила короткий взгляд в зеркало справа.

Отражение смотрело на меня с недоверием. Матовая помада, подчеркнутые ярким бронзером скулы, локоны, — чужой образ. Совершенно не подходящий. Не мой.

Но он меня заметил.

Я почувствовала это раньше, чем посмотрела в его сторону. Холодок пробежался по коже. Брр.

Ирис Давид Анварович сидел за столом в углу, чуть в тени, как и подобает человеку, который привык наблюдать, а не привлекать к себе лишнее внимание.

Он откинулся на спинку кресла, небрежно держа в руке стакан с тёмным алкоголем.

Черная рубашка расстегнута на верхних пуговицах, на запястье массивные часы. Спокойный, совершенно ничем не интересующийся.

Рядом с ним двое мужчин.

Это его друзья, подельники? Неважно.

Их тоже следовало пробить. Кто, что и чем заняты, вдруг, даст чего.

Но главная цель — ОН.

Музыка гремела, вокруг мелькали огоньки прожекторов, но в зале было темно, с дымом, с густым запахом алкоголя, парфюма и табака.

Ой мамочки, кто меня судя тянул? Смотрю на него и понимаю — это была провальная идея.

Хотя с другой стороны задача моя чистить мир от таких “двуличных” уполномоченных как он.

Я в своем роде “Мистер пропер”.

И попытаться стоит. Отомстить, за Аллу, за ее пролитые слезы по нему, за себя. Все стоит.

Сделала медленный глоток и провела пальцами по стеклу бокала.

От лёгкого напряжения покалывают пальцы. Ну давай, давай, сделай уже что-нибудь, что расскажет мне о тебе все.

А он просто посмотрел на меня.

Неприкрыто. Нагло. С оценивающей усмешкой на губах.

Я знала этот взгляд.

Я много раз видела его у мужчин, которые считают, что женщина — товар.

Это тот самый взгляд, который говорит: «Сколько ты стоишь?»

Вчера, когда получила о нем дело, сразу же согласилась. Вспоминая все рассказы сестры, изучила его.

Ирис теперь проводит время только с эксортницами, почти ни с кем никогда не появляется дважды.

Все что известно — друг важной шишки в наших структурах.

Все… в основном только темный лес, никаких подробностей.

Во мне вскипела ярость, от потраченого времени и нервово.

Что я вообще тут делаю и о чем думаю? На что надеюсь?

Была не была…

Я наклонилась, будто случайно соскользнув плечом со стула, позволяя платью сползти чуть ниже.

Лёгкое движение, но этого было достаточно.

Его глаза на мгновение скользнули вниз, затем снова встретились с моими.

Я улыбнулась — той самой улыбкой, в которой было ровно столько кокетства, сколько требовалось, чтобы заинтересовать.

Не знаю, насколько я плохая актриса, но так неуютно стало, как бы не сорваться и не убежать отсюда, по дороге сломав неустойчивый каблук.

Если честно, чувствовала себя полной идиоткой.

И тут я чуть дернула бокалом, когда рядом с глухим стуком на стол опустили новый коктейль.

— От заведения, — улыбнулась та же девушка, что подходила ранее.

Я нахмурилась, глядя на бокал, но потом всё стало ясно — от него.

Чёрт возьми. Ну все, надо сдавать позиции, хватит играть в этот цирк, это может слишком далеко зайти.

Вдруг он туда подсыпал чего? Вдруг он накачает меня чем-то и увезет к себе, а мне нужно быть в трезвом уме.

Снова посмотрела на него. Он мне улыбнулся. Не так, как по-доброму. Иначе, слишком по-хитрому.

Ой, Эля. Это ведь огромный мужик.

Нет, огромным — это даже мягко сказано. Чудовище в чёрной рубашке, сидящее с видом человека, которому всё в этом мире уже давно наскучило.

И именно эта оболочка отталкивала сильнее всего.

Потому что я знала, какой он настоящий.

Он — невероятный мудак.

Умный.

Жёсткий.

Манипулятор.

Пару минут я просто сидела и наблюдала.

Больше ни одного взгляда.

Всё это было слишком глупой идеей.

Пора уносить ноги, мало ли что.

Я выдохнула и поднялась из-за столика, одновременно придерживая платье обеими руками, чтобы случайно не оголить всю свою пятую точку.

Больше никогда не надену ничего подобного. Абсурд.

Не оборачиваясь двинулась в сторону уборной.

Поехали домой, Эля, этот фарс ни к чему не приведет.

У меня был план, хотела внедриться его личное, желательно попасть в его квартиру, там точно что-то есть. Но это правда слишком опасно, не хочу оказаться на дне какой-нибудь реки.

Вот только когда вышла из туалета чтобы поехать домой, заметила движение в коридоре.

ОН.

Прямо передо мной.

Ирис перекрыл мне путь, нависая как огромная скала.

Запах дорогого табака, алкоголя и чего-то едва уловимого, тяжелого, мужского.

Я не успела даже отступить — он двинулся вперёд и прижал меня к стене. Резко, напористо, не оставляя и сантиметра, чтобы двинуться.

— Я не привык, чтобы моими подарками пренебрегали.

И тут я поняла, что не притронулась к его коктейлю…

Эльвира

Я замерла.

От его напора, от того, что он был так близко. Его дыхание почти касалось моей кожи, а тело заслонило весь обзор, будто он намеренно не оставил мне ни единого пути для отступления.

А так и было… я была наживкой и он на меня клюнул.

Внутри всё перевернулось.

Чёртов ублюдок.

Я подняла взгляд.

Давид смотрел на меня своими черными как ночь глазами так, словно знал обо мне всё.

Изучающе, нагло, с ленивым любопытством.

Его ладонь легла на мою талию, горячая, тяжёлая…

Он не держал меня, он просто давал понять — если захочет, я не сдвинусь ни на шаг. Правда, факт.

Я хотела дернуться, использовать всевозможные приемы чтобы оттолкнуть его, но в следующую же секунду поняла, что именно этого он и ждёт.

— Что ты рыпаешься? — Он наклонился ближе, максимально, насколько мог, — Я же вижу, пришла приглядеть себе спутника на ночь.

Боже, как он бесит. Я пришла, чтобы нарыть о тебе как можно больше личной информации. Знает он, ага.

Я сжала зубы, пытаясь выглядеть уверенной, но в голове уже стучало раздраженное: Ирис, ты просто ходячая ошибка природы.

— Это не так, — я чуть наклонила голову, словно собираясь уйти, но он не двигался, — Просто моя подруга не смогла прийти. Форс-мажор.

Ложь.

Я не узнала свой голос. Какая-то рокочущая девчонка, а не взрослая женщина.

А он смотрел прямо в лицо, ни на секунду не убирая своей ухмылки. Как будто ему было чертовски весело наблюдать, как я вру.

Хоть он думает иначе, мне казалось он уже знает все.

Я почувствовала, как губы дрогнули — не от страха, нет, а от злости. От этой наглой ухмылки, от того, как уверенно он держал руку на моей талии, словно я уже согласилась быть только его, навсегда и навечно.

— Окей, — Ирис усмехнулся ещё шире, — Сегодня тогда твоей подружкой буду я.

Я закатила глаза. Какая любезность.

Невыносимый.

Хотя, что ты вреднчиаешь, Эля, ты ведь этого и добивалась.

— Только отпусти меня.

— Окей, неженка.

Он сделал шаг назад и убрал руку, но тут же, так же лениво, так же насмешливо, протянул другую.

— Идём.

Я посмотрела на его раскрытую ладонь и поймала себя на мысли, что хочу треснуть его по физиономии просто за этот тон.

Но, чёрт возьми, мне нужно было, чтобы он меня заметил, верно? Все ведь прошло как надо. Только вот кому? Есть сомнения, что мне.

Я знала, что если вложу в его руку свою — эта ночь точно не закончится так, как я планировала.

Это основная причина, почему я была напряжена до предела.

И пошла. Прямо за его стол, где он теперь сидел один. Его двое приятелей куда-то исчезли, оставив меня наедине с этим наглым, самоуверенным уиндюком.

Проклиная всё на свете, опустилась на стул напротив него, стараясь не выдать своего внутреннего состояния.

Трясет, как флюгер на ветру. И чувствую теперь себя не “Мистером пропером” а гадкой бактерией, которую он удалил с пола.

Платье это еще, задиралось при каждом движении, скользило по колготками не давало спокойно вздохнуть.

Он буквально пожирал меня взглядом и скалился.

Как же меня бесила эта его ухмылка — снисходительная, насмешливая, будто он уже прочитал меня насквозь и теперь просто развлекался, наблюдая за тем, как я извожусь.

А я изводилась, мягко сказано. Как мне теперь вести его дело? После его рук горячих на моей талии. Понимаю, мелочь, но осадок внутри ужасный.

— Раньше я тебя тут не видел, — произнёс он медленно, проводя пальцами по краю стакана, — Приезжая?

— Да, приехала из области, — соврала я, ощущая, насколько жалко звучит этот ответ.

Но отступать было поздно.

Я чувствовала себя неумно, неуклюже, а самое главное — не на своём месте.

Всё это было неестественно, и чем дальше заходил этот разговор, тем сильнее мне хотелось выругаться, развернуться и уйти.

Показать ему удостоверение и сказать, что ему скоро придет крышка, ноя не могу так поступить, мне настучат. Даже при том, что мои коллеги сейчас возможно пьяны.

К столику подошла официантка.

Давид даже не посмотрел на неё — его взгляд оставался прикован ко мне.

— Заказывай, — бросил он, — Что есть, то будешь?

— Салат, самый обычный, спасибо, — ответила я, машинально, словно по сценарию.

А на самом деле, сценарий бы мне вообще не помешал. Инструкция как вести себя с мудаками.

Он снова ухмыльнулся.

Чёрт, как же это бесит.

Я пыталась удержать невозмутимое выражение лица, но внутри уже скрежетала зубами.

Он смотрел на меня с каким-то холодным интересом, как на игрушку, которую можно потрогать, покрутить в руках и, если надоест, просто отбросить в сторону.

— Сколько стоит ночь?

Я моргнула.

Пару секунд даже не могла осознать, что он только что сказал.

Затем внутри всё закипело.

— Я не проститутка, — резко отчеканила я, и тут же поняла, как же глупо это прозвучало-то.

Глупо, неловко, дешево.

Как же всё это нелепо. Все вокруг.

Как же глупо, что я начала копать под него не в формате рабочих моментов, а вот так — заходя изнутри, играя в чужую игру.

— Да не ломайся, — усмехнулся он, чуть подавшись вперёд, — Я ведь и не сказал, что ты проститутка. Просто весьма расчетливая мадам.

Меня передернуло. Мурашки по коже и ком в горле застрял.

— С этим я бы поспорила, — вылетело из меня прежде, чем я успела себя остановить.

Сейчас не уверена, что все правильно рассчитала. Разговор с ним менее приятный, чем я ожидала.

И самое главное, я не знаю, к чему это все приведет.

Эльвира

Он снова ухмыльнулся.

Я видела, как он скользит по мне взглядом — неторопливо, не с явным интересом, а так, как будто уже сложил обо мне мнение.

Как будто он меня прочитал, как книгу открытую.

Давид приподнял брови, но улыбка осталась на месте.

— Конечно, поспорила бы, — лениво протянул он, — Скандальная, значит?

Издевается надо мной, развлекается.

Алкоголь, видимо, уже ударил ему в голову.

Вот значит, как ты развлекаешься, Ирис, забавы с девушками под салат? Мог бы придумать что-то пооригинальнее.

— Ты слишком напряжена, неженка, — прорычал мужчина, облокотившись на стол, — Расслабься. Ты же, вроде как, отдыхать пришла, а сидишь, будто сейчас допрос начнётся.

От этого слова — «неженка» — внутри всё вспыхнуло. А от слова допрос тем более.

Я прекрасно понимала, что он делает.

Он давит. Проверяет. Подкидывает фразы, чтобы смотреть, как я реагирую. Я ведь просто товар в облегающем платье. Фу.

— Расслабься, — повторил он с насмешкой. — Иначе можно подумать, что ты тут не просто так.

Я склонила голову, демонстративно взяла в руки вилку, медленно покрутила её в пальцах.

— Может, я всегда такая, — пожала плечами, будто мне плевать.

Он улыбнулся ещё шире, явно довольный поведением своей спутницы.

— Да ну? — Значит, всегда сидишь в таких клубах, одна, в платье, которое сама же постоянно дергаешь вниз?

Я не дала себе замешкаться. пусть думает, что я пародирую невинность.

— Да, — произнесла с лёгкой усмешкой, — Это моя работа. Сидеть и тянуть платье.

Он рассмеялся. Низко, коротко, так что мурашки пробежались по спине. Настоящий смех антагониста.

— Так ты всё-таки работаешь, неженка?

Неженка блин, спасибо что не ряженка. Хотя, это было бы вернее.

— А если и так?

Ирис прищурился, постукивая пальцами по бокалу.

— Ну-ну… — протянул он, — Хорошо притворяешься.

Я тут как будто не человек, а объект для анализа.

— Как тебя зовут? — решил наконец-то уточнить.

Аллилуйя, спустя столько минут бесполезного диалога.

Я посмотрела на него в упор. Черные глаза с блеском, прямая спина, руки на столе.

— Алла.

Ложь соскользнула с губ легко, почти механически.

Ирис даже бровью не повел. Ни один мускул на лице не дрогнул. Ни малейшего намека на узнавание.

— Давид, — представился он, и только теперь улыбнулся.

Я внимательно всмотрелась в его лицо, надеясь поймать хоть что-то.

Реакция на имя женщины, которую он бросил с ребёнком? Никакая.

Абсолютно никакая.

Неужели он забыл?

Забыл, как моя Алка буквально умоляла его о помощи?

Как искала его, чтобы добиться хоть каких-то алиментов, чтобы сделать тест ДНК, чтобы просто услышать от него хоть слово?

Неужели этот подонок забыл, как она плакала ему в трубку после того, как он развёл её на одну ночь, а потом просто исчез?

Я стиснула зубы, стараясь не дать эмоциям взять верх. Я ее успокаивала днями и ночами, помогала ей сидеть с сыном.

И эта основная причина почему я взялась за дело. Моя сестра и ее сын не должны страдать такому папаше. Он ведь последний человек, который вообще достоин быть отцом.

Мне хотелось что-то сделать.

Разбить стакан, опрокинуть на него напиток, закричать на весь этот чертов клуб, чтобы он хотя бы понял, что натворил.

Но нет.

Он просто сидел напротив, скалился, совершенно спокойно, ведь перед ним очередная женщина, которая просто захотела провести с ним вечер.