Читаем Случай онлайн бесплатно

Резко очнувшись, уставился невидящим глазами в никуда. Что случилось? Кто я? И тут на меня навалилась память о происшедшем…

Утром позволил сын и заявил:

— Батя, привет! Как дела? — и, не дав ответить, продолжил, — Сегодня у Алины в детском садике состоится, в рамках шефской помощи, бал маскарад и ты должен быть там к десяти часам.

— И в роли кого я там должен быть? — ехидно поинтересовался у сына и получил не менее ехидный ответ:

— Черномора! Знаешь такого?

— С ума сошел?! — моему удивлению не было предела.

— Это внучке спасибо скажи. Она увидела мою новую работу в мастерской и заявила, что деду нужно сделать такое же на праздник. Я ее спросил, что за праздник и кем будет дед в этих доспехах? На что получил ответ, что праздник — это маскарад, а дед будет Черномором.

— А если я откажусь?

— Алинка предвидела это, и ты, наверное, догадываешься, какие санкции она тебе устроит?

— Представляю…

Внучку я любил очень сильно, и она этим беззастенчиво пользовалась.

— Когда я должен приехать?

— К десяти подъезжай к мастерской. Я все уже погрузил в минивэн, так что оставишь свой «самурай» у меня, и уже готовый поедешь на праздник. Хи хи…

— Чего, как конь ржешь? — спросил я немного раздраженно. Мне это празднество начинает не очень нравиться.

— Да, как представлю тебя в доспехе… — тут уж раздался совсем неприкрытый, громкий смех сына, что я невольно, закрыв глаза, сам представил эту картину.

С виду я — привлекательный, высокий, широкоплечий мужчина немного за пятьдесят. Хотя после смерти жены немного и сдал, но все еще был способен внушить, кому нужно — уважение, а кому и симпатию.

Вдовцом стал пять лет назад. Просто одним весенним утром моя Лера не проснулась и врачи, разведя руки, говорили — СЕРДЦЕ.

Тоска непереносимой пеленой накрыла меня, и спасла от необдуманных поступков лишь семья. Сын и дочь, а потом родилась Алина, и БОЛЬ отпустила, хоть и не ушла.

Свою фирму я оставил дочери. Хотел сыну, но он у меня не управленец, а Анна пошла в меня, и фирма от ее управления только выиграла. Виктор же возглавил технический отдел, и это тоже оказалось верным решением. Через пять лет заштатная фирма стала одной из ведущих корпораций в области нанотехнологий, но меня это уже мало касалось. Да, я был рад успехам детей, но после смерти Леры устранился от дел, и лишь по просьбе Анны или Виктора давал советы, если, конечно, не требовалось более радикального вмешательства… но это так, частности…

— Витя, хорош издеваться над старым человеком! — притворно обиженно пробубнил я.

— И кто тут старый? — удивление сына было искренним, — А, кто тут на днях был застукан Анкой с малолеткой, орущей от оргазма на весь загородный дом?

— Ну, я же не сказал, что старый и больной, а просто старый, — немного смущенно проговорил я.

Сын понял, что ляпнул лишнего, и в придачу сдал сестру, так как я и не знал, что Анна приезжала в эти выходные.

— Батя, прости? А?

— Она хоть сама была?

— Да. Приезжала по моей просьбе, — он замялся.

— Проверить, как тут поживает дед развратник? Угадал?

— Да. Прости!?

— Да, ладно. Потом поговорим.

— Хорошо. Жду. — сын решил поскорее закончить разговор и отключился.

Посмотрев на часы, решил пора собираться и пошел переодеваться, но сначала нужно было разбудить Эрику. Не понадобилось.

— Ты уезжаешь? — спросила двадцатилетняя темноволосая девушка, спускаясь по лестнице со второго этажа.

С Эрикой я познакомился три года назад, хотя нет, не так…

Я подъезжал к воротам своего дома, когда увидел, что дорогу мне заступила высокая, длинноногая девушка в черной, короткой кожанке и светло синих, облегающих джинсах.

— Здравствуйте, Владислав Иванович, меня зовут Эрика и мне очень нужно с вами поговорить. — заявила она приятным грудным голосом, и выжидающе требовательно посмотрела на меня своими голубыми, пронзительными глазами. Я в первый раз за долгое время растерялся и не знал, как себя дальше вести. Но меня выручила сама девчушка. Видя мое хмурое лицо, она видно подумала, что я соображаю, как от нее избавиться, и торопливо проговорила:

— Владислав Иванович, мне очень очень нужно с вами переговорить. Выслушайте меня, пожалуйста, а потом решайте!

В конце ее голос и лицо приняли опять решительное выражение, и я, кивнув, предложил ей сесть в машину.

— Я тебя слушаю, — сказал Эрике, сидящей на диване в гостиной моего дома, и подал ей чашку кофе. Она заговорила снова своим приятным грудным голосом, временами делая маленькие глоточки горячего напитка.

— Я хочу вам предложить СЕБЯ! — пил бы я в это время кофе…, но повезло.

— Мне очень нужно поступить в институт, а денег нет. Вы не думайте, что я какая то там проститутка. Нет. Просто я сама из детдома, и столько денег никогда у меня не будет, а на панель, как мои подружки, не хочу. Вас запомнила, когда вы дарили компьютерный класс, а потом много раз видела по телевизору.

— А то, что ты предлагаешь, это что? — удивился я.

— Раньше такую девушку называли содержанкой.

Она немного выгнула спину, и мой взгляд невольно скользнул по ее высокой, полной груди. Заметив мой взгляд, и мило улыбнувшись, продолжила, грациозно поправив свои длинные, черные волосы:

— Я ведь вам нравлюсь?

— Нравишься, — согласился я и пораженно понял, что соглашусь на ее предложение.

— Итак, я готова предложить себя в ваше полное распоряжение, а взамен, вы оплачиваете мою учебу и проживание. На время действия нашего договора я ни с кем не занимаюсь сексом и молчу о наших взаимоотношениях…

— Стоп, — прервал я Эрику и, сам не ожидая от себя, стал говорить, — Первое: мы переходим на ты. Второе: на кого хочешь учиться? Третье: спать со мной не нужно. Четвертое: деньги дам лишь после сдачи вступительных экзаменов и без мухляжа. Ясно?

И чего это я? У многих моих знакомых было и по несколько таких содержанок, но я этим не страдал, а тут. Бред.

— С первым — согласна. Второе — хочу стать нанобиологом. Третье — это мы еще посмотрим, — прозвучало как угроза, — Четвертое — экзамены сдам честно! — и как то по детски, — Клянусь!

Продержался я около трех месяцев, а потом много много секса, сам от себя не ожидал…

Эрика, немного виляя своей красивой попкой, подошла и села ко мне на колени. В паху приятно заныло.

— У меня сегодня намечаются семейные дела.

Эрика недовольно поморщилась, но промолчала.

— Сделай мне завтрак, пожалуйста, — продолжил я, поглаживая ее ножку, — Вернусь, наверное, поздно. И еще, это — тебе.

Протянул ей пластиковую карту. Она удивленно посмотрела на меня.

— Ты меня прогоняешь? — ее голос дрогнул, и на глаза навернулись слезы. — Почему?

— Глупенькая, — рассмеялся и поцеловал. — Я открыл на твое имя счет. На карте пять тысяч американских тугриков.

— Так много?

— Мало. Это тебе на учебу и всякое прочее, когда меня нет рядом. Мало ли что? Ясно?

— Но так много?!

— Ладно, хорош причитать. Кормить меня здесь будут?

— Спасибо, милый.

Она чмокнула меня в щеку и помчалась на кухню.

Уже неделю как меня что то сильно тревожило, а интуиции я всегда доверял.

Не хотелось бы оставлять девочку с рухнувшими мечтами. Не дай, бог.

К сыну подъехал, как договаривались, и тут же попал в оборот.

Мастерская располагалась в бывшем «Доме пионеров», который Виктор выкупил и сделал там что то типа исторического клуба. Он у меня, благодаря своей матери, был фанатом древней истории, а с недавнего времени в клуб прибились толкиенутые. В общем — кошмар. Толпа сдвинутых разного возраста в одном месте. Чур, меня.

Поздоровался с сыном, оглядел его статную, мускулистую фигуру, красивое, породистое лицо и на сердце потеплело. Он очень был похож на свою мать, аристократку в десятом поколении и как я смог, такой простоватый парень, покорить ее тогда? Ведь только благодаря ей я стал тем, кто есть: богатым и успешным. И в жизнь никто не догадался, что я — детдомовский, а не из благородных кругов. Лера Лера. Стало чуть грустно.

Сын подвел меня к накрытому манекену и сдернул ткань.

— Ну, как?

Его глаза горели торжеством.

— И это я должен буду надеть? — с сомнением спросил, оглядывая манекен, облаченный в блестящий, чешуйчатый доспех со вставками из желтого металла.

— Да. Ты не переживай, он очень легкий. Наниты.

— И Анна об этом знает?

Виктор чуть вздрогнул.

— Ясно. Если узнает, тебе — каюк.

— Но ты ведь не скажешь этой мегере?

— Нет и лишь в том случае, если этот доспех будет единственной твоей работой, а то облачишь весь свой сброд.

— Что, я похож на сумасшедшего?

— Если честно, да!

— Батя!

— Смотри.

— Понял.

— Ладно, рассказывай и показывай.

И Витя начал мне объяснять, что они с внучкой придумали.

— Какой то текст глуповатый, тебе не кажется? — спросил я, прочитав речевку.

— Это же дети. Ты что, собрался перед ними выступать, как на совете директоров? — удивился сын.

И то, правда.

— Туплю, — согласился я и продолжил, — Витя, что там про подарки?

— Они в моей машине, упакованные в серых коробках, отдашь Татьяне Олеговне, она тебя встретит, я ей уже позвонил и предупредил. Смотри, там, в машине, мои вещи, не отдай и их.

— Нужны мне твои железки, — хмыкнул я.

— Эти железки стоят почти тридцать тонн мертвых президентов.

— Чего? — опешил я.

— Это за мои деньги все куплено и сделано.

— Дорогие у тебя игрушки и в детстве ты ими как бы ни был обделен?

— А, твоя игрушка то — подороже моих будет.

— Не понял? — прорычал я, закипая. — Рассказывай!

Сын обреченно начал говорить, старательно не смотря мне в глаза.

— Это все Анна начала, когда у тебя появилась Эрика.

О па, вот и «момент истины»! Хотя дочь можно понять. Отец на старости лет ушел в блуд и тут — малолетка, мало ли что она сможет учудить. Разведет папу на бабло или еще похуже, замуж за него выскочит. Да а, понять можно, но как то неприятно, когда за тобой следят. Все это я и высказал, но сын меня еще больше удивил.

— Так то так, но есть и еще нюанс. Мы даже не против, если бы ты на ней и женился.

— Чего? — от удивления, наверное, выглядел, как дурачок с открытым ртом и выпученными глазами.

— Неожиданно? — улыбнулся сын и, уловив мой кивок, продолжил, — Твоя Эрика — настоящий гений. Самородок, каких уже практически нет. Наш весь технически отдел можно весь разогнать, оставить ее одну и корпорация даже еще больше будет процветать. Не ожидал?

— Нет, — я еле справился с удивлением. — Продолжай.

— Она появилась у нас полгода назад и принесла полную разработку техпроцесса, формулу и прочее, ты думаешь, чего? А того, чтобы ее сделало уже сейчас очень очень богатой девушкой, но она все это отдала лишь за лабораторию!

Сын просто дрожал от возбуждения.

— Представляешь, лекарство от импотенции и все права на него за какую то лабораторию. Она заявила, что досрочно оканчивает институт, там ничего нового она уже не узнает, и хочет перейти к полной практике! Она, видите ли, хочет продолжить работу над полным симбиозом нанитов и человека. Когда я посмотрел ее наработки, то у меня чуть крыша не улетела. Анна, узнав о таком деле, вцепилась в твою Эрику, как клещ. О чем они договорились, я не знаю, но расстались довольные обе. Сестрица так и не призналась, о чем они договорились, но, я думаю, поделили тебя.

Тут уж я немного задумался, вспоминая наши беседы с Эрикой. Теперь мне многое стало понятно. И, какой ты старый — это глупости, вот увидишь… И ее задумчивое поведение, нежные взгляды, загадочные фразы. И мои постельные подвиги, такое я чувствовал лишь в юности на пике сперматоксикоза. АУТ… И дочь, с несвойственным ей поведением, увидела рядом с любимым папой какую то малолетку, и… тишина.

— Дальше! — потребовал я задумчиво прикрывшего глаза сына.

— Анна думает, что девчонка все это делает ради тебя. Я с ней согласен.

— Понятно. Заговор.

— Вот еще.

— Хорошо. Завтра собираемся у меня и полностью проясним обстановку. Позвонишь сестре. Ясно?

— Да, отец.

Виктор, почувствовав в моем голосе приказные нотки, весь аж подтянулся и стал серьезным.

— Еще, отец. Вот. Главное.

Он достал из кармана черный прямоугольный наноконтейнер и протянул его мне. Открыв, я чуть было не рухнул на пол, ноги помимо воли подкосились.

— Это то, что я думаю? — спросил охрипшим голосом.

— Да. Малый блок СПУТНИКА. Так заявил человек, принесший эту шутку. Я хочу, чтобы ты отдал ее Эрике. Пусть посмотрит, может она поймет, как этой вещью можно воспользоваться. Мы не смогли.

Он развел руками.

— Сегодня день чудес и откровений? — удивиться больше, чем сегодня, это уже вряд ли.

Спутник неизвестной инопланетной цивилизации был обнаружен у Юпитера тридцать лет назад Международной Корпорацией Исследований и, через некоторое время, почти трехсотметровый, мертвый путешественник был отбуксирован к Земле. Многие космонавты, всеми правдами и неправдами, работающие на изучении спутника, умудрялись пронести на Землю инопланетные сувениры.

Сам спутник был мертв, и его изучение двигалось очень медленно, но очень прибыльно. Взять тот же прорыв в нанотехнологии или медицине, за и еще много чего.

— Сколько отдал за вещицу?

— Много, и надеюсь, не зря.

— Дай то, бог, тебе не ошибиться, а иначе Анна тебя живьем съест.

— Космонавт сказал, что блок из центра управления, и я ему верю. Все блоки, которые он приносил, оправдали уже себя многократно.

— Хорошо. Давай теперь об облачении.

Думал, облачение в другую одежду и доспехи, пройдет на фоне случившегося как то незаметно. РАЗМЕЧТАЛСЯ.

Сын, на мое заявление, что снарядился бы по приезду, заявил, сняв с доспеха широкий пояс и загадочно ухмыляясь:

— Одевайтесь, князь.

Молча надеваю пояс, хотя и понимаю, что сначала нужно облачиться в доспех, но, видя ехидно улыбающегося Виктора, молчу. Удивляться не было сил. Когда застегнул пряжку ремня, сын, повернув меня к зеркалу во весь рост, попросил произнести «армор». Ну, я и произнес:

— Армор.

Твою же мать!

«Звездные врата» смотрели? Видели у воинов гоаулдов доспехи? Так вот, это было очень похоже.

После команды, из пояса по мне, моментально — и моргнуть не успел — растеклась броня в точности, как и на манекене. Один в один, тот же островерхий, закругленный шлем с золотистым, сказочным зверем, оскалившим пасть. На медведя чем то похожий. Поножи и наручи с его же изображением. На груди, тот же зверь на небольшом зерцале, но более тонкой работы, словно живой. Обалдеть.

— Вот мечи.

Сын протягивает два меча в простых, украшенных изящной, растительной вязью ножнах. Длинные, на полторы ладони, рукояти обтянуты шершавой, черной кожей и увенчаны золотыми, звериными головами. Посмотрел клинки, один короче на треть, отличный узор. Очень дорогие мечи, работа штучная.

— Не понял? — смотрю на мечи.

— Твой полуторник, копье, щит и прочее лежит в машине, а это — мои, — улыбаясь, ответил Виктор.

— Решил стать обоеруким бойцом, значит.

— Да. Хочу, как ты и мама уметь это делать.

— Но ведь сабли, это не мечи!?

Виноватый кивок. И мольба в глазах.

— Они тоже немного изогнуты. Подучишь?